Глава 56. Другой взгляд

Я лежу у себя в комнате, на диване. Выходной, на работу идти не надо. Потому я лежу, развалившись на диване, поставив ноги домиком, и держу в руках книжку. Электронную. А в ней открыта скачанная из интернета книжка. Разумеется, о драконах. Только скачал, буквально пять минут назад. Называется цикл «Легенда о Спайро: Черные драконы». Начинаю чтение первой книги: «Глава 1. Неожиданная находка. Встречный холодный ветер бросал навстречу острые, как лезвия, снежинки, а также дул так, что, казалось, еще чуть-чуть – и два юных дракона превратятся в две ледяные сосульки. Несмотря на то, что все драконы довольно устойчивы к холоду…» Дверь в комнату открывается, наверное, от сквозняка. Но тут я краем глаза замечаю что-то черное, приближающееся ко мне. Повернув голову в сторону, я вижу… черного дракона с зелеными глазами! Книжка выпадает из моих рук, к счастью, не на пол, а на мягкие подушки дивана. А тем временем, дракон аккуратно ставит передние лапы мне на грудь, открывает пасть... и произносит: – Милый, пора вставать, – а затем морда наклоняется к моему лицу и язык, судя по голосу, драконицы… начинает меня вылизывать! Так, не понял? Между прочим, у этой драконицы вполне себе имя есть. Таура. Только вот что она делает в моей комнате, на Земле, где драконов не водится? Минуточку, а я сам-то сейчас кто? Я ведь Дарк! И тут я понимаю, что сплю. Вернее, не совсем. Что я лежу в кровати на спине, распластав крылья и закрыв глаза, а меня действительно вылизывает Таура. Надо понимать, она начала меня будить и этот весьма прекрасный способ пробуждения причудливо вплелся в мой сон. Так, а что я там читал, во сне, кстати? Кажется… эх, не помню уже, забылось. Сон рассеялся, как дым, вместе с большинством воспоминаний о нем. А вот Таура и то, что она меня вылизывает, к моему огромному удовольствию, осталось. Ладно, черт с ним, с тем сном. Не открывая глаз, шепчу: – Ещё, любимая, ещё... – А затем начинаю ответные полизывания. – Вижу, ты проснулся, – раздается чудесный голос моей зеленоглазой драконицы. – Может, откроешь свои зеленые глазки и будешь вставать? – Неа, – ответил я, обхватывая слегка пискнувшую супругу лапами и прижимая к себе, – я предпочту схватить мою по праву драконицу и вылизывать её до умопомрачения! Может, даже весь день! – И начинаю выполнять озвученное. – Не то, чтобы я была против, – игриво отозвалась Таура, едва не укусив меня за язык при этом, – но, во-первых, уже поздно, а во-вторых Шейд давно проснулся и сейчас занят тем, что наблюдает за нами с подоконника. Нехотя приоткрываю глаза и смотрю на окно. Эх, так оно и есть. На подоконнике сидит Шейд и глазеет на нас с Таурой. Ну вот, опять облом. Хотя, все равно не стали бы мы в доме всё до финала доводить. Но чувствую, как только Шейд станет постарше, самостоятельнее, я и Таура, соскучившись по моментам близости, не удержимся и, в итоге, после серии бурных и пылких уединений, таки заделаем ещё одного. А сейчас довольно мечтать, надо вставать. Я отпустил свою драконицу и с тяжким вздохом начал вылезать из кровати. Встав и застелив кровать, я привычным жестом разворачиваю крыло и кладу его на подоконник. Шейд уже так же буднично идет по нему до моей холки и устраивается там. Кстати, про окно и погоду за ним. Облачно, но, судя по тому, что я вижу, дождя не будет – облака белые и в паре мест есть разрывы, через которые проглядывает голубое небо. Значит, может быть, даже получится погулять. А сейчас – пора в душ. Выходим из двери, проходим по коридору и заходим в соответствующее помещение. Там нами выполняется уже привычный комплекс процедур на троих. Стоя в душе, предлагаю план: – Слушай, а давай сегодня снова прогуляемся на ту детскую площадку? Или на другую, аналогичную? – Спрашиваю я. – Скоро ведь зима, это, считай, последние относительно теплые деньки. И то, сама помнишь, какая вчера непогода бушевала. Считаю, надо ловить момент! А дома наш Шейд ещё успеет насидеться, когда морозы или непогода будет. – Всеми лапами за! – Отвечает Таура. – И в книжке, между прочим, рекомендация побольше гулять есть. Покончив с ежедневными процедурами, мы отправляемся на завтрак. Сегодня его готовит Синдер, так как очередь Тауры была вчера. Направляемся вниз, в столовую. Там уже сидит Спайро. Увидев нас, он желает нам доброго утра. А затем вдруг, подойдя ближе ко мне, говорит: – Дарк, можно тебя на минуточку? – Можно, – отвечаю я, проглотив ехидное «но смотря что. Для некоторых вещей у тебя Синдер есть!» Мой друг просит Тауру присмотреть пару минут ещё и за Тиморией, после чего мы вдвоем выходим в коридор. И там фиолетовый дракон задает мне неожиданный вопрос: – Дарк, скажи, что происходит? С Синдер. Эти два дня она сама не своя. – А что не так? – С тревогой спросил я. – Может, это на неё воспоминания о Грозовом Драконе так повлияли? – Нет, это было ещё до вчерашнего дня, – ответил Спайро. – Она какая-то более задумчивая. И смотрит иногда как-то… по-другому. А когда спрашиваю, что не так, говорит, что всё в порядке и не о чем беспокоиться. – Так может, стоит в этот раз прислушаться к тому, что она говорит? – Спросил я, приподняв бровь. – Может и так. – Хмуро сказал мой друг. – Но я хочу знать, что происходит. В прошлый раз она ходила задумчивая, а потом вдруг приняла решение и ушла. Сразу после того, как стала такой, как мы все её знаем, а не злобным Ужасом Небес. Ну, ты сам знаешь, думаю. И я точно знаю, что ты явно с ней о чем-то говорил позавчера утром. Именно с тех пор она такая… задумчивая. Я беспокоюсь за неё! Эх, Спайро, ты был близок к разгадке. Но говорить её я тебе не должен. Просто не имею на это права. И даже подсказывать нельзя. Это решение Синдер и только она может его изменить. Точка. – Разговаривал, не спорю. Но раз сама Синдер ничего тебе не говорит, то что я могу сказать... – Тут уже нахмурился я. – Поверь, если бы было что-то, о чем ты непременно должен знать, я бы тебе сообщил, а не отмалчивался. Что же относительно Синдер... Я уверен, она никуда сбегать не будет, она тебя сильно любит и ценит. Да и урок с того побега она, думаю, усвоила. Но на то, что Синдер сама пока что не хочет говорить своему самому близкому дракону, у нее не может не быть весомой причины. Подожди немного, всё образуется. – Слабое утешение, – буркнул фиолетовый дракон. – Вижу, от тебя я тоже ничего не добьюсь. Ладно, поступлю, как советуешь. Но знай, если что-то из-за этого пойдет не так… – То я потеряю и тебя, и Синдер. Что, поверь, будет для меня очень больно, – перебил Спайро я. – А теперь пошли обратно, там меня Таура теперь выпытывать будет, о чем ты со мной говорил. – Ох уж эти любопытствующие… – Вздохнул мой друг. – Всё им надо знать, хотя всем известно, что раз при них не говорят, значит неспроста. – А сам-то каков был две минуты назад, м-м-м? – Ехидно усмехнулся я. – Туше, – ответил Спайро. После мы вернулись обратно. Таура, к слову, никак произошедшее не прокомментировала, сделав вид, что ничего и не было. Через некоторое время из двери, что вела на кухню, высунулась Синдер и сказала, что завтрак уже почти готов. Я изо всех сил старался держать морду под контролем, чтобы не улыбаться во всю пасть. Дело в том, что Синдер у нас – драконица боевая, смотрится прямо как какая-нибудь грозная военная техника. А сверху, на груди, у драконицы в данный момент находится фартук. С цветочками. Ну вот представьте, как это выглядит: танк с бантиком и нарисованными бабочками? Вот и у меня чувство дикой неуместности появилось, вызывающее улыбку. Впрочем, я нашел, чем себя отвлечь: вместе со Спайро мы встали со своих мест и пошли в кухню. Там мы предложили нашей боевой драконице в миленьком фартуке взять на себя транспортировку готовых блюд до столовой. Таким образом, мы справились с подачей на стол даже быстрее, чем получалось у Асмы. Да, все-таки, иногда число значит больше, чем умение. Вот же ж хвост! Оказывается, наши детишки уже стали переборчивы в еде. Нет, Синдер приготовила всё правильно. Но без изысков. Ещё бы: куда ей с Асмой тягаться, наша драконица-полиморф – истинный профессионал. Самородок. В общем, она, Синдер, была оплевана своей же едой из двух маленьких, ещё не говорящих орудий. Как там: «Клиент голосует ногами»? В данном случае – плевками. Ну, одно радует: хоть что-то драконята на завтрак съели. – Ничего-ничего, – бурчала Синдер, идя на кухню, чтобы привести себя в порядок. – Это лечится. Лечебным голоданием. Очень действенное средство. Но, так или иначе, с завтраком было покончено. А после него у меня что? Работа. В общем, я пошел проверять почтовый ящик, выгреб оттуда все документы и ушел с ними в кабинет. Работы было не то, чтобы до кончиков рогов, но и не на полчаса. Так что, какое-то время я был занят. *** Уже закончив на сегодня разбор и визирование документов, я услышал, как ко мне в кабинет кто-то поскребся. Ага, раз не постучал, или постучала, значит, хочет войти незаметно. – Заходи, – негромко сказал я. В приоткрывшуюся дверь быстро прошмыгнула Синдер и быстро закрыла дверь за собой. Ух, как интересно. Действительно, у неё стал немного другой взгляд. – Есть вопросы, помогай. – Сказала алокрылая драконица прямо с порога. Ага. Не только взгляд, но и манера речи. И, кажется, я знаю, в чем дело. Наша Синдер пытается ужиться с Ужасом Небес. Ну, разговор, похоже, у нас будет долгий. И, думаю, не здесь. Отвечаю вопросительно глядящей на меня драконице: – Помогу. Но не здесь. Сейчас ты идешь на кухню и ставишь чайник, я отношу документы в почтовый ящик, после чего иду туда же, на кухню. Мы делаем чай, потом говорим. В общем, так, как я сказал, мы и сделали. Заварили чай, молча подождали, пока он заварится, разлили его по чашкам, размешали сахар, достали печенье и сели за кухонным столом, друг напротив друга. Кажется, Синдер даже была мне благодарна, что я дал ей, таким образом, ещё немного времени на подумать. Попутно я узнал, что Спайро только что был послан на рынок за продуктами, потому внезапно и прямо сейчас на кухне не окажется. А Таура с драконятами занята. И вот, наконец, начался серьезный разговор. – В том мире ты воевал? – Задала неожиданный вопрос драконица. – Насколько тебе важно знать ответ? – Ответ принят. Молодец, умная драконица. Но ведь наверняка это не единственный вопрос, а лишь затравка, попытка понять, как изложить мне то, что её беспокоит. – И с каким же вопросом ты пришла? – Я хочу быть заботливой матерью и примерной женой, но Ужас Небес этому мешает. – Начала своё изложение проблемы Синдер. – Поэтому я стараюсь уничтожить Ужас Небес. Результат ты видишь. – Драконица отхлебнула чай из чашки и выжидающе посмотрела на меня. Опять она не видит очевидного. Я что, зря ей пример с тарелкой приводил недавно? Хорошо, поговорим. С Ужасом Небес. Думаю, я смогу вызвать его на разговор. – А почему мешает? – Вкрадчиво спрашиваю я. Сразу же идет предсказуемый ответ. – Умеющий убивать не может заботиться. Драконица преподнесла мне это таким тоном, будто это прописная истина. Ну да, скажи ещё, что Ужас Небес неспособен любить. Э, нет, милая моя. Если бы ты не умела заботиться, не умела любить, мы бы сейчас имели Тиморию со скрученной шеей за малейший вяк. Или, даже не так. Имелся бы мертвый Спайро, который посмел сделать что-то не так и Малефор, достигший своей цели. Интересно, может таков и был «План Б» Темного Мастера? Хорошо, будем говорить с тобой на понятном языке. – А скажи мне, что такое забота? – Подкидываю вопрос с подвохом. Синдер растерялась. После небольшой паузы, она таки нашла, что ответить: – Это когда ты оберегаешь кого-то. Делаешь, чтобы ему было хорошо. Ага, и Ужас Небес сразу спрятался за Синдер. Ладно, продолжаем. – Глотни чайку, – советую я, – и дай мне ответ с точки зрения военной терминологии. Спланируй операцию. На этот раз, пауза была гораздо более долгой. И чай у Синдер в чашке где-то на треть стал выпит. – Обеспечить защиту. Обеспечить возможность развития. Обеспечить возможность парирования действий противника и развития успеха… – совсем другим стилем, чем обычно, ответила мне Синдер. Или, вернее, Ужас Небес. – И что из этого не в состоянии сделать Ужас Небес? – Заинтересованным тоном спрашиваю я. – Ужас Небес в состоянии подавить! – На рефлексе? Или разуме? – Моментально вбрасываю следующий вопрос. Молчание. Половина оставшегося в чашке Синдер чая почти залпом уходит внутрь драконицы. – Это же… – Начинает алокрылая драконица. Перебиваю. – Нет! Ужас Небес может не мешать. Помогать. Нужен пример? Заботливая мать видит, как её драконочка играет с другими на игровой площадке. Умиляется. Беседует с другими матерями. А Ужас Небес видит, кто и как может нанести вред. Откуда и куда драконочка может упасть и что поломать. – Мне очень хотелось сказать не только «что», но и «кого», но нельзя! – Или ещё пример: заботливая мать гордится, успехами своей драконочки. А Ужас Небес видит, куда они могут привести. Была бы Синдер знакома с земными войнами, я бы сказал, что до этого она танком пыталась вспахивать поля. Можно? Можно. А нужно? Драконица, между тем, всё ещё думала и пила чай. Я, пользуясь моментом, тоже. Допив чай, Синдер встала, села на пол напротив меня, раскрыла крылья и наклонила голову, не отводя взгляда. Я в ответ отдал честь, как это делают военные: тело вытянуто в струнку, одна лапа, с отведенным в сторону локтем, почти касается виска когтями, ладонь направлена вниз, крылья максимально прижаты к корпусу. Тем временем, уже принявшая своё обычное положение тела, Синдер спросила: – Чем войны вашего мира отличаются от войн нашего мира? Да всем, блин, отличаются! Тем, кто воюет, как воюет, за что воюет. Хотя… – Всем. Но не совсем. – Даю ответ и выжидающе смотрю на драконицу. Та смотрит на меня, ожидая продолжения. – У вас мало кто знает рукопашный бой. Это бой на очень близкой дистанции. – У нас есть бой с манекенами, – возражает Синдер – в том числе и ближний. – Это совсем не то. Дистанционно вы поражаете стихиями. Там, где я вырос, поражают огнестрельным оружием. Поэтому считаю, что тебе есть чему научить меня, а мне есть чему научить тебя. Продолжая этот разговор, мы стали мыть посуду. Вернулся Спайро. Увидев нас двоих, подозрительно посмотрел на меня и выразительно промолчал. Я не стал давать каких-либо комментариев. Затем Синдер ушла к Тауре, чтобы её подменить. Мне, кстати, тоже пора туда же. А то моя любимая уже довольно долго в одиночку за двумя драконятами смотрела. – Ну что, может, ещё прогуляемся, как с утра и хотели? – Зайдя в гостиную, спрашиваю у своей черной, зеленоглазой супруги. – Почему спрашиваешь? Вроде, так и договаривались. Давай, – отвечает та. – Но ведь ты с утра за детворой, считай, присматривала, – поясняю я. – Может, ты устала и отдохнуть хочешь… – Пффф… Скажешь тоже, – ответила мне Таура. – Я же всё-таки дракон! Что мне посидеть с драконятами? Ерунда! Тем более, они уже немного выросли и не тянут всё себе в пасть. В общем, пошли. Готовь шлейку. Синдер, что всё это время молча за нами наблюдала, вдруг добавила: – А знаете что? Мы, пожалуй, если вы не возражаете, тоже пойдем с вами! Хм… Неужели алокрылая драконица решила последовать моему совету. Быстро это она. Но в общем – почему нет? Сборы были недолгими. Наш комплект для Шейда уже висел в коридоре, а комплект Тимории был, благодаря подсказкам Тауры, выужен из кладовки буквально за полминуты. А вот Тимория, к слову, так быстро, как Шейд, шлейку не приняла. Она минут пять пыталась её с себя снять. К слову, возникла ещё одна заминка. А именно, где хранятся ключи от нашего дома? Так получалось, что в последний раз мы ими пользовались едва ли не год назад – когда на отдых улетали. И то, мы их Спарксу тогда отдали. А после – всё время кто-то был в доме, потому просто не возникало надобности запирать дверь. После небольших поисков, ключи были найдены. В тумбочке, стоявшей в коридоре. Да-да, той самой, которая Синдер прификсировала после эпичного спуска «реповыдергивателей» с лестницы. Взяв по комплекту ключей каждой «семейной тройке», мы вышли из дома и закрыли дверь на замок. Оказалось, что едва оказавшись во дворе, Тимория попробовала куда-то рвануть вместе с Шейдом. Но тот уже знал, что будет остановлен шлейкой, а Тимория – нет. В момент, когда её свобода была ограничена тросом, драконочка мгновенно развернулась и вцепилась в него, то есть в трос, зубами. От скрежета маленьких зубов по прочнейшей стали, поморщились все остальные, кажется, даже Шейд. А мои зубы даже немного заныли, когда моё красочное воображение представило их встречу с неразгрызаемым стальным тросом. Ещё через минут десять-пятнадцать, с горем пополам, Спайро и Синдер уговорили Тиморию вести себя прилично. Шейд же, тем временем, всем своим видом показывал, что он готов к тому, чтобы выйти наружу. Но, к слову, он не вёл себя, как собака на поводке, рвущаяся в бой. Нет, трос он не натягивал, а лишь держал в воздухе, не давая провисать. Такой вот контроль на грани едва заметного натяжения, но без того, чтобы натыкаться на ограничение. К слову, решающим фактором для принятия Тиморией изменившихся правил стало то, что мы с Таурой, каюсь, специально, вывели Шейда на улицу, а Тимория осталась с другой стороны калитки. Увидев, куда смог попасть её товарищ, драконочка, разумеется, захотела за ним. И тут объяснения Спайро и Синдер сыграли решающую роль. Тимория смирилась со шлейкой, поняв, что без неё она наружу не попадет – Шейд, в качестве примера, был ей прекрасно виден. Тимория повела себя один в один как Шейд в прошлый раз. Она рвалась изучить всё новое. Правда, при этом она вела себя с чуть большей осторожностью. Хотя, это было не всё время. Иногда она просто начинала носиться кругами, убедившись, что вокруг безопасно. Это и привело к небольшому казусу. Только отойдя на пару шагов от калитки, Спайро, заговорившийся стоя на месте с Синдер, а затем, попытавшись сделать шаг вперед, едва не поймал мордой мощеную дорогу. И лишь взмах крыльями спас фиолетового дракона от позорного падения носом в камни. А всё дело в том, что Тимория успела навернуть пару кругов вокруг своего папы, волоча за собой стальной поводок. А затем она смогла незаметно обмотать прочный трос вокруг передних лап так не вовремя остановившегося дракона. И, закономерно, будучи стреноженным, Спайро сдвинуться с места, когда шагнул вперед, не смог. Я даже немного рассмеялся, вспомнив, как, в первый день моего появления в этом мире, об крыло своё же перецепился и таки навернулся мордой в траву. Спайро тоже хихикнул, оценив положение, но я, на всякий случай, убедившись, что мы на улице одни, пояснил, что вспомнил своё падение в первые часы появления меня в этом мире, как Дарка. Мы посмеялись ещё раз и над этим. Хотя, фиолетовый дракон весьма прозрачно дал понять, что ему и с самого себя смешно было, а именно – то, с какой легкостью его драконочка умудрилась незаметно обездвижить своего папу, так что моё пояснение-извинение было, по мнению Спайро, необязательным. Я же, в свою очередь, пояснил, что друзьями я дорожу, следовательно, ни малейшим образом не хочу их обидеть. Потому предпочитаю извиняться иногда даже по пустякам, если они мне показались такими, что могут вызвать обиду. Ещё немного пройдя по улице все вшестером, мы обнаружили одну особенность. А именно: Шейд в одиночку плюс одна шлейка и Шейд с Тиморией плюс две шлейки – это две совсем разные вещи. Драконята просто носятся друг за другом, завязывая шлейки в такие узлы и сплетения, что только и успеваешь за голову хвататься. Так что пришлось нам, ввиду уже произошедшего, драконят до самой площадки держать накоротке. Потому, что если они вдвоем кого-то обвязать умудрятся, то тут уже можно и не выпутаться, даже с помощью друзей. Ну, а ещё в этот раз нам никаких ворон не встретилось, потому реванш для Тимории, анонсированный Спайро, похоже, будет не сегодня. Хотя, есть же ещё обратная дорога… Дойдя до детской площадки, мы с удивлением обнаружили, что она пуста. Странно, вроде не холодно, дождя нет. Только вот драконят с их родителями – тоже. Ну и ладно, думаю, наши детишки будут рады и только лишь новому, незнакомому для них месту. Хотя жаль, конечно, лучше бы их социализировать побыстрее. Устроившись на ближайших лавочках, мы стали вести непринужденные разговоры. Впрочем, разговоры – разговорами, но Синдер всё время наблюдала за Тиморией и Шейдом. Таура тоже, но черная драконица делала это чуть более спокойно, даже, кажется, с некоторой ленцой. Вскоре драконята, играя в свои игры, подбежали к нам. Я как-то не следил за ними настолько пристально, но вот теперь, когда они подбежали поближе… ой, кажется я понял, почему на площадке не было никого. Дело в том, что, как я уже знал ещё со времен нашего отпуска, мокрый песок всё-таки липнет к чешуе. И вот, сейчас наши драконята… в общем, они теперь различались лишь формой, но не цветом. Цвета они оба были, скажем так, песочного. Под выразительным взглядом Синдер я смог лишь вздохнуть. Но та, на удивление, лишь сказала, что сегодня одному черному дракону, по возвращении домой, предстоит мыть не одного, а двух драконят. – Тоже мне, напугала, – улыбнулся я, радуясь, что всё обошлось. – Помоем и Тиморию. Драконенком меньше, драконенком больше: какая разница? – Какая разница, говоришь? – тихо произнесла Таура. – Хорошо, потом обсудим, раз ты готов ко второму… – Я не это имел ввиду! – Запротестовал я. А потом задумался. Ведь самого же сегодня посещали мысли на эту тему. Но не прямо же сейчас второго заводить! – Вышло неубедительно, – ответила старательно-невозмутимым голосом черная даконица, наблюдая за меняющимся выражением моей морды. – Ладно, думаю, этот разговор мы отложим, так как говорить будем наедине. Но не надолго отложим! Глядя на то, как резвятся наши драконята, мы как-то незаметно для себя перешли на рассказы о своем детстве. Спайро рассказал о том, как жилось на болотах в семье стрекоз, в компании папы, мамы и младшего брата. Чертовски доставучего брата. И по которому, несмотря на все его недостатки, фиолетовый дракон уже успел соскучится. Да, забавно было слушать о детских приключениях юного дракончика и его брата-стрекозы. О том, как иногда приходилось вытаскивать Спаркса из разных передряг, причем иногда серьезных, например, попадание в мухоловку. Но и Спайро, бывало, куда-нибудь вляпывался. Но, ввиду малых размеров и возможностей Спаркса, выбираться, в девяноста случаях из ста, фиолетовому дракончику приходилось самому. Таура рассказала пару историй из своего детства. Да и вообще, рассказала о том, как проходит детство наследницы рода. Да, весьма интересно, необычно и познавательно. Хотя многие вещи черная драконица явно умолчала, так как это даже не для друзей. К примеру о том, какая подготовка и с какого возраста у черных драконов и, особенно, у аристократии. Так как явно была теперь моя очередь, я рассказал немного историй из моего детства. О том, как с другом мы гуляли неподалеку от наших домов в студенческом городке. Рассказал о том, как мы ходили к обрыву, что был в этом же студгородке и смотрели на город, мечтая подняться на четырнадцатиэтажный учебный корпус, стоящий рядом, и посмотреть на город оттуда. К слову, позже, в студенческие годы, мне это удалось! Спайро, Синдер и Таура, конечно же, были изрядно удивлены, что на территорию учебного заведения, представлявшего собой группу зданий, разделенных тенистыми и не очень аллеями, свободно пускали всех желающих. Затем я рассказал о том, как живя летом у бабушки, я проводил время с другим своим другом. Играл у него во дворе несозревшими плодами алычи сначала в своеобразный микро-гольф, а потом и микро-бильярд. А затем и о том, как мы с ним, уже будучи более взрослыми, катались на велосипеде, в том числе, как он подвозил меня на раме, а велосипед, в конце спуска, возьми да развались. После велосипедов стало два и мы колесили уже по всем окрестностям. Синдер… Синдер молчала. И никто, ясное дело, с вопросами к ней не лез. А подошедший к ней Спайро, обняв драконицу желто-оранжевым крылом, прошептал: – Зато у нас такие приключения вместе были… И не только приключения. – После чего лизнул драконицу в щеку и потерся об неё. Это несколько сгладило неловкость момента и растопило лёд в глазах алокрылой драконицы. Она потерлась об фиолетовую морду в ответ и удовлетворенно вздохнула. Через некоторое время драконята набегались и прибежали к нам. Они аккуратно подергали нас за лапы и хвосты, а затем убежали к двери, что вела с детской площадки, на которую выразительно поставили передние лапки. Затем оба драконенка прибежали назад и стали глядеть на нас глазками кота из Шрека. – Кажется, наши мастера пантомимы хотят домой, – рассмеялся я. – Думаю, они ещё и проголодались, – добавила Таура. – К тому же, начинает темнеть, – сказал Спайро, пристально посмотрев по сторонам, – нам действительно пора. – Ну, тогда пошли домой, – подвела итог Синдер. – Там Дарку ещё предстоит двух драконят мыть, между прочим. Эх, смотрю, не забыла она. Ну да ладно, я своё мнение уже высказал ранее. Нацепив шлейки на драконят, мы пошли обратно домой. К слову, похоже, несмотря на то, что они ещё маленькие, и Тимория, и Шейд отлично запомнили дорогу. По крайней мере, тянули они нас всё время в правильном направлении. Дойдя до калитки, я заявил Спайро, что, похоже, состоянием на сегодня, Тимория не выполнила обещанное фиолетовым драконом и ворону не заохотила. Действительно, сегодня нам никаких птиц и близко не встречалось. На что мой друг с улыбкой ответил, что он и не утверждал, что его дочь сделает это прямо на первой же прогулке. И вот, наконец-то оказавшись дома, мы сразу приступили к мытью драконят. Вернее, я приступил. Погрузив Шейда себе на спину и затем добавив туда Тиморию, я пошел в душ. Остальные же разошлись кто куда, но перед этим тоже помыв, по меньшей мере, лапы. Мне же предстояло помыть сразу двух драконят. Впрочем, это оказалось даже проще, чем мыть одного. Потому, что пока маленькие дракончик и драконочка затеяли очередную возню, я мог спокойно поливать их из душа до тех пор, пока каждая песчинка с них не была смыта. Впрочем, щеткой и мочалкой орудовать тоже пришлось. Но оба драконенка были уже к этому привычны, потому никаких неразрешимых проблем не возникло. Да уж. Не то, что в тот день, когда я Шейда сам мыл, умывал, да зубы ему чистил… Вскоре был готов ужин, который все шесть нагулявшихся драконов, разного возраста и размера, с аппетитом съели. После ужина я взял в лапы ханг и, устроившись вместе со всеми в гостиной, начал что-то устало-успокаивающее наигрывать. Все, даже драконята, слушали, постепенно закрывая глаза. Вскоре, оба драконенка уже спали, а их драконицы, с трудом прогнав с себя негу, отнесли малышню в кроватки, а сами вернулись назад. Увы, музыка моя длилась, по возвращении дракониц обратно, недолго. Её прервал хлопок двери. – Винтер? Асма? Вы уже вернулись? – Удивился Спайро, что был ближе всего к выходу в коридор, потому и высунул в него голову, чтобы увидеть пришедших. Я резко прервался и отложил ханг. Ведь мне сразу было понятно, что если Асма и Винтер вернулись так рано, то это не к добру. Ведь всего пара дней прошла! Выглянув в коридор, я увидел хмуро-злобного Винтера и немного опечаленную Асму. Что и требовалось доказать. Уважаемые господа, доктор Дарк обслужил пациента Синдер и готов принять новых двух. Так вот, не готов! Особенно на ночь глядя. И неизвестно ещё, готов ли пациента Асму. Возможно, её лучше к доктору Тауре направить. Но для начала, надо понять, что же произошло. – Всё нормально? – Спросил я таким тоном, что было понятно, что имелось ввиду «Что случилось?». – Всё хуже некуда, – ответил Винтер, сквозь стиснутые зубы. – Теперь я не Винтрефрост, а просто Винтер. – Всегда есть, куда… – вырвалось у меня. А затем я быстро начал действовать. – Так. Слушайте меня. Оба. Сейчас уже почти ночь. Потому, сейчас вы примете душ и отправитесь спать. А завтра будем говорить, думать и решать. Утро вечера мудренее. К слову, вы можете переночевать в комнате, где зимовал Спаркс. Там двуспальная кровать. Да, и ранний подъем вам не нужен, так что можете отдыхать. Исходя из того, каким тоном я это сказал, возражений не последовало и наши усталые путешественники пошли выполнять озвученное им.