Глава 31. «Больница»

Эндрю нашелся. Живой, замерший и напуганный, но нашелся! Нил, прижимая его ближе к груди, пробирался к толпе людей на опушке леса, чтобы там им помогли. Их встречает бригада врачей и спасателей, повсюду мигают сине-красные огни машин, вокруг них шум тревожных голосов. Нил, не давая никому Эндрю, следует указаниям и садится в скорую помощь к бригаде врачей, а потом уезжает в ближайшую больницу. Врачи из бригады осторожно осматривают ребёнка, выявляя самые замерзшие участки на теле. И если с пальцами рук всё было не так плохо, просто небольшое переохлаждение, то со стопами ног все было сложнее. Кожа меняет цвет на нездоровый, мраморно-синеватый, став выглядеть нездорово. – Что с его ногами? – испуганно спрашивает Нил, смотря то на стопы, то на врачей. – Признаки обморожения. Сложно пока сказать какой тяжести, но не всё так критично. Сколько он провел на улице при морозе? – спрашивает врач. – Я отправил его в поход днём ещё. Потеряла группа Эндрю где-то вечером, я не знаю точного времени. – Во сколько вернулась группа? Нам надо понимать сколько часов мальчик провел на холоде. – Часов в шесть вечера, – задумавшись отвечает Нил. Врачи сверялись по времени, прокручивая в голове диагностику для маленького пациента. Один из них аккуратно снимает с него одежду, так как та сильно промокла. – Малыш, почему у тебя мокрая одежда? Что случилось? Эндрю сонно моргает и, спустя какое-то время, отвечает: – Я упал в ручей случайно. – Но ты снял с себя ботинки и носки. Они тоже сильно промокли? – Ага, – кивает Эндрю. – Они были такими холодными, что я решил снять их. Почему ноги жжёт, они же замерзли? – Это вполне нормально, они просто не привыкли к теплу, – успокаивает один из врачей. – Возьми термос, тебе нужно больше пить горячего. – Спасибо. Эндрю ослабевшими пальцами пытается удержать термос, Нил помогает ему в этом, давая выпить горячий напиток до конца. Врачи тем временем накладывают на стопы его ног теплоизолирующие повязки, стараясь делать все быстро и аккуратно. Эндрю устало наблюдал за ними, норовя провалиться в сон. Такое тепло вокруг очень разморило его. Как только они доехали до больницы, Эндрю аккуратно отнесли в приемный отдел, где принялись активно отогревать. Параллельно у Эндрю дежурило несколько врачей. Кто-то измерял давление и проверял стабильность пульса, кто-то подсунул ему градусник чтобы измерить температуру, а кто-то кутал его в шерстяной плед. Учитывая то, что в помещении и так было жарко. Ноги стали болеть ещё сильнее, Эндрю начал ныть. Этого особенно сильно боялся Нил, так как он не знал, как поддержать и успокоить сына. Он не знал, как помочь ему, как убрать боль, поэтому просто прижимал его к себе, давая врачам делать свою работу. Стопы выглядели неважно из-за своего оттенка, тем более когда кожа нагрелась и посинения стали более ярко выраженными. Эндрю посмотрел на ноги и запаниковал ещё сильнее. – Что с ними? – испуганно спрашивает он. – Они просто замерзли, малыш, – успокаивает медсестра. – Сейчас мы поможем им согреться и им будет лучше. – Им и так жарко, – хнычет Эндрю. – Не смотри на них, хорошо? – ласковым голосом просит Нил, аккуратно отворачивая голову сына в сторону стены. Эндрю испуганно сжимает кофту Нила, мечась взглядом по белому кафелю стенки перед собой. Медсестры, проводя более тщательный осмотр ног, делают выводы, а потом повторно плотно заматывают их в стерильные повязки. Все результаты первого обследования и осмотра врач, приставленный к Эндрю, записывал себе в блокнот, назначая для своего пациента лабораторные исследования, а также предполагал какую-то часть медикаментозного лечения. – Болят ножки, малыш? – спрашивает он. Эндрю, все ещё дрожа, кивает много раз подряд, боясь смотреть на кого-либо. – Надо ввести обезболивающее, ноги будут ещё какое-то время болеть, – сказал он и дал указание медсестре. – А потом возьмите кровь на анализ. Надо провести обследование, прежде чем я могу назначить полноценное лечение. – Будет сделано! – бодро отвечает медсестра. Она подходит к Нилу, крепко держащего Эндрю у себя на коленях, и просит пойти за ними в процедурный кабинет. Эндрю испуганно смотрит на всех вокруг, явно не желая попасть в процедурный кабинет. Ничего хорошего там ему точно не светит. От страха жар наплыл в теле, ноги закололо ещё больше. – Жарко, – ноет он, хныкая. – Ноги колючие, я никуда не хочу! Нил гладит его по голове, не выпуская из кокона пледа. – Так будет лучше для тебя, милый, – шепчет он ласково, стараясь скрыть свое волнение за мягкой улыбкой. Медсестра увела их в кабинет, плотно закрыв за собой двери. Усадив их на кушетку, она стала рыться в шкафчиках и мини холодильнике, доставая ампулы и шприцы. Эндрю слышит, как медсестра копошится у столов, видимо, доставая какие-то лекарства. Но когда она попросила Эндрю раздеться и прикоснулась к его штанам, то сразу понял, что медсестра собирается сделать. Дернув ногами, Эндрю попытался поджать их под себя, но руки в перчатках ему этого сделать не дали, удерживая их. Он стал сопротивляться, боясь, что ему сделают ещё больнее, поэтому перестал слышать, что ему говорят взрослые и сосредоточился на своей проблеме. – Эндрю, милый, посмотри на меня, – просит Нил, поймав лицо мальчика в свои ладони. – Все хорошо, ничего страшного не произошло. Тебе просто дадут обезболивающее, чтобы ножки не болели. Чем быстрее их вылечат, тем тебе будет лучше и легче. Обезболивающее в этом сейчас поможет. – Малыш, я сделаю все аккуратно, не смотри на меня, просто закрой глаза. Скоро все закончится и ты сможешь отдохнуть, – обещает медсестра. Эндрю дрожит от страха, метая взгляды с одного человека на другого. Он чувствовал себя таким беспомощным в этот момент. Нил мягко обнял его своими руками, укрыв светлую макушку от посторонних глаз, и нежно, но крепко прижал к своей груди. После медленно лёг на кушетки, держа сына на себе. Эндрю, смирившись на какое-то время, затих, сильно сжав рукав кофты папы. Медсестра, уловив слабый контакт с пациентом, принялась за свою работу, вводя обезболивающий укол. Эндрю, пусть и ожидал эту боль, все равно громко плакал, мучая этим не только себя и медсестру, но и держащего его Нила. – Больно, – воет он. – Потерпи ещё немножко, солнышко. Ты большой молодец, ты со всем справишься, – успокаивает медсестра, параллельно помогающая Нилу удерживать ребёнка на месте. Эндрю продолжает ныть, трясясь всем телом, то ли от боли, то ли от страха, то ли от обиды за то, что его все держат и заставляют проходить через это. Наконец, с уколом заканчивают, позволяя Эндрю обратно одеться, а Нилу сесть. – Мой герой, – шепчет тот, стараясь скрыть дрожь в голосе. Эндрю же продолжает трястись из-за накатившей истерики, поэтому он плохо понимает, что ему говорят и что вообще происходит. Медсестра вновь направляется к злосчастному шкафчику, доставая ещё один шприц. Эндрю не успевает вовремя это заметить, поэтому не сразу понял, что рукав на его руке закатывают. Он попытался вырваться, но ничего не вышло. – Я просто возьму кровь, малыш, – заверяет она. – Это не больно и очень быстро. Эндрю трясет головой, все ещё сопротивляясь, и тогда Нил поворачивает его лицом к себе. – Дрю, ты ведь помнишь как мы с тобой ходили брать кровь из вены? Это совсем не страшно, ты со всем хорошо справишься, – мягко говорит он. Эндрю хнычет что-то несвязное, но ослабляет руку, позволяя медсестре вколоть иглу в вену и набрать кровь. На удивление, это и правда было не так больно. Все равно поныв для приличия, Эндрю уткнулся лицом в кофту Нила, изредка всхлипывая в неё, в то время как медсестра перевязывала ему руку и хвалила за смелость. Однако, хорошее отношение врачей местной больницы на этом, к удивлению Нила, закончилось. Из-за того, что Эндрю не был привязан к этой больнице по документам, так как жил вообще в другом штате, врачи имели полное право отказать ему в госпитализации в их больнице. – Поймите, никакой угрозы для жизни нет. И пока не придут результаты анализов, я не смогу назначить ничего дельного. Посидите, пожалуйста, дома, пока мы не решим, что делать дальше, – заверяет врач Нилу. Эндрю пришлось отдать на повторный осмотр медсестрам, поэтому Нил мог поговорить с врачом с глазу на глаз. И новость об отказе в госпитализации его порядком взбесила. – Да как вы не можете принять его? У него ноги в страшном состоянии! – возмущается он. – Это пройдет, поверьте. Мазями вы можете мазать его дома. Если в организме появится инфекция, мы примем вас на лечение. – Какого черта вы вообще имеете право отказать нам в госпитализации? – никак не угомонится Нил, встав в позу. Отказ в срочной госпитализации местной больницы его очень не устроил. Он совершенно не знал что делать с больным ребёнком, как ему помочь? – Подождите три дня дома, я пропишу вам рецепт лечения на дом. Но поймите, мы не имеем право устраивать мальчика у нас в больнице, она государственная и работает по правилам прописки пациентов. Мы имеем право только оказать первую помощь, – пытался объяснить врач. Нила, конечно, такой ответ не устроил. Все то напряжение, злость, переживания и другие негативные эмоции, что копились в нём всю эту ночь, вылились на врача и медперсонал. Нила накрыла лёгкая истерика. – Оставьте его здесь! Вы должны ему помочь, разве не это ваши обязанности?! – Мистер Джостен, успокойтесь, пожалуйста, все не так плохо, как вам кажется, – пытается одна из медсестер. – Не успокоюсь, пока вы не поможете ему! – Мы сделали все возможное. Чтобы госпитализировать ребёнка нужна его прописка здесь, либо угроза для жизни. Поймите, такие правила! Мы не можем ничего сделать, не можем оформить его здесь, – пытается врач. – Что за дурацкие правила у вас? А если ему станет хуже? Вы тоже откажитесь лечить его здесь? – дрожащим от негодования и разочарования голосом спрашивает Нил, скрестив руки на груди. – Давайте не будем загадывать наперед. Пока ждем результатов анализов, потом я распределю вас на хорошее лечение. Если оно потребуется, – спокойно говорит врач. – Он провел несколько часов на морозе промокший! Он может заболеть сейчас чем-то серьезным, как вы этого не понимаете? – Не проецируйте, мистер Джостен. Возможно, все обойдется. Давайте верить в лучшее. Все может быть не так плохо, как вам кажется. – А я так не могу, – возражает Нил. – Когда мой ребёнок подвержен даже малейшим рискам, я не могу сидеть на месте. Если вы отказываетесь нам помочь, я обращусь в платную клинику. – Если вам так спокойнее, то конечно, ваше право, – соглашается врач, выдохнув с облегчением. – Отдайте мне сына и мы уйдем, – требует Нил. – Сейчас приведем, – лепечет медсестра, спеша скрыться от гневного взгляда Нила. Вскоре, Эндрю и правда вынесли к нему, завернув предварительно в одеяло. Мальчик дремал, плохо соображая, что вообще происходит. Нил взял его на руки, прижав к груди. – Вот рецепт нужных на данный момент мальчику лекарств, – говорит врач, отдавая Нилу небольшой список на листе. – Мы все равно будем наблюдаться у другого врача, который назначит список лекарств, – с недовольством отвечает Нил, но листок все-таки берет. На всякий случай. – Спасибо, до свидания. Медперсонал смотрит ему вслед, медсестры перешептывались между собой, обсуждая грубость этого парня. – Для него этот случай тоже большой стресс, – прерывает их врач. – Просто сильно боится за сына. Это нормально. Я бы на эти правила отреагировал точно так же. – Но мы же не виноваты, что не имеем больше полномочий, – возражает одна из медсестер. – Поэтому единственное, что мы можем предложить им, это лечение на дому или госпитализация в платную клинику, – кивает врач. – Все, за работу, коллеги. Пациенты ждут!

***

Нил быстро нашёл другую клинику. Мэтт помог с этим, наперед зная, что в простой больнице их вряд ли госпитализируют. Поэтому он помог Нилу устроить Эндрю в частную клинику. Нил подробно объяснил врачам всю ситуацию, где их без проблем согласились взять на присмотр. Нилу разрешили жить рядом с сыном, чтобы всем было спокойнее. К Эндрю тут же было приставлено несколько медсестер, активно мониторящих его здоровье. Там ему повторно взяли кровь на анализы, поставили капельницу с физ раствором и оставили отдыхать. Нил, склонившийся над кроватью на кресле, обеспокоено смотрел на сына, сжимая его ладошку в своей. У Эндрю поднялась вновь температура и стало ухудшаться самочувствие. Ожидаемо. Врачи ходили к нему проверять температуру и давление, увозили на ЭКГ и другие процедуры, нужные для полного обследования. Нил был согласен на все, лишь бы Эндрю действительно помогли. Он старался быть рядом, но не всегда ему позволяли. Взволнованный и нервный он стоял в коридорах, дожидаясь возможности увидеть сына. Только ближе к утру Эндрю, наконец, оставили в покое, сбив температуру и дав еще обезболивающее. Из-за болей в ногах мальчик не мог уснуть, ноя и хныча об этом Нилу, поэтому медсестра дала ему легкое снотворное. Эндрю быстро вырубило, а Нил наконец смог выдохнуть. Опустив голову на сложенные на кровати руки, он забылся в беспокойном сне.

***

Так прошло несколько дней. Ситуация ухудшилась. Эндрю слёг с жаром и сильной болью в горле. Новый главврач, приставленный к Эндрю, проведя дополнительные анализы и получив результаты анализа крови, констатировал у малыша ангину, так как её симптомы стали проявляться довольно скоро и явно. Голос сел, да и говорить Эндрю было элементарно больно. Ноги все ещё болели, пусть и не так сильно, как в первый день. Нормальный цвет они, как и ожидалось, не приобрели. И это сильно пугало Нила. Врач заверил его, что случай обморожения не самый тяжелый и максимум до чего может дойти, так это до небольших пузырей на поврежденных кожных покровах, которые придётся долго лечить. – Но все поправимо и ничего критичного нет, – заверяет врач. Нил, измученный последними несколькими сутками, пытался ему верить. Пусть паника, сидящая где-то глубоко внутри, рвалась наружу. Он не соображал ничего, только сидел рядом с Эндрю, наблюдая как тот страдает от ангины и жара. Уходить поспать в комнату, выделенную для него, он себе не позволял, принципиально находясь рядом с больничной койкой двадцать четыре часа в сутки. Хотелось плакать вместе с ним, но он крепко держался. Нельзя было показать Эндрю свой страх, он сделает только хуже. Очень помогал Мэтт, который, отправив сына с группой на рейс до дома, остался в Колорадо, помогая Нилу справиться с этим испытанием. Только он напоминал ему поесть, сходить в душ, хотя бы немного вздремнуть. Он знал как тяжело его другу сейчас, поэтому пообещал себе, что будет рядом до последнего. До тех пор, пока Эндрю не станет полегче. Отпуск от работы все-таки у них заканчивается, задерживаться нельзя. Нилу отгул на несколько лишних дней дать могут, но вот Мэтту нет. Но того, кажется, это не сильно волновало. Поэтому друзья были рядом друг с другом, переживая не самые лучшие времена вместе. Эндрю был рад видеть двух родных взрослых рядом с собой, ослабшими пальчиками сжимая ладонь Нила. – Исходя из того, что мы сейчас знаем по состоянию здоровья Эндрю, я назначу ему курс антибиотиков и физиотерапию. Продолжим делать перевязки обмороженных ног. Таблетки, сиропы для горла и жаропонижающее оставляем, – рассказывает врач Нилу однажды утром. Тот сидит у койки, где крепко спит Эндрю, и слушает его молча. Потом, сглотнув ком в горле, хрипло спрашивает: – Когда ему станет лучше? – Думаю, что через несколько дней после начала лечения антибиотиками Эндрю станет легче. Мы внимательно следим за его состоянием, мистер Джостен. В случае ухудшения состояния, мы назначим более сильные препараты. Нил не смотрел на врача, слишком уставший для того, чтобы даже поднять голову для этого. – Вам бы отдохнуть, – осторожно продолжает тот. – В таком изможденном состоянии вы лучше ни себе, ни мальчику не сделаете. Нил протирает глаза руками, нервно давя на них, а потом запускает пальцы в волосы, теребя их. – Куда я сейчас пойду? Мы даже не живём тут, вы же знаете. Если б не этот инцидент, мы бы ещё пару дней назад были бы дома. Я не смогу отдохнуть. По крайней мере, пока не окажусь там. Врач с пониманием кивнул. – Вы могли бы прогуляться на свежем воздухе какое-то время. Мальчик все равно пока спит. – Он может проснуться в любой момент, – качает головой Нил. – Не хочу, чтобы он переживал… – А ваш друг не сможет присмотреть за ним час? Я договорюсь с медперсоналом. Если вы, конечно, поспособствуете. Нил жмет плечами, прекрасно понимая намек врача. Однако, ему не хочется лишний раз дергать Мэтта. Да и если б была возможность, он бы вместе с ним подышал свежим воздухом, дав себе немного отдыха. – Сегодня мы отправим Эндрю на физиотерапию, в это время постарайтесь отдохнуть, – вздыхает врач. – Поймите, в вашем случае подцепить ту же заразу, что и у вашего сына, проще простого, вы и так сильно ослаблены. Поэтому, если не хотите заболеть, лучше не подвергайте себя рискам. Нил тяжело выдыхает, опуская голову в ладони. – Хорошо, спасибо, – кивает он. – Я буду осторожнее. – Отдыхайте, – мягко говорит врач и выходит из палаты. Нил смотрит на спящего сына, пребывая в раздумьях. Может, и правда стоит побыть одному на свежем воздухе? Он аккуратно встает и находит в сумке телефон. Набрав номер Мэтта, он ждет несколько гудков, прежде чем ему ответят. – Дружище, что-то стряслось? – раздается сонный голос по ту сторону телефона. – Нет-нет, – бормочет Нил, устало потерев глаза. – Просто… не мог бы ты приехать? – Нужна помощь с Эндрю? – обеспокоено спрашивает Мэтт. – В том числе… Просто приезжай как сможешь. – Скоро буду. На этом звонок прерывается. Нил смотрит на телефон и в очередной раз осознает, как сильно повезло ему с лучшим другом. Мэтт приезжает через двадцать минут. Аккуратно войдя в палату, одетый в халат и маску, он подходит к другу, ободряюще похлопав его по плечу. – Ну как ты? – спрашивает Мэтт, наклонив голову к сгорбившемуся на стуле Нилу. – Как меня, кстати, сюда пропустили? Я ж Эндрю не родственник. – Устал, – тихо отвечает тот. – И дал взятку медсестре, чтоб пропустили. – Ну ты даешь… Сколько ты спал сегодня? – Не знаю. Эндрю мучился с жаром сегодня ночью, пришлось звать врачей, чтобы сбили температуру. – Ему не становится лучше? – обеспокоено спрашивает Мэтт. – Пока что нет. Ноги у него болят, горло тоже, жар не прекращается. Врач назначил антибиотики, надеюсь, поможет быстро. Через неделю бы уехать отсюда по-хорошему. – Не переживай насчёт работы, не один ты пропускаешь рабочие смены. Да и наш начальник не уволит нас, ты же оплачиваешь себе дополнительный отпуск, как и я. – Сложно назвать это отпуском, – хмыкает Нил. – Никогда больше сюда не вернусь. – Ну-ну, – качает головой Мэтт. – Колорадо — хорошее место для зимнего отдыха. Обстоятельства с Эндрю могли бы произойти где угодно. – Этот экскурсовод так просто не отделается, – хмурит брови Нил, вновь начиная злиться на всю эту ситуацию. – К слову, её уже уволили оттуда, – замечает Мэтт. – Были бы у меня сейчас силы и возможности, я бы засудил её. – Не об этом думай сейчас. Пойдем лучше на воздух прогуляемся. – Я не могу оставить Эндрю одного, – наотрез отказывается Нил. – Тогда иди один в парк местный. Купи себе кофе и перекус сытный. Подыши воздухом, ты бледный, как мел. Нил сидит ещё какое-то время, а потом молча встает, кивая другу. Мэтт садится на его место, ободряюще улыбнувшись ему. Тогда Нил тихо уходит, пообещав себе, что не задержится надолго. Мэтт сидел у постели Эндрю, следя за его сном. Однако, будто бы почувствовав отсутствие Нила, Эндрю проснулся, забегав глазками по палате. Нашел только ободрившегося в миг Мэтта. – Привет, дружище, – с широкой улыбкой приветствует тот. – Как ты? – Здравствуйте, – хрипит осипшим голосом Эндрю. – А где папа? – Он вышел купить себе кофе и подышать воздухом. Я пообещал заменить его. Ты не против? – Нет, – выдыхает сипло Эндрю. – Он же так устал из-за меня… – Эй, что за настрой? – Мэтт наклонился ближе к мальчику. – Ты не виноват в этом. Да и зато ты проведешь время со мной, круто же? Я много чего мальчишеского знаю, мне Мэд все рассказывает. Эндрю слабо улыбнулся. – Он уже уехал, да? – Ага. Рвался остаться со мной, но мама у нас строгая. Приказала мчать домой. – Я все равно его заражу, – хмыкнул Эндрю. – Зато когда выздоровеешь, будете снова вместе гулять и играть в плойку. Я как раз купил Мэддоксу новые игры. – Здорово, – улыбается, радуясь за друга, Эндрю. – Тоже хочу домой. – Вот сейчас тебя вылечим, и поедешь домой на самолете. Понравилось тебе летать? – Было страшно, – признался Эндрю. – Вдруг мы бы упали? – А ты не думай об этом. Ты знал, что один из самых безопасных способов передвижения это именно самолет? – Почему? – Потому что самолет проходит кучу проверок от инженеров и других умных людей, а также им управляют опытные и умные пилоты, которые способны посадить самолет даже при поломке. Эндрю с интересом слушал, запоминая новую информацию. Действительно интересно. Надо поспрашивать про самолеты у Нила. В комнату вошла медсестра, позвав Эндрю на процедуру физиотерапии на горло. – Что это такое? – напрягается Эндрю. – Ничего страшного. Просто на горлышко прилепят железные пластины и погреют тебе его, – успокаивает медсестра, аккуратно поднимая мальчика на руки. Эндрю с недоверием держится за неё, посматривая обеспокоено на Мэтта. – Можно я посижу с ним? Чтоб он не боялся? – спрашивает у медсестры тот. – Конечно. Только не мешайте нам устанавливать аппарат. – Без проблем. Эндрю немного расслабился на руках медсестры, несущей его в кабинет физиотерапии. Там ему на горло установили специальный аппарат, который действительно не причинил Эндрю никакой боли. Тот сидел смирно, поглядывая на сидящего рядом Мэтта. Все в порядке. Пока что. После физиотерапии Эндрю отправили отдыхать в палату. На этот раз нес его Мэтт, ловко посадив себе на шею. Эндрю с огоньком в больших глазах смотрел на все сверху вниз, не испытывая страха. Мэтт хороший, он его не уронит. В палате их как раз ждал Нил, выглядящий чуть-чуть живее и бодрее чем раньше. – Ты пришел! – хрипло и радостно пискнул Эндрю, ловко перемещаясь с шеи севшего на стул Мэтта в руки к Нилу. – Конечно, – улыбается тот. – Как провел время с Мэттом? – Хорошо. Мы сходили на физотерапию, – неправильно произнеся слово протараторил Эндрю. – Не было больно? – Нет, просто тепло горлу. А где ты гулял? – У нас в парке. Мэтт сам меня туда отпустил. – О да, все именно так. Надеюсь, ты отдохнул на свежем воздухе, – подтвердил Бойд. – Я тоже хочу там погулять, – надулся Эндрю, примкнув головой к груди Нила. Тот погладил его по волосам и теплому лбу. – Думаю, пока тебе нельзя на холодный воздух, – говорит он. – Когда врач разрешит — обязательно выйдем погулять. Эндрю кивнул, удобнее устраиваясь на руках отца. Нил посмотрел на засматривавшегося на часы Мэтта. – Тебе, наверное, пора? У тебя ж работа онлайн. – Да, у меня в одиннадцать часов запланирован поход в компьютерный зал. Надо доделать отчет по работе. – Хорошо. Спасибо, что присмотрел за Эндрю, – благодарит с улыбкой Нил. – Да не за что. Зови, если вдруг что. – До свидания! – прощается тихо Эндрю, махая рукой выходящему из палаты Мэтту. – Пока-пока, дружище! Давай, поправляйся быстрее, Мэд тебя небось заждался. Эндрю улыбается и кивает, мысленно представляя как наконец-то встретится с другом и побежит играть на улице. Нил аккуратно уложил его в кровать, поцеловав в лоб и заправив прядь со лба за ухо. – Как горло? Сильно болит? – Сильно болит, – подтверждает Эндрю. – Глотать больно. – Врач назначил тебе лекарства, они должны за эту неделю тебе помочь. – А что за лекарства? – спрашивает Эндрю. Нил собирается ответить, как вдруг в палату входит медсестра с небольшой тележкой-подносом. Эндрю заметно напрягается, чувствуя что-то неладное. – Это что? – спрашивает он то ли у медсестры, то ли у отца. – Это как раз лекарства, – отвечает Нил, присаживаясь к Эндрю на кровать. – Сейчас быстренько укольчик поставим и пойдёшь кушать вкусный завтрак, – бодро отвечает медсестра, подкатывая тележку к кровати. Эндрю аж вскочил с кровати, прижимаясь к Нилу. – Нет! – протестует он, злобно смотря на медсестру. – Всего один укольчик, малыш, ну давай, не бойся, – елейным голосом воркует медсестра, натягивая перчатки. Эндрю, как и любой другой ребёнок в его возрасте, иголки никогда не любил, поэтому оставлять сопротивления точно не собирался. – Нет! – шипит Эндрю, пряча лицо под рукой Нила. – Дрю, это нужно сделать. Ты так быстрее поправишься и мы поедем домой, – пытается Нил, гладя ребёнка по голове. – Не хочу, – начинает ныть Эндрю. – Не буду, нет! – Малыш, я сделаю всё быстро, как комарик укусит, – обещает медсестра, быстро готовя шприц. Эндрю принципиально на неё не смотрит, вцепляясь в Нила мертвой хваткой. Тот перехватывает его на колени, прижимая к своей груди. Эндрю пыхтит, сжимая ладонями чужую рубашку, продолжив ныть. – Не хочу уколы, убери! – пытается он оттолкнуть медсестру ногами, но Нил их придерживает. – Больно! – Эндрю, нельзя пинаться! Тем более, больными ногами, – строго, но мягко говорит Нил, опускаясь с ребёнком, прижатым к груди, на подушку. Эндрю начинает громче плакать, больше наиграно, чтобы избежать этой неприятной процедуры. И если раньше это могло сработать, то сегодня этой участи ему избежать не удалось. Медсестра уже подобралась слишком близко и стала стягивать с него штаны. – Не хочу, – пищит истерично Эндрю, пытаясь вырваться, но Нил, на его удивление, не дал ему это сделать. – Дрю, тише, успокойся, – пытается Нил. – Я понимаю, что ты этого не хочешь, но тебе нужно поправиться. Обещаю, как только врачи скажут, что ты здоров, мы отправимся домой. Ты мой герой, помнишь? Это просто укол, ты справишься с ним. А потом я принесу тебе мармеладки, хочешь? Эндрю эта речь помогла мало, но слова о мармеладках подогрели интерес. Он, все еще шмыгая носом, кивнул, не переставая плакать. Нил поудобнее обхватил его, поцеловав в макушку. Медсестра подготовила себе зону для инъекции и легко ввела иглу. Эндрю не сразу понял что происходит, но потом, почувствовав небольшую колющую боль, принципиально завыл, пусть ему и не было больно так, как он предполагал. Нил шептал что-то ласковое ему на ухо, крепко придерживая его тело на своем. Медсестра же быстро закончила, убрав шприц подальше. – Вот и всё. Какой молодец, – говорит она, помогая Эндрю одеться. – Вот так. Мой умница, горжусь тобой, – хвалит Нил, гладя сына по голове. Эндрю жмется лицом в перекат плеча отца, находя там успокоение после пережитого стресса. Нил аккуратно садится с ним на руках, поглаживая светлые волосы. Медсестра быстро удалилась, пообещав, что скоро им привезут завтрак. Эндрю, успокоившись, устало выдохнул, попытавшись что-то сказать, но из-за боли в горле, это сделать не удалось. – Больно говорить, да? – с сочувствием спрашивает Нил. – Да, – шепчет Эндрю, устало закрыв глаза. – Давай в горло пшикнем. Нил достает из шкафа тумбы спрей для лечения горла, а Эндрю позволяет ему обработать горло лекарством. – Я устал, – шепчет ещё тише Эндрю. – Я знаю, – устало выдыхает Нил, запутав пальцы в волосах на затылке сына. – Но это закончится. И мы поедем домой, к Би. Соскучился по ней? – Очень, – хнычет тихо Эндрю. – Хочу к ней… – Я тоже, – признается Нил. – Долго я ещё буду болеть? Горлу сильно больно, я не могу столько ждать. – Врач сказал, что через несколько дней после лечения уколами тебе полегчает. Эндрю с недоумением посмотрел на него. – Мне будут ещё уколы ставить?! – Придётся два раза в день, – кивает Нил, погладив сына большим пальцем по виску. – Это поможет тебе быстро выздороветь. – Я не хочу, – кривится Эндрю. – Давай заключим сделку? – вдруг предлагает Нил, хитро улыбнувшись. Эндрю, явно заинтересованный, кивнул. – Давай так. Если ты будешь смело держаться все эти дни и позволять себя лечить, я по возвращении домой куплю тебе все, что ты захочешь. Я помню, ты давно хотел себе приставку, верно? Глаза Эндрю вместо болезненности и усталости зажглись огоньком заинтересованности. – Правда? – спрашивает он. – Я никогда не обману, ты знаешь. – Хорошо, – кивает Эндрю. – Я постараюсь. – Тогда договор? Нил тянет мальчику руку. – Договор, – соглашается Эндрю, пожимая руку в ответ. – Как только вернемся домой? – Верно. А теперь давай закапаем капли. Ты шмыгаешь носом. Эндрю послушно поднял голову, позволяя Нилу полечить немного его нос. Вскоре пришли медработники со вкусным завтраком. Нил из своей сумки достал обещанную пачку мармелада. И пусть Эндрю болеет, сутками страдая от своего плохого самочувствия, он все равно ощущал себя в безопасности. Ведь всегда с ним был Нил. Через час врачи позвали на перевязку. Эндрю никогда ранее не смотрел на ноги во время этой процедуры, но сегодня захотелось. Нил всегда носил его на руках от палаты до кабинета и обратно, так как не позволял Эндрю ходить на больных ногах. В этот раз все так же, как и всегда. Врач разматывает повязки на ногах одна за другой, подготавливая новые и стерильные с мазью. Эндрю смотрит на обмороженные когда-то ступни и замирает на какое-то время. На коже видны небольшие пузырьки, словно от ожогов. Когда-то у Эндрю было такое на пальце руки из-за неаккуратного использования сковороды на раскаленной плите. Эндрю, оторвав взгляд от ног, посмотрел на врача. – Почему ноги выглядят так, будто их обожгли? – Так выглядит обморожение. Скоро оно пройдет и ты сможешь нормально ходить. Главное - активно лечить твои ножки. – Не болит, Эндрю? – спрашивает с беспокойством Нил. – Немного… уколы ставить больнее, – фыркает Эндрю, уткнувшись лицом в бок Нила. Врач тихо посмеялся, заканчивая перематывать одну из ног. – Я даже не удивлен. Почти у всех детей, которых я знаю, есть врожденная неприязнь к иголкам. – На то они и дети, – улыбается Нил, погладив Эндрю по голове. – Зато как вылечишься, получишь приз за выдержку всего этого хоррора. Эндрю удовлетворенно кивает. – Правильно, – соглашается с довольной улыбкой врач. – Такого героя надо поощрять. Верно? – Да, – с такой же улыбкой отвечает Эндрю, отрывая лицо от бока Нила. Вид своих ног Эндрю все же шокировал, поэтому больше он на них не смотрел, предпочитая сидеть с закрытыми глазами, как и всегда. И пусть все процедуры, проводимые в этой больнице, Эндрю не нравились, он покорно терпел. И долгое лечение горла, и уход за больными ногами, и болезненные уколы. Держался по ночам, когда жар захватывал его тело в ожесточенной схватке. И не только ради обещанного приза. Во многом ради самого Нила, терпящего все его проблемы, иногда вырывающиеся наружу капризы и нытье, те же бессонные ночи. Они держались друг за друга, зная, что только таким образом можно справиться с навалившимися на них невзгодами.

***

Прошла неделя, прежде, чем Эндрю стало легче. Каждый день врачи делали ему перевязки ног, кололи антибиотики (пусть Эндрю это ужасно не нравилось), лечили горло. Уколы стали терпимее, перевязки под конец недели уже перестали быть нужными, волдыри сошли с кожи. Появилась возможность ходить. Эндрю и Нила наконец выписали домой. Мэтт все таки дождался их, чтоб они полетели все вместе. Укутав Эндрю потеплее в теплый комбинезон, замотав шарфом и завязав на веревочках шерстяную шапку, Нил отправился в аэропорт. Эндрю, пережив столь большое потрясение, на излишне теплую одежду жаловаться не стал, покорно и неуклюже шагая в этом обмундировании рядом с Нилом, крепко держась за его руку. Мэтт встретил их у входа в аэропорт. – Ты чего Эндрю так укутал? На улице не так холодно же. – Ничего себе, нехолодно! Вон какой ветер ледяной. Не хватало, чтоб он опять простыл. Организм и так ослаблен, – ворчит Нил. – Здравствуйте, – пищит где-то снизу Эндрю. Мэтт наклоняет голову. – Привет, дружище, – садится на корточки он, протягивая ему вытянутую ладонь. Эндрю отбивает ему «пять». – Как ты себя чувствуешь? – Лучше. Ноги уже не болят даже. Горло тоже. – Врач посоветовал пить витамины весь следующий месяц, – дополняет Нил. – И капать в нос, насморк ещё не прошел. – Ну ничего, – улыбается Мэтт. – Почти как огурчик, свеженький. Он аккуратно тыкнул пальцем в покрасневший от холода кончик носа Эндрю, чем вызывал у того смех. – Пойдём в аэропорт, ребят. Нечего стоять на морозе, – все ещё ворчливо говорит Нил. Было видно, как ему не нравится находиться на улицах Колорадо. Мэтт прекрасно его понимал, поэтому, взяв Эндрю за свободную руку, пошёл вместе с ним и Нилом к дверям аэропорта. Пройдя все стойки регистрации, ребята направились ко входу в самолет. Эндрю уже не боялся гигантскую крылатую машину. Она не вызывала у него панического страха. После всего, что ему довелось пережить, самолет не казался ему таким устрашающим. Поэтому, как только крылатая машина оторвалась от земли, мальчик легко погрузился в сон, привалившись к боку Нила. – Ты слишком печешься о нём, – вдруг говорит Мэтт, сидящий рядом с ними. – В смысле? – поднимает к нему голову Нил. – Я говорил тебе, что излишняя забота лучше ему не сделает, это только усугубит ситуацию и его отношение к тебе в дальнейшем. – Ты не можешь так говорить, – отрезает Нил. – Последний раз, когда я тебя послушал, закончился тем, что Эндрю нашли полуживым в мокрой канаве на морозе. В голове сразу всплыли воспоминания о том самом дне, когда Нил отпускал сына в поход. За день до этого Мэтт долго говорил с Нилом, убеждая его, что отпустить ребёнка в лес под руководством гида безопасная и хорошая идея. В аргументы шло и то, что статус среди одноклассников Эндрю терять тоже нельзя, ведь пойдут все. И Нил отпустил. Вот чего это стоило. Он не хотел винить в этом Мэтта, но сегодня тот так и рвался на горячую руку. – Я понимаю твое беспокойство, но тебе важно не допустить гиперопеку с твоей стороны. Ты понимаешь меня? – спокойно говорит Мэтт. – Давай не сейчас об этом, – качает головой Нил. – Я не хочу говорить об этом всем, когда он спит тут рядом. – Хорошо, – кивает Мэтт. – Но пообещай мне подумать об этом. – Ладно, – соглашается Джостен, устало потерев глаза. – Попробуй поспать, Нил. – Я постараюсь. Очень устал. – Ты справился с этим. У тебя и дальше все получится, дружище, – поддерживает Мэтт, легко похлопав друга по плечу. – Спасибо, без тебя бы было совсем тяжко, – устало выдыхает Нил, откинув голову на плечо друга. Это знак доверия многолетней дружбы и они оба знали это, давно приняли. Они знают, что помогут друг другу справиться со всеми невзгодами, которые посмели встать у них на пути.

***

По прилете домой Нила и Эндрю уже ожидала Бетси с горячими пирогами и ароматным чаем. Эндрю бросился обнимать её, радуясь полученному от любимой няни теплу. – Ну что, мой золотой, как ты себя чувствуешь? – спрашивает Бетси, целуя Эндрю в обе щеки. – Хорошо, – бодро отвечает тот, шмыгая носом. – Ты скучала по мне? – Конечно, милый мой, конечно, – воркует Добсон, ловко помогая Эндрю раздеться. – Нил, чего он так укутан? У нас же гораздо теплее чем в Колорадо. Нил изнеможенно жмет плечами, не находя сил на новый спор. Бетси помогает Эндрю высвободиться из комбинезона и отправляет мыть руки и бежать на кухню, а сама подходит к Нилу. Тот, почувствовав отсутствие нужды держаться, уложил голову ей на плечо, прерывисто выдохнув. Она гладит его по волосам, обнимая второй рукой. Безмолвно успокаивает после всего пережитого. Она чувствует как Нилу было тяжело. И будет не легче. В мире что угодно может случиться с ребёнком и никто от этого не застрахован. Единственное, что в силах сделать взрослым, это максимально уберечь свое сокровище от всех невзгод на свете. Бетси знает каково ему сейчас. Она молча гладит его, прижав к себе. Пусть сейчас, пока больше никто не видит, она даст Нилу отдохнуть и выдохнуть полной грудью. – Би, пап? – слышится детский голос из кухни. – Вы где? – Сейчас придём, золотце. Жди нас на кухне, – отвечает Бетси, беря лицо Нила в ладони. – Тебе нужно перекусить сейчас или пойдёшь спать? Я посижу с Эндрю. – Я поем, – спустя недолгую паузу отвечает Нил, глотая комок в горле. – Пойдём тогда мыть руки и за стол, – улыбнулась Бетси, потащив его за собой в ванную комнату. Наконец, спустя почти месяц, их маленькая семья может поужинать вместе. Эндрю все время щебетал, рассказывая Бетси о своих приключениях в холодном штате. Та слушала его с интересом, задавая иногда вопросы. Нил молча ел и слушал вполуха, находясь мыслями где-то далеко. Закончив первее всех есть, он помыл за собой посуду и, сказав Эндрю, что ему нужно отдохнуть, поднялся к себе в комнату. – С ним все хорошо? – обеспокоенно спросил Эндрю, смотря вслед удаляющемуся Нилу. – Да, – кивает Бетси, – ему просто нужно отдохнуть. – Он устал от меня, да? – тихо спрашивает Эндрю. – Нет, что ты? Он просто… просто вымотан перелетом. Ему нужно поспать. А тебе не нужно? – Я поспал в самолете. – Лучше тебе все равно лечь пораньше. Хочешь, посмотрим с тобой мультики перед сном? Эндрю улыбнулся. – Давай. Винни пуха только. – Конечно! Давай допивай чай и пойдём в гостиную. Эндрю послушно допил чай и побежал в гостиную, укутываясь в родной и мягкий плед. Бетси включает ему серию любимого мультсериала, садясь рядом. Этот вечер они проводят рядом, дав Нилу отдохнуть в одиночестве.

***

Ночью Нил тихо спустился на кухню, боясь разбудить спящих в доме. Поставив воду кипятиться, он уселся за столом, опустив голову в сложенные руки. После того как он проснулся посреди ночи сон к нему не шел. Страдая от бессонницы и внутренних переживаний, он не мог найти себе места. Он и правда перегибает палку? Он плохой родитель? Как так вышло, что Эндрю был подвернут такому стрессу, а Нил даже не мог помочь ему? Это ужасное чувство грызло его. Еще и слова Мэтта о гиперопеке. Неужто все и правда выглядит так? Нил хочет для Эндрю всего лучшего, не более. Он не знал, что делать. Вдруг, послышались тихие шаги по скрипучей лестнице. Нил взглянул на спустившего к нему человека. Конечно, это была Бетси. Она всегда чувствовала, когда Нил нуждается в её помощи. Она молча села за стол рядом с ним, сложив руки домиком. – Говори, Нил, – тихо произнесла она. И Нил начал. Открыв рот, он не мог заткнуть себя. Говорил о своих переживаниях, о страхах и беспокойствах. Бетси внимательно слушала его, не перебивая. – Понимаешь, Би, я не знаю, делаю ли правильно, – выдавливает сквозь ком в горле Нил. – Я чувствую, что недостаточно хорош для Эндрю, для других. Я допустил это, понимаешь? Если б я его не отпустил, ничего бы не было. – Нил, – наконец сказала Бетси, – ты считаешь себя виноватым в случившемся? – Да. Отчасти я виноват в этом. Не надо было пускать его в лес без моего присмотра. Он чуть не погиб там, Би. – Послушай. То, что случилось, не твоя вина. Ты отдавал Эндрю под ответственность взрослому человеку, именно на нем лежит вина, но уж точно не на тебе. Не ты не уследил за ним. – Но, – колеблясь возразил Нил, – я доверил его ей. Хотя мог этого не делать. – Мог, – согласилась Бетси, – и Эндрю бы чувствовал себя одиноко, сидя в доме, пока другие веселятся на улице. Нил замолк, впав в очередную молчаливую истерику. – Послушай, дорогой мой, ты сделал все правильно. Тебе нужно научиться доверять Эндрю. Он не может быть заперт в четырех стенах под твоим присмотром вечность. Просто поговори с ним о внимательности, ответственности за свои поступки. Ты ведь помнишь, что он сам убежал в лес за зверушкой? Ему нужно объяснить, что делать так нельзя. Не вини себя, Нил, ты так лучше никому не сделаешь. Ты хороший отец, который заботится о своем ребёнке, но тебе нужно давать ему больше свободы и ответственности. Потихоньку, начинай с малого. Этот инцидент тоже послужит ему уроком, как поступать не надо. Договорись с ним, чтоб он впредь был внимательнее и послушнее, тем более, когда тебя рядом нет. Не ограничивай его в развлечениях, ему важно находиться в социуме с другими детьми. Просто помогай ему разобраться, что правильно, а что - нет. Уверена, он вынес для себя урок, как поступать не надо. Нил слушал внимательно, осознавая, что дышать становится легче. Бетси помогает распутывать ему узы, в которые он сам загнал себя. Решение все таки есть. – Спасибо, – шепчет он. – Я поговорю с ним как-нибудь. Но… но я все равно боюсь за него. – Это совершенно нормально, – кивает Бетси. – Главное - не переборщить с опекой над ним. Старайся поступать рационально и правильно. Эндрю будет благодарен тебе за это. Нил судорожно выдыхает и кивает, потирая глаза ладонями. Бетси встает из-за стола и осторожно обнимает его, прижав его голову ближе к своему сердцу. Как когда-то собственная мама прижимала его к себе. Тепло и надежно, давая понять, что все будет в порядке. – Я… я просто так устал, Би, – хрипит Нил. – Я знаю, мой хороший, знаю, что тебе было тяжело. – Мне было страшно за него все эти недели, я не знал куда деться от этого чувства. Он так много плакал, Би… Это было невыносимо. Бетси гладила его по голове, тяжело выдыхая. – Все позади, – шепчет она. – Вы оба справились с этим. – Я боюсь, что это повторится. Что он опять пропадет, что с ним случится что-то ужасное. – Не думай об этом, Нил, не нужно. Помни что я тебе сказала и старайся доверять ему. – Хорошо… хорошо, я постараюсь. Правда постараюсь. Спустя паузу, которая, казалось, длилась вечность, Бетси тихо и тепло произнесла: – Я горжусь тобой, Нил. И услышать это оказалось более, чем достаточно для того, чтобы двигаться дальше.

***

P.S. Спустя пару дней Эндрю видит у своей кровати коробку с новенькой приставкой.