Глава 1. Золотой Кубок и Терновый Венец

      Все в Мондштадте знают Барбару. Все приходят к ней за исцелением души и тела. Целительные руки Барбары способны избавить почти от любых недугов, а её чудный голос поднимет настроение и вернёт веру в лучшее будущее. Только песнями люди и спасаются большую часть времени.        Как дочь пастора, Барбара обязана потом перенять этот титул у своего отца. А пока она является лишь одной из сестёр, но все уже начинают выделять её среди них.        Среди народа считается, что церковь — правая рука рода Лоуренсов в мире духовенства. На самом деле так и есть. Когда Лоуренсы снова захватили власть, они снесли статую Анемо Архонта, которую сами же и построили во времена Ванессы, а также уничтожили все образа Барбатоса прямо на площади перед Собором. Все, как они думали.        Но даже у святых могут быть свои секреты.        Предок Барбары смог сохранить один образ Анемо Архонта в корнях Великого дерева леди Ванессы, выросшего на том месте, где она вознеслась в Селестию. А надо сказать, что люди Лоуренсов всё вытрясли: от подвала церкви до дома последнего прихожанина.       Шеймус Пегг, отец Барбары, проводит тайные службы нечасто и очень осторожно, в основном под покровом ночи и для очень небольшого количества людей, не больше четырёх. Если прихожан на улице остановят рыцари Ордена Лоуренсов, то они всегда могут сказать, что неважно себя чувствуют и просто идут в Собор к Барбаре, чтобы та им помогла. На удивление эти остолопы верят.        Сама Барбара очень предана Барбатосу и искренне любит его и почитает. Каждый раз, читая молитву, она вкладывает в её все свои лучшие помыслы и самые светлые надежды на то, что их Архонт находится рядом с ними и рано или поздно их жизнь снова обретёт некогда утраченную свободу.

***

      «Шипы» — самая известная шайка разбойников в Мондштадте, и все бояться её даже больше, чем Похитителей сокровищ. На самом деле «Шипы» и с их работой прекрасно справляются, поэтому этим мелким воришкам ничего не осталось в своё время, кроме как уйти в другие королевства.       «Шипы» не признают себя мондштадтцами, они не придерживаются никакой религии, но упорно не хотят покидать край ветров, даже если в том же Ли Юэ чиновники, которых можно ограбить, богаче, а мест для засады вдоль дороги больше. А руководит этим сборищем неподражаемая Розария — обладательница Крио Глаза Бога, держащая в качестве оружия копьё, которое она, если судить по байкам, собрала собственными руками из звёздного серебра и клыков древнего дракона, что спит на Драконьем хребте. Не каждый отважится даже отправиться туда в поход, а эта девушка добыла себе там оружие. Немудрено, что именно она главарь банды. Она же и дала им название на правах нового предводителя, когда прежний… отправился на покой.        Также у Розарии был младший брат, Рэйзор. Конечно, по крови он ей был совсем не брат, но относилась она к нему, как к родному. Для своего возраста бойцом он был знатным, даже умел управляться с двуручным мечом, однако он был слегка нелюдим, не понимал шуток своих «соплеменников» и часто отказывался учавствовать в грабежах. За такое его уже давно могли отпинать ногами какие-нибудь особо жадные до крови «шипы», но покровительство Розарии всегда защищало мальчика от подобного зверства. Даже будучи главарём бандитов она умудрялась сохранить хоть какое-то понятие о чести и справедливости, пусть они и отличались от общепринятых рамок, которых придерживались в основном горожане и жители Спрингвейла.        У Розарии есть странное увлечение: ходить в город «в гости».        Чаще всего, особенно если погода хорошая, она пробирается в Мондштадт, ложится на какую-нибудь крышу в торговом районе, которую уже успело обогреть солнце, и засыпает до самого вечера, пока не настанет пора возвращаться в лагерь. Также она любит дразнить дежурных рыцарей Эолы, а потом убегать и скрываться, да так ловко, что этим недоумкам ничего не остаётся, кроме как вернуться на свои посты.       Наверное, Розария больше похожа жителя Города Свободы, чем сами мондштадтцы, стеснённые со всех сторон правилами и законами Эолы Лоуренс.        Кто знает, может, при ином раскладе и для Розарии в городе нашлось бы место?