Пока глупые ********

Баюн не жаловался, нет, правда. Люди ему попались просто замечательные. Железом не били, по шёрстке гладили, магией делились, кормили вкусно. Это молодым котятам, что уже на этой Земле родились, многого не надо было, но он-то кот старый, учёный (ну почти), поэтому от своей диеты отказываться не собирался. И пусть дичь на новой Земле дюже хороша, но деликатесов тоже иногда хочется. А двуногие подопечные его баловали, врагов скармливали, да на старую Землю иногда поохотиться брали. Красота же… Поэтому баюн действительно не жаловался. Просто иногда, ему очень хотелось, как говаривают люди из отряда Брока, сделать фейспалм. У него конечно, не рука а лапка, а вместо лица морда, но сути это не меняет. Романтика у девицы с её хахалем явно не задалась. Иногда Мудак даже диву давался, как они пожениться-то сумели? Ну вот кто, кто в здравом уме, а он на минутку нечисть, и понятия о таковом у него далеки от человеческих, назовёт свиданием прыжки с ковра самолёта с непонятной штукой за спиной с высоты что выше облаков? Да баюн, если бы и так серым не был, поседел бы от страха прямо там. Тут и хвататься за что не знаешь, за сердце, за лапы, за хвост? Или когда они отправились в богом забытые катакомбы какого-то некроманта несчастного ловить. Это разве свидание? Ещё и поцелуй их этот среди трупов и костей. Бе. Ну разве так ведут себя нормальные человеки. Приходилось помогать, под ноги выскакивать, чтоб хозяюшка в руки муженька своего падала, кровать греть, шторы неуютные напол утаскивать… А как красна девица одевается? Это же ужас! Ванечка ей и такое платьешко подарил, и сякое, и заколку с цветочками, и туфельки какие чудесные, а она всё в штаны странные, да ботинки тяжёлые. Мудак уж и прятал их, их когтями полосовал и что только не делал, да только в итоге лишь наконяй веником, да тисканьем получал. Хуже всего было, когда его Ленкиным девкам-дьяволятам отдали… Вспоминать-то страшно, аж вся шерсть сразу дыбом становится. И вот сейчас несётся хозяюшка через весь город, даже про порталы забыла, подумаешь муженёк на юбилейное свидание позвал. Что такого то? Чего так переполошилась, будто конец света настал? Не понимает всё-таки баюн этих людишек. Но проследить надо. А то без него опять всё испортят. — Лена у меня проблемы! — ворвалась на кухню к Громовой Мэй. Лена даже бровью не повела, за восемь лет, что они знакомы, она уже изучила подругу вдоль и поперёк. Поэтому точно знала, такую панику у всегда собранной и готовой ко всему Мэй могла вызвать только одна вещь — Романтика. Значит Борзов опять сделал что-то неожиданное милое и сентиментальное, что заставило маленькую девочку внутри бывшей Коллсон вылезти наружу, и она теперь не знает, что с этим делать. И поскольку, такое происходило уже не первый раз, алгоритм действий был отработан. — Так, спокойно. — начала Громова, — Вдох-выдох — дед Михей только головой покачал, да поставил дополнительную кружку с мятой да валерианой. Что тут же учуял тонкий кошачий нос, потому серый комок не промедлил материализоваться на столе, пытаясь подлезть под руку хозяйки. Пришлось недовольному Михею ставить третью чашку. — О, привет, Мудак — отвлеклась ведьма. Когда она в первый раз услышала кличку кота, то не знала даже как реагировать. Зато Брок знал — ржал как конь. Правда отсмеявшись, потом всё-таки сказал, что это самое подходящие, что он когда-либо слышал. И пока Лена блуждала в своих воспоминаниях, Мэй удалось немного прийти в себя. — Ты не понимаешь, — жалобно протянула та. — Я совсем забыла. У нас же годовщина свадьбы! — всплеснула та руками, чуть не пролив чай, чем заслужила ещё один неодобрительный взгляд от Михея. — И Ваня пригласил меня на свидание на старой Земле: Венеция, Петербург, Милан, Париж… А у меня ни платья подходящего, ни макияжа, ни причёски, ни подарка, и вообще… — паника вновь начала поднимать голову. — Спокойно, боец! — Рявкнула Громова (научилась у Брока), заставив Мэй вздрогнуть. — Сейчас всё исправим. — Так, Мудак, иди погуляй пока отсюда, кыш-кыш, у нас тут чисто женский разговор — помахала рукой, прогоняя гостя главная ведьма Страйкбурга. — Вот так всегда — изображая самую печальную из всех печальных морд возмутился баюн — Ты к ним с чистым сердцем, а они… — всё по канонам обиженной невинности: опущенный хвост, висящие уши, грустные нотки в голосе… — Иди-иди, и Брока с Баки предупреди, чтоб пока нам не заходили, пусть лучше Ивану помогут. — Этот сам справиться, — вновь запротестовал баюн — А вот… — Я кому сказала Кыш отсюда! — прикрикнула Елена, перекидывая свою косу… — Ладно-ладно — фыркнул кот и демонстративно выскочил в окно. Правда далеко не отходил, собираясь наблюдать одно из своих любимых представлений. Собирали Мэй, если можно так выразиться, всем селом. Даже Хэлу позвали. Не может же она бросить на произвол судьбы свою ученицу. А если кто вздумает что-нибудь не то вякнуть, что мол королева-воительница не разбирается в романтической моде, то пусть попытается сказать это правительнице Асгарда в лицо. Очень уж хотелось бы посмотреть на то, что останется от этого смельчака. Так что трудились, Хэла, Громова, Романова, Полина да Варя с Василисой над образом Мэй целых три часа за закрытыми дверями, куда мужчинам вход был строго воспрещён. Даже деда Михея выгнали. «Подумаешь секреты» — лениво ворчал про себя баюн — «Вот он бы точно хозяюшке нужный образ подобрал». Зная характер своей возлюбленной, Борзов не торопился, наводя лоск в своём собственном образе и поправляя шикарный букет из амариллисов (гордость, неприступность, мужественность), синих анемонов (искренность, надежда; но также радость, эмоциональность. «Почему нет?», «Мне с тобой очень хорошо», «Давай устроим праздник?») и голубого гиацинта (уверенность в себе, спокойствие, уравновешенность. «Я знаю, почему ты мне нравишься», «Не сомневаюсь в том, что ты мне подходишь»). И когда дверь открылась, Иван был просто сражён красотой своей жены. — Наконец-то — было начал бормотать баюн, но был нещадно пнут в бок Барнсом, так что пришлось заткнуться. А посмотреть было на что. Не часто Мэй баловала своего мужа женственными образами, так что пламя восхищения в глазах Ивана невозможно было скрыть. Лёгкое платье цвета морской волны идеально сочеталось с её карими глазами и прекрасно дополнялось колье и серьгами из серебра с вставками из топазов и сапфиров высшей пробы. Длина платья до колен позволяла Борзову любоваться стройными и подтянутыми ножками своей жены, а лёгкие белые плетёные босоножки лишь подчёркивали их утончённость. Отросшие за время проживания на Новой Земле длинные прямые чёрные волосы были собраны в элегантную причёску, а лёгкий макияж дополнял образ. У Ивана буквально перехватило дыхание от её красоты. Не заботясь о пыли, зрителях и других неважных вещах, он встал перед своей феей на одно колено, нежно взял за руку и запечатлел поцелуй на тыльной стороне ладони. После чего передал свой букет, который девушка чуть не уронила. Лапа Мудака дёрнулась. Мэй вся зарделась так, что покраснели не только щёки, но и кончики ушей, и еле удержала себя от того чтобы взвизгнуть или ударить в ответ. После чего неловко передала букет стоявшей рядом Полине, чтобы тот дождался её возвращения со свидания. Вроде уже не первый год женаты, а она всё никак не может привыкнуть к такому проявлению нежности. Но она соврёт, если скажет, что внутренней девочке это не нравится. Борзов взял свою смущающуся жену под руку и направился к стационарному порталу. Вместе они составляли сногсшибательную пару. Иван в своём иссиня-чёрном классическом костюме смотрелся невероятно гармонично с воздушной Мэй. Выбритые виски и небольшой шрам над бровью, только добавлял ему брутальности. Острые скулы лишь завершали образ отточеного клинка, но вот глаза, чёрные как безлунная ночь, с нежностью и любовью смотрели на свою спутницу. Баюн, как он думал не заметно, семенил следом. Мурлыкая себе под нос и тихо радуясь, что наконец-то всё у его человеков идёт как надо. А то помнил он тот случай, когда его подопечные пошли на ужин в ресторан, а тот в итоге попытались захватить какие-то террористы. Скрестив когти на удачу, баюн шмыгнул в портал, который должен был привести его в след за счастливой парой в солнечную Италию.