Глава 57. Потери или приобретения?

Под утро, сквозь сон, я почувствовал, как Шейд залез к нам с Таурой на кровать. Вернее, он залез не просто на кровать, а к нам под одеяло. И, проползя между нами, устроился там, где посчитал для себя наилучшим – примерно посередине между передними и задними лапами как меня, так и моей любимой. Я приоткрыл один глаз. Анализ увиденного показал: ещё очень рано, так как только-только начинало светать. Ну и ладно, тогда спим дальше. Я закрыл глаза и улыбнулся, чувствуя, как Шейд щекочет мне живот, пытаясь свернуться поудобнее, а затем и снова уснул. Через некоторое время, досмотрев очередной сон, я снова проснулся. Кажется, мне снилось, что выросший Шейд, почему-то с моей пекторалью на шее и со стоящей рядом Тиморией, в которой явно угадывается то, что она – супруга Шейда, расспрашивают меня, Тауру, Спайро и Синдер где мы пропадали всё это время. Причем Тимория тоже, между прочим, с пекторалью и, причем, с нашей. Ну, то есть, с пекторалью Тауры. Место мне было незнакомо, но, кажется, это было где-то у нас в долине Хёстгри. К слову, Хёстгри, видневшийся вдалеке, кажется, был гораздо больше того, что строится сейчас. Я немного пошевелился, чувствуя слегка касающегося моего живота маленького Шейда. Да уж, приснится же такое! Хотя, замок-то мне тоже, в своё время, приснился! Может, это – вещий сон? Но тогда вопрос: куда это мы все вчетвером пропадем-то, ещё и на «всё это время»? Сколько это – «всё»? Между прочим, вроде, ничего такого никто из нас не планировал! И что делали тем временем остальные? Ну, там, Хранители, Винтер с Асмой! Точно! Сон там мне вещий приснился или просто какой-то бред, но сейчас у меня есть проблемы поважнее! А именно – разрулить всю ситуацию, что возникла у Винтера и Асмы. А для этого – надо для начала их самих поподробнее расспросить. И первый шаг к этому – подъем и в душ! Аккуратно вытягиваю морду вперед и касаюсь носом своей чёрной красавицы. Она, в данный момент, спит ко мне спиной, но знаю я пару точек, у основания рожек, которые достаточно чувствительны, а также, что массаж и вылизывание оных тоже очень нравятся моей любимой… Через некоторое время напряженного сопения, которым Таура маскировала то, что уже проснулась и наслаждается моими ласками, черная драконица наконец не выдержала. – М-м-м… Мне очень понравилось, – сказала медовым голосом она. – Доброе утро, любимая, – сказал я. – Осторожно, где-то между нами Шейд. Разумеется, я знал, что Таура уже некоторое время не спит – её выдали мелкие рефлекторные подергивания крыльев и хвоста. – И тебе доброе утро, мой любимый черный дракон, – прозвучал мелодичный голос зеленоглазой драконицы. – Я чувствую его и, кстати, он тоже уже не спит. Я засунул голову под одеяло и увидел зеленые глаза Шейда ,смотрящие на меня. Тем временем, Таура, повернувшись ко мне мордой и открыв, наконец, глаза, не теряла время зря. И теперь меня уже вовсю вылизывали, включая те особенные места на моей морде, которые знала черная драконица. Немного понаслаждавшись взаимными ласками, мы решили вставать. Тем более, что проснувшийся Шейд выполз из-под одеяла и всем своим видом изображал, что не против пойти в душ. В общем, его желание совпадало с нашим, потому я и Таура быстро застелили кровать, после чего открыли дверь в коридор. Шейд пулей вылетел в коридор и едва ли не повернув по стене, умчался в ту сторону, где находилась дверь, к которой мы и направлялись. При этом я услышал возмущенное «Эй!», сказанное голосом Синдер. Выйдя в коридор, я пожелал ей доброго утра. Идущая навстречу алокрылая драконица ответила: – И тебе доброе утро. Прошу, поясните Шейду, что нестись сломя голову, это не лучшая затея. Он же чуть не сбил с лап Тиморию! – Впрочем, особого возмущения в голосе не было. – Мы с ней еле успели увернуться от этого снаряда. Правда, мне пришлось моей драконочке немного за хвост помочь. – Извини, подруга, – ответил я, сделав крыльями жест, аналогичный тому, когда человек разводит руками, – ты же знаешь, как Шейд любит плескаться в душе. Его на пути в душ не остановить! – Да знаю я, – отмахнулась Синдер. – Он просто чуть мне в браслет на лапе головой не воткнулся, пока я Тиморию с пути убирала. А браслет, между прочим, металлический и с шипами! Вдруг твой шустрик сумел бы найти способ, как причинить себе им вред? Ладно, довольно об этом. Ждем вас за завтраком. Ну да, семья наших друзей была в полном составе: Тимория сидела на спине у Синдер, а Спайро как раз вышел следом за своей драконицей. Интересно. Это они с меня и Тауры моду взяли теперь в душ тоже всем вместе ходить? Пожелав доброго утра и фиолетовому дракону, мы с Таурой, наконец, оказались там, где нас уже с нетерпением ждал Шейд. И тут я, наконец, говорю Тауре то, что ещё вчера вечером задумал. – Таура, милая, подстрахуешь меня? – Приготовившись делать глазки кота из «Шрека», говорю я. – Конечно, – соглашается черная драконица. – А что именно тебе нужно? – Ну, понимаешь… я сегодня буду расспрашивать Винтера, – начал пояснять свой план я. – А ты могла бы помочь с Асмой. Думаю, лучше делать это по отдельности, чтобы они друг друга не слышали и не видели. А потом мы с тобой мнениями обменяемся. – А почему именно так? – Удивилась моя супруга. – Я считаю, что ты лучше сможешь помочь Асме, чем я. – Ну ладно, помогу, раз ты просишь. После относительно недолгих утренних процедур, мы втроем спустились вниз, в столовую, к завтраку. В столовой были уже наши друзья, включая Винтера. Услышав наши голоса, из двери на кухню высунулась Асма. Увидев, что все в сборе, драконица, что ещё со вчерашнего вечера вновь натянула на себя привычный облик с зеленой чешуёй, начала подавать на стол завтрак. А потом и сама присоединилась. Наши драконята или соскучившись за пару дней по готовке Асмы, или просто подсознательно чувствуя важность момента, вели себя, на удивление, тихо и пристойно. Я же сразу попросил Спайро и Синдер после завтрака приглядеть и за Шейдом, причем лучше на свежем воздухе. Спайро уже открыл рот, чтобы что-то спросить или уточнить, но Синдер вдруг ответила: – Хорошо. После завтрака я, Спайро, Шейд и Тимория гуляем во дворе. – Глаза драконицы смотрели на меня серьезно и, похоже, она уже поняла, зачем я это делаю. – Потом позовешь. – А Спайро она просто аккуратно закрыла пасть лапой, слегка надавив на его нижнюю челюсть тыльной стороной лапы и кинув многозначительный взгляд на фиолетового дракона. После, Синдер стала невозмутимо размешивать сахар в своей чашке с чаем. Все остальные, переглянувшись, последовали её примеру. Так-так, интересно: знакомые рубленные фразы, быстрое пресечение вопросов от Спайро… что, Ужас Небес потихоньку привыкает не взаперти сидеть, а участвовать в нашей жизни? Я бы сказал, что да. Допив чай, алокрылая драконица, прихватив с собой своего супруга и обоих драконят, удалилась во двор. В доме остались лишь мы с Таурой, да Асма с Винтером. – Винтер, – обратился я к ледяному дракону. – Теперь мы с тобой пойдем в гостиную и там поговорим о вчерашнем. – Мы воспользуемся твоим кабинетом, – подала голос черная драконица и поманила за собой Асму. Я встал, а Винтер, с какой-то неловкостью, проследовал за мной. Мне показалось, или в его глазах был намек на панику? Мы с Винтером вошли в гостиную. Я закрыл все двери, ведущие в неё и предложил: – Выбирай, где тебе будет удобнее сидеть, пока ты будешь рассказывать, что у вас там произошло. Винтер сначала покосился на кресло, но потом махнул крылом и обустроился на диванчике. Я же просто подтянул ближайшее кресло поближе к Винтеру, сел напротив него и приготовился слушать. – Всё шло хорошо, пока моя матушка… – Начал было Винтер. – Нет. – Перебил я. – Рассказывай с самого начала. Причем всё очень подробно, что будет необходимо, уточню. Винтер вздохнул. А затем начал уже с гораздо более раннего момента. Он дословно пересказал текст отправленного с утра письма, попутно удивившись стилусу в гостинице. Я лишь слегка улыбнулся, подумав, что не зря тот самый стилус Асме в сумку положил, всё прошло так, как я и хотел. Прогулку с Асмой по городу Винтер описал кратко. А вот подробный рассказ начал с того, как он и Асма оказались перед фамильным особняком. Когда подробное описание первого разговора с Филдом было закончено, я позволил себе комментарий: – Значит, Филд заподозрил, а скорее понял, что Асма совсем не привычна к этикету или знает его весьма поверхностно. Но не думаю, что это причина дальнейшего. – Да, ты прав, – вздохнул Винтер, – он вообще пытался погасить разгоревшиеся страсти, но потом… впрочем, об этом позже. Далее пошло описание представления Асмы его матери. Я выжимал из ледяного дракона любые мелочи: кто где стоял, как реагировал, расположение драконов за столом и прочее. Но пока что нигде ни намека не было на то, к чему это всё, судя по вчерашней фразе Винтера, привело. Идею с фамилией я тоже оценил, удовлетворённо хмыкнув. Она действительно неплохо прикрывала как «косяки» Асмы, так и полное молчание про её родственников. Вопрос Асмы про возможность что-то приготовить для хозяев дома я, после небольших размышлений, тоже принял скорее как положительный момент. Особенно, с учетом знания того, что и как умеет готовить моя шеф-повар. В общем, первый день дал мне мало зацепок. Ну да, приняли прохладно, как драконицу с не самой лучшей родословной. Сюрприз, что теперь медленно движется к нам в Варфанг? Тут вообще было получено разрешение. Правда, Винтер так и не рассказал, что именно он отправил, сказав, что потом я сам увижу. Тому, что Винтер не стал хвастаться знакомством с принцем своего рода я вообще «аплодировал стоя». Разговор с матерью… да, возможно, она что-то заподозрила. Вот тут может быть… нет, не может. Не стала бы она тогда говорить, что сделает из Асмы истинную леди. Да и фраза, что она – далеко не самый худший выбор... Ужин – тоже, пока что, ничего. Следующий день. Завтрак. Поход на рынок для помощи Асме – думаю, все восприняли как правильный, благородный поступок. Рассказ дошел до обеда. Когда я услышал фразу «…будь Вы даже суккубом…» я понял, что произойдет дальше. Впрочем, дослушав до немой сцены, когда Асма сбросила маскировку, не сдержался: – Да, её действия абсолютно правильны и уместны, – сказал я. К слову, Асма даже всерьез переспросила, прежде чем скинуть с себя маскировку. И получила ответ. А вот дальше всё покатилось Малефору под хвост. Начальная реакция Одри и Филда показала мне, что Филд колебался до последнего. Впрочем, я, кажется, понял, что за выбор стоял перед молодым главой рода: ему пришлось бы отлучать от Дома или Винтера, или Одри. И неизвестно, в каком случае пожар скандала будет ярче. Хотя, пожалуй, известно: Винтер – вот он, передо мной в Варфанге. И на горизонте, вроде, дымов от сгоревшей столицы синего рода не наблюдается. А вот Одри наверняка, будучи изгнанной, устроила бы представление. Так что Филд сделал выбор, как говорил один персонаж книг, игр и фильмов по имени Геральт, выбрав меньшее зло. Правда, тот же персонаж рассказывал и об иллюзорности такого выбора, а также к чему это приводит. Что же по поводу Одри… тут было и сложно и просто одновременно. Пойти на нарушение своего слова – это серьезно. Здесь два варианта: или непомерная гордость или страх. И то, и то – плохо. В общем, тут, похоже, исправлять нечего. Да, слова Винтера в ту памятную ночь знакомства, что я к нему могу обращаться без фамилии, судьба прямо таки по-черному обыграла. Винтер, тем временем, продолжал свой рассказ. Услышав, что Винтер оставил свой бывший семейный особняк без входной двери, я подумал, что надо всё-таки этого дракона обязательно научить самоконтролю. Ведь вроде и ледяной дракон, а взрывается временами не хуже огненного! Хотя, в целом, уход получился эффектный. Дальше я послушал пересказ встречи с принцем. Да, Элдрид молодец! Подстелил соломки там, где у меня не было возможности. И пригодилась ведь, соломка эта. Может, раз принц так сделал, у него тоже не всё гладко с Юникой прошло. Судя по указу – деловая часть поездки у него была успешной. А вот личная… впрочем, ладно, об Элдриде я потом подумаю. А сейчас надо Винтеру ответ давать. А то сидит передо мной, пригорюнившись, и не знает, что дальше. И у меня есть, что сказать ледяному дракону, который уже почти год живет у нас в доме. Сначала, приподняв бровь, я осведомился, почему Винтер считает, что всё прямо таки настолько плохо. Как и ожидалось, он растерялся. Но потом начал отвечать, что, мол, он теперь никто, без семьи и это значит, что на нем несмываемый позор. Что за бред? Да, некоторые традиции прямо таки просятся быть отброшенными из-за их не то, что ненужности, но даже прямого вреда. Увы, не мне это решать. Я вкрадчиво поинтересовался, каким же это позором, с его точки зрения, Винтер покрыл себя и свой род. Закономерно, ледяной дракон сказал, что ничего позорного он не совершал, но, мол, другие драконы подумают… Перебиваю и прошу огласить список этих других драконов. Интересуюсь, вхожу ли в них я, Таура, Спайро и Синдер. Или, может, в этом списке есть Асма? Сразу осведомился, ехидным тоном, выгонят ли теперь Винтера снова из Академии? (разумеется, я знал ответ: не выгонят и сделают вид, что ничего не было). Винтер возразил, что мы нет, но другие ледяные драконы… Напоминаю про Элдрида. Вот уж кто в группу тех, чьего мнения так боится Винтер, попадает на сто процентов. Но наш ледяной упертый дракон все равно втемяшил себе в рогатую башку, что всё хуже некуда. Ладно, покажем с другой стороны. А именно, что такое «Хуже некуда». – Винтер, ты умираешь? Или Асма? –Что?!! – Хорошо, что мы чай не пьем, иначе сейчас ледяной дракон им бы поперхнулся. – Нет!!! – Тогда твоё «Хуже некуда» к этой ситуации неприменимо. Вот если бы тебе или ей жить осталось всего ничего, тогда, пожалуй, я бы согласился. Но сомневаюсь... И затем я опять услышал возражения про мнение других драконов. В ответ спрашиваю, изгнали ли Винтера из земель Ледяных Драконов. Нет, не изгнали, но смысла посещать их теперь наш друг тоже не видит. Делаю уточнение, что «Нет» и «Не видит» – вещи разные. А также интересуюсь, какое ему дело теперь до мнения остальных своих сородичей? Тем более, что повлиять они на него никак не могут – просто нечем. Ниже пола, как говориться, не упадешь, но и не уронят. Разумеется, последнее – лишь мои мысли, но не фраза, сказанная вслух. Такое ему сейчас лишь навредит. – Но семья… – не унимается ледяной дракон. – Семья?!! – Перебил я своего собеседника. – Я не уверен, что Фросты вообще знают, что такое семья. Вот скажи, что такое семья? Получаю, в общем-то, более-менее ровный ответ. На уровне базовых знаний. Но и этого сейчас хватит. Интересуюсь, что из вышеперечисленного Винтеру давала его «семья». Тем самым намекаю, что он с момента поступления в Академию был предоставлен самому себе. Проглатываю фразу «С глаз долой – из сердца вон!», так как её тоже Винтеру слышать нельзя категорически. И вот, наконец, мы добрались до главного. Отныне – главного для Винтера. Что у него есть Асма и её надо обеспечивать. Я сказал, что вот это уже правильные мысли. Вот она – семья Винтера. Умолчал пока, что наша четверка тоже, в общем-то, ему уже, как выяснилось, ближе родственников. А затем поинтересовался, каким боком к его семье относятся Фросты. Не удержался, спросил, неужели Винтер собирался воспользоваться семейным состоянием, живя лишь задрав кверху лапы и проматывая его вместе с Асмой. В ответ, ожидаемо, услышал возмущенное «Нет!» и утверждение, что он не бездельник-аристократ какой-нибудь. Наконец, задаю главный вопрос, к которому его так долго подводил: – Ответь мне на вопрос: что, кроме возможности видеться с матерью и братом, ты перестал иметь возможность делать, потеряв фамилию? Винтер задумался и пауза затянулась. Наконец, он дал робкий ответ: – Вроде, ничего… – Тогда объясни, в чем твоя потеря? Я бы сказал, что ты сбросил лишний груз, что мешал тебе лететь. А вот теперь, скажи, что ты приобрел? – Э… а что я приобрел? – Хорошо, задаю наводящий вопрос: кто теперь тебе может запретить совершить свадебный ритуал с Асмой? Кроме неё самой, разумеется. А также указывать, что тебе делать, где работать… Думаю, этого Асма делать не будет, она неглупая драконица. Морда Винтера, кажется, даже немного посветлела от счастья. – Никто… – прошептал он. – Ты прав. Теперь я свободен Винтер улыбнулся и тряхнул головой. Но затем снова задумался и сказал: – Вот только что мне дальше делать? – Теперь он был более собран. – Представим, я доучиваюсь в Академии. Где мне всё-таки найти работу? Я же, буду откровенен, ничего не умею! Только и могу, что своим весом давить да немного драться. В вышибалы, что ли, идти? Я уже думал идти в Стражу. Вроде и почетно, и мне кажется, что смогу. Но придется носить доспехи, а я в жизни больше к этой гадости не притронусь! Я вообще хотел раньше доспехи деда, того самого, что ваш род грабил, переплавить. Но они зачарованы, так просто не уничтожить. А то, понимаешь ли, семейная реликвия. А по факту, доспехи мародера! Не должно быть таких реликвий! Лучше бы они сгинули! В них ведь нет ни смысла, ни пользы! – Не должно быть, говоришь? Смысла нет, говоришь? Хорошо, расскажу тебе одну историю. Я встал с кресла и подошел к стене, на которой был прикреплен арбалетный болт. Всё-таки не зря мне его Спайро тогда подарил. Вот, теперь и пригодился. – Знаешь ли ты историю сего предмета? – Спросил я, когтем указав на болт, покрытый моей засохшей кровью. – Я хотел узнать, – усмехнулся Винтер, – но Асма и знать не знает, а Спайро и Синдер говорят, что это ты или Таура рассказать должны. Но, знаешь, я как-то не решился спрашивать, раз это такая тайна. – Ну, так сейчас узнаешь, – ответил я. – Это случилось тогда, когда я только-только познакомился с Таурой. Буквально через пять дней после нашей с тобой драки, кажется. В один из выходных дней, моя любимая сказала, что будет заниматься. А Спайро и Синдер хотели провести время вместе. Мне ничего не оставалось, кроме как остаться в комнате и читать книги. Я открыл окно и решил не сидеть в комнате на кровати или за столом и читать, а положить книги прямо на подоконник, чтобы, наслаждаясь теплым ветерком, читать так. Через некоторое время, я увидел, как из дверей общежития вышла Таура с седельными сумками и, крадучись, двинулась к воротам. Она не хотела, чтобы её видели. Что-то непохоже это на учебу и подтягивание «хвостов»! Заинтересованный странным поведением подруги, я решил скрыто присмотреть за ней… Когда я дошел до того момента, когда закрыл Тауру собой, глаза Винтера округлились и он сидел, слушая дальнейший рассказ, еле дыша. Я закончил рассказ на том, что пришел в себя и Спайро мне подарил этот самый болт, что из меня вынули. Разумеется, пропажу Тауры при этом умолчал. Винтер посмотрел на прикрученный к стене болт и тихо спросил: – Значит, это… – Моя, – ответил я, угадывая дальнейший вопрос. – Ты лучше скажи теперь, почему он у меня на стене висит? – Кажется, понял, – ответил Винтер. – Это тоже напоминание. Как и доспехи прадеда отныне для меня. Пусть раньше смысл вкладывался совсем другой. – Так скажи, Винтер, ты всё ещё категорически не хочешь натягивать на себя доспехи? – Теперь уже не знаю… – Ответил ледяной дракон. – Вот и хорошо, тебе есть над чем подумать, – сказал я и открыл дверь в коридор, показывая, что разговор закончен. Из моего кабинета как раз выходили Таура и Асма. Отлично. Потому, что мою-то работу никто не отменял! – Таура, зайдешь ко мне в кабинет? – Спросил я и, получив в ответ кивок, пошел за утренней почтой. Войдя в свой кабинет, я обнаружил, что моя любимая уже сидит и ждет меня. – Как всё прошло? – Спросили мы хором. А затем черная драконица показала, что мне отвечать первому. – Нормально, – ответил я. – Похоже, мать Винтера просто не смогла принять полиморфа как члена семьи. Или из страха, или, скорее, просто из-за предубеждений. Тут я ничего на данный момент сделать не могу. А вот Винтеру пояснил, что он не многое потерял, а приобрел свободу и Асму. Рассказал ему историю о том, как у меня на стене арбалетный болт оказался. Без той части, когда все земли в поисках тебя перерывали и описания того места, где потом я тебя таки нашел. А у тебя как? – Асма очень беспокоилась за Винтера и не знала, чем помочь, – ответила мне Таура. – Я сказала ей, чтобы она просто оказывала всяческую поддержку нашему другу и не бросала его один на один с проблемами, какие бы они ни были. К слову, тоже упомянула кусочек нашей истории. В общих чертах. Сказала ей, дословно, что бросила тебя тогда, когда тебе нужна была помощь и очень об этом жалела. Я кивнул и подвел итог, обняв свою любимую крылом: – Ну что ж, тогда всё в порядке. Так что можешь, пожалуй, присоединиться к Спайро и Синдер, а я сейчас поработаю, а потом тоже к вам присоединюсь. Таура вышла за дверь, в коридор. Вскоре, хлопнула и входная дверь. Я же приступил к, собственно, работе. *** Ух, вроде и немного по объему, а по силам и времени – прямо таки гора работы! Так что возился я долго и до обеда успел обработать лишь около половины пришедших с утра документов. В итоге, на обед меня Асма почти что за хвост вытягивала. Вернее, она этим пригрозила, сказав, что её сил не хватит и будут вдвоем с Таурой тянуть. Пришлось взять перерыв на обед и пойти в столовую. – Ну что, милый, ты закончил? – Спросила у меня моя черная драконица, внеся в столовую Тиморию. А Синдер, за секунду до этого, зашла с Шейдом. Необычно. Что, они решили поменяться ради интереса? Ладно, я им обеим доверяю, так что промолчу. А вот на вопрос, заданный моей супругой, я лишь вздохнул и отрицательно покачал головой: – Знаешь, работы оказалось больше, чем я думал. – Давай я помогу? – Предложила Таура. Спасибо, но нет. Ты и так сегодня помогла, отдыхай, пока есть возможность. А я уж как-нибудь и сам разберусь. О чем я и сказал ей в крайне вежливой форме. И, закончив обед, ушел обратно в кабинет, где снова приступил к работе. *** Да, провозился я с этими долбанными документами почти весь день. Мозг уже, под конец, работал через силу. А ведь ошибаться было нельзя! Наконец, закончив всё и распихав по соответствующим папкам, я пошел на улицу, чтобы запихать всё в почтовый ящик, по дороге потягиваясь, разминая немного задеревеневшее от сидения в кресле тело. И ведь это ещё кресло эргономичной формы! Определив документы в положенное им место, я устало вздохнул. Таура, кажется, сквозь тень, прыгнула и оказалась рядом со мной. А затем как-то ввинтилась мне под крыло, положила мне на спину своё и сказала: – Бедненький, ты весь день над этими бумагами корпел. Мне было приятно от такой заботы. Но это было, как оказалось, ещё не всё. – А давай полетаем? – Предложила вдруг черная драконица. – А мы с Винтером за драконятами присмотрим, правда, в доме, – услышали мы голос Асмы. – Так что можете полетать все вчетвером. В целом, идея мне понравилась. По крайней мере, расслаблю уставший и скрипящий мозг. Ну, или, хотя бы, адреналином взбодрю. Другие тоже согласились. Потому, оставив драконят на Асму и Винтера, мы всей нашей четверкой взлетели прямо от крыльца. Не очень вежливо, конечно, но, думаю, как почетным жителям Варфанга, нам простят. *** Мы летали почти до самой темноты. Неподалеку от Варфанга, разумеется. Да, хорошо, что я в своё время Тауре дополнительные лётные тренировки предложил. В общем, и потренировались, и повеселились. Вчетвером. А вечером был ужин, после которого я, сославшись на тяжелый день, сразу отправился в душ и спать. Наверное, вскоре ко мне присоединились и Таура с Шейдом, но я этого не услышал и не почувствовал – крепко заснул, едва коснувшись подушки. *** Тот же день, Таура. *** Меня разбудило то, что Шейд уже залез под одеяло и устроился между мной и Дарком. Судя по моему сонному состоянию, ещё очень рано. Потому я решила просто продолжить спать дальше. Если даже я и ошиблась – Дарк меня разбудит. Вскоре, я уже спала себе дальше, ощущая крыльями и спиной свернувшегося клубочком Шейда. Впрочем, проспав ещё какое-то время, я обнаружила, что к моим ощущениям добавились новые. А именно, мне начали аккуратно и нежно вылизывать оххх… да… вот здесь… ещё! И ещё! Ох, как же это приятно! Наконец, я поняла, что проснулась и, разумеется, дала оценку пробуждению: – М-м-м… Мне очень понравилось, – сказала я максимально сладостным тоном, который соответствовал моему текущему состоянию. – Доброе утро, любимая, – сказал мне мой зеленоглазый клыкастик куда-то в затылок. – Осторожно, где-то между нами Шейд. Кстати, оный как раз уперся в меня лапками и пару раз ткнулся носом в спинной гребень. – И тебе доброе утро, мой любимый черный дракон, – ответила я. – Я чувствую его и, кстати, он уже не спит. Судя по тому, что мне обдало теплым дыханием шею и спину, Дарк мне на слово не поверил. Да, кстати, думаю, он достаточно уже с моей спиной поразговаривал, надо бы повернуться к черному дракону более приличествующей для разговоров стороной. Хотя, пожалуй, переворачиваясь решила я, не разговорами сейчас займусь. Ведь я знаю, что моему любимому нравится. Да, я уже давно нашла точки на его морде, вылизывая которые доставляла ему не меньшее удовольствие, чем от приснопамятных поцелуев, но без таких жестоких последствий, когда тебе приходится почти пасть разрывать, чтобы освободиться. В общем, я проявила ответную ласку. Но, как бы ни было нам с любимым приятно ласкать друг друга в постели, проснувшийся Шейд максимально понятно намекал, что пора вставать. Черный драконенок уже выпрыгнул на пол из-под одеяла и ломился в дверь, которая вела в коридор. Дело за малым – застелить постель, да и в душ двигаться. Но едва мы приоткрыли дверь, Шейд ринулся наружу, протиснулся в узкий проем и, будто подгоняемый стаей голодных хищников, умчался в душ, местами по стене. Раздалось громкое «Эй!», Дарк же на этот вскрик отреагировал так: вышел в коридор и пожелал доброго утра Синдер, которая была источником вскрика. Не иначе, с Шейдом наша подруга столкнулась. Хотя удивительно – боевая драконица, да не среагировала? – И тебе доброе утро. Прошу, поясните Шейду, что нестись сломя голову, это не лучшая затея. Он же чуть не сбил с лап Тиморию! – Послышался голос всё той же драконицы. – Мы с ней еле успели увернуться от этого снаряда. Правда, мне пришлось моей драконочке немного за хвост помочь. Ага, теперь понятно: она первым делом убирала с пути несущегося в душ Шейда самый уязвимый объект – Тиморию. А потом уже о себе заботилась. – Извини, подруга, – ответил Дарк, пожав крыльями, – ты же знаешь, как Шейд любит плескаться в душе. Его на пути в душ не остановить! – Да знаю я, – отмахнулась Синдер. – Он просто чуть мне в браслет на лапе головой не воткнулся, пока я Тиморию с пути убирала. А браслет, между прочим, металлический и с шипами! Вдруг твой шустрик сумел бы найти способ, как причинить себе им вред? Ладно, довольно об этом. Ждем вас за завтраком. Пожелав доброго утра всем троим встреченным драконам, я и Дарк проследовали в душ. Пока мы приводили себя в порядок, черный дракон вдруг обратился ко мне с просьбой: – Таура, милая, подстрахуешь меня? – Конечно, – отвечаю я сразу же. – А что именно тебе нужно? – Ну, понимаешь… я сегодня буду расспрашивать Винтера, – ответил мне Дарк. – А ты могла бы помочь с Асмой. Думаю, лучше делать это по отдельности, чтобы они друг друга не слышали и не видели. А потом мы с тобой мнениями обменяемся. Необычный план. И вообще, немного необычно, что Дарк помощи просит. Обычно же он сам всё разгребает, не подпуская никого. Может, просто хочет посмотреть, как я с этим справлюсь? Ну да ладно, действительно, и самой надо такое уметь. Тем более, Асму я уже довольно хорошо знаю. Думаю, справлюсь. – А почему именно так? – Решаю уточнить на всякий случай. – Я считаю, что ты лучше сможешь помочь Асме, чем я, – слышу в ответ. – Ну ладно, помогу, раз ты просишь. А потом мы таки закончили приводить себя в порядок и пошли завтракать. Внизу все были в сборе, включая Винтера. Ну да, он же на неделю отпросился из Академии, а то и больше, но вернулся через два дня. Удивительно, что ни Шейд, ни Тимория, не устроили никаких безобразий за завтраком. Дарк сразу же попросил наших друзей, Спайро и Синдер, погулять после завтрака с драконятами на улице и Синдер, сразу же приняв командование маленьким отрядом из себя, своего супруга и двух драконят, принялась со всей ответственностью исполнять просьбу. Потому, после завтрака в доме остались лишь все отобранные для разговора драконы. – Винтер, – начал разговор черный дракон. – Теперь мы с тобой пойдем в гостиную и там поговорим о вчерашнем. Так, а нам с Асмой куда? Впрочем, раз Дарк и Винтер будут в гостиной, мы с Асмой займем рабочий кабинет моего супруга. Там как раз и кресло, и диванчик есть. – Мы воспользуемся твоим кабинетом, – сказала я и, показав Асме, чтобы шла за мной, направилась, подавляя порывы нервно дёрнуть хвостом, в кабинет. Оказавшись внутри, я сразу предложила Асме выбор: кресло или диван. Она, подумав, выбрала кресло. Тогда я быстро переместила его к дивану и, запрыгнув на последний, сказала: – Рассказывай, что там у вас случилось. *** Действительно, ситуация не из приятных. Асма очень подробно рассказала всё, что произошло в доме Фростов, а также, отрывочно – дорогу и ночевку перед этим. Эх, бедный Винтер! Крепко его судьба носом в пол ткнула. Впрочем, я уверена, Дарк с ним поработает как надо, а у меня – другая задача. – Да, так себе история вышла, – сказала я. – А теперь рассказывай, что беспокоит именно тебя. Асма вздохнула. – Знаешь, Дарку я бы этого не сказала, наверное, – начала подруга, – но больше всего я боюсь сейчас потерять Винтера. – Думаешь, это возможно? – Решила уточнить я. – Уж если ради тебя он сам отрекся от рода, то, уверена, он тебя не бросит. – А я боюсь, – ответила Асма. – Я боюсь не того, что он меня бросит, а того, что он может наворотить дел почище его отца, – пояснила драконица. – Да, с виду он спокоен как лед, но, поверь, внутри него временами бушует пламя. В переносном смысле, разумеется. И сама знаешь, к чему это может привести. Да, к чему приводят поступки, сделанные на эмоциях, я знаю, как никто другой. И цену ошибки тоже. У меня даже чешуя, кажется, дыбом встала, когда я вспомнила ту поляну у пещеры с сундучком и Дарка, пробитого болтом навылет. А затем нахлынул стыд за свое поведение и ошибки. И теперь мне надо сделать так, чтобы Асма подобного не сделала. – Поддерживай его, как только можешь, – смогла дать совет я. – И ни в коем случае не бросай. Я когда-то совершила такую ошибку. И тогда всё чудом не полетело Малефору под хвост, а то и куда поглубже... – Что, всё было настолько серьезно? – Удивилась Асма. Придется приоткрыть часть правды. – Из-за меня Дарк, свет моей жизни, был смертельно ранен. А я, запаниковав, решила, что он умер. Не в силах больше этого видеть, да и ясно мыслить тоже, я пустилась в бега. К счастью, недалеко оказались Спайро и Синдер. Они смогли разглядеть, что Дарк ещё жив и доставили его в лечебницу. Выздоровев, он кинулся меня искать, но я, решив, к тому времени, что нашла способ, как загладить свою вину, в итоге сама лишь попала в смертельную ловушку. И если бы не Дарк, я бы там погибла. Он вытащил меня почти в последний момент. Я сначала решила, что он – призрак, пока он меня не обнял. Потом были слезы радости, извинения… но если бы я его не бросила… а лучше, не подвергла опасности… В общем, не бросай Винтера никогда. Борись за него до последнего вздоха. Покажи ему, что ты надежная опора для него. И… есть ещё один совет: заведите драконенка. Это не только укрепляет отношения, но и дает ощущение стабильности для наших драконов. Выслушав мой совет, Асма кивнула и сказала, что сама уже о подобном думала. Но по-прежнему беспокоится за Винтера. Ещё какое-то время я потратила на то, чтобы убедить Асму, что за Винтером приглядит Дарк. И мозги ему вправит, если надо. Также я высказала предположение, что если Винтер и далее планирует оставаться здесь, в Варфанге, то произошедшее, кроме неприятных воспоминаний, не будет доставлять ему особых неудобств. Ещё немного посидев с подругой и поговорив уже о немного других вещах, мы обе решили, что разговор, пожалуй, окончен. Асма поблагодарила за то, что я её выслушала и за советы. А затем я оттащила кресло назад и мы вышли из кабинета. Как раз в этот момент открылась дверь, ведущая в гостиную и оттуда высунулся нос Дарка. – Таура, зайдешь ко мне в кабинет? – Спросил черный дракон. Я ответила ему кивком, после чего он пошел за документами. Асма ушла на кухню, причем в её движения вернулись упругость и плавность, что свидетельствовало о том, что, похоже, я справилась. Я вернулась обратно в кабинет и стала ждать Дарка. Впрочем, ждать мне было недолго, вскоре мой зеленоглазый клыкастик уже стоял на пороге, неся папки на спине. Он вошел в кабинет и закрыл за собой дверь. – Как всё прошло? – Одновременно спросили мы. Я показала лапой, мол, ты первый. – Нормально, – ответил Дарк. – Похоже, мать Винтера просто не смогла принять полиморфа как члена семьи. Или из страха, или, скорее, просто из-за предубеждений. Тут я ничего на данный момент сделать не могу. А вот Винтеру пояснил, что он не многое потерял, а приобрел свободу и Асму. Рассказал ему историю о том, как у меня на стене арбалетный болт оказался. Без той части, когда все земли в поисках тебя перерывали и описания того места, где потом я тебя таки нашел. А у тебя как? – Асма очень беспокоилась за Винтера и не знала, чем помочь, – рассказала я про свою первую беседу. – Я сказала ей, чтобы она просто оказывала всяческую поддержку нашему другу и не бросала его один на один с проблемами, какие бы они ни были. К слову, тоже упомянула кусочек нашей истории. В общих чертах. Рассказала про то, что бросила тебя тогда, когда тебе нужна была помощь и очень об этом жалела. Мой любимый кивнул и, будто почувствовав, как мне неприятны всколыхнутые в памяти воспоминания, нежно обнял меня крылом и успокаивающим тоном, поглаживая меня, сказал: – Ну что ж, тогда всё в порядке. Так что можешь, пожалуй, присоединиться к Спайро и Синдер, а я сейчас поработаю, а потом тоже к вам присоединюсь. Я улыбнулась и вышла из кабинета, закрыв за собой дверь. А затем направилась на улицу. Там было пасмурно, но ветра и дождя не наблюдалось и, судя по всему, не ожидалось. Выйдя во двор, я застала следующую картину: драконята делали что хотели, а Спайро и Синдер играли в шашки. Хотя, впрочем, по поводу первого я погорячилась: увидев, что Тимория собирается уронить на Шейда бревно из остатков поленницы, не специально, конечно, Синдер через тень нырнула к дочери, поймала полено и Тиморию, а после объяснила, что так делать не надо. А затем, убедившись, что этого больше не повторится, пронырнула тем же способом обратно к Спайро и сделала свой ход. Интересно… раньше она вела себя немного иначе. И Тиморию к стопке дров на пять прыжков бы не подпустила. – Ну что, как успехи? – Тут же осведомились у меня оба дракона. – Вроде, стало лучше, – ответила я. – А вообще, посмотрим, увидим. Затем мы уже втроем стали проводить своё время во дворе, пользуясь тем, что не сильно холодно и нет дождя. Да, мы играли в шашки на выбывание и следили за драконятами. Спайро играл так себе, а вот Синдер… партия с этой драконицей у нас, как правило, оканчивалась ничьей. Если, разумеется, никто не совершал какой-либо фатальной ошибки. В итоге, видя, что Спайро играть с нами не очень интересно, мы отпустили его вообще, сказав, что с драконятами и сами справимся. А затем продолжили присматривать за детьми и играть в шашки, стараясь не окосеть при этом. Наконец, Асма позвала нас на обед. Когда я вошла в столовую, неся на себе Тиморию, все уже были в сборе. Почему Тиморию, а не Шейда? Мы с Синдер просто, для быстроты, подхватили каждая ближнего драконенка и быстро пошли обедать. Вот и вышло, что в этот раз драконята ехали на нас наоборот. Впрочем, они не жаловалась, похоже, обоим было даже интересно на ком-то новом поездить. – Ну что, милый, ты закончил? – Спросила я у Дарка, что уже сидел в столовой. Тот печально помотал головой и сказал, что работы оказалось больше, чем он думал и, похоже, он завяз до вечера. Но от помощи отказался, сказав, что имеет достаточно сил, чтобы справиться в одиночку. В общем, после обеда мой любимый черный дракон снова уцокал когтями в кабинет. Винтер остался с Асмой, предложив помочь ей с мытьем посуды. А мы с Синдер решили после обеда продолжить то, чем занимались до него: на детскую площадку неполным составом идти не захотелось ни мне, ни ей. В общем, прогуляли так мы почти весь день, а потом, наконец, во двор вышел Дарк, запихал документы в почтовый ящик и устало вздохнул. Я тут же оказалась рядом и, поднырнув под его крыло, а также положив черному дракону на спину своё, потерлась ему об подбородок и сказала: – Бедненький, ты весь день над этими бумагами корпел. А затем мне пришла мысль, которую озвучивал когда-то сам Дарк, о том, что лучший отдых это смена деятельности. До темноты ещё время есть, так что… – А давай полетаем? – Предложила я. – А мы с Винтером за драконятами присмотрим, правда, в доме, – раздался сзади голос Асмы. – Так что можете полетать все вчетвером. Дарку понравилась эта идея и он смог уговорить на неё и остальных. Впрочем, Спайро и Синдер особо и не были против такого времяпровождения. Драконята остались с Асмой и Винтером, а мы, встав в ряд, одновременно взлетели и, набирая высоту, вскоре оказались за пределами Варфанга. В воздухе мы затеяли догонялки, которые называются «поймай противника за хвост». Эту игру знают почти все драконы. Её цель – сесть на хвост противнику и схватить за оный лапой под охвостье. Разумеется, бить охвостьем в ответ своего противника запрещено. А так как нас было четверо и каждый сам за себя… В общем, головой приходилось вертеть всё время. Впрочем, мы старались далеко от Варфанга не отлетать, но и не приближаться к нему. И лишь то, что внизу из оврагов начала потихоньку вылезать темнота, остановило нашу игру. Нет, мы с Дарком и Синдер могли использовать ночное зрение, но Спайро тогда мы сможем хоть все втроем сразу поймать, что нечестно по отношению к фиолетовому дракону. Потому, мы полетели домой. В этот раз мы приземлились у ворот города и прошли до дома пешком. Там нас уже ждал ужин. Уж не знаю, как Асма смогла и за драконятами глядеть, и его готовить. Сразу после ужина, Дарк сказал, что устал и потому сразу пойдет в душ и спать. Бедненький, он, похоже, реально себя перегрузил сегодня. Так, значит завтра мне документы разгребать! А он пусть выходной себе устроит. Посидев ещё немного с друзьями, я, взяв уже начинающего зевать Шейда, сказала, что, пожалуй, присоединюсь к своему супругу. Что и сделала, посетив перед этим с Шейдом душ. Войдя в комнату, я посадила своего сына в его кровать, а сама нырнула под одеяло к своему уже крепко спящему любимому.