memories, dreams...

Тишина в безлюдном переулке разрезается громким ревом злодея с мутантной причудой. Его тяжелые шаги, вызвавшие небольшую тряску, дали более точное представление и о размере противника — он явно больше одноэтажного дома. Утренний кофе для Айзавы отменяется. Ему пора приниматься за работу. Герой стремглав выбегает из маленького кафе, а владельцы этого здания не спеша выходят на улицу. — Вот это громадина… — Да уж. Вот тебе и доброе утро. Оба мужчины издалека наблюдают за схваткой, даже не думая прятаться. Если бы их спросили о причине такой расслабленности, то они, возможно, даже горько посмеялись бы. Такое начало дня для них мало-помалу становилось обыденным. Как и отсутствие других посетителей, кроме этого героя… — И что, он собирается с этой громадиной сам справиться? — А? Ты что, уже забыл, как он справлялся с ребятами и побольше? — Э… Да нет, я не про это… — Вот дубина, — перебивает совладелец, — это ведь даже при нас было. Дырявая твоя башка… — Да погоди ты сразу обзываться! Черт! Да я не о том, что он сам ничего не может, а о… С ближайшей крыши прямо на голову злодея спрыгивает беловолосая девушка в черном платье. Противник тут же совершает попытку перехватить героиню, но терпит поражение — она быстро меняет позицию. Оба владельца кафе улыбаются. — Вот! — радостно восклицает тот, кто «сомневался». — Вот ее я и ждал! Рандеву! Подругу Полночи! Говорю — странно было не видеть и ее здесь. А ты сразу: «сомневаешься, недооцениваешь»… Издалека видно лишь бесконечно мелькающую беловолосую голову героини, что бегает по воздуху вокруг злодея, постоянно меняя позы. Казалось бы — дурачество да и только. Может, она еще и рожи дурацкие корчит, чтобы уж наверняка глупо выглядело? Однако не проходит и пары минут, как противник оказывается крепко связан белоснежными бинтами Айзавы. А Рандеву плавно спускается на землю, становится рядом с ним и машет рукой владельцам кафе, чтобы вызвали, наконец, полицию. Долго же до них доходило. — А ты все лучше и лучше управляешься со своими бинтами, — произносит Рандеву, обращаясь уже к Айзаве. — Прямо на рекорд по скорости идешь. Он замирает. Обычно после того, как кто-то вызывает полицию, Айзава скрывается как можно скорее, чтобы избежать чрезмерного внимания к своей персоне. Но сейчас… — Ты злодеев в этот район специально ради этого пригоняешь? — хмыкает он, поднимая одну бровь. Сейчас почему-то захотелось ответить. А Рандеву отрицательно качает головой. — Нет. Я здесь вообще случайно. Просто мимо проходила. Ага. Это Айзава слышит уже вторую неделю. Каждый раз, когда решает подслушать объяснение Рандеву для полиции. — Плохая отговорка, — усмехается он. — Ты даже не живешь здесь. Рандеву хмурится и складывает руки на груди. Айзава уже жалеет о том, что решил ответить на первый вопрос. Стоило уйти. — Я в подтанцовке и организации концертов учавствую, — отвечает она. — Вместе с Немури. Сейчас она пришла к девочкам пораньше, а я опоздала. Оно и к лучшему, как видишь. В переулок резко заезжает полиция с включенными мигалками, и девушка, не договаривая, направляется в их сторону, размахивая рукой. Айзава же решает скрыться от внимания служителей правопорядка, свернув в ближайший переулок, но слишком далеко не уходит. Нет, не то, чтобы он сомневался в том, точно ли Рандеву передаст злодея полиции… Просто отчего-то становится интересно, как она опишет им случившуюся схватку с учетом его недавней просьбы. И вспомнит ли Рандеву о ней вообще? С учетом ее несерьезности и ветренности этого тоже стоит ожидать. —…проверьте его, пожалуйста, на наркотики, — звучит ее тихий, немного неуверенный голос. — У меня есть некое подозрение, что он — просто…жертва… —…имеете основание так предполагать? — Ох… Видите ли, недавно я видела, как один человек в толпе…и… Айзава одобрительно усмехается. Все-таки не забыла. И даже отговорку достойную придумала, не выдав настоящий источник. Убедившись, что полиция закончила разговор с Рандеву, герой и сам выглядывает из-за угла, чтобы оценить ситуацию. Попадаться на глаза кому бы то ни было совсем не хотелось, как и вообще разговаривать с кем-то. Наверное, встречу с Рандеву все-таки можно считать удачей, ведь из-за нее Айзаве не пришлось тратить свое время и силы на объяснения ситуации для полиции… Хотя в любое другое время он сказал бы, что ее присутствие особой радости не приносит. Даже наоборот — обременительно. Крайне. Взгляд сам собой находит Рандеву. Девушка стоит спиной к тому самому переулку. Наверное, сейчас она улыбается и показывает большой палец вверх уходящим полицейским. Мгновением позже Рандеву выкрикивает им свою очередную умудренную благодарность — что-то вроде: «Уважаемые судари, я от всей души благодарю вас за сотрудничество в столь нелегком деле…» Айзава неосознанно подмечает, что она слово в слово повторила свою позавчерашнюю благодарность для полицейских. Все те же жесты, и вся та же улыбка…

—…Даже если все совсем паршиво! Мы просто лыбимся, как идиоты, и заставляем всех вокруг в это поверить! Давай, Шота!

Сама собой вспоминается и лучезарная улыбка давнего друга со школьных времен, которой он заражал всех вокруг. Очевидно, свою манеру постоянно улыбаться Рандеву переняла именно у него. А вот у Айзавы это сделать так и не получилось. Хотя он пытался, но… Ладно. Хватит. В любом случае, сейчас об этом думать уже бессмысленно. С тех пор ведь уже почти девять лет прошло. Айзава быстрым шагом уходит со злополучного переулка в совершенно другой район города. Он ловит себя на мысли, что снова пытается сбежать в неизвестном направлении, как только мозг решил напомнить ему о прошлом, но не собирается изменять своим привычкам. Проходит довольно много времени. Десять минут, полчаса и даже целый час. А воспоминания так никуда и не исчезают. Вот нужно же было ей появиться и одним своим присутствием обо всем напомнить… . . . В ветренную погоду на крыше было в разы холоднее, чем в любом другом месте на территории школы. Но ежедневная традиция некоторых учеников обедать там оказалась сильнее любой стихии. Айзава поднимает голову к небу, по которому медленно проплывают темные облака. — Осень в этом году как-то рано началась, — задумчиво произносит он. — Ага, — быстро отвечает Оборо, не отрываясь от еды. — О, кстати, а я говорил? Хизаши сегодня с нами обедать не будет, потому у него дополнительные тренировки с людьми из того агентства. Так что мы сегодня втроем! — Эм. Втроем?.. Айзава показательно смотрит по сторонам, а Оборо тихо вздыхает. — Ну, или только вдвоем… Друг мрачнеет на глазах. — А что Каяма? — попытка перевести тему. — Не придет? — Да они обе обещали прийти. Но что-то как-то… Раздается скрип. Дверь на крышу осторожно открывается, и к парням выходит беловолосая девушка в спортивной форме. Лицо Оборо расцветает, стоит Камики со своей неизменной легкой улыбкой помахать ему рукой. Он тут же подрывается с места и крепко обнимает ее. — Я уже думал, ты не придешь! Камики кладет свои руки парню на плечи. — Прошло всего десять минут с начала обеда! К тому же, я обещала… Айзава тактично отводит взгляд в сторону и снова смотрит на бегущие по небу облака. Ему было нетрудно подождать. В конце концов, Оборо уже долгое время мимолетно жаловался на постоянную занятость Камики, а с другой стороны он и сам тренировался не меньше. Говорил, что теперь единственное место их встречи — школа, но даже на практических занятиях там они редко вставали в пару. Хотя конкретно в этом вины Оборо не было… — Нам нужно учиться работать с разными героями и разными причудами, соответственно, — поучительным тоном вещала Камики на тех занятиях. — А то вдруг мы не сможем всегда быть рядом во время нападения злодеев? Тогда Оборо с завидным рвением соглашался с ней, но вот после высказывал друзьям совсем другое: — Нет, я все понимаю! Она действительно говорит дельные вещи! Но! Мы в UA оба поступали как раз для того, чтобы работать в дуэте! Всегда быть вместе, понимаете?.. А теперь она отшивает меня каждый раз, как я к ней подхожу… Еще и с таким серьезным лицом, как будто я просто ее одноклассник, а не парень… Ямада тогда отвечал, что они оба совершенно безнадежны в «этих-ваших-вопросах-любви-а-я-кстати-тоже-в-этом-ничерта-не-смыслю», а вот Айзава просто молчал. Нет, он тоже все это видел. Камики действительно отшивала Оборо с очень серьезным лицом — отстой, ужасно несправедливо, жуть просто и все такое… Но зато потом все практическое занятие смотрела на него таким взглядом, будто не видела как минимум целую вечность. И не заметить это мог разве что слепой — Айзава даже слышал завистливые перешептывания одноклассников и одноклассниц, что мешали ему сосредоточиться на битве. Кажется, это от них он тогда услышал о негласном правиле «не встречаться во время обучения в UА». Оно имело долю правды — не каждая пара выдерживала столь высокую нагрузку в Академии… —…уже уходишь? …и потому картину, подобную этой, Айзава наблюдал почти каждый день. — Учитель назначил мне дополнительную тренировку, — неловко улыбнулась Камики. — Я и так с нее сбежала, чтобы с тобой повидаться… Эй, только никому не говори, ладно?! Я, между прочим, держу репутацию прилежной ученицы изо всех сил! Оборо легко улыбается и треплет свою девушку по волосам. — Я понимаю. Как бы, у меня и у самого сегодня тренировка после занятий… — О?.. Так мы сегодня не вместе домой пойдем? Камики грустно вздыхает и отводит взгляд, а Айзава не сдерживает усмешку — видел этот ее «секретный прием» бесчисленное количество раз. С Оборо он всегда работал. У него к ней была какая-то особая слабость. — Нет! — тут же выкрикивает он. — Конечно вместе! Ну, только если ты меня подождешь, конечно… — Подожду конечно! Я после школы никуда никогда не спешу! — А вот сейчас спешишь, между прочим… — Оу… Ну, да… Воцаряется тишина. Оборо и Камики неловко смотрят друг на друга, но никто из них не собирается уходить первым. — Эх, ладно, — наконец вздыхает парень. — Беги уже давай. А то учитель опять будет говорить что мы втроем на тебя плохо влияем, даже если Хизаши сейчас здесь нет… Камики тут же подскакивает и несется к выходу. — Никто ничего не будет говорить! — кричит она, уже стоя в дверном проеме. — А если не поспешишь, то точно будет! — Бу-бу-бу! — кривляется девушка, прекращая лишь когда Оборо в шутку грозит ей кулаком. — Ха-ха, ладно, ладно! Удачи тебе! О, и тебе, Шота, тоже! Извините, что я так сумбурно! Камики в последний раз машет им обоим рукой и наконец убегает с крыши, осторожно закрыв за собой дверь. — С каких это пор она и меня по имени зовет? — вопрошает Айзава, когда Оборо садится обратно на ступеньку рядом с ним. — Так ты же сам ей это позволил неделю назад. — Разве? — Ага, — с широкой улыбкой кивает Оборо. — Я хорошо запомнил этот момент, потому что смеялся с него до упаду! Она так переживала, а ты просто взял и отрезал: «Мне пофиг, делай что хочешь», а потом вообще задремал, сидя за своей партой. Ну умора! Он громко смеется, а Айзава изо всех сил пытается вспомнить этот момент. Безуспешно. — Я бы не сказал, что она прямо так близка со мной и Ямадой. — О, а это ты помнишь. Да-да, она и его по имени зовет! — И все это только из-за того, что мы твои друзья? Это немного странно, знаешь ли… Впрочем, мгновением после Айзава вспоминает, как Камики и Оборо в первые же дни в UA бегали по всем классам и здоровались с каждым учеником — даже со старшекурсниками из других факультетов. Ни с одним этим человеком общение долго не продлилось, но факт остается фактом. Ну, кажется, звать их с Ямадой по именам и впрямь еще не самое странное, что есть в Камики… — Эй, ну чего сразу странно, — хмыкает Оборо, — если ты не заметил, почти все в нашем классе зовут Камики по имени. Так что для нее это нормально! — Потому что она сама их об этом просила не один день… Ты же был рядом с ней тогда, разве нет? — А? Разве?.. Ха. Теперь его очередь говорить удивляющие вещи. — Да, — непривычно уверенно кивает Айзава. Он даже помнит, что на следующей неделе — когда Оборо заболел — Камики держалась и вполовину не так уверенно. Вот и вторая странность в ней — ее самоуверенность испарялась как минимум вполовину, когда друга не было рядом. Так странно. Возможно, они в чем-то похожи… — Не помню я такого… — растерянно отвечает Оборо, потирая затылок. — Как знаешь. — Я могу сказать только одно — до ее уровня общительности и дружелюбия ко всем даже мне еще далеко, хе-хе!.. О, кстати, а ты готов к практике? — Уже?.. — Ага! Это, вроде, будет последняя перед началом третьего курса!.. До конца обеденного перерыва они обсуждают будущую геройскую деятельность, время от времени переключаясь на более незначительные темы для разговора. Впереди их действительно ждала геройская практика.