давай свитерок снимай, картежник.

Следующие пару недель прошли незаметно. Марина в новом статусе главы семейства бегала круглыми сутками: то утвердиться надо, то в садике новые документы подписать, то квартиру переоформить. Казалось, что документацию она больше в жизни в руки не возьмёт. С Юлей отношения у них сразу наладились ― девочка с радостью ходила в новый садик, куда её оформила тётя. Да и по вечерам они весело проводили время. Андрей ― это уже другой вопрос. Он особо не рассказывал, чем занимается, пропадал, бывало, на несколько дней, что она даже в полицию была вынуждена звонить. Но тут он как из неоткуда появлялся вместе с шайкой парней. Один участник этой же команды был виновником её плохого сна: вечно он появлялся вместе с Андреем, смотрел на неё, разглядывал, но на этом не заканчивал ― её это до жути бесило. Да и братец её новоиспечённый не говорил о нём ни слова, как назло. Она и пыталась у племянника выпытать, чего он так глазеет, но в ответ ― тишина. И хлопок дверью на ночь глядя. Только фразу напоследок кидает: ― Я надолго, не жди меня. Томно выдохнула шатенка и, прибравшись на кухне, легла спать. Отвела Юленьку в садик сегодня и по дороге решила ещё в магазин зайти. Настроение у неё сегодня было лёгкое, такое весеннее, ведь начинало теплеть на улице. Да и наконец-то отдохнёт она: дел никаких нет сегодня. Переживала она за парнишку: уже сутки его нету, мало ли что произошло. Привязалась она к нему, как за сына переживала, а он даже не уведомляет, куда уходит. Только на следующий день узнает.. после звонка из участка о том, что он у них. Что случилось, правда, ей не сказали сразу, лишь попросили быстрее прийти. Что она и сделала: просто прилетела в тот участок, в кабинет сразу забегая. — Тётя? Наконец-то, а то мы вас заждались, ― обращается к ней работница, сидящая за компьютером. — Я, здравствуйте. Что натворил? - снимает шапку, в руках сильнее сжимая. Она смотрит на Андрея, который даже взгляд на неё не поднимает. — Ограбить хотел мужчину и подрался. Смотрите внимательней за ним. И мы теперь будем: на учёт ставим. Подпишите здесь. ― Пододвигают к ней журнал и ручку кладут для подписи. — Да, конечно. ― Подписав, она к выходу идёт, дверь открывая. — На выход. Андрей сразу выходит, всё также глазами дырку в полу сверля, а она за ним на улицу следует, где крики слышит и вновь знакомых персонажей видит. Зла она была до ужаса сейчас, и, казалось, крышу сорвало совсем. Ну, как она может знать, что завтра они не убьют кого-то или не попадутся на чём-то более серьёзном? — Не хочешь объясниться? ― спрашивает она у брата, который разворачивается к ней перед всеми. — Не лезь, дома увидимся. — Да иди-ка ты нахуй, Андрюша. Можешь вообще не приходить домой. Живи с ними, ― как ядом брызгает, быстро проходя мимо остальных. Взглядом её Туркин проводит. Недоволен он был тем, что Пальто так себя повёл со своей тётей. Так ещё и при всех. Разговор их ждал после дел пацанских, и с девицей стоило уже поговорить. Он не игнорировал её, просто наблюдал, выжидал момента. Хотел, чтоб она тут обжилась, разгребла все свои дела, которых и у него было много для того, чтоб какие-то амурные дела заводить. А сейчас даже как-то не по себе стало оттого, что за малым не присмотрел нормально. По шапке даёт Пальто, когда они всей толпой в сторону зала направляются, и чуть тише говорит: — Ещё раз услышу, что ты так общаешься с тётей, ― пропишу. ― Хлопая по спине, уходит вперёд толпы, с Зимой начиная обсуждать, что делать сегодня будут. Марина племянницу забирает с садика, пытается по дороге отвлечься, отдышаться. Да покурить уже побыстрее хочет. Сигареты дома оставила. На кухне закрывается по приходу домой, Юле мультик в комнате только включает. Закуривает, нервно по комнате начиная ходить. А там и сигарету в зубы берёт, начиная еду нагревать на сковородке. Надеется, что Юля покушает и спать, но процент такой удачи был мал. Как и в этот раз случилось: только тушит бычок, и на кухню, как ураган, залетает девочка, сразу начиная кушать уже наложенную еду. А спустя пару минут и саму тётю утаскивает играться с собой в комнату. Только поздним вечером малышка, наигравшись, заснула на коленках шатенки. Та, в свою очередь, укладывает её на кровать, укрывая тёплым пуховым одеялом, направляясь к себе в спальню. Нежный атласный халатик надевает и книгу в руки берёт, на кровати устраиваться уже собирается, как тут в дверь звонят. Явился. Хоть она и сказала, чтоб тот не приходил, но всё же надеялась, что он мозгами пошевелит и решит вернуться домой. Но каково её удивление было, когда перед ней оказался он... — Какими судьбами? Время видел? ― язвительно спрашивает шатенка, на косяк двери опираясь, руки скрещивает на груди, вовсе позабыв о своём плохом настроении. Как лисица смотрит на него в ожидании ответа. — Видел. Не говори, что не рада видеть меня, твой-то рассказывал, что ты обо мне спрашивала. ― Также облокачивается Туркин ― только ближе к девице оказывается, ухмыляется ей. — Да, хотела узнать, с кем он шастает. — За ситуацию эту не обессудь. Не углядел немного, да я чё, думал, что в этой Москве менты на каждом шагу? Взгляд марины надо было видеть. Только успокоившись от похода в участок, она узнает, что он уехал в другой город, даже не сказав ей. — В какой Москве? Я буду от тебя всё узнавать? Неблагодарный какой! — Я поговорю с ним. Хочешь? - говорит шатен и только кивок девушки видит, то, как она глаза в пол уводит. — Так, может, я войду? На сквозняке держишь меня. Марина глаза закатывает, пропуская парня в квартиру наконец-то. — Халатик красивый.. Знала, что я приду? ― говорит он, снимая курточку с себя, и ботинки стягивает, выпрямляясь перед девой, взглядом окидывая её. — Ждала, что ты придёшь, но две недели назад, ― цокает снова, в спальню свою заходит, книгу на место кладёт: знает, что сегодня дело к ней не дойдёт. — Значит, понравился. — Я вижу, самолюбия у тебя хоть отбавляй. А смелости маловато, раз только сейчас пришёл. — Играем? ― пачку карт с полки берёт Туркин, поворачиваясь к девушке, которая уже на кровати пристроилась, смотря на него. — На раздевание. — Ты с ума сошёл? — Смелости маловато? ― говорит он, садясь также на край кровати, повторяя слова девицы. Она только рукой отмашку даёт: пусть тасует. Её на понт взять легко ― этим он и воспользовался, начиная раскладывать им карты для дурака. Игра уж больно длинная была, но победа за девушкой, чему несказанно рада была дева. — Давай свитерок снимай, картёжник. Он улыбается, стягивая с себя тёплый свитер ― казалось, он в другой одежде и не ходит. Под ним облегающая футболка, оказывается. Обломалась дева, конечно: долго ждать ещё для того, чтобы взглянуть на его обнажённый торс, который она представляла по вечерам. Из раздумий её Валера выдёргивает, новую игру начиная, напрягается только сильнее парень, уж больно хотелось снять с неё этот халатик; увидеть, что под ним находится. И у него это выходит: бьёт её всеми козырями, растягивая самодовольную улыбку. Сам рукой к завязке тянется, развязывая атласную ткань, которая вмиг с плеч падает. Вид на лифчик чёрный, который очень красиво облегал её грудь, открывает. Марина только воздух сглатывает, глаза прикрывая на пару секунд то ли от стыда, то ли от волны мурашек из-за его взгляда. — А тебе не кажется, что нечестное количество одежды у нас? ― проговаривает шатенка слегка дрожащим голосом, волосы перекидывая вперёд, закрывая вид на свою полуобнажённую грудь. — Ещё партейку? ― игнорирует её недовольство парень ― сразу к делу предпочитает. А в ответ ― кивок короткий получает и смешок издаёт, тасуя новую партию. Смутил её он пока не полностью, но румянец на щеках девы ему нравился. И то, что увидел под тканью, только сильнее его заинтересовало. Вновь его выигрыш. — Повернись спиной, ― командует, не давая даже опомниться или возразить. А она слушается без каких либо вопросов ― волосы вперёд только забирает, в руках локоны перебирая. Нежно руками по плечам проводит Валерий, к расстёжке доходя, и расстёгивает вмиг. Будто сотни таких перепробовал. Девушек? Или лифчиков? Тёмный бюстгальтер начинает спадать, а он лямки с плеч стягивает, нежно пальчиками проводит, дрожь по телу вызывая. И дыханием шею обжигает. Она перед ним сейчас такая невинная, нежная. Хотелось поиграться с ней ― и он это сделает. Рукой к обнажённой груди тянется, сжимая нежно, совсем легонько. Только вздох девы ловит, отчего и уголки губ поднимаются, наверняка и глазки у неё бегают, подумал он. Сейчас же он сзади, хотел дать ей привыкнуть, неловкость некую убрать. Сосок вставший чувствует, между большим и указательным пальцами берёт его, слегка оттягивая, играясь им. Сам губу нижнюю облизывает, ощущая, как в штанах тесно становится, а ведь они только начали. Тихий стон шатенки слышит и грудь шлепаёт, ещё один слышит, уже более грубый. — Ты ж не хочешь, чтобы проснулась Юля? Ближе к ней садится, вплотную к её спине, рукой по животу нежно тянет к единственной оставшейся ткани девицы и под неё сразу пробирается. Клитор массирует своими пальчиками, по мокрым складочкам проходит, ощущая всё её возбуждение. А Марина голову назад, ему на плечо, откидывает, глаза прикрывая. Вообще никаких мыслей, даже думать о правильности происходящего не может. Только его сейчас хотела. Пальцем проникает в её узкую дырочку. Рот рукой свободной ей закрывает, сразу грубо начиная толкаться в неё, добавляет и второй палец, растягивая её. А в скором времени и трахать этими пальцами начал, всё ускоряясь. Слышал только мычание, звуки смазки, и видел, как её тело судорожно начинало сжиматься. Чувствует жидкость тёплую, стекающую по её бёдрам, шлёпает пару раз по набухшему клитору и пальцы к губам девы подносит, заставляя слизывать. Она жадно их в рот берёт, а он только глубже толкается, чуть ли не по самые гланды засовывая их, пару толчков делая. Достав их, он чувствует, как тело Марины размокает прям в его хватке. Мягко гладит её шею, выпуклые ключицы, на которые лунный свет из окна падал, плечи ласкал, успокаивая её. Так и заснула она у него на груди, а он, укрыв её, сразу смылся по-тихой, сигарету быстрее на улице закуривая, обдумывая произошедшее. Тётя Пальто. Твою мать. Дома он сразу в ванную направился ― подрочить стоило, он и так сдержался у неё дома. Стягивает спортивные штаны да боксёры приспускает. Над унитазом становится, рукой начинает водить по члену, голову откидывает. Её сладкие стоны всё ещё эхом в голове играли, что помогало сейчас. Изгибы тела, то, как она тряслась от его рук в себе. От его дыхания сжималась. Блять. Хотел вытрахать её раком, жадно за задницу схватившись; шлёпать, пока она выкрикивала бы его имя. Либо же в рот давал грубо, совсем не думая о том, что она уже давится. Волосы бы в руках стягивал, наматывая на кулак. Кончил он очень быстро: терпел долго. В душ сразу зашёл, смывая весь сегодняшний день. И уснул также быстро, задумываясь о том, как она проснётся без него, так ещё и после случившегося.