Четыре цвета глаз

      — И что Вы на это скажете? — спросила Марта, разминая усталую шею.       Несколько часов допросов, в которых она была безмолвным наблюдателем, оказались довольно утомительными. Ей казалось, что её участие не требуется, но Бенуа не дал девушке уйти.       — Нет-нет, две пары глаз и ушей заметят больше. Мне нужна Ваша наблюдательность.       Марта смирилась и была вознаграждена удивительной историей о покушениях на Блейк Хамфри. Как оказалось, в последние дни на девушку прямо-таки сыпались несчастья. То в салат магическим образом попал арахис, на который у Блейк жуткая аллергия, а весь персонал кухни был оповещён о рационе пассажиров. То она поскользнулась на лестнице так, что чуть не свернула шею. То в сантиметре от неё пролетело тяжёлое кашпо с пальмой, упавшее с верхней палубы, когда Блейк прогуливалась по нижней.       — И что Вы об этом думаете?       — Давайте переоденемся к ужину и выпьем по коктейлю на веранде. Там всё и обсудим.       Дежурившая сегодня Мари с радостью помогла Марте собраться.       — Если Вы будете ужинать с этим симпатичным детективом, то надо надеть шикарное платье, — восторженно заявила девушка.       — Не надо, мы — хорошие знакомые, мне не нужно что-то изображать перед Бланком.       — Пф, и что? Нет-нет, я помню в Вашем гардеробе чудесное платье…       С боем Мари заставила Марту надеть тёмно-синее шёлковое платье с глубоким декольте и открытой спиной.       — Это чересчур, — Марта стыдливо поправляла вырез.       — Это великолепно! Я не позволю Вам пойти в чём-то другом.       Надо сказать, платье действительно произвело впечатление на детектива. В его глазах так и заискрился восторг:       — Вы выглядите потрясающе, — он нежно поцеловал руку Марты. — Не посчитайте меня бесчувственным чудовищем, но рядом с Вами мне хочется забыть об убийстве и просто наслаждаться вечером с самой красивой женщиной на этом корабле.       Марта почувствовала, как щёки заливает румянец.       — Я Вас смутил, простите, — извинился чуткий детектив. — Просто мне непривычно видеть Вас в этом чудесном платье, а не в свитере.       — Мне это и самой непривычно, — засмущалась Марта. — Я в основном ношу джинсы и футболки с рубашками. Но сестра контролировала мой шоппинг и заставила сменить образ.       — И мы должны быть ей благодарны за такой подарок.       Марта окончательно потерялась под смеющимся взглядом его голубых глаз.       — А Вы вот стиль не меняете, — девушка решила сменить тему. — Убийство, и Вы тут как тут. Как будто специально их ищете.       — Это мой талант, — Бенуа склонился перед ней, прижимая ладонь к груди.       Марта не сдержала улыбки, несмотря на гнетущую обстановку.       — А почему же Вы решили покинуть особняк Тромби?       Внезапно Марта, словно помимо своей воли, сказала:       — Бенуа, мы же давно знакомы. Давайте на «ты»? Не против?       — С большим удовольствием! — ей показалось, что в глазах детектива мелькнул радостный огонёк. — Так почему же ты здесь, Марта?       И как всегда, когда детектив произносил её имя, по коже девушки пробежали мурашки.       — Психотерапевт посоветовал сменить обстановку, наполнить жизнь новыми положительными впечатлениями, чтобы вытеснить старые негативные.       — Отличный совет!       — Да уж, правда, реализация подкачала — невесело ухмыльнулась Марта.       — Зато мы снова встретились, а Ваша… твоя компания делает любую ситуацию приятнее.       Даже от такого крохотного комплимента Марта засмущалась.       — Снова все под подозрением?       — Кроме нас с тобой, — подмигнул Бенуа.       — То есть во мне ты уверен?       — Да.       — И даже не спросишь, чтобы проверить?       — В этом и смысл доверия, — Бенуа подошёл чуть ближе и заговорил тише.       От этого почти интимного тона по коже Марты побежали мурашки. Несколько секунд Бенуа молча смотрел в её глаза.       — Что-то не так? — смутилась Марта.       — Да. У тебя удивительные глаза, — детектив улыбнулся, довольный её растерянным выражением лица. — Они запоминаются надолго, словно запечатываются в душе.       — Не думаю… — Марта опустила взгляд. — ты же встречал столько людей, столько женщин и столько красивых глаз…       Бенуа мягко улыбнулся:       — Этот наш разговор напомнил мне один красивый стих.       — Какой?       Бенуа заговорил глубоким, чарующим голосом, словно актёр на сцене, читающий Шекспира:

Серые глаза — рассвет,

Пароходная сирена,

Дождь, разлука, серый след

За винтом бегущей пены.

Чёрные глаза — жара,

В море сонных звёзд скольженье,

И у борта до утра

Поцелуев отраженье.

Синие глаза — луна,

Вальса белое молчанье,

Ежедневная стена

Неизбежного прощанья.

Карие глаза — песок,

Осень, волчья степь, охота,

Скачка, вся на волосок

От паденья и полёта.

Нет, я не судья для них,

Просто без суждений вздорных

Я четырежды должник

Синих, серых, карих, чёрных.

Как четыре стороны

Одного того же света,

Я люблю — в том нет вины —

Все четыре этих цвета.

      Стих закончился, а Марта всё не могла прийти в себя, так её загипнотизировал голос детектива. На террасе почти не было людей, но даже парочку посетителей и официантов она перестала замечать, завороженная Бенуа. Во всём мире был только он, шум воды за бортом, полная луна и те глаза, о которых рассказывало стихотворение.       — Это похоже на мою жизнь, — усмехнулся Бланк. — Все четыре этих цвета… Вот только зелёных глаз в ней не было, — он накрыл своей ладонью руку Марты. — Таких удивительных, как твои.       Сердце Марты пропустило удар. Она просто пропала. Глаза Бенуа затянули её на глубину, словно водоворот в океане…