Эпилог

      5 лет спустя.

      Июнь в этом году был пасмурным, поэтому многочисленные обитатели и гости поместья Принсов каждый солнечный день предпочитали проводить за стенами особняка. Гермиона наблюдала за своими домочадцами с террасы. Архелиус прогуливался с миссис Грейнджер по дальней части сада, где росли цветущие в это время кустарники. Время от времени они появлялись в поле зрения прежде чем снова скрыться из виду. Лорд Принс обрёл в лице её матери приятную спутницу для прогулок и собеседницу для тихих вечеров, и волшебница искренне радовалась за них обоих.        Августа сидела в беседке и читала, время от времени отвлекаясь на прыгающего по перилам ворона. Она не часто навещала поместье, упорно занимаясь исследованием библиотеки Слизерина. Наследие Мраксов таило в себе не мало опасностей, но возрождённая Морриган была не из пугливых. Несмотря на посредственные магические способности, она осторожно, книга за книгой, открывала миру новые знания, и Гермиона по мере возможности помогала падчерице, всё-таки её любовь к книгам была неистребима.        Джоан тоже не оставалась в стороне, и почти каждое лето с головой закапывалась в старые тома. Это помогло ей подойти вплотную к степени Мастера тёмных искусств уже к концу школы. Хотя, будучи истиной дочерью своего отца, она планировала посвятить жизнь зельям. Но разве можно устоять перед соблазном воспользоваться уникальной библиотекой названой сестры? Сейчас она как раз готовилась к защите степени в компании младшего Малфоя. Скорпиус со всем пылом, свойственным юности, последние годы ухаживал за своей невестой. Гермиона упустила тот момент, когда их детская дружба переросла во что-то большее. Просто однажды, около года назад, Скорпиус пришёл официально просить разрешения ухаживать за Джоан, а после, в тот же вечер, Нарцисса застала целующихся наследников в укромном углу в библиотеке. Не сказать, что Гермиону это сильно удивило, но именно в тот момент она поняла, что её дочь выросла. Теперь эта уже почти молодая женщина увлечённо перечитывала свои конспекты, удобно устроившись под раскидистой сиренью, прислонившись к жениху. Блондинистая макушка Скорпиуса белела рядом в траве. Время от времени Джо отвлекалась, что-то втолковывая ему, или просто ласкаясь, но потом снова возвращалась к чтению. Через неделю у неё итоговые экзамены, а после будет выпускной, и её девочка выпорхнет во взрослую жизнь.       Гермиона невольно вспомнила себя в её возрасте. В семнадцать лет за её плечами уже была война, смерти и потери. Джоан же выросла в любящей семье, среди друзей и без нависающей угрозы. Северус об этом позаботился. Вспомнив бывшего мужа, волшебница опустила взгляд на руку, где на безымянном пальце чёрным обсидианом блестело фамильное кольцо Принсов. Джоан отказалась его принять, сославшись на то, что все равно Скопиус скоро нацепит ей такое же, только Малфоев, так что пусть пока ждёт внуков. По семейной традиции. Ехидство ей тоже досталось от отца.       — Ты опять слишком много думаешь, — промурлыкал низкий голос ей на ухо, а крепкие руки обхватили за талию, прижимая спиной к груди.       — А ты старый ворчун! — Гермиона с улыбкой развернулась, обнимая подошедшего мужчину за шею. — Я все равно за неё волнуюсь.       — Самое страшное, что сейчас ей грозит — ослепнуть от сияния этого мальчишки. Напомни, почему мы позволили ему погостить в поместье?        — Потому что иначе Джо сбежала бы к нему.       Она прильнула к груди мужчины и позволила себе ненадолго расслабиться в его объятиях, пока он легонько поглаживал её по спине.       — Гермиона, выходи за меня? — он чуть отстранился, заглядывая ей в глаза.       — Нет, — с лёгкой улыбкой и без раздумий ответила она. — Ни за что на свете я больше не буду твоей женой, Северус Снейп!        Этот разговор из раза в раз повторялся последние пять лет. После того, как Северус, еле живой и без магии, вернулся из своей экспедиции, он с маниакальными упорством пытался вернуть прежний законный статус их с Грейнджер отношениям. И раз за разом получал отказ. Первое время мужчина боялся, что на этом их отношения и вовсе закончатся, но утро они неизменно встречали в одной постели, а сама Гермиона, казалось, не придавала этому никакого значения. Но Северус не собирался отступать.        — Скажи, как я могу тебя переубедить?       — Никак! — Она отступила на полшага, так, чтобы оставаться в его руках, но при этом уже не прижиматься, и сложила на груди руки. — Все мои браки закончились плохо, так что даже не проси! Но если уж тебе так неймётся… Эспекто патронум!       Гермиона взмахнула палочкой, и рядом появилась призрачная лошадь.       — Освальд! Мне нужно срочно выйти замуж! Ты сможешь меня выручить?        Патронус ускакал, оставив хозяйку наедине с недовольно поджавшим губы мужчиной. Не прошло и минуты, как в кармане женщины нагрелось волшебное зеркало. Она откинула украшенную эмалью крышку и улыбнулась двум пытающимся поместиться в небольшой рамке мужчинам.        — Мона, сокровище моё! — Освальд, как обычно, был рад весточке от старой подруги. — Этот угрюмый упырь снова к тебе пристаёт? Я всегда рад тебя выручить, но имей в виду, что из меня выйдет ужасный муж, и я буду тебе изменять!               Освальд демонстративно поцеловал второго мужчину в щеку. Гермиона в ответ рассмеялась, игнорируя закипающего рядом зельевара.       — Знаешь, дорогой, а я тоже буду тебе изменять! И даже не подумаю скрывать это! — Ну раз мы обо всём договорились, встретимся в полдень в ратуше! Друг Освальда кивком попрощался и захлопнул своё зеркало, прервав связь. Гермиона машинально поправила волосы, разглядывая своё отражение, когда поймала недобро блеснувший взгляд. — Грейнджер, ты у меня допрыгаешься!        — На другое я и не рассчитываю!        Дерзко показав мужчине язык, она выскользнула из его рук и побежала в дом, прибавив ходу, когда за её спиной послышались быстрые шаги. Гермиона успела пробежать несколько метров, когда её подхватили на руки и увлекли в укромный угол.        — Значит, завтра в полдень? — От горячего шёпота возле уха по шее пробежали мурашки, и Гермиона совсем по-девчачьи захихикала. — Тогда мне придётся прямо с утра привязать тебя к кровати и не отпускать, как минимум, до ужина.        Вместо ответа она прижалась крепче, чувствуя себя школьницей, обжимающейся с симпатичным парнем после комендантского часа. И это её более чем устраивало.        — Неужели ты так сильно не хочешь меня отпускать?        — Я так сильно не хочу снова тебя потерять. Потому что люблю тебя. А теперь расскажи-ка мне подробнее, что ты собираешься делать завтра?