Глава 7

      Дэн оказался в роли зрителя, когда его дочь и ее парень сидели, взявшись за руки, и пристально смотрели друг другу в глаза. На первый взгляд, это вполне нормальное поведение для двух подростков, клянущихся друг другу в любви. Родителей больше беспокоило то, что за прошедший час они не сказали друг другу ни слова, и даже не пошевелились.       Эмма подошла к бассейну и села рядом с мужем, дети в это время занимали ее любимое место в тени.       — Скажи мне еще раз, что они делают?       — Дэн, успокойся! Это совершенно безопасно, иначе Гарри не занимался бы этим с Гермионой. Я не помню, как он это назвал, но, по сути, он делится с ней воспоминаниями. Гарри считает, что это позволит Гермионе быстрее усвоить то, чему он пытается ее научить. Ты можешь представить, что наша дочь откажется от такого?       — Я вообще не могу представить, чтобы Гермиона могла отказать Гарри, это, по крайней мере, половина моих претензий к этому парню.       Эмма прекрасно понимала своего мужа: Гермиона уже давно выросла, но отец не хотел позволять ей взрослеть. — Ты знаешь, что Гарри умеет читать мысли?       — Ты ведь сейчас шутишь, да?       Она старалась не рассмеяться, глядя на испуганное выражение лица мужа. — Не волнуйся, дорогой, Гермиона сказала мне, что это незаконно, если у тебя нет разрешения человека. В любом случае, Гарри не нужно уметь читать мысли, чтобы знать, что ты о нем думаешь.       Дэн снова спрятал лицо в ладонях. — Я пытаюсь, любовь моя, но это трудно. Я был для Гермионы надежной опорой и защитником всю ее жизнь. Теперь меня не только заменили, но и полностью превзошли. Раньше мне приходилось выпытывать у неё мельчайшие подробности о том, как плохо ей было в школе. А теперь она буквально делится своими мыслями с Гарри. Как я могу с этим тягаться?       Эмма разочарованно вздохнула. — Дэн, неужели ты не понимаешь? Это не соревнование. Наша дочь любит нас, Гермиона просто любит Гарри по-другому. Ты можешь представить себе кого-то более подходящего для нее?       Голос Эммы смягчился, когда она предалась воспоминаниям. — Я хорошо помню те вечера, Гермиону, сидящую у тебя на коленях. Она выглядела такой потерянной, когда рассказывала тебе, что Бренда Джонстон дергала ее за волосы и смеялась над ее зубами, чтобы все остальные смеялись над ней. Я так ревновала, что она доверилась именно тебе, а не мне. Мне пришлось напомнить себе, что мы — одна команда и что я должна быть рада, что она открылась кому-то из нас. Мы лучше всего работаем в команде, Дэн, но видел ли ты когда-нибудь лучшую «команду», чем эти двое? Даже до соединения разумов и обмена воспоминаниями они, похоже, знали, о чем думает другой.       Она поцеловала мужа в щеку. — Гарри не соперник Дэн, он новый и очень ценный игрок в команде Грейнджер!       Отец не успел ответить, как оба ребенка вышли из своего транса. Гермиона широко улыбнулась, быстро поцеловав своего парня. — Гарри, это было потрясающе! Мама, папа, я тоже собираюсь стать совой! Гарри провел меня через весь процесс, и я смогла увидеть свою форму. О, я так волнуюсь! Сейчас мы быстренько искупаемся, чтобы разогнать кровь, а потом пообедаем.       Гермиона столкнула Гарри в бассейн и нырнула следом за ним. Шум и плеск двух подростков, которые были всего лишь подростками, очень помогли Дэну, так как его жена уничтожила последние инстинктивные защитные родительские порывы в его душе.       — Вот прекрасный пример того, что я только что сказала. Ни ты, ни я не имеем ни малейшего представления о том, как помочь нашей дочери превратиться в сову. А Гарри знает, и посмотри, как она от этого счастлива. Вот как работает команда, Дэн. Как ты думаешь, когда они начнут изучать университетские дисциплины, к кому они обратятся за советом? Мы помогаем и поддерживаем, где можем. Гарри — это выбор Гермионы, и я считаю, что она сделала очень хороший выбор. Может быть, ты предпочтешь другого ее друга?       Дэн был свидетелем только одной ссоры между этими двумя, и этого было достаточно, чтобы понять, что между ними никогда не может быть отношений. Сравнив это с тем, как Гарри утешал её и пытался остановить Гермиону в спорах с родителями, отец понял, что она сделала правильный выбор.       Двое смеющихся детей вылезли из бассейна, Гарри взмахнул рукой, и они оба оказались сухими, прежде чем добрались до места, где расположились на обед. Дэн был вынужден признать, что еда была лучше, чем в любом пятизвёздочном отеле, в котором они когда-либо бывали. Добби и Винки умели сделать так, что самые простые блюда казались новыми, интересными и очень вкусными. Дэн снова вспомнил слова своей жены, сказанные ранее, когда Гарри, казалось, прочитал его мысли.       — Мистер и миссис Грейнджер, у меня тут есть кое-что, что я хотел бы, чтобы вы оба носили.       Гарри протянул пару одинаковых дизайнерских часов. — Хотя эти предметы, очевидно, являются часами, они выполняют еще несколько очень важных функций. Вы видели, как я делился воспоминаниями с Гермионой, но, к сожалению, кто-то может также забрать у вас воспоминания против вашей воли. На этих часах выгравированы руны, которые действуют как заглушающее поле вокруг вас. Это делает невозможным для кого-либо читать ваши мысли, пока вы носите их.       — Гарри, они прекрасны и явно очень дороги.       — Миссис Грейнджер, вы и ваш муж теперь знаете мои секреты. Я хочу, чтобы они, и, конечно, вы двое тоже, были в безопасности. На них также наложены щитовые чары, обеспечивающие защиту, а также голосовые портключи, которые доставят вас в безопасное место, если возникнет такая необходимость.       Дэн был в восторге от этого подарка. Гарри делал именно то, что хотел сделать он сам — защищал свою семью. Он сделал это с помощью средств, недоступных ни одному стоматологу, поэтому Дэн принял слова жены близко к сердцу. Он с благодарностью принял этот замечательный подарок. — Большое спасибо, Гарри, я полагаю, у тебя есть что-то подобное для Гермионы?       Гарри улыбнулся прогрессу, который был достигнут. — Именно это и побудило меня предложить их, после сегодняшнего утра я просто обязан был подарить это ей.       Открыв коробку, Гермиона обнаружила замысловатую золотую цепочку, на конце которой висел очень узнаваемый золотой кулон. Миниатюрный рогатый филин, сделанный из золота, но с изумрудами в качестве глаз, неожиданно стал любимым украшением Гермионы.       Даже Дэн не смог возразить против благодарного поцелуя, который его дочь подарила Гарри. Это было не только изысканное украшение, сделанное на заказ, но и защита дочери от бед. Он не мог возражать против этого.       Гермиона прекратила поцелуй, и её глаза заискрились. — Мне только что пришла в голову блестящая идея!       Остальные затаили дыхание.

***

      Рон ел свой завтрак не с тем энтузиазмом и не с тем рвением, с которым он обычно принимался за это дело. Не то чтобы он сократил количество еды на тарелке, просто, похоже, ему это не доставляло такого удовольствия. В углу стояла совершенно новая метла Молния, которую он еще даже не облетал. Он пытался сопротивляться из упрямства, но его воля слабела. То, что Джинни всё время норовила оставить её в поле его зрения, не помогало, и именно поэтому маленькая шалунья продолжала это делать.       Рон перевёл взгляд с Молнии на рогатого филина, который бесшумно влетел в открытое окно. Филин приземлился перед Роном и протянул лапку, чтобы передать послание.       — Это от Гермионы!       Близнецы, как обычно, не могли упустить возможности подшутить.       — Ой, лучше не говори Лаванде.       — Да, Рон наверняка у тебя будут проблемы.       — Получает письма от другой девушки.       — Если вы двое не заткнетесь, я не скажу вам, что там написано. Мама, ты должна это услышать! Мисс Гермиона Грейнджер сердечно приглашает семейство Уизли вместе с друзьями отпраздновать день рождения почетного гостя, мистера Гарри Джеймса Поттера. Данное приглашение будет действовать как портключ, который активируется в десять часов утра тридцать первого июля.       В глазах Молли теперь стояли не те слёзы, которые слишком часто появлялись в последнее время. — О, мы встретимся с Гарри, да ещё и в его день рождения! Я пожалуй, начну продумывать торт для него.       — Подожди, здесь еще и записка. Привет, Уизли, Это мой филин Пак. Хедвиг сейчас слишком заметна и известна, чтобы разносить почту, по крайней мере, мы ей так сказали. Он очень умный филин, так что просто скажите ему, получится ли у Вас приехать. С любовью Гермиона       Рон не смог скрыть своего возмущения. — Получится? Конечно, все получится. Думаешь, ты запомнишь это Пак? Только Гермиона могла найти такую же заумную сову, как она сама.       Пак взвился в воздух, быстро облетел комнату и задел Рона крыльями, после чего снова приземлился на стол.       — Ой, это точно сова Гермионы. Чертовски дотошная, как и она сама!       От дальнейшей атаки Рона спасла Джинни, успокаивающая взъерошенные перья Пака. — Рон, Гермиона сказала, что это умный филин, а ты взял и оскорбил её перед птицей. Вы с Лавандой безусловно два сапога — пара.       Близнецы смеялись над этим, в то время как их мать бросилась проверять, есть ли у неё все необходимые ингредиенты для торта для Гарри.       Рону было не до смеха, он только что задумался о серьёзной проблеме. — Как ты думаешь, Гермиона не будет возражать, если я приглашу с собой Лаванду?       Близнецы, похоже, сочли это невероятно забавным.       — Гарри прячется от Министерства.       — Дамблдора.       — Сами-знаете-кого.       — А Рон хочет пригласить Лаванду?       — О, он плохо понимает Фред.       — Да, давайте тогда и Риту Скитер пригласим!       Хорошее настроение Рона тут же испарилось. — Я не смогу пойти.       Фред, Джордж и Джинни одновременно произнесли: — Что?.       Рон, удрученный, объяснил свою причину. — Если я буду с Лавандой, она разболтает об этом по всей Британии.       Джордж только и успел ответить: — По-моему, мы только что это сказали, братишка.       — А если я пойду на вечеринку без своей девушки?       На этот раз ответ дала Джинни. — А точно, теперь я поняла. Пойдешь на вечеринку Гарри без Лаванды, и она бросит твою задницу, круто, Рон.       Пак подошел к Рону и начал покачивать головой вверх-вниз.       — Что, ты это понял?       На этот раз в ответ прозвучало какое-то цоканье.       — Значит ли это, что Лаванда может присутствовать на вечеринке?       И снова несколько однозначных покачиваний головой от Пака.       — Великолепно, подожди, пока я скажу ей, что она приглашена на день рождения Гарри. Парвати будет так завидовать.       Джинни не была так уверена. — Рон, ты что, принимаешь филина, качающую головой, за источник информации?       — Обычно нет, но Гермиона назвала его умным филином. Вы все видели Пака, он практически разговаривал с нами!       Джордж теперь очень внимательно изучал филина. — Да, мы все видели, но что мы видели?       Пак повернул голову в сторону близнецов и подмигнул им одним из своих зеленых глаз. Оба близнеца посмотрели друг на друга и разразились хохотом.       Гарри вылетел из норы, оставив её гораздо более счастливой, чем, когда он в ней оказался.

***

      Гарри подумал, что Фрэнк и Алиса выглядят потрясающе, учитывая, что последние четырнадцать лет они провели в больнице. Все Лонгботтомы быстро согласились прийти на праздник, и Невилл уже открывал свой подарок. Привет, Нев. Я знаю, что до твоего праздника ещё пара дней, но Пак согласился отнести это для меня. На спине нет имени, потому что та особенная леди сказала «да», но я надеюсь, что ты не очень разочарован? Надеюсь, скоро увидимся. Гарри       Невилл смеялся, доставая из посылки жилет тонкой работы из драконьей кожи. — Передай Гарри спасибо и никаких проблем. Ты будешь доставлять приглашение Луне?       Алиса захихикала: — Невилл, это же филин. Не стоит ожидать, что он ответит тебе…       Она затихла, когда Пак кивнул головой вверх-вниз в ответ на вопрос Невилла.       — Мама, если Гермиона сказала, что эта сова умная, то она, наверное, может сдать С.О.В.       — О, Невилл, какая ужасная шутка. Как я понял, ты неравнодушен к этой Гермионе?       — Гермиона великолепна, и она отличный друг. Они с Гарри выглядели парой с первого курса, все это замечали, кроме них самих. Сейчас они вместе, так что скоро ты с ней познакомишься. Вообще-то мне больше нравится Луна…       Последнюю фразу он произнес тише, чем другие, но мама это заметила. — О, мне она тоже нравится, сын, такая жизнерадостная. Ты уже предложил ей встречаться?       — Нет, мам.       Рука отца обняла его за плечи. — Я знаю, что это самое трудное, сынок, но Луна уже твой друг. Если она скажет «нет», она сделает это вежливо, и вы все равно останетесь друзьями. Хотя я не думаю, что есть хоть малейший шанс, что она скажет «нет».       Поскольку Невилл был в центре внимания, никто не заметил, как Пак изобразил танец счастливой совы, прежде чем улететь. Гарри был счастлив даже больше, чем мог бы сказать за своего друга.

***

      Гарри было так весело, что он почти забыл, что должен был здесь делать. Он не знал, где живут Ремус или Тонкс, и не обладал способностями почтовой совы. К счастью, у него была необыкновенная сова, которая показала ему, как надо летать. Ему нравилось летать с Хедвиг, и он с нетерпением ждал, когда Гермиона освоит анимагию и сможет присоединиться к ним. Хедвиг указала на крошечный домик на опушке леса и скрылась из виду.       Ремус читал книгу, когда Пак влетел в окно. Он быстро прочитал приглашение и записку, а затем окликнул девушку из другой комнаты. — Эй, Дора!       — Так, Волчонок, в чем дело? Какой красивый филин, от кого послание?       — От Гермионы, мы оба приглашены на день рождения Гарри.       Тонкс в мгновение ока оказалась рядом, читая приглашение и записку. — Эй, Пак, если ты такой умный, может быть, ты расскажешь мне, как все то золото оказалось на моем счету?       — О, этот филин такой умный, что наверняка расскажет. Не так ли, Гарри?       Тонкс, может, и была неуклюжей, но далеко не глупой. Она сразу поняла, что имел в виду Ремус. — Ты уверен?       — Зеленые глаза, черные рога, торчащие вверх, как волосы Поттера, и еще имя. Пак — Сириус это имя просто обожал. Лили как-то потащила нас на спектакль «Сон в летнюю ночь», и Сириусу это показалось жуткой нелепостью. Смущенной Лили пришлось объяснить ему в антракте, что персонажа зовут Пак, а не то, что он подумал. Сириус только сильнее рассмеялся. А еще я оборотень, я чую, что это Гарри!.       Пак быстро превратился в смеющегося Гарри. — Это великолепная история, Ремус, ты должен рассказать мне ее полностью. Привет, Тонкс!       Оба тела налетели на него одновременно, Тонкс чуть не завалила их.       Эмоции в голосе Ремуса были безошибочны. — Ты отнял у меня годы жизни, Гарри, годы, которые я не могу позволить себе потерять.       Тонкс дала своему парню время успокоиться. — Заткнись, старик, сиди и читай свою книгу, чтобы я могла спокойно обнять Мальчика-Который-Выжил.       Гарри просто обожал перебранки между этими двумя. В отличие от Рона и Гермионы, они всегда шутили, не намереваясь задеть чувства собеседника. Однако Ремус хотел получить ответы. — Я расскажу тебе эту историю, Гарри, если ты расскажешь мне свою?       — Извини, Ремус, сейчас я не могу этого сделать. Но я ценю твою позицию по отношению к Дамблдору, спасибо за это.       Тонкс притянула его к себе. — Не хочешь рассказать мне, как более миллиона галлеонов оказались в моём хранилище, Гарри, я чуть не получила инфаркт на месте! Спасибо, но мы не нуждаемся в благотворительной помощи, Гарри.       — Тонкс, это была не благотворительность, а наследство. Эти деньги были переведены со счета Пожирателя смерти, и я хотел сделать с ними что-то хорошее. Единственные, кто мог претендовать на эти деньги, были Малфои, и я ни за что не хотел, чтобы они достались им. Я предполагал, что ты используешь часть этих денег, чтобы позаботиться о своих родителях, так что дело сделано. Вы сильно пострадали от этой психованной суки, рассматривай это как компенсацию. Беллатрисе они точно не понадобятся там, где она сейчас находится.       Тонкс заключила его в свои объятия: — Это изменит жизнь многих людей. Ремус попытался продолжить игривый разговор.       — Итак, Гарри, ты теперь Пак Гермионы?       — Да, Ремус, так же как Тонкс — твоя Дора. Не пора ли тебе сделать из нее порядочную женщину? Ты знаешь, она очень привлекательна. Молодая, красивая, карьеристка, резкая как нате и к тому же богатая! Если бы я не был уже занят, я бы и сам на нее позарился.       У обоих отвисли челюсти, они недоумевали, откуда, черт возьми, это взялось. Они ожидали увидеть задумчивого подростка, оплакивающего потерю своего крестного отца. Для Ремуса это было почти как разговор с Джеймсом или Сириусом.       — Что, Ремус, разве ты не считаешь ее красивой?       Это вывело мародера из ступора. — Конечно, считаю, не надо пялиться на мою женщину, Поттер.       Гарри теперь смеялся. — Эй, Ремус, кольца на пальце нет? Значит, эта прекрасная леди все еще свободна.       Тонкс начала гладить пальцами по волосам Гарри. Это было преступлением — упускать возможность подразнить Ремуса и Гарри одновременно. — Насколько серьёзно ты относишься к этой девушке Грейнджер, Гарри, есть ли шанс, что ты передумаешь?       — Простите, мисс Тонкс, она украла моё сердце и уже сказала «да».       Тонкс снова недооценила его. — Что, ты уже сделал ей предложение? Эй, Волчонок, тебе стоит взять у Гарри несколько уроков. Он знает, как обращаться с дамами.       — Я даже готов быть шафером, если хочешь, Ремус.              Мародер был в замешательстве, к такой ситуации он не был готов. — Что ты имеешь ввиду, Гарри?       Гарри стал очень серьезным. — Когда я увидел в министерстве что Гермиона ранена, я понял, что именно Я могу потерять. После того, что случилось с Сириусом, я решил жить так, как будто завтра не наступит. Я знаю, что он хотел бы именно этого. Мне был дан второй шанс, Ремус, и я не намерен терять ни минуты. Второй шанс выпал не только мне.       С шуточками было покончено, Ремус крепко сжал обе руки Гарри. — То, что ты сделал для Фрэнка и Алисы, было замечательно, и ты прав. После той ночи в Министерстве я пересмотрел свои взгляды на то, что важно в жизни. Тот факт, что мы находимся в состоянии войны, стал для всех очевидным. Мы будем на твоей вечеринке и, возможно, даже сделаем кое-какое объявление.       Гарри был быстро и бесцеремонно отброшен в сторону, когда Тонкс набросилась на Ремуса. Они оказались на полу, и оба не замечали ничего вокруг. Гарри почувствовал, то, что наверное, чувствовал мистер Грейнджер, и поспешил убраться оттуда в форме Пака.

***

      Именно об этом моменте беспокоилась Гермиона, а Гарри обещал не задерживаться. Официальный стол для преподавателей Хогвартса во время каникул не использовался, вместо него в зале стоял круглый стол, поменьше. Впрочем, надо сказать, что стол, за которым мог разместиться Хагрид, вряд ли заслуживал названия маленького. Сейчас за столом обедали пятеро. Альбус, Северус, Помона, Хагрид и Минерва едва ли поддерживали вежливую беседу, когда их трапезу прервал Пак.       То, что Минерва и Хагрид в обеденное время получили письма от одной и той же птицы, привлекло всеобщее внимание. Минерва не удержалась и подколола Альбуса, обращаясь к филину.       — Пожалуйста, передай Гермионе, что я буду.       Хагрид был не так тонок. — Как будто я могу пропустить день рождения Гарри.       Пак кивнул один раз, а затем вылетел оттуда, оставив за собой двух ухмыляющихся и двух шокированных людей. Помона просто сидела молча, предвкушая неожиданное развлечение в обед.       — Минерва, как я предполагаю, это письмо было от мисс Грейнджер?       — Вы можете предполагать сколько угодно, директор, но это не касается Хогвартса. Могу ли я предположить, что вы не следите за Грейнджерами? Я не могу не заметить, что вы не получили приглашения на вечеринку в честь дня рождения мистера Поттера. Впрочем, раз его устраивает мисс Грейнджер, это неудивительно.       Северус попытал счастья. — Где будет эта вечеринка, Хагрид?       Большой зал разразился эхом от смеха полувеликана. — Неужели ты думаешь, что Гермиона могла это написать? Эта девушка — самая умная ведьма, которую я когда-либо встречал.       Но Альбус не сдавался, это была единственная зацепка, которая у них была. — Минерва, мне необходимо поговорить с Гарри. Если ты не скажешь мне, где он, могу я хотя бы попросить тебя передать ему письмо?       -Нет, максимум, что я готова сделать, это передать устное сообщение.       Альбус не хотел, чтобы кто-то ещё знал, что он планирует сказать Гарри. — Прости, Минерва, но это неприемлемо.       Минерва только пожала плечами. — Тогда видимо Альбус, мне не о чем беспокоиться. Гарри попросил её об одолжении, и она была намерена его оказать, Альбус же мог идти по известному адресу. Ей не терпелось увидеть выражение лица своей подруги, когда Минерва сообщит ей об этом. И она, и Хагрид быстро закончили обед, встали и ушли, не сказав больше ни слова.       Альбус ожидал, что между ними начнутся какие-то разговоры, а не то, что их вот так просто бросят. Ситуация явно менялась, и не в лучшую сторону.

***

      Пак прилетел и передал Луне ее приглашение, филин был встречен широкой улыбкой. — Гарри, а Хедвиг знает, что ты доставляешь почту для Гермионы?       Гарри обернулся обратно с озадаченным выражением на лице. — У меня что, на перьях написано «Поттер» или что-то в этом роде? Как ты узнала, что это я?       — Я могу видеть магические ауры, Гарри. Не бывает двух одинаковых, а твою я узнаю сразу, даже когда ты филин. Я так понимаю, это ещё кое-что, что ты хочешь, чтобы я держала в секрете? Улыбка Луны не сходила с ее лица.       — Да, пожалуйста, Луна, так что, встретимся ли мы на моей вечеринке?       — О да, а Невилл будет?       — Забавно, что ты так говоришь, он спросил у меня то же самое.       Теперь настала очередь Луны сделать озадаченное выражение лица. — Зачем Невиллу спрашивать, идёт ли Невилл? Ей удалось продержаться с минуту, пока Гарри ломал голову, прежде чем её музыкальный смех раскрыл игру. — О, Гарри, это старая шутка. Не могу поверить, что ты на это купился!       Гарри улыбался, вспоминая, что Луна, может, и отыгрывала глупую блондинку в совершенстве, но она была очень умной девушкой. — Луна, вы с Невиллом отлично подходите друг другу. У вас обоих ужасное чувство юмора.

***

      Том Риддл был очень встревоженным Тёмным Лордом: записка от младшего Блэка, вложенная в поддельный крестраж, очень задела его за живое. Кому он мог доверять? Неужели Малфой действительно не ведал, что творит, раз его дневник тоже был уничтожен?       Теперь ему оставалось только предполагать, что все его якоря уничтожены, а он более не обладает достаточными ресурсами души, чтобы разделить её ещё раз. Создание последнего в Нагайне было просто кошмарным испытанием. Будь то новое тело или помещение крестража в живое существо, он знал, что это невозможно будет повторить, не убив себя.       Но как бы страшно это ни было, у него была ещё одна проблема, которая могла оказаться не менее разрушительной. Теперь все знали об угрозах Поттера в его адрес. Если он никак не отреагирует на эти угрозы, то его можно считать покойником. При первом же признаке слабости его последователи начнут массово бежать. Не то чтобы у него оставалось много последователей. Он даже не мог убить этого бесполезного Хвоста, потому что тот был одним из его лучших оставшихся слуг. Придется устроить нападение, и он уже наметил в какой день. Но сначала им нужно было перебраться в другое место. — Хвост, иди сюда!

***

      Поппи Помфри была очень рада присутствовать на дне рождения шестнадцатилетнего ребенка. Ей пришлось сесть, когда Минерва сказала, что её попросили связаться с любимым целителем Гарри и пригласить его. В Министерстве ходили слухи о том, что Гарри исцелял своих раненых друзей, и то, чего он добился с Лонгботтомами, дало ее профессии долгожданный толчок в развитии. Поппи не могла представить себе ни одного целителя в стране, который не был бы рад встрече с этим молодым человеком.       Вместе с Минервой она оказалась в большой комнате, где мисс Грейнджер всё организовывала. Её волнение только возросло, когда она поняла, что Фрэнк и Алиса Лонгботтомы тоже здесь, это будет очень интересный день.       — Так, я хочу, чтобы все спрятались до прибытия нашего почётного гостя. Он скоро появится, и все знают, что нужно делать: выпрыгиваем и кричим — «Сюрприз!».       Никто не возражал, когда Гермиона что-то организовывала. Хагрид, пытавшийся спрятаться за занавесками, вызывал слишком сильное веселье, чтобы возникло какое-то беспокойство. Гермиона выключила свет, и они ждали в темноте.       Только через несколько минут они услышали, что кто-то аппарировал, и Гермиона снова включила свет, что стало сигналом, которого они ждали. Более десятка человек закричали «Сюрприз!» во весь голос.       Альбус и Северус стояли, несомненно, удивлённые.       Гермиона ожидала увидеть Дамблдора, Снейп же стал неприятным сюрпризом. — Директор, профессор Снейп, это частный дом, в который вы только что проникли без приглашения и, следовательно, незаконно. Прошу вас немедленно покинуть помещение.       Альбус понял, что его провели, да ещё и при многочисленных свидетелях, и постарался выкрутиться. — Мисс Грейнджер, не могли бы вы сообщить мистеру Поттеру, что я хочу с ним поговорить.       — Гарри уже разговаривал с вами, вы не послушали его тогда, и он не даст вам возможности похитить его снова. Кроме того, кто-то по вашему распоряжению украл моё письмо прямо у меня из рук, а теперь вы врываетесь в чужой дом. Какое право вы имеете так поступить, директор?       Северус был взбешён тем, что Поттер снова переиграл их, а теперь ещё и эта выскочка пытается заставить Альбуса Дамблдора объяснить свои действия. — Почему вы…       Ему вдруг стало трудно говорить, хотя причину найти было несложно. Ремус с силой вжал свою палочку в щеку Слизеринца, так что на ней образовалась вмятина.       — У меня к тебе тоже есть вопрос, Слизеринец. Как группа детей смогла добраться из Хогвартса в Лондон быстрее, чем тебе могло понадобиться для передачи сообщения? Ты надеялся, что, когда мы доберемся до министерства, орден не найдет ничего, кроме трупов? Спорим, ты был разочарован тем, что все найденные тела принадлежали Пожирателям смерти?       — Ремус, всё это вполне возможно…       Ремус только начал. — У тебя нет права голоса, старик. Не думай, что мы не заметили, что ты так и не ответил на вопросы Гермионы. Тонкс, как ты смотришь на то, чтобы задержать пару преступников в свой выходной? Уверен, министру это понравится.       Альбус пораженно покачал головой. — Хорошо, Ремус, ты высказал свою точку зрения. Должен сказать, что я очень разочарован в присутствующих здесь людях…       Минерва с трудом сдерживала свой гнев из-за поведения этого старого козла, ей хотелось наброситься на него как Гермионе. Если кто и нуждался в хорошей пощёчине, так это этот волшебник. — Не смеши меня, Альбус Дамблдор, это ты нарушаешь закон. Я согласна с Ремусом и предлагаю арестовать их обоих. А еще ты можешь забрать мой орденский билет и засунуть его куда-нибудь, куда я не могу сказать, потому что здесь присутствуют дети.       Джинни нравилось наблюдать за тем, как корчатся эти два волшебника. — О, пожалуйста, профессор, не позволяйте нам ограничить вас!       Голос отца напомнил Джинни, что сегодня она должна была вести себя как можно лучше. — Для нас это тоже последняя капля, Альбус, Уизли тоже покидают орден.       Хагрид тоже прорычал своё заявление о выходе, прежде чем день стал ещё хуже для Дамблдора.       Фрэнк Лонгботтом взял слово. — Альбус, я не знаю, что с тобой случилось, но этот человек передо мной — не тот великий человек, которого я помнил, уважал и за которым следовал. Молодые люди в этом зале теперь следуют за новым лидером, мы с Алисой с нетерпением ждем нашей встречи с ним. Мы также выходим из состава ордена.       Наступившую тишину нарушила Тонкс. — Итак, Гермиона, ты хочешь, чтобы я их арестовала?       И пропустила вечеринку Гарри? Они того не стоят, Тонкс. Добби! Эльф появился рядом с ней. — Добби, эти двое вторглись в дом Гарри и пытаются испортить его день рождения.       Выражение лица Добби было таким, какого никто из гостей никогда не видел у домового эльфа. Прежде чем Дамблдор успел возразить, Добби щелкнул пальцами, и они исчезли.       — Куда ты их отправил, Добби?       — Директор и жирноволосый хмырь вернулись в Хогвартс, мисс Грейнджи.       Минерва встревожилась. — Добби, а разве эльфы могут пересылать людей через защитные чары школы?       — О нет, мисс Киса, Добби отправил их недалеко от них.       Что-то царапнуло слух Гермионы. — Насколько недалеко, Добби?       Близнецы боролись со смехом после фразы эльфа «Мисс Киса», но со следующим ответом Добби они проиграли эту битву. Не только они.       — Добби отправил их в Чёрное озеро, мисс Грейнджи. Это нормально?       — Да, Добби, я думаю, мы можем с уверенностью сказать, что Гарри одобрил бы это. Не мог бы ты проверить, на ком наложены следящие чары?       Добби был счастлив, ведь угодить хозяину Гарри было для него большой радостью. Вскоре он обнаружил чары на шляпе Минервы и жилетке Хагрида, и снял их.       Лаванда была одета так, чтобы произвести впечатление: короткое облегающее платье, туфли на высоком каблуке, безупречный макияж и причёска. Её приоткрытый рот, как будто она ловила мух, несколько портил эффект, которого она добивалась. Когда наступила развязка, было неожиданно, что ее бойфренд начал говорить с ней. — Черт возьми! Это было невероятно, у вас всегда так?       Гермиона улыбнулась, прежде чем ответить за всю группу. — Да, почти всегда. Дамблдор так долго добивался своего, что думает, будто может делать все, что ему вздумается. А вот Снейп в следующем семестре точно будет просто кошмаром.       МакГонагалл попыталась успокоить своих студентов. — Оставьте этого человека мне, я все еще заместитель директора школы. Итак, где же мистер Поттер?       Гермиона подняла красный пластмассовый обруч, который лежал, прислоненный к стене. — Мы были уверены, что Дамблдор попытается что-то сделать, поэтому для подстраховки сделали вот это. Если каждый сможет дотронуться до обруча, мы сможем отправиться туда, где действительно будет проходить вечеринка.       Вся компания исчезла, и только Гермиона знала, что они направляются на виллу во Франции.

***

      Питер был поражён: он не только был ещё жив, но и возглавлял самый крупный рейд Пожирателей смерти после возвращения своего хозяина. Темный Лорд не собирался рисковать, и под его командованием находилась огромная сила. Их инструкции были очень просты: совершать убийства и сеять хаос. Никто не должен был остаться в живых, и ничего не должно было остаться целым. Питер почти жалел их цели, почти.

***

      Как только Гарри оправился от шока, вызванного дерзостью Дамблдора (старик действительно пытался привести Снейпа на его день рождения?), он смог расслабиться и получить удовольствие. Беседа с Хагридом — это то, чего он с нетерпением ждал, а отъезд из Хогвартса без возможности попрощаться со своим первым другом — это то, что он был рад исправить. Поппи тоже была тем человеком, которому он обязательно уделил время: во время беседы у них обоих блестели глаза, так как тема целительства была очень близка их сердцам. Гарри думал, что магическое врачевание будет развиваться в соответствии с достижениями маггловской медицины, но с ужасом обнаружил, что это не так. Магическое сообщество снова довольствовалось тем, что работает.       Гермиона была в восторге от того, что вечеринка, судя по всему, удалась на славу. Добби приготовил барбекю, а Винки обнаружила, что ей нравится катать маленькую хозяйскую тележку, полную напитков. Все желающие могли потанцевать под музыку и охладиться в бассейне. Она заметила, что ее родителям постоянно задавали вопросы о Гарри, и им приходилось врать. Они начали понимать, насколько Гарри им доверял. Они выглядели почти счастливыми, когда мистер Уизли начал расспрашивать их о том, как вертолёт вообще держится в воздухе.       Гарри также продемонстрировал свою зрелость, когда возникла угроза начала третьей мировой войны, так как Молли и Винки испекли праздничные торты. Спасла ситуацию фраза Гарри о том, что раз уж пришли Рон и Хагрид, то им, определённо, понадобится два торта.       Гарри уже собирался задуть свечи на каждом из тортов, как вдруг замер. — Луна, а где сейчас твой папа?       Маленькая блондинка мгновенно насторожилась, услышав в голосе Гарри беспокойство и тревогу. — Он дома, работает над какими-то статьями. Гарри, ты меня пугаешь!       — ДЕРЬМО! Мистер Уизли, пожалуйста, скажите, что в Норе никого нет?       — Да, Гарри, Билл в…       — Простите, сэр, но и Нора, и дом Луны сейчас атакованы. Защитные чары долго не продержатся, а перед зданиями появляются люди.       — Гермиона быстро собрала волосы в хвост и обняла Луну, обе достали свои палочки, и они были не одни. Командирский голос Гарри не оставил никому и мысли усомниться в его праве руководить.       — Прежде всего, это спасательная операция. Ремус, Тонкс, Хагрид, Джинни и Луна, вы отправляетесь домой и вытаскиваете оттуда мистера Лавгуда. Остальные займутся Пожирателями смерти, пока вас не будет. Гарри схватил горсть столовых приборов, наложил заклинание Портус и начал раздавать их. — Это портключи, которые вернут вас сюда. Для активации дважды коснитесь их своей палочкой. Профессор МакГонагалл, вы все еще восстанавливаетесь и не скоро будете готовы покинуть больницу. В обычной ситуации я бы хотел, чтобы вы были рядом с нами, но не сегодня.       Затем Гарри повернулся к Лонгботтомам. — Точно такое же положение у вас двоих, не сегодня. Все остальные, это не дуэль, а бой. Они явились убивать людей, поэтому мы не будем стрелять в них «ватноножными». Редукто, колющие и пронзающие гексы — вот наши основные заклинания. Если вы не можете этого сделать, пожалуйста, оставайтесь здесь. Извините, но это касается тебя, Лаванда! Поппи, Добби и Винки принесут вам всё, что нужно, пожалуйста, будьте готовы к нашему возвращению.       Молли наблюдала за тем, как четверо её детей мгновенно приготовились к бою, и понимала, что возражать бесполезно, по крайней мере, они с Артуром будут рядом, чтобы присматривать за ними. Она высказала мнение, которого придерживались все они. — Гарри, половина моей семьи будет участвовать в этом бою, а эти звери нападают на наши дома. Я не буду сдерживаться.       — Хорошо, хватайте обруч и пойдемте. Помните, отец Луны — единственный дружественный человек там, стреляйте во все и вся. Мы отправляемся. Три-два-один!       Дэн стоял в полном недоумении, как, черт возьми, вечеринка по случаю дня рождения превратилась в войну?       К нему присоединился Фрэнк. — Я уже говорил, что у детей появился новый лидер, за которым они пойдут, думаю, нам только что это продемонстрировали. Невилл не колебался ни секунды, его палочка была наготове, и он оказался рядом с Гарри. Я безмерно горжусь своим сыном и в то же время чертовски напуган.       Дэн мог только согласиться. — Я тоже примерно так думаю. Мы познакомились с Ксено, и нам очень нравится Луна, но они не продумали все до конца, они не представляют, с чем столкнулись.       Алиса и Августа чувствовали то же самое. — Фрэнк, мы никак не могли остановить Невилла. Ты, Джеймс и Сириус были точно такие же.       Эмма отчаянно пыталась не расплакаться: она не думала, что ей когда-нибудь придётся наблюдать за тем, как её дочь отправляется на битву. — Меня беспокоит не то, что она ушла, а то, что она может не вернуться.       Минерва попыталась подбодрить её, говоря с уверенностью, которой на самом деле не чувствовала. — Гарри их вернёт, иначе он бы их не взял. Поппи пыталась уговорить Лаванду помочь в организации лечебных средств, которые принесли два эльфа.       — Когда Министерство пыталось развалить Хогвартс, он всех их собрал и сам тайно обучал. Вот кто такой Гарри Поттер, они пошли бы за ним куда угодно, и он вернул бы их обратно.       Дэн задал вопрос, который не давал ему покоя. — Как Гарри мог узнать, что оба дома подвергаются нападению?       Фрэнк попытался ответить на этот вопрос. — Я не могу быть уверен, но он упоминал о чарах, думаю, можно предположить, что на них наложены какие-то следящие чары. Гарри сказал, что будет защищать своих друзей, и похоже, что он так и сделал.       Слезы грозили пролиться, и Эмма могла только согласиться. — Потому что у нас нет этих штучек, он охранял Гермиону круглосуточно. Прямо под носом у тех, кто за нами следил. Я верю, что он присмотрит за ней и сегодня.       Дэн обнял её, и они попытались утешить друг друга: теперь им оставалось только ждать.