Глава 8

      Гарри понял, что ситуация так себе, сразу же, как только портключ опустил их на землю. Ему не нужны были ни сильный холод, ни чувство ужаса, чтобы понять, что дементоры уже близко — они приземлились в самом центре стаи. Вскоре Сохатый уже кружил вокруг группы, широкие рога оленя яростно отталкивали дементоров, давая им небольшую передышку. Это также ослабило действие дементоров и позволило остальным использовать свои собственные чары патронуса. Гарри уже держал в руке меч Годрика, когда их опасное положение стало очевидным.       Дементоры скопились у входа в необычный дом, а Пожиратели смерти обстреливали здание, пытаясь пробить дорогу мерзким тварям. Луна бросилась бежать к дому ещё до того, как все остальные сориентировались. К счастью, Хагрид вскоре догнал её, а Ремус и Тонкс с помощью своих патронусов проложили путь сквозь стаю дементоров для спасательной группы.       Раздался голос Гарри. — Рон, иди с ними. Им тоже нужен ещё один патронус! Все остальные, работайте парами. Один накладывает патронус, а другой защищает от Пожирателей смерти.       Послышался треск, когда Хагрид с разбегу врезался в дверь, но у него не было ни единого шанса.       Гарри оказался рядом с Гермионой и Невиллом, родители Уизли и близнецы составили ещё две команды, принявшие бой с врагом.       — Гермиона, я хочу увидеть выдру, Невилл — ты в обороне. Я попробую что-нибудь придумать.       — Без нас ты не сделаешь этого! В любое другое время замечание Невилла рассмешило бы Гарри, и они могли бы посмеяться позже, выпив немного пива.       Из руки Гарри вырвался белый луч света, и ближайший дементор застыл на месте. С диким боевым кличем «Da mihi lucem» Гарри бросился на него с мечом. Это было чертовски безрассудно, все были уверены, что он творит какую-то дичь, вплоть до той самой секунды, когда его меч пронзил тёмную тварь насквозь.       Предсмертный крик дементора, которого раньше никто не слышал, был достаточно пронзительным, чтобы застыла кровь. Его крик на мгновение остановил битву, но после того, как Гарри оборвал жизнь ещё одного дементора, их крик стал транслироваться в стерео. Вскоре поле боя огласилось уникальными криками в объёмном звучании: всё больше и больше жертв падало под ударами волшебного меча. Пожиратели смерти попытались направить свои заклинания на Гарри, но столкнулись со шквалом мощных и точных заклинаний двух его соратников. К ним быстро присоединились четверо Уизли, их патронусы больше не требовались, в то время как дементоры пытались спастись бегством, спасая свои жалкие жизни. Пожиратели смерти несли потери, когда Гарри, казалось, поймал на свой магический меч убийственное проклятие и метнул его обратно в того, кто его наложил. Пожиратели смерти, которые всё ещё были в состоянии перемещаться, успели покинуть это место до того, как его труп упал на землю.       Гарри час за часом, день за днём упражнялся с мечом — Годрик был превосходным учителем. Единственная проблема заключалась в том, что с другой стороны нельзя было нарастить ни мускулы, ни выносливость: упражнения, которые он делал после возвращения, не подготовили его к физическому сражению с дементорами с помощью меча. Он был измотан, но, что важнее всего, он был в ярости.       Волдеморт пришел за его друзьями в день его рождения, чтобы передать послание Гарри Поттеру. Настало время Гарри Поттеру отправить ему ответное послание.

***

      Хагрид, ударившись на бегу о дверь, увидел, что препятствие распалось на щепки. Пока он стоял у входа, Луна пронеслась мимо него в поисках своего отца. Джинни и Хагрид последовали за ней, а Ремус, Тонкс и Рон с помощью своих патронусов сдерживали дементоров.       Они нашли Ксено, забившегося в угол на кухне, с палочкой в руке. Казалось, что он вымотался до предела, сохраняя при этом свой патронус. Однако он был жив, и это единственное, что волновало Луну. Вскоре Хагрид поднял его на руки, и Луна поцеловала отца в щёку, а затем дважды стукнула своей палочкой по ложке Хагрида. Добродушный полувеликан исчез вместе с её отцом, и обе девочки побежали туда, где раньше была входная дверь.

***

Гарри пытался сделать последний рывок, чтобы закончить битву так, как он хотел. — Все, используйте свой патронусы, отгоните их, а затем соберите этих тварей в кучу. Я не хочу, чтобы кто-то из них удрал.       Блестящий серебристо-белый заяц-патронус промчался мимо локтя Гарри, Луна выглядела как ангел-мститель и была так серьёзна, как никто никогда её не видел. — Хагрид благополучно забрал папу, Гарри, давай уничтожим их всех!       Поскольку четверо из спасательной группы теперь тоже использовали свои патронусы, это превратилось в настоящую бойню. Дементоры были окружены светящимися серебристо-белыми животными, которые подходили всё ближе и ближе, и только Гарри с его волшебным мечом ждал разрыва в этом всё уменьшающемся круге боли. Гермиона и Невилл были рядом с ним на случай, если дементоры попытаются одолеть его, пока Гарри расправлялся с тварями. Когда последний из них прокричал свою предсмертную песню, Гарри, пошатываясь, отошёл от него и в изнеможении опустился на колени.       В свои последние мгновения жизни на земле эти отвратительные существа наконец-то ощутили безнадёжность и ужас, которые они наводили на своих многочисленных жертв. Никто толком не знал, из чего состоит тело дементора, но поражение их тел приносило не только крики. Вонь стояла отвратительная, и из них не вытекало никакой жидкости. Вместо этого из их умирающих тел высыпался мелкий черный порошок, покрывая все и вся. Гарри, Гермиона и Невилл больше походили на шахтёров, только что отработавших невероятно тяжёлую смену под землёй в угольном забое, чем на трёх подростков, веселящихся на дне рождения.       Гермиона обняла Гарри, они частично поддерживали друг друга и делились облегчением от того, что все они остались целы и невредимы. Тонкс и Ремус собирали убитых Пожирателей смерти, а Молли обнимала каждого члена своей семьи, проверяя их на наличие ран.       Гарри улыбался, глядя на Луну и Невилла, держащихся за руки. — Мисс Грейнджер, могу ли я сказать, что вы устроили чертовски хорошую вечеринку по случаю дня рождения. Страшно подумать, что вы придумаете на следующий год.       — Это точно не будет маскарад, думаю, мы уже достаточно насмотрелись на людей в масках и монстров. Что заставило тебя напасть на дементоров с мечом?       — Я просто разозлился.       — О, я, конечно, предполагала безумие в качестве возможного ответа, но что такое ты им кричал?       Лицо Гарри было покрыто отвратительной чёрной пылью, она потрескалась, когда он попытался улыбнуться. — Один джентльмен, чьим мечом я пользуюсь, научил меня этому, и я подумал, что сегодня это будет уместно. Оно означает «Даруй мне свет», а нам сегодня как раз нужна была любая помощь.       Крики Молли привели всех в замешательство.       Она смотрела на дым, поднимающийся над деревьями, и причитала, как будто её пытали. Рон и Артур, державшие её за руки, были единственными, кто остановил матриарха Уизли, бегущую в сторону, должно быть, горящей Норы. Рон успел активировать свой портключ, и все трое отправились во Францию.       Гарри поднялся на ноги и потащил за собой Гермиону. — Твои родители просто с ума сойдут, когда Молли появится в таком состоянии, я должен вернуть тебя как можно быстрее. Тонкс, где, черт возьми, носит всё министерство, пока мы тут боролись за свою жизнь?       — Не знаю, Гарри, но я это выясню. Такое количество магии должно было вызвать тревогу в министерстве. Ты иди, а мы с Ремусом присмотрим за всем здесь, пока они наконец не решат объявиться.       — Фред, Джордж, вы можете остаться с ними? При первых признаках опасности — используйте портключи.       Джинни, Луна и Невилл присоединились к ним, и все пятеро покинули место битвы, отправившись во Францию.

***

      Все пятеро прибыли на виллу, где Гермиону и Невилла окружили родители, а Луна бросилась на поиски отца. Гарри и Джинни протиснулись к безутешной Молли Уизли, которая плакала навзрыд, и Гарри опустился перед ней на колени.       — Послушайте меня, миссис Уизли, все в безопасности. Когда мы отправились за отцом Луны, мы знали, что за это придется заплатить. Если бы мы разделили наши силы, что бы произошло?       — Мы могли бы потерять кого-нибудь, но Гарри, я потеряла свой дом…       — Он не стоит того, чтобы за него умирать! Кирпичи и раствор можно восстановить, Нора будет восстановлена. Даю вам слово.       — Гарри, я не могу, мы не можем…       — Миссис Уизли, каждый раз, когда я сражался, рядом со мной был хотя бы один Уизли. Вот почему у вас больше нет дома, Волдеморт охотился за моими друзьями, чтобы наказать меня. Но у вас обязательно будет дом, как только он будет построен.       Молли всё ещё плакала. — Это не просто дом, Гарри, это был дом нашей семьи. Все наши вещи, все наши памятные вещи, мои семейные часы!       — Семейные часы могут исчезнуть, но разве не важнее, что все, кто был на циферблате этих часов, находятся в безопасности? Я хочу не просто построить новый дом, но и обставить его всем необходимым для семьи Уизли. Мы что-нибудь придумаем, а пока…       Дэн прервал Гарри. Он весь день внимательно наблюдал за тем, как этот молодой человек и его дочь общаются со своими друзьями. Когда Гарри сообщил им, что отец Луны нуждается в помощи, он продемонстрировал восхитительную привязанность и уважение, которые явно были присущи им обоим. Не было задано никаких вопросов, не было никаких комментариев со стороны дочери по поводу того, что Гарри спасает людей. Они просто приготовились к бою и ушли. И вот теперь Гарри, с ног до головы покрытый следами битвы и явно измотанный, нашёл время, чтобы сделать невероятно щедрое предложение семье своих друзей, которые пострадали.       Дэн начал понимать, что такое настоящий Гарри Поттер, и решил, что команде Грейнджер пора помочь. — Гарри, на склоне холма осталась отличная вилла. Она оплачена еще на неделю, и за ней больше не следят. После сегодняшнего дня всем не помешало бы немного отдохнуть.       Артур попытался возразить, что это уже слишком, но Гарри махнул ему рукой, чтобы он замолчал. — Мистер Грейнджер, Добби и Винки позаботятся обо всех нас, а Молли сможет устроить себе настоящий праздник. Завтра первым делом мы можем отправиться за покупками, чтобы купить всё, что вам срочно понадобится.       Гарри стоял на коленях перед Молли и теперь держал её за обе руки. — Я прекрасно понимаю, что Нора — это не просто дом, я понял это в тот момент, когда семья Уизли пригласила юного сироту в свой дом. Когда я пообещал Джинни в тот день, что никогда не потеряю с ней связь, я сказал, что хочу, чтобы дети Поттеров играли со своими кузенами Уизли в Норе. Они не смогут этого сделать без Норы и без бабушки Уизли, которая за всеми присмотрит.       Гарри понял, что наконец-то достучался до этой женщины: самым большим желанием Молли было, чтобы когда-нибудь её назвали бабушкой. — Только не забудьте, когда будете проектировать новую кухню, сделать её побольше, мы все должны там поместится.       Хихиканье Джинни переключило Молли на другую тему и дало не одному человеку возможность вытереть невидимые слезы с глаз. — Кажется, кто-то собирается начать пораньше.       Молли проследила за тем, куда смотрела Джинни, и увидела, что мисс Браун, до этого безупречно причёсанная, теперь с дорожками слёз по щекам обнимает почерневшего от битвы ее младшего сына. Лаванда, видимо, не слишком заботилась о своём внешнем виде в данный момент, и её парень, конечно, не жаловался!       — Рональд Билиус Уизли, поставь её на место!

***

      Драко был в восторге — лето выдалось на славу. Тёмный лорд теперь жил в его доме, и Драко с гордостью носил на предплечье тёмную метку своего хозяина. Увидев, кто работает на Тёмного Лорда, Драко был уверен, что скоро поднимется на самый верх организации Пожирателей смерти. Он только что принял участие в своей первой вылазке против Уизли. Их не было дома, но зато можно было с удовольствием сжечь их лачугу дотла — кто говорил, что дерьмо не горит?       Драко посмеивался над собственным остроумием, когда портключ вернул их в комнату Тёмного Лорда, и смех застрял у него в горле. Сильно разгневанный Тёмный Лорд — это не повод для смеха. Судя по всему, только трое Пожирателей смерти вернулись из набега на дом этого чокнутого, и эти трое сейчас, наверное, жалели, что не остались и не воспользовались своим шансом.       Наблюдая за тем, как троица корчится в агонии от ударов Круциатусом, Драко заметил кровь, капающую из-под повязки на ране Тёмного Лорда. Даже Крэбб и Гойл не были настолько тупы, чтобы упомянуть об этом, хотя постоянное использование хозяином фамилии Поттер заставило всех задуматься о том, что же, чёрт возьми, происходит.       Драко вступил в ряды Пожирателей смерти, чувствуя, что его взор затуманивают видения власти и славы. И вот, когда он впервые взглянул на другую сторону медали, эти видения растаяли. Драко ещё не до конца понял, что Волдеморт ни с кем не делится властью и славой. Когда Тёмный Лорд подбрасывал монету в воздух, всегда получалось так: орёл — он выиграл, решка — ты проиграл.

***

      Тонкс стабилизировала состояние четырёх пожирателей смерти, которые ещё дышали, оглушила их и связала. Двое из них лишились конечностей, но она успела прижечь культи, чтобы они не истекли кровью.       Ремус трансфигурировал простыни, чтобы накрыть троих мертвецов. Не из соображений соблюдения приличий, а скорее ради близнецов, которые то и дело поглядывали в их сторону.       Прошла, казалось, целая вечность, прежде чем хлопки аппараций возвестили о прибытии министерства. В центре поля боя появилась группа из шести авроров во главе с Джоном Долишем. Все они стояли, удивлённо глядя на окружающее их побоище.       О, Джордж, авроры наконец-то решили появиться, а мы-то думали, что они прибудут на Ночном Рыцаре, к месту происшествия.       — Нет, Фред, они, наверное, слишком пугливые, чтобы сесть в Ночного Рыцаря.       — Аврорам столько не платят, чтобы они ездили на Ночном Рыцаре! Заканчивайте вы двое, нам пора возвращаться на вечеринку.       — Извини, Тонкс, мы тебя не имели ввиду.       — Да, вы ведь снова пришли на битву, а эти не могут прийти вовремя, даже когда битва происходит в их собственном министерстве. Гарри снова пришлось делать за них их работу.       Джон не собирался терпеть это от пары мальчишек. — Ладно, вы двое, прекращайте. В противном случае у нас в министерстве есть отличная камера, на которой вполне могут появиться ваши имена.       Джон неправильно понял ситуацию, но близнецы не собирались отступать.       — О, мы так напуганы!       — Да, вас ведь всего шестеро.       — Мы только что справились с дюжиной или около того пожирателей смерти.       — Не говоря уже об орде дементоров.       — В то время как вы, вероятно, заканчивали пить свой чай.       — Простите нас, если мы не будем преклоняться перед всемогущими аврорами министерства.       Вскоре Ремус положил руку на плечо каждому из них. — Остыньте, ребята, это просто адреналиновый откат после вашей первой встречи с пожирателями смерти. Вы двое были на острие самой крупной магической битвы, разыгравшейся на британской земле за последние десять лет. Вы были великолепны, и я горжусь тем, что сражался вместе с вами.       — Да, мы помогли спасти жизнь человеку.       — В то время как наш дом сжигали дотла.       Фред начал выходить из себя. — Где, черт возьми, вас носило? Я думаю, что это правильный вопрос, и я думаю, что мы заслуживаем ответа! Фред упустил великолепный чизбургер, который ему приготовил Добби: остывшим он и близко не будет таким вкусным.       Джордж стоял над братом с палочкой в руке, практически не обращая внимания на то, что авроры начнут хихикать или делать замечания. Но никто не стал. — Если бы вы оказались здесь вовремя, то, возможно, Фреду не пришлось бы сносить голову ублюдку, у которого на прицеле была наша мать. Тело лежит вон там, под простынёй.       Из шести присутствующих авроров трое никогда не применяли свои палочки в порыве гнева, и никто из них не убивал никого при исполнении служебных обязанностей. Теперь они, по крайней мере, понимали, с чем имеют дело. Эти двое молодых людей сражались, судя по кровавой бойне, в ужасной битве. Джон решил немного сбавить обороты.       — Сенсоры внутри министерства были отключены на время технического обслуживания. Можете считать меня мнительным, но это чертовски странное совпадение. Как только мы вернемся, будет проведено полное расследование. Один из авроров, осматривавших тела и пленников, тихо обратился к Долишу, а Джон снова повернулся лицом к четверке. — Одно из тел умерло от убийственного проклятия, вы можете сказать, как это произошло?       Джордж ответил первым. — Его убило его собственное проклятие.       Фред уже достаточно оправился, чтобы принять участие в разговоре. — Да, тупой ублюдок запустил в Гермиону Аваду Кедавру.       — Гарри двигался как молния и поймал проклятие на свой меч, одно движение запястьем, и оно вернулось обратно к пожирателю смерти.       — Это невозможно!       Фред покачал головой: — Говорят что убить дементора тоже невозможно, но Гарри это не остановило.       — Разве не вы говорили, что возвращение Волдеморта невозможно?       — Нам кажется, что Министерству нужно дать совершенно новое определение невозможности.       Джордж решил помочь им в этом. — Вот вам первая подсказка: если в деле Гарри Поттер, то все возможно.       Джон посмотрел на Тонкс в поисках правды, и она быстро пересказала ему суть дела. — Наша группа переместилась в центр событий, Ксено Лавгуд был заперт в доме. Мы с Ремусом были частью спасательной группы, а близнецы — частью группы, которая находилась здесь и не подпускала к нам пожирателей смерти и дементоров. Мы благополучно вытащили Ксено, а затем помогли другой группе. Я понятия не имею, сколько дементоров было здесь на самом деле, но я лично видела, как Гарри Поттер уничтожил своим мечом более тридцати из них. Думаю, всем должно быть понятно, что нам нужно отвести этих двоих к целителю, у нас всех был очень тяжелый день.       Словно ожидая ответа, появился Альбус Дамблдор и сразу же попытался взять командование в свои руки. — Что здесь произошло?       — О, смотри, Фред, кто-то еще появился, когда битва уже закончилась.       — Да, может быть, если бы вы пришли сюда раньше, вам не пришлось бы задавать этот вопрос.       Альбус имел боевой опыт и сразу понял, в чём проблема с обычно весёлыми близнецами. Он инстинктивно перешел в режим обеспокоенного дедушки. — Я сожалею о том, что вам, мальчики, пришлось увидеть и сделать здесь сегодня, война — это действительно ужасная вещь. Вот почему Гарри нужна моя помощь. Он еще слишком молод и неопытен, чтобы справиться со всем этим самостоятельно. Конечно, теперь Вы это понимаете?       Джордж на мгновение задумался. — Да, я, конечно, понимаю, о чем вы говорите.       Альбус был рад, что наконец-то добился некоторого прогресса, вот и первая трещина в крепостной стене лагеря Поттера. Однако его иллюзии вскоре были разрушены, когда Джордж продолжил.       — Однако главная проблема, как сегодня, например, заключается в том, что Вы никогда не успеваете вовремя прийти на помощь.       Фред, как обычно, был полностью согласен со своим близнецом, он поднял пальцы и начал считать, сколько раз Дамблдор подвёл Гарри. — Вас не было на первом курсе, когда Рон был ранен, останавливая Волдеморта.       Джордж продолжал, но позволил Фреду вести счет. — Тем летом именно нам пришлось срывать решетки с его окон и увозить его от этих магглов.       — Вас не было там, когда Гарри пришлось спасать Джинни в Тайной комнате.       — Вас не было, когда дементоры пытались убить его в Хогвартсе.       — Вас не было, когда Волдеморт пытался убить его на кладбище.       — Вас не было, когда Амбридж пытала его весь год в вашей проклятой школе!       — Вас не было здесь сегодня, когда мы все сражались за свои жизни.       — Несмотря на то, что именно Вы ставили чары на Нору, Вы все равно не успели прибыть сюда вовремя, чтобы принести хоть какую-то пользу. Вы, наверное, были слишком заняты тем, что держали Снейпа за руку и слушали его стенания о том, что Поттер опять его обошел, и как это было несправедливо!       Фред показал Дамблдору семь пальцев. — Вы видите здесь закономерность, директор? Стоит ли удивляться, что Гарри не хочет иметь с вами ничего общего? Вы можете много болтать, но Гарри Поттер — это тот, кто доводит дела до конца.       — У вас есть ответ на эти обвинения Директор? Рита Скитер, казалось, появилась из воздуха, а её перо так и летало по пергаменту.       Тонкс взяла на себя ответственность. — Так, народ, пора возвращаться на вечеринку. Стервятники уже прибыли.       Голос Риты был до тошноты сладким, поскольку она проигнорировала эту колкость. — Аврор Тонкс? Могу я уточнить некоторые моменты в вашем заявлении?       — Для начала, я больше не аврор. Сегодня утром я подала рапорт об отставке. Сказав это, Тонкс улыбнулась Альбусу во весь рот.       Это застало всех врасплох, поэтому Ремус пояснил. — Я сделал прекрасной мисс Тонкс предложение, и она согласилась. Поскольку министерство причисляет меня к тёмным существам, ни один член моей семьи не может работать в министерстве магии или на него. Она уволилась до того, как ее уволили. Кстати, Рита, хочу заметить, что в день принятия этого закона главным колдуном был Альбус Дамблдор.       Тонкс кивнула в знак согласия. — Я думаю, мы воспользуемся рецептом Гарри и поселимся в маггловском мире. Ты знаешь, что у них есть законы, направленные против дискриминации?       С этими прощальными комментариями они активировали свои портключи и покинули Риту, которая наседала на Дамблдора, словно львица на раненого дикого зверя.

***

      Рон наконец-то нашел то, что ему нравилось в маггловском мире. Подняв бутылку в знак благодарности, Рон крикнул своему приятелю. — Эй, Гарри, эта Стелла определенно знает, как делать пиво. Оно просто великолепно.       Это вызвало смех у некоторых. Не все поняли шутку, но когда в тебе есть несколько бутылок пива, всё может показаться смешным.       Добби и Винки творили чудеса, изменяя размеры одежды, чтобы она подходила всем. Артур Уизли, одетый в гавайскую рубашку, радостно улыбался, возможно, эта улыбка была связана с количеством выпитого бренди. Хорошему настроению способствовал и тот факт, что он был единственным, кто получил что-то более серьёзное, чем порез или синяк: в той битве участвовали четверо его детей и жена. То, что Гарри полностью залечил рану на плече, только добавило приятных эмоций.       Большинство опытных ведьм и волшебников понимали, что сегодня им невероятно повезло. Пожиратели смерти были не так уж хороши и, конечно же, не ожидали ни сопротивления, ни прихода гостей. Они полностью полагались на то, что дементоры подавят любое сопротивление, и рассматривали всё нападение не более чем забаву. Они стояли кучками и осыпали проклятиями последнего, кто наложил на дом заклятие, за то, что тот промахнулся. Проклятия летели в них ещё до того, как они поняли, что происходит. Когда Гарри взялся за дементоров, у них не было никакого плана «Б», кроме как убежать, когда станет слишком туго.       Когда Гарри принял душ и переоделся, настроение на дне рождения изменилось. Оно стало больше похоже на праздник по поводу того, что они всё ещё здесь и могут праздновать. Гарри спросил у собравшихся родителей, можно ли им выпить немного пива. Поскольку они сегодня сражались, никто из родителей не думал, что это может нанести хоть малейший вред. Если дети хотели выпустить пар, то пусть лучше делают это там, где за ними присмотрят.       После того как их накормили, они все сидели на улице на диванах. Они пили холодное пиво с друзьями и смотрели на закат.       Луна сидела, прижавшись к Невиллу. Её отцу дали зелье сна без сновидений, и ожидалось, что он полностью поправится через несколько дней. По крайней мере, на это время они останутся с Гарри и Гермионой на их вилле. Маленькая блондинка выпила одну кружку пива и, кажется, заснула, прижавшись к Невиллу. Они не были уверены, что она действительно спит, но Невилл не жаловался, а ей было слишком уютно и спокойно, чтобы шевелиться.       Тем временем Тонкс и Ремус сидели вместе и тихо праздновали свою помолвку, выпив по бутылке французского шампанского. Ремус уже вдоволь наслушался подколок по поводу того, когда они назначат дату, и теперь пара просто наслаждалась друг другом и отличным шампанским.       Оживлённость — не то слово, которым можно было бы охарактеризовать близнецов, по их меркам их можно было даже назвать мрачными. Гарри был уверен, что знает, как их развеселить.       Как продвигаются дела с «Всевозможными волшебными вредилками», ребята?       Фред не смог сдержать разочарования в голосе, когда отвечал. — Всё шло отлично, Гарри, но мы только что потеряли наш основной склад.       Джордж пытался поддержать их дух. «К счастью, мы не держали наши рецепты в доме, не могли рисковать, чтобы мама их нашла.       Попытка пошутить была довольно неудачной и провалилась, так как напомнила всем о том, что они потеряли. Гарри был уверен, что сможет поднять им настроение. — Итак, если вы восстановите свои запасы и приобретете помещение, сколько времени пройдет до того, как вы будете открыты для публики?       Оба близнеца недоверчиво посмотрели на него. — Что ты задумал, Гарри? Вряд ли это произойдет.       — О, я просто подумал, что если ваш неназванный партнёр выйдет на публику и захочет вложить деньги в ваш бизнес, то мы могли бы оформить несколько сделок. Может быть, помещение на Диагон-аллее с двухкомнатной квартирой над ним и мастерской на заднем дворе — это то, что вас заинтересует? Как вы думаете, есть ли шанс запустить его до Рождества?       — Мы бы успели к Хэллоуину.       Фред согласился с быстрой оценкой своего близнеца, но добавил кое-что от себя. — Возможно, у нас даже будут готовы некоторые товары к началу занятий в Хогвартсе.       Гарри не смог сдержать улыбки, наблюдая за тем, как изменились его друзья. — Хорошо, тогда наверное здорово что Я уже арендовал тот магазин.       Оба близнеца уже были на ногах, глаза светились надеждой. — Ты серьезно, Гарри?       — Нет, Фред, это был Сириус, мой крестный!       При этих словах все затаили дыхание, пока Фред не рассмеялся и не поднял Гарри на ноги, после чего они с Джорджем принялись танцевать вокруг него, как парочка сумасшедших. — Хорошо, Гарри, мы в деле! Что это будет, равные доли?       — Извините, ребята, но Я не расчитываю больше чем на двадцать два процента. За это я дам деньги на открытие ВВВ и оплачу аренду на первые пять лет. Закупка материалов, оборудование магазина, рабочего помещения, квартиры и реклама — все это входит в сферу деятельности ВВВ. Я также понимаю, что вам, возможно, потребуется нанять персонал, чтобы уложиться в сроки открытия, и я лично порекомендую вам несколько гриффиндорцев и по крайней мере одного рейвенкловца для работы на лето.       Руки были пожаты, и сделка была заключена.       Волнение охватило всех, и даже Молли не смогла сдержать его в своём голосе. — Гарри Поттер, я не знаю, обнять тебя или надрать тебе уши за то, что ты поощряешь их увлечение этой ерундой.       Близнецы были воодушевлены, им нужно было что-то делать и строить планы. Но они не могли упустить такую возможность.       Фред был первым. — Ну, мама, я думаю, ты должна надрать ему уши.       Джордж не задержал панчлайн. — Да, это будет гораздо менее страшно, чем твои объятия.       Любой, кто был свидетелем или испытал на себе объятия Молли, просто обязан был посмеяться над этим.       Рон сидел с Лавандой в одной руке, бутылкой пива в другой и перспективой летней подработки, чтобы заработать немного золота. — Это великолепно, приятель, я знал, что ты не сможешь оставить магию. Тишина, наступившая в ответ на это замечание, подсказала Рону, что он сказал что-то не то.       — Рон, я не передумал. Я по-прежнему намерен жить в магловском мире.       Пиво и вспыльчивость Рона Уизли плохо сочетались. — Какого черта ты хочешь так поступить? Что такого есть в этом мире, чего не может дать магия? Ты сидишь и строишь планы, которые не собираешься осуществлять. Сегодня Волдеморт пришел за твоими друзьями, это тебя не пугает?       Артур выхватил бутылку пива из рук сына и уже собирался отчитать неблагодарную свинью, когда Гарри попросил его не делать этого.       — Мистер Уизли, пожалуйста, позвольте мне попытаться ответить на вопросы Рона, прежде чем вы скажете ему что-нибудь.       Артур решил, что будет лучше, если он немного подумает, прежде чем вступать в разговор с младшим сыном, и согласился.       Гарри сел обратно и обнял Гермиону, после чего продолжил. — Рон, ты сидишь в магловском доме, одет в магловскую одежду, пьешь магловское пиво и ешь магловскую еду. Что в этом плохого? Этот мир может многое предложить, и больше всего я жажду обыденности. Здесь я — Гарри Поттер, а там они никогда не слышали о «мальчике-который-выжил». Кто-нибудь когда-нибудь просто подумал, что еще произошло в ту ночь? Я потерял обоих родителей, и каждый раз, когда они используют это дурацкое прозвище, это напоминание о том, что они умерли, а я нет. Утешительный поцелуй Гермионы в щеку помог ему держать себя в руках, сейчас было не время выходить из себя.       — Да, мы сегодня сидели и строили планы, и я намерен сыграть свою роль в каждом из них. Договор аренды нового магазина близнецов уже лежит у меня в комнате, я собирался поговорить с ними об этом сегодня, пока вечеринка не была сорвана.       Гарри взмахнул рукой, и на его шее появилось ожерелье, похожее на пробки от баттербира Полумны. — Я скопировал эту идею у своей подруги, каждый из этих кусочков дерева был взят с территории, за которой я слежу, и предупреждает меня, если охранные системы находятся под угрозой. Вот это — Нора, это — дом Луны, а это — дом Невилла. Поскольку в доме Гермионы не было защитных чар, я следил за ней с того момента, как она покинула Нору. Я знаю, что все вы под прицелом, потому что вы мои друзья, но я обещаю вам, что буду рядом, если вдруг случится беда.       Взмах руки — и ожерелье снова стало невидимым. — Это так называемый маггловский мир, Рон, и мы все сегодня хорошо проводили время, пока Волдеморт не решил вмешаться. Мы разобрались с этой проблемой как могли, а теперь я займусь Волдемортом. Впрочем, это не меняет моих планов: я по-прежнему намерен продолжать образование и в конечном итоге работать в мире маглов. Это не мешает нам проводить подобные дни в любом из наших домов, хотя я вполне мог бы обойтись без дементоров, пытающихся поцеловать меня в день рождения.       Артур был полностью согласен со всем, что сказал Гарри, он действительно не мог понять, в чём же проблема его младшего сына. — Благодаря тебе, Гарри, дементоров стало гораздо меньше. Как ты думаешь, сколько их там было сегодня?       Гермиона сидела тихо, предоставив Гарри разбираться с проблемой, а сама прижалась к его плечу. Однако у неё был ответ на этот вопрос. — Восемьдесят семь.       Теперь все взгляды были прикованы к этой паре. Никто не сомневался в точности этого числа, но то, что Гарри вообще справился с задачей, до сих пор поражало присутствующих ведьм и волшебников. Для магического сообщества дементоры были живым воплощением страха. Услышать, что такое их количество было уничтожено, было просто невероятно. Гермиона уже начала думать, что её слова подвергаются сомнению, пока Гарри не вернул ей утешительный поцелуй в щёку.       — Только моя Гермиона могла выпускать проклятия в Пожирателей смерти, использовать свой патронус, чтобы не подпускать ко мне этих тварей, и при этом вести в голове беглый подсчет. Красивая, гениальная и такая храбрая.       Гарри все больше и больше погружался в эти чудесные карие глаза, пока мать его девушки не отвлекла его. — Насколько я поняла из реакции всех вокруг, восемьдесят семь — это довольно много?       Минерва попыталась объяснить их коллективный шок. — До сегодняшнего дня Эмма считалось, что этих существ невозможно убить. Семь погибших было бы невероятным числом, но восемьдесят семь должны составлять примерно половину их популяции, если предположить, что остальные пошли к Норе. Не думаю, что я буду одинока, если скажу, что боялась их больше, чем Пожирателей смерти. Гарри лишил Волдеморта одного из его самых страшных орудий.       Заявление Минервы было встречено полным согласием и несколькими вздрагиваниями.       Однако у Ремуса был вопрос, на который он очень хотел получить ответ. — Гарри, как ты собираешься справиться с Волдемортом, живя как магл?       Улыбка Гарри вселила в Ремуса страх божий, и он тут же пообещал себе никогда не делать ничего такого, что заставило бы Гарри так улыбаться в его сторону.       — На самом деле всё очень просто, Ремус. Я собираюсь отобрать у Волдеморта его самое мощное оружие, а затем обратить это же оружие против него самого. Люди так боятся Волдеморта, что даже не произносят его имя вслух, думая, что он мертв. Я намерен избавиться от этого страха, рассказав всем о существе, которого они так боятся. Что он не лорд, а его имя — не более чем анаграмма, придуманная подростком по имени Том. О том, что его отец был маглом, о том, скольких чистокровных он убил для достижения своих целей. Люди боятся того, чего не понимают, поэтому первая фаза будет направлена на то, чтобы избавиться от этого страха. Убить миф, прежде чем разобраться с монстром.       МакГонагалл было трудно приравнять этого юношу к парню, которого она учила последние пять лет. — Первая фаза, Гарри? Откуда взялось это планирование и почему я не видела его на своих занятиях?       — Ну, профессор, у меня появилась замечательная девушка, и мне пришлось поумнеть. Со второй фазой мне понадобится помощь. Мистер Уизли, как вы думаете, министр рассмотрит идею предложить полное помилование тому, кто убил Волдеморта?       Смена направления застала всех врасплох, Артур ответил как мог. — Гарри, я думаю, Фадж готов на всё, лишь бы покончить с Волдемортом. Конечно, при этом он хотел бы получить как можно больше выгоды для себя. Ты думаешь, что твои откровения будут настолько шокирующими, что его собственные люди убьют его?       — Нет, сэр, но я полагаю, что ценник в пятьсот тысяч галеонов, который я намерен повесить на его голову, сделает это!       Гермиона обладала большей информацией, чем кто-либо другой, и в считанные секунды заключила Гарри в свои объятия. — Это просто великолепно, Гарри. Можно сказать, что Волдеморт погиб от твоей руки, но тебе не придётся встретиться с ним лицом к лицу. Спасибо, спасибо, спасибо…       Каждое из этих «спасибо» сопровождалось поцелуем, от которого оба Грейнджера облегчённо улыбались. Гермиона радовалась тому, что Гарри не придётся встретиться с Волдемортом, а они были несказанно рады тому, что их дочери больше не придётся быть рядом с ним в этот момент. Сегодняшний день неопровержимо доказал родителям Грейнджер, что Гермиона пойдет за Гарри куда угодно.       Гарри не сразу смог ответить своей подруге, что вызвало несколько смешков. — Это мой план, Гермиона, он бешеный пёс, который не заслуживает ничего лучшего, чем быть убитым во сне или отравленным за ужином. Сейчас он никому не доверяет, и это усилит его страх в сотни раз. Даже Хвост может поддаться искушению и наброситься на своего хозяина ради амнистии и полумиллиона галлеонов.       Ремус был в ярости от такого предположения. — Ты бы отпустил эту крысу на свободу?       — Чтобы увидеть Волдеморта мертвым? Да.       Ремус собирался сказать еще много чего, когда заметил, что на губах Гарри снова появилась улыбка, и его намеченный протест заглох в горле.       — Если его официально помилуют, это не значит, что я не смогу познакомить крысу с Живоглотом, Хедвиг или Паком. Министерство может помиловать его, но я — никогда.       Ремусу это очень понравилось. Это взывало не только к его чувству справедливости, но и к его мародёрской стороне. Знание того, кто такой Пак, гарантировало, что Питер больше не сбежит, а Гарри был слишком умен, чтобы его поймали.       Однако Рон всё ещё не был удовлетворён и чувствовал, что его первоначальные вопросы были проигнорированы. — Значит, Гарри, мы будем видеться с тобой только летом и, возможно, на Рождество?       Гарри сжал Гермиону, чтобы удержать её от того, чтобы разорвать рыжего на куски. — Рон, чтобы дружба была крепкой, нужны обоюдные усилия. Хогсмид — не единственное место, где можно найти несколько магазинов или мест, где можно поесть. Мы могли бы легко провести эти дни в Глазго, Эдинбурге или Абердине. Провести день за покупками в магловском городе, а не в волшебной деревне, было бы интересной идеей.       Рон попытался подняться на ноги, но Лаванда остановила его. Гарри всё ещё не понимал, к чему он клонит. — Дело в том, Гарри, что я не стыжусь того, что я волшебник. Я действительно хочу провести день в Хогсмиде, это часть взросления. Я такой, какой я есть.       Наступила тишина, Гарри тщательно обдумывал ответ. — Ты прав, Рон, я не имею права просить тебя измениться. Но вот в чем проблема: я не могу жить в магическом обществе, а ты не готов попробовать для себя маггловский. Что же получается?       Рон ожидал спора, но согласие Гарри и его ответный вопрос совершенно выбили его из колеи: пора возвращаться к старому доброму методу. Настало время прицепиться к Гермионе. — Почему ты спрашиваешь меня? Не я один все это меняю. Гермиона — единственная, у кого есть ответы на все вопросы, как она собирается справиться с тем, что у нее есть парень, который, как оказалось, может стать маглом?       Первой реакцией Гермионы было наброситься на Рона, но она только что увидела, насколько эффективной была тактика Гарри, да и спорить с этим придурком она сегодня была не в настроении. — Я люблю Гарри и хочу быть с ним, в этом мире или в волшебном, для меня не имеет значения. Гарри хочет поступить в университет и строить карьеру, что я вполне могу понять. Это был бы мой собственный путь, если бы профессор МакГонагалл однажды не навестила меня с одним письмом. Я вернусь в Хогвартс и, конечно же, намерена сдать экзамены. Что я буду делать после этого, обсудим мы с Гарри и моими родителями. Я понимаю причины ухода Гарри из магического мира и поддерживаю его на все сто процентов.       Гермиона не могла удержаться, чтобы не ответить на постоянные подколки Рона по поводу «маглов» с интересом. — Ты, похоже, смирился с потерей лучшего друга, но ответь мне вот на что: что бы произошло сегодня, если бы тебя не было на маггловском дне рождения Гарри?       Если предположить, что Минерва была права, и они послали в Нору по крайней мере равные силы, то был бы возможен только один исход. Все знали, что Нора была бы переполнена, и все Уизли бы погибли.       Артур видел, как Рон готовится к ответному удару, и выбрал момент, чтобы вмешаться. Его сын должен был понять, что Гермиона теперь девушка Гарри, и доведение её до слёз может привести совсем к другому результату, чем тот, к которому привык Рон. — Думаю, на сегодня достаточно обсуждений. Продолжить можно будет завтра, когда остынут чувства и выветрится пиво. Гарри, с днем рождения и спасибо за гостеприимство.       Гарри приготовил портключ, чтобы отправить Уизли на другую виллу, Дэн уже выдал им ключи, а Винки позаботится о том, чтобы они устроились. Рон был слишком занят тем, что целовал Лаванду на ночь, чтобы беспокоиться о том, чтобы с кем-то спорить. Не успели Уизли уйти, как Невилл уже целовал на ночь сонную Луну. Все остальные направились обратно в дом Лонгботтомов, откуда можно было через камин добраться до места назначения.       Перед уходом Невилл пожал руку Гарри. — Гарри, мы с Луной с удовольствием проведём время в магловском городе вместе с тобой и Гермионой. В «Сладкое Королевство» и «Три метлы» можно сходить в любое время, поэтому было бы здорово сменить обстановку.       — Спасибо, Нев, мы это ценим, и мы организуем это до первого похода в Хогсмид. Ты ведь знаешь, что тот портключ, который я дал тебе раньше, будет работать и завтра? Мы будем рады видеть вас здесь в любое время, когда ты захочешь навестить Луну.       Это вызвало широкую улыбку у новой пары и недовольство у Лаванды. Гарри было безразлично, расстроятся ли они с Роном из-за этого решения. Гарри ни за что не доверил бы Лаванде Браун ключ от места, где он жил. Если она расскажет все, что знает, Дамблдор сможет найти Уизли. Все остальные знали только то, что Гарри и Грейнджеры находятся во Франции, и никому не говорили, что отсюда видна другая вилла. То, что Франция в два раза больше Великобритании и эта вилла была арендована на имя Джеймса, должно было помочь обеспечить их безопасность.

***

      Луна вошла в спальню, которую ей предстояло делить с Гермионой, оставив молодую пару наедине за дверью, чтобы они могли пожелать друг другу спокойной ночи.       — Не совсем то празднование дня рождения, которое я представляла себе для тебя, Гарри.       — Мне достаточно того, что здесь была ты, Гермиона. За этим последовал поцелуй, от которого у Гермионы свело пальцы на ногах.       — Ух ты, какой замечательный мистер Поттер, я чуть не забыла, о чём хотела тебя спросить. Мне интересно, почему ты попросил у близнецов двадцать два процента? Я понимаю, что в другом месте это обошлось бы им гораздо дороже, но это так на тебя не похоже.       — Я не собираюсь оставлять их себе, я планировал дать Рону и Джинни по десять процентов, когда они покинут Хогвартс. Если бизнес близнецов пойдет в гору, как я думаю, они будут обеспечены на всю жизнь. Кроме того, это даст им работу, если они не смогут найти ничего другого. Мои оставшиеся два процента будут очень кстати. Возможно, потребуются годы, чтобы вернуть мои первоначальные затраты, но это не главное.       Теперь настало время Гермионы скрутить пальцы Гарри от поцелуя. — Вы, сэр, просто нечто необыкновенное! Я думаю, что мы потеряем Рона как друга. Мы с тобой хотим изменить мир, а Рон хочет, чтобы мир остановился и все вокруг него осталось прежним. Он зарывается в землю, и мы не можем принять его на полпути. Если ты пойдешь по Диагон-аллее, то начнутся беспорядки.       Гарри понимал, что говорит Гермиона, но имел другое мнение. — Дай ему время, Джинни и близнецы займутся им. Ты не видела глаза Лаванды, когда я упомянул шопинг в маггловском городе? У меня такое чувство, что все, что Лаванда хочет, Лаванда получит. Один визит в торговый центр для Лаванды, и возражения Рона вскоре будут забыты.       Хихиканье Гермионы подсказало Гарри, что она с ним согласна.

***

      Явно нервничающий Дэн ждал Гарри у дверей его спальни. — Гарри, можно тебя на пару слов?       Гарри подавил в себе желание ответить что-то умное и пригласил Дэна внутрь, они сели на два кресла напротив друг друга. Ему было любопытно узнать, в чем дело.       Дэн решил, что лучший выход — просто рассказать все начистоту. — Гарри, я хотел бы от всего сердца поблагодарить тебя за то, что ты сегодня уберег Гермиону. Я также хотел бы извиниться за то, как я вел себя с тобой с тех пор, как мы встретились…       Гарри прервал его, прежде чем тот успел сказать что-то еще. — Простите, мистер Грейнджер, но я не могу принять ни ваших извинений, ни вашей благодарности. Сегодня Гермиона была единственной, кто обеспечивал мою безопасность, когда я охотился за дементорами. Она действительно очень сильная и способная ведьма. Что касается извинений, то я не думаю, что вы сделали что-то такое, что заслуживало бы их. Вы сделали то, что считали нужным, чтобы обеспечить безопасность Гермионы, что, как мы оба согласны, является нашим главным приоритетом. У меня нет никаких претензий к этому.       Дэн как-то странно на него посмотрел. — А сколько тебе лет, Гарри?       Гарри даже рассмеялся. — Мне нужно поговорить с Винки, чтобы она сократила выдачу бренди, сегодня мне исполнилось шестнадцать лет. Да, я провел несколько «иных» лет в компании только взрослых и Сириуса, но мне всего шестнадцать.       Дэн покачал головой. — Иногда я удивляюсь Гарри, мне до сих пор неловко за то, как я с тобой общался.       — Мистер Грейнджер, как я уже сказал Гермионе, если какой-нибудь щегол вдруг припрётся и начнет обхаживать нашу дочь, не достигшую семнадцати лет, он скорее всего испытает гораздо больше страданий, чем я. Даю вам слово, сэр.       Серьёзное выражение лица Гарри подсказало Дэну, что молодой человек не только понял, но и не шутит, что сам будет поступать точно так же. — Что ж, можешь быть уверен, что ее дедушка тоже добавит несколько залпов в такого сопляка от себя. Я чувствую себя гораздо лучше, Гарри, но меня по-прежнему беспокоит одна вещь: как ты думаешь, Гермиона будет в безопасности, когда вернётся в Хогвартс?       — Ну, вообще-то мне нужна ваша с миссис Грейнджер помощь в этом вопросе.       — Все, что угодно, Гарри, что тебе нужно, сынок?       — Мне нужно, чтобы вы присмотрели за Живоглотом.       Дэн уже начал думать, что Гарри прав и что он выпил слишком много бренди, пока ему всё не объяснили. — Студентам Хогвартса разрешается иметь только одно домашнее животное. Гермиона ни за что не переступит порог этого замка без своего Пака.       Дэн теперь был гордым обладателем широкой улыбки. — Это просто замечательно, мы с мамой будем чувствовать себя гораздо лучше, зная, что ты будешь там. Дэн протянул руку. — С шестнадцатым днем рождения, Гарри, и, пожалуйста, зови меня Дэн.