Часть 1. Доверие

      Шэдоухарт верила своей Богине всю жизнь. Ласковые объятия Шар согревали холодными ночами, давали чувство защищëнности и, будто бы, какой-то причастности. Девушка не стремилась в легенды или герои, да и какой народный почёт может быть человеку, который стремится стать юстициаром у не самой популярной и пользующейся всеобщей любовью Богини. Даже если эта девушка очень любит животных.       В основном Шэдоухарт верила в себя, свои заклинания и знания. Не то, чтобы она хотела как-то богохульничать, но крепкий удар цепом иногда дарил чувства чуть большей защищëнности, чем свербящая на руке рана. Хотя ощущение божественного присутствия в такие моменты возрастало, но непосредственного вмешательства не было, а свою тушку спасать-то хочется. И желательно, чтобы процесс спасения не был сильно травматичным.       Крайне редко Шэдоухарт доверяла посторонним, хотя обозвать чуть ослабленную паранойю «доверием» – язык не поворачивается. Подозрительность и озлобленность вбивалась в детей с первых дней. Храмовники очень старались, чтобы догмат «Весь мир – враг Шар, а враг Шар – ваш враг» был выжжен калёным железом в неокрепших разумах. Кровью и потом, отхарканными лёгкими и порванными мышцами неофиты познавали все прелести служения Шар, даже если сами неофиты не были в восторге. Да кто их спрашивал: еретики с корнем вырывались, будто сорняки, чтобы дать молодой поросли взойти и с горящими от энтузиазма глазами нести слово Богини в массы.       Вообще, Шэдоухарт никогда не доверяла гитьянкам. Жрица никогда не интересовалась истоками этой ненависти, да и ей не было это нужно: высокомерие и надменность этой расы воинственных лягушек говорили сами за себя. И так же, как Шар может принять в свои объятия новых последователей, так она и может принять в своих чертогах новые души, отправленные к ней верными юстициарами.       Неудивительно, что Шэдоухарт испытала смешанные чувства, когда увидела тех, кто спас её из капсулы. И если молодой человек просто вызывал желание проверить свой кошелёк, то его компаньон был сосредоточием всего отвратительного. Вздëрнутый нос, надменный взгляд и зелëная кожа – нет сомнений, гитьянка. Этот серебряный доспех, пусть покрытый сажей и пылью, всё так же ярко отражал огни Аверно, а глаза смотрели как на бессмысленную помеху.       «Минуту» – Шэдоухарт повернулась спиной к парочке, чтобы вытащить призму из капсулы, и буквально чувствовала спиной точку, прожигаемую взглядами парочки. И если гитьянка, фыркнув, отвернулась, удалившись в глубь помещения, то мужчина, чуть улыбнувшись, сделал жест рукой, мол, «дамы вперёд».       «Они спасли тебя из капсулы, выбраться из корабля вместе – как минимум разумно» – убеждала себя Шэдоухарт. Девушка не могла отделаться от ощущения, что перед ней был не человек, а змея – такой же изворотливый, скользкий и – совсем немного, честно – обаятельный, так что, чуть крепче сжав призму, жрица прошла вперед, стараясь обходить горящие обломки. За спиной послышались мягкие шаги, а спереди звучала тихая ругань. Компания ни радовала, ни внушала доверия. Но первостепенная задача – это выбраться с корабля. С остальными проблемами нужно будет разбираться после.       Смотря на огонь сейчас, Шэдоухарт думала, что в тот момент она даже представить не могла, что будет путешествовать с этой парочкой не одну неделю, что с гитьянкой у неё устаканится что-то вроде вооружённого нейтралитета, а вор, представившийся как Тав, будет одним из крайне малозначительной группы людей, которым она может доверить свою спину. Может, даже единственным. Свист летящих стрел из одноручных арбалетов будто бы даже успокаивал, а подозрительность, бьющая набатом во время первой встречи, переключится на других членов их разношëрстной компании.       Сейчас даже нет человека, которому бы Шэдоухарт доверяла больше, чем Тав. Девушка не боялась брать из его рук наполненную кружку или есть приготовленную им еду. Помогала, не задумываясь. И также, не задумываясь, бросалась в его объятия, будучи уверенной, что её обнимут так же крепко, как и всегда.       Да, Шэдоухарт, наверное, доверяла ассасину и лучшему вору Фаэруна свою жизнь, счастье и будущее. И, что важнее, она доверяла ему покупку необходимых верëвок. Если честно, бывшую жрицу Шар несильно интересовало, будут ли эти верëвки куплены или украдены. Единственное, что ей было важно, так это чтобы Тав вернулся с верëвками в их небольшой, но уже такой родной дом.