Глава 30. В семье убийц по неосторожности и с умыслом нечего стесняться

Я сидела на белоснежной скамейке на крыльце, поджав колени к подбородку, и размышляла, не совершила ли я чудовищную ошибку. Несмотря на то, что я обнажила самую ужасающую правду о себе, я не могла не желать того, что было у Зи — семьи, которая принимала бы и поддерживала её, несмотря ни на что. С другой стороны… её семья ведь на самом деле не знала правды, верно? Они до сих пор не подозревали, что их дочь — чужая душа в знакомом теле. — Не против, если я присоединюсь? Я подняла глаза и увидела Джаспера, уже усаживающегося справа от меня с той сверхъестественной грацией, что никогда не переставала поражать. — О, привет, — пробормотала я. — Случайно, Гарретт и Элезар не слышали ничего из того, что было внутри? — Ни капли, — заверил он меня. — Вообще-то, они снова ушли. Эмметт пробормотал что-то о том, что одного брата-серийного убийцы более чем достаточно, и он не знает, что ему делать с двумя, прежде чем утащить их помогать ему выбирать деревья. Я пусто уставилась на него и решила, что не хочу знать, что это значит. — Серийный убийца, да? — я сморщила нос. — Не думаю, что одной смерти достаточно для такого громкого звания. — Очень жаль, — посетовал он с притворной печалью. — Представь, кем бы мы могли быть. Джаз и Иззи: Партнёры по Убийствам. Несмотря на все усилия, я не смогла сдержать улыбку. А затем прошептала: — Это было не нарочно. У меня даже не было выбора. — Знаю, дорогуша. Ты не производишь впечатления девушки, способной на похищение душ и тел… несмотря на все твои старания это изобразить. Я тяжело вздохнула, и пар от дыхания повис в холодном воздухе. — Это говорит во мне чувство вины, — я взглянула на него искоса. — Так… никто не в ужасе? — Иззи, — он сказал это с каменным лицом, — Ты могла бы уничтожить весь город Форкс, и Элис больше волновало бы, не испортила ли ты при этом маникюр. Я сдержала улыбку. — Это на Элис похоже. Её равнодушие к человечеству в иной ситуации было бы тревожным. Сейчас я находила его утешительным. — И хочешь верь, хочешь нет, — он начал, затем жестом попросил меня наклониться ближе. Когда я это сделала, он притворно прошептал: — Под всей её напускной суровостью Роззи почувствовала капельку вины. Можешь в это поверить? Я приподняла бровь. — Ты меня разыгрываешь. — Вряд ли, — усмехнулся он. — Верно, Роззи? Позади него Розали вышла из входной двери на крыльцо и нахмурилась на его затылок. — Я была бы признательна, если бы ты не рекламировал мои эмоции, — отрезала она, плотно скрестив руки под грудью, а затем встретилась со мной взглядом, кривя губы. — Я всё ещё считаю, что ты сдаёшься слишком легко, но я оставлю эту тему. Мои плечи расслабились от неожиданного облегчения. — Спасибо, Розали. Она коротко кивнула и, не проронив больше ни слова, скрылась в доме, оставив за собой лёгкий аромат дождя и дорогих духов. На этот раз я не смогла сдержать улыбку. — Кроме того, — продолжил Джаспер, — Надеюсь, ты голодна. Эсми на кухне готовит как сумасшедшая. Моя улыбка стала шире. — Неужели? Я пропустила ужин и уже начинала чувствовать, как от голода сосёт под ложечкой. — Мы слышали, как у тебя урчит в животе, и она не потерпела этого. Но берегись Карлайла, — вдруг предупредил он меня. — Он простил достаточно наших промахов, чтобы уже перешагнуть через то, что ты ему сказала. Но теперь он разрывается от вопросов. На твоём месте я бы держался подальше. Я подавила смех. — Не груби, — пожурила я его, хотя сама едва сдерживала улыбку. Он пожал плечами с преувеличенной невинностью. — Говорила же уже. — …А Эдвард? Джаспер сморщил нос, как будто учуял что-то неприятное. — Я бы не стал касаться эмоций этого парня и десятифутовым шестом. Я закатила глаза и поднялась на ноги, отряхивая штаны. — Ты невыносим. — Рад, что тебе полегчало, Иззи. Я улыбнулась, и на этот раз улыбка была искренней. — Да, — осознала я. — Спасибо, Джаз. — Всегда пожалуйста, милашка. Он стремительно вскочил и жестом указал в сторону леса позади меня. — А теперь я пойду посмотрю, не нужна ли Эмметту помощь в выборе деревьев. Мои брови поползли вверх. — …Ясно. Удачи. — Ещё увидимся, — он помахал рукой и, словно призрак, растворился в ночи. Войдя обратно в дом, я пошла на манящий аромат готовящегося стейка. Для позднего часа это казалось несколько тяжеловато, но я была слишком голодна, чтобы заботиться об этом. Едва я ступила на кухню, Эсми бросила мне через плечо сияющую улыбку. — Надеюсь, ты голодна, Изабелла. — Умираю от голода, — заверила я её, усаживаясь на один из табуретов у кухонного острова. — Спасибо, Эсми, я очень ценю это. — В любое время, — весело откликнулась она. — Ты же знаешь, я обожаю о тебе заботиться. — …Даже после всего, что я сказала? Эсми замерла и на мгновение повернулась ко мне лицом, и в её глазах не было ни капли осуждения. — Милая, я однажды убила человека за то, что он случайно оцарапал ладонь. Уж я-то не стану осуждать или порицать. — …Спасибо. Я расслабилась, облокотившись предплечьями на прохладную мраморную столешницу. Она снова повернулась к плите. — И, как ты сказала Джасперу, у тебя не было выбора. Мы все слишком хорошо знаем, каково это. Я кивнула, не в силах вымолвить ни слова, грудь сжало от бури эмоций, которые я не могла точно определить — благодарность, облегчение, стыд. Эсми достала из духовки запечённый картофель, приготовила его и положила на тарелку рядом с идеально прожаренным куском стейка. Затем она мягко подвинула тарелку через кухонный остров, вместе с вилкой и ножом. — А теперь поешь, пока твой желудок не съел сам себя, — цыкнула она языком. — Что-нибудь хочешь выпить? — У вас есть лимонад? Она улыбнулась. — Всегда. Я ела с тихой благодарностью, принимая из рук Эсми холодный стакан с лёгкой улыбкой. К моему облегчению, она устроилась на табурете рядом со мной и составила мне компанию, листая небольшой альбом для эскизов с карандашом в руке. Я вдумчиво жевала, разглядывая сложный, полукруглый балкон, который она проектировала. Проглотив кусок, я спросила: — Это для клиента? — О, вовсе нет, — Эсми бросила мне сладкую улыбку, прежде чем вернуть взгляд к эскизу. — Это будет часть нашего следующего дома. Мы уже купили участок в паре миль к северо-западу от Калгари. Надеюсь, он будет готов до лета. «Лето» — подумала я, и вспомнила слова Эдварда. До конца весны. — …Это из-за того, что увидела Элис? — По большей части, — согласилась Эсми. — В любом случае, нам нужно начать планировать, куда мы переедем через несколько лет. И если видение Элис сбудется, это будет хорошее, удалённое место, чтобы провести там твои годы новорождённой. На секунду моё зрение поплыло от слёз, и его поглотила темнота, когда Эсми обняла меня, мягко прижав моё лицо к своему плечу. — Какой бы ни был исход, мы твоя семья, Изабелла. Никогда не забывай этого. — Не забуду, — пообещала я, отстраняясь и вытирая глаза. — Что ещё ты спроектировала? Пока я доедала, Эсми пролистала несколько страниц назад. На одном эскизе были изображены две зеркальные винтовые лестницы, соединяющиеся на втором уровне, предназначенные для парадного входа. На другом — круглая двухэтажная библиотека с круговым балконом и стеклянным потолком. Наименее сложный эскиз представлял уютный оконный уголок, расположенный под большим эркером. — А можно мне такой в моей комнате? — попросила я, проводя пальцем по линиям сложенных подушек и одеял, нарисованных на сиденье. — Конечно. Есть ещё пожелания? — Нет. Уверена, ты в любом случае спроектируешь что-то прекрасное, — я ухмыльнулась. — Спасибо, милая, — улыбнулась Эсми и закрыла альбом. — А теперь, почему бы мне не набрать тебе ванну? Тебе нужно отдохнуть. — Ванна — звучит замечательно, — решила я. Это стало бы ещё одним способом отсрочить разговор с Эдвардом. Я избегала смотреть в его сторону после моего признания, и хотя его семья, казалось, легко простила резкость, с которой я обнажила правду, я не была уверена, что он чувствует то же самое. Я последовала за Эсми на третий этаж, где она провела меня по коридору к просторной ванной. — Можешь порыться в шкафчиках, — предложила Эсми, поворачивая кран ванны, и вода с шумом хлынула на фарфор. — Я оставила там для тебя одежду. — Спасибо, — сказала я, сердце переполняла благодарность, и я последовала её совету. Я перебрала аккуратные стопки сложенной одежды и выбрала синие спортивные штаны, мохнатые изнутри, вместе с серой футболкой и парой мягких носков. Когда я повернулась обратно, ванна была почти полна и покрыта облаком мыльных пузырей. Эсми привлекла меня к себе в короткое, но нежное объятие. — Всегда помни, мы любим тебя, Изабелла. Я смахнула новую волну слёз, грозившую захлестнуть меня. — Я вас тоже люблю, — прошептала я. Эсми поцеловала меня в щёку и пожелала спокойной ночи, прежде чем оставить меня одну. Раздеваясь, я с удивлением заметила чёткие чёрные цифры на коже, которые оставались скрытыми под длинными рукавами с прошлого вечера. Знакомство с Сиреной казалось уже случившимся в прошлой жизни. Я с любопытством провела пальцем по цифрам, извивавшимся по внутренней стороне предплечья, вспоминая её искренний взгляд, когда она просила меня позвонить. Быть её другом. Я забралась в ванну, но не прежде, чем схватить свой телефон. Я всё ещё не была уверена насчёт этой девушки, но не могла не заинтересоваться. Так что я внесла её номер в свой телефон, прежде чем смыть чернила. Возможно, я спрошу о ней Элис. Я не спешила в ванне, заново переживая сказанные мной слова. Что думал Эдвард? Надеюсь, ничего осуждающего, но… задавался ли он вопросами о Белле? Если бы не моё присутствие, он бы влюбился в неё. Понял ли он это? Были ли его мысли полны вопросов «а что, если» и «могло бы быть»? Слишком скоро вода стала холодной, и я не смогла бы отмыться чище, даже если бы попыталась. Вытереться, одеться, почистить зубы и расчесать мокрые спутанные волосы заняло немного времени. И я знала, что если буду задерживаться дольше, это станет заметно, так что я наконец выключила свет и вышла в коридор. Я прошествовала до последней двери в конце коридора и осторожно заглянула внутрь. Хотя верхний свет был выключен, высокая лампа в углу отбрасывала тусклый свет. Кованая кровать, которую Элис купила и заменила чёрный диван в ожидании нашей ночёвки, всё ещё стояла на месте. Серый пододеяльник мялся под Эдвардом, сидевшим на краю. Едва он встретился со мной взглядом, его лицо смягчилось, выражая, казалось, облегчение. В тот же миг Эдвард взлетел на ноги и поспешил ко мне, мягко втянув меня внутрь и закрыв за мной дверь с щелчком, прежде чем поглотить меня в своих объятиях. На долю секунды я не реагировала. Полагаю, я ожидала несколько иных реакций — вопросов, смятения и, возможно, даже того настороженного взгляда, который вначале был у Карлайла, когда я обнажила свою правду. Но на меня накатила волна собственного облегчения, настолько сильная, что я не стала больше задерживаться на этих сомнениях, и я смягчилась, обвив его руками и прижав лоб к его груди. Мы оставались в таком положении долгое время. Когда мои руки начали уставать, Эдвард прошептал мне в макушку: — Мне так жаль. За всё, что ты потеряла. Я не понимал раньше — не понимал глубины твоего крушения. Но теперь я вижу. Ты не так уж сильно отличаешься от нас. Снова мои глаза наполнились слезами. Но на этот раз я позволила им течь. Я думала, что одного приступа скорби, рядом с Зи, было достаточно. Я ошибалась.

***

Я проснулась от лёгкого, но настойчивого прикосновения, трясущего меня за плечо. — Изабелла, — пропела сладким сопрано знакомый голос, — Просыпайся! Ты должна это видеть! Я протёрла заспанные глаза и моргнула, разглядывая сияющее лицо Ирины, склонившееся надо мной. — И тебе доброе утро, — проворчала я, нехотя приподнимаясь и откидывая прядь волос с лица. — Ну же, вставай, — торопила она, стаскивая с меня одеяло с сверхъестественной лёгкостью. — Элис только что закончила последние детали на наших платьях! Это заявление мгновенно прогнало остатки сна. — Ладно, ладно, — согласилась я, спуская ноги с кровати. — Дай мне минутку прийти в человеческое состояние. Ирина следовала за мной по пятам до самой ванной. — Это моя остановка, — сказала я, подняв руку, чтобы не пустить её дальше. — Я на несколько минут. — Я буду ждать прямо здесь, — пообещала она, прислонившись к косяку двери. — Как знаешь, — пробормотала я и закрыла за собой дверь. Присутствие Ирины за дверью не позволило мне нежиться, так что я быстро умылась и привела себя в порядок. Как и обещала, она стояла на том же месте, словно не двигалась ни секунды. — А где Эдвард? — спросила я, следуя за ней вниз по лестнице. И тут раздался оглушительный визг бензопилы, от которого по коже побежали мурашки. — И что это было?! — Кажется, Эдвард и Эмметт наконец-то нашли применение той бензопиле, — пожала плечами Ирина. — И да поможет Бог Эдварду. Эмметт иногда бывает таким театральным. Моё лицо исказилось от недоверия. — …Ясно. Впервые за всё время пребывания у Калленов я ступила в спальню Элис — хотя она была скорее похожа на профессиональное ателье. Длинный белый стол занимал одну сторону комнаты, заваленный складками ткани, стопками альбомов для эскизов и швейными принадлежностями. На стене висели десятки рулонов ткани, а напротив — огромная пробковая доска, усеянная набросками и образцами. Элис повернулась от трёх манекенов, выстроившихся в ряд. — Присаживайтесь, леди, — жестом пригласила она к изящному белому диванчику, где в углу уже развалилась Таня. Ирина грациозно опустилась рядом с сестрой, а я заняла последнее свободное место, разглядывая манекен в соседнем углу. На нём висело моё незаконченное выпускное платье. — Итак, последние мысли, Изабелла? — Элис вернула моё внимание к платьям. Я пробежалась глазами по бело-красным нарядам. — Нет, — я ухмыльнулась. — Они безупречны! Элис расцвела. — Спасибо! Теперь, для последней примерки, кто хочет надеть своё первым? Рядом со мной Ирина нетерпеливо взметнула руку, а я сказала: — Я бы не отказалась. Со скоростью молнии Элис сняла платья с манекенов. — Раздевайтесь, пожалуйста. За пару минут я переоделась в своё белое платье. Элис застегнула мне спину, и я набросила жилет. Пока я застёгивала застёжки, она поправила рукава. — Скажите, как сидят, — сказала Элис и протянула мне пару высоких кожаных ботинок. Как и ожидалось, они сидели идеально. Я заглянула в зеркало и улыбнулась. Надеть что-то настолько непривычное было забавно. — Сидит идеально, Элис, — поздравила я её. — И правда! — согласилась Ирина, изящно покружившись. — Мне нравится! Таня улыбнулась, разглаживая ткань своей юбки. — Как и ожидалось от Элис. Элис сияла. — Спасибо! Теперь, пожалуйста, повесьте их на вешалку. Мой следующий клиент будет через пять минут. Я фыркнула. — Следующий клиент? Таня закатила глаза. — Она имеет в виду Кейт. — Оу, но я бы хотела увидеть её платье, — надулась Ирина. Элис раздала вешалки. — Простите, леди. Но это останется сюрпризом до самого дня церемонии. Я взяла вешалку. — Я думала, сюрприз предназначен только для жениха. — В данном случае он предназначен для всех, — она ухмыльнулась. — Что ж, ладно. Полагаю, мы можем использовать время, чтобы научить Изабеллу одному из наших традиционных танцев, — решила Таня. — Вообще-то, я надеялся сделать это сам. Мы обернулись на Эдварда, стоявшего в дверях. В его волосах застряли щепки. — Эм, милый. У тебя кое-что… — я жестом указала на его голову. Эдвард смахнул щепки и пробормотал: — Чёрт тебя дери, Эмметт. Затем он бросил мне виноватую улыбку. — Я пойду приведу себя в порядок. Встретишься со мной в моей комнате через несколько минут? — Можешь не сомневаться, — рассмеялась я. Он подмигнул и исчез. — Жаль, — пробормотала Таня. — Я надеялась получше узнать свою новую свояченицу. — Почему бы тебе сначала не попытаться получше узнать своего нового шурина? — заметила я. Лицо Тани вытянулось, а Ирина разразилась хихиканьем: — А почему бы и нет, сестра? — Для этого у нас целая вечность, — фыркнула Таня и развернулась переодеваться. Элис тихо рассмеялась: — Тебе лучше смириться с этим поскорее. Затем она повернулась ко мне: — Вот, Изабелла, можешь переодеться в это. И оставь ботинки, чтобы их разносить. — Ладно, — согласилась я, принимая зелёное платье. Переодевшись, я собралась взять свою одежду, но Элис опередила меня. — Всё в порядке, я брошу их в корзину. Иди уже. Эдвард ждёт. — Спасибо, — я ухмыльнулась и вышла. В своей комнате Эдвард стоял с влажными волосами и возился с проигрывателем. — Итак, — сказала я, входя. — Мне стоит спрашивать, почему Эмметт разгуливает по лесу с бензопилой? Эдвард с отчаянием закатил глаза. — Эмметт решил, что хочет внести больший вклад, и постановил вырезать скамью и стулья для церемонии. Я присоединилась к нему у проигрывателя. — Хм, вау. Это мило с его стороны. — Вышло несколько грязнее, чем ожидалось, — объяснил Эдвард. — Он невыносим. Я рассмеялась. — Звучит как весёлое времяпрепровождение. — Вряд ли, — проворчал он. Я ухмыльнулась и потрепала его по волосам. — Ну, по крайней мере, это закончилось. Ты сказал, что собираешься научить меня танцевать? — Всего одному танцу, — сказал он. — Они сложны, а у тебя всего неделя. — Справедливо, — пожала я плечами. — Случайно у тебя нет CD со словацкой народной музыкой? — Как раз есть, — усмехнулся Эдвард. — Сёстры прихватили парочку прошлой ночью. Вместе с бензопилой. — Ладно, я правда думаю, что тебе нужно отпустить эту тему, — прыснула я, беря его за руку. — Покажешь мне движения? Его выражение смягчилось. — С удовольствием. Эдвард сильно преуменьшил сложность танца. Час сложных движений ног, вращений и прыжков совершенно вымотал меня. Мы резко остановились, когда мой желудок громко возмутился. Эдвард выглядел потрясённым. — Ты даже не завтракала. — Ничего, — я сдавленно рассмеялась. — Но, похоже, пора пораньше пообедать. — Эсми сейчас нет дома, — сказал Эдвард. — Но я могу тебе что-нибудь приготовить. Что бы ты хотела? Я приподняла бровь. — Ты умеешь готовить? — Ну… Я могу попробовать. Я ухмыльнулась. — Конечно. Можем начать с чего-нибудь простого. Учить Эдварда делать бутерброд было до смешного мило. Он был невероятно сосредоточен. И я откусила. Эдвард нервно наблюдал за мной. — …И каков вердикт? Я помедлила, медленно пережёвывая, и сглотнула. — Вкусно. Его плечи расслабились. — О. Хорошо. Я подавила смех. — Поздравляю. Теперь ты можешь делать мне бутерброды всегда. Он кивнул. — Конечно. Я ухмыльнулась и откусила ещё раз. Эдвард играл с моими волосами, пока я ела. Было приятно быть с ним наедине. В последнее время у нас почти не было таких моментов. Краем глаза я заметила его нахмуренный лоб. — Что-то не так? — спросила я. Он встретил мой взгляд и смягчил выражение лица. — Вовсе нет. Просто… у меня так много вопросов. Моё лицо омрачилось. — Конечно. — Но я не задам их, пока ты не будешь готова, — добавил он. — Я готова больше, чем ты думаешь, — призналась я. — Почему бы нам не устроить свидание? Его лицо просияло. — Мы найдём на это время. Когда я доела, я предложила: — Давай ещё немного порепетируем, а ты отвезёшь меня к Чарли. Эдвард усмехнулся. — Танец оказался сложнее, чем ты ожидала? Я закатила глаза. — Не нужно напоминать об этом.

***

После того как Эдвард побыл у меня достаточно долго, чтобы помочь доделать домашку, которую я игнорировала все выходные, мне пришлось самой готовить ужин. Курица булькала в кастрюле, я аккуратно нарезала морковь на разделочной доске, зажав телефон между ухом и плечом. На другом конце провода Зи несколько секунд молчала в шоке, прежде чем произнести: — Знаешь, когда я советовала тебе рассказать ему правду, я не имела в виду его и всю его семью разом. Я сдержала смех. — Ну, ты не ошиблась, когда предположила, что в моей истории есть нечто большее. Не могу говорить подробно, но они не сочли мой рассказ слишком невероятным. — Хм. Любопытно, — сказала Зи. — По крайней мере, я рада, что ты последовала моему совету. Знаю, это было непросто. — Это и правда было непросто, — сказала я, переходя к нарезке картошки. — Вообще-то, разговор превратился в полный трэш. Эмоции зашкаливали у всех. Просто рада, что наконец с этим покончено. Это меня изнутри съедало. — Слишком хорошо понимаю, о чём ты, — согласилась Зи. — Но не обманывай себя. Первый раз — это только начало. Весь фокус в том, чтобы продолжать это делать. Замкнуться сейчас будет шагом назад. — Боже, спасибо за вотум доверия. — я нарезала последний кабачок и сгребла овощи в кастрюлю. — Просто называю вещи своими именами, сладкая, — сказала она. Я вздрогнула от громкого стука в дверь. — Кто-то у двери, — сказала я ей. — Позвоню позже. — Жду не дождусь. Я захлопнула телефон, вышла в прихожую и открыла дверь, лишь чтобы Лия, ворвавшись в дом, чуть не сбила меня с ног. — Эм, хватило бы и «прости». Но меня проигнорировали, пока Лия обыскивала взглядом гостиную, а затем кухню. — Пахнет вкусно, — крикнула она. Я с закатанными глазами последовала за ней. Едва я вернулась к плите, она сморщила нос: — Позволь перефразировать: еда пахнет хорошо. А ты? Не очень. Что? «Белизна» — новые духи? Я побледнела. — Нет, — прошипела я, — Это ты чувствуешь запах вампира. — О, чёрт. Это оно?! — потребовала она. — Я начинаю пахнуть собакой?! — Человеческий нос, помнишь? — я указала на свой нос, затем повернулась помешать суп. — Но нет нужды впадать в истерику. Это просто знак, что тебе нужно убраться отсюда. — Ни за что, — Лия покачала головой и откинулась на стойку, скрестив руки. — Как бы неудобно это ни было, я не могу бросить Сета одного разбираться со всем этим дерьмом. Неудобно? Слово отозвалось в моём сознании эхом, и сердце превратилось в лёд, когда я вспомнила, как именно она и Сет впервые превратились. Я должна предупредить её о Гарри. — Лия… — В любом случае, тебе повезло, что я пришла вовремя. У меня плохие новости, и я хочу, чтобы ты знала — это определённо не моя вина, — Лия сверкнула глазами. — Лия, я думаю, то, что я должна сказать, важнее… — Ладно, возможно, это была чуточку моя вина. Но откуда мне было знать, что Квил проболтается Билли?! — Постой… Квил что сделал? — В общем, всё это время Билли был уверен, что ты встречаешься с каким-то парнем по имени Эдвин. К несчастью, Квил разубедил его и раскрыл, что это на самом деле Эдвард Каллен — тот самый вампир — ухаживает за тобой. И теперь он едет сюда с Чарли. — Чёрт! Что мне делать? Что я скажу?! Лия заняла моё место и подняла половник, который я уронила. — Свон, что за хрень? Где лапша? Это что, рис?! — Да, это рис! Так я готовлю куриный суп. — На кой черт тебе есть размякший рис… — Лия замерла, чтобы попробовать. — Чёрт. Неважно. Это восхитительно. — Как бы я ни ценила твоё одобрение, это не моя текущая дилемма. Лия отставила половник. — Ещё бы. Как думаешь, зачем я здесь? Если я буду торчать рядом с тобой, у Билли не будет возможности сказать что-либо, не рискуя секретами. — Я благодарна, Лия. Правда. Но есть кое-что поважнее, что нам нужно обсудить, — сказала я серьёзным тоном. — Ладно, выкладывай, — фыркнула она. Я замешкалась, не зная, как сформулировать нечто столь деликатное, но Лия повернулась к входу на кухню. — Поздно, они здесь. Можем поговорить потом. — О чём ты… И я услышала, как ключи поворачиваются в замке входной двери. Вскоре Чарли в сопровождении Билли и Джейкоба присоединились к нам на кухне. — О, привет, Лия, — поздоровался с ней Чарли. — Привет, шеф, — она отдала ему честь. — Прости, ты не против, если Лия останется на ужин? — спросила я. Он усмехнулся. — Если ты не против накормить ещё и Билли с Джейкобом. Я едва сдержала гримасу. — Хватит на всех. Здравствуйте, Билли. Привет, Джейкоб. — Добрый вечер, Изабелла, — поздоровался Билли, его глаза лучились беспокойством. — Почему бы вам всем не пойти посмотреть игру? Ужин скоро будет готов, — сказала я. На самом деле мне нужна была минута, чтобы перевести дух. — Ты лучшая, — ухмыльнулся Чарли и жестом пригласил Билли следовать за ним в гостиную. Едва они скрылись, Джейкоб бросил Лии обвиняющий взгляд. — Квил сказал тебе, что я буду тут? Хуже не придумаешь, мне пришлось отбиваться от него! Лия усмехнулась: — Брось, Джейки. Изабелла занята. У тебя нет шансов. В явном удовольствии Лия повернулась к нему спиной и прошептала: — Всё идёт по плану. Можем отложить наш другой разговор на потом. Надеюсь, они не задержатся. Джейкоб встал с другой стороны от меня. — Вы не так тихи, как думаете. — Или, может, у тебя уши голодного до внимания пса. Я нахмурилась. Это будет самый долгий и неловкий ужин в моей жизни. Я это просто знала.