Одинокий клон

До чего же одиноким Вару стал чувствовать себя после этого злополучного похода с Пиком к трещине! Теперь в его родном замке не осталось никого, кому он мог бы доверять. Да, теперь он остался совершенно один. Так ещё Вару узнал, что угроза нависла не только над Варулендом. Буквально все страны, включая союзные, знали о примерно местоположение Первого Континента. Но не все так просто! Ведь из-за этого все начинают переходить в военный режим! Кроме слухов об этом же говорилось в письмах, которые Вару пачками получал от других клонов. Глупо, конечно, но эти письма немного успокаивали Вару: оказывается, есть и другие клоны, которым ничуть не лучше, чем ему самому. Но во всех этих письмах, в основном от Куромаку, Вару просили вступить в коалицию, в которую входят союзные Континенты, чтобы объединиться в борьбе с виновником грядущих бед - Пиком. И Лидером был Куромаку, умевший положить конец любой войне между Добром и Злом внутри клонов, если те начинали угрожать безопасности всему сущему. Вару знал, что обязанность правителя - это защищать людей своего государства и ради этого приходится врать, что он идёт на войну против демонов внешнего мира. Он врал, что война за пределами стен Варуленда - это борьба Добра и Зла, а вовсе не естественный отбор в особо крупных масштабах. Единственная правда заключается в том, что их мир созданный Создателем - это огромная пороховая бочка. Вопрос в том - кто чиркнет спичкой. И Вару никогда не будет тем, кто это сделает. Да, он любит привлекать внимание, но не настолько, чтобы слепо стать тем, кого хотел бы видеть Пиковый Туз. Говнюк несчастный! Он ждёт, что Вару сделает какую-то хрень только, чтобы привлечь его внимание, но нет! Все это делается не ради него! Вару больше не стремиться быть замеченным этими тупым Тузом и идиотским миром! Даже если он и хочет вернутся туда, что не очень часто проскальзывает в его мыслях, так это только ради… ради… да какая вам разница ради кого?! Это дело только Вару и того, кто с самого начала обратил внимания на Вару, а не как все остальные! Это дело только их двоих, наверное. Возможно, именно из-за ненависти к запрету о воспоминаниях первого мира совершенно не хотелось помогать другим клонам и соглашаться на любой союз. Плюс ко всему сам Варуленд тоже мог в любой момент подвергнуться нападению, а потому его солдатам было очень мало дела до того, что происходит в соседних и далеких странах. Больше всего Вару хотелось сейчас снова оказаться в спальне и побыть там одному. Примерно так же вел себя его наставник когда возвращался с “Собрание Мастей”. Тогда пиковый Туз мог, не сказав никому ни слова, запереться в старой гостиной на втором этаже, ключ от которой был только у него. — «А эта дура была права. Пожалуй, я действительно больше похож на наставника, чем мне казалось». Пиковый Туз не разрешал заходить в эту комнату никому – ни прислуге, ни троим наследникам. Один раз даже избил Вару, когда тот пытался узнать что там, под давлением пиковой Тройки. В замке Варуленда есть похожая комната, только в ней секреты не пикового Туза, а пикового Валета. Фиолетовый с черным узором ковер на полу, продавленный кожаный диван, простая, почти солдатская койка в углу. Короче говоря, эта комната никак не напоминала ни уютную гостиную, ни «гостевые апартаменты». Пожалуй, больше всего она была похожа на жалкий номер во второсортной гостинице. Совершенно непонятно, зачем вообще Вару понадобилась эта убогая комната. Из темного угла вдруг ярко сверкнули два желтых круглых огонька, и Вару от неожиданности отпрянул назад, при этом довольно крепко приложившись затылком к дверному косяку. На свет не торопясь вышел зелёный кот, уселся и начал вылизываться. — А, это ты. — Проворчал Вару, потирая ушибленную голову. Голова кружилась - то ли от того, что он приложился о косяк, то ли от того, что потерял все силы. — Как ты сюда забрался? Кот закончил вылизываться, когда мысли Вару снова пришли в порядок. — Отвянь, то, что я здесь, ничего не значит. — Я так и думал, что на такого человека, как ты, не может вдруг навалиться ностальгия по родному дому. — Раздался голос. Вару нахмурился, смотря на кота и вскочил на ноги. — Хотя, с другой стороны, и за лжеца я тебя никогда не держал. — Я пришел сюда, чтобы побыть одному. — Недовольным тоном заметил Валет, глядя на упавшие на пол ключи. Он даже не думал двигаться и просто отвел взгляд. В те времена, когда он только создал эту комнату, Вару не было никакого дела до того, что за портреты висят на стенах зала, но теперь один из них сразу привлек его внимание. Он подошел ближе. Оглядевшись вокруг, Вару заметил, что портреты располагались на стенах в хронологической последовательности, причем каждый был окружен небольшими картинами, изображающими самые значительные события. — Когда-нибудь и вокруг твоего портрета появятся такие картины. — Сказал кот и хитро улыбнулся. — Ведь в тебе течёт кровь Пиковой масти. Вару же принялся внимательно изучать портрет наставника, правда, безликого. Потому что он не помнил его лица. Но он помнил, что раньше Туз был другим. Во дворце с полотна на него всегда смотрел щуплый краснолицый подросток. Прямо как и сейчас — Это… он? — Сам ведь знаешь ответ. Все эти портреты были сделаны по твоей памяти. Настоящий Портрет, который до сих пор висит во дворце Пиков, был написан художником в день его четырнацытилетия. Такова традиция, в этот день люди становятся совершеннолетним. — Подтвердил кот и подошёл ближе. — Увидев свое изображение, Туз прогнал художника и обрушил все маты мира на нас. — Но если этого идиоту так не нравился его портрет, почему он не выкинул его? Портрет всю мою жизнь висел вмести с другими. — Он пытался это сделать. Несколько раз приказывал снять свой портрет и вынести прочь, но спустя какое-то время тот каким-то загадочным образом вновь оказывался на прежнем месте. Стало совершенно очевидно, что Пиковый Туз не может с ним расстаться. Возможно, портрет напоминал ему, каким он был до того, как жизнь полностью изменила его. Вару снова посмотрел на портрет… и на секунду ему показалось, что он видит перед собой себя самого. Теперь он начал рассматривать маленькие картины, висевшие вокруг портрета наставника. На одной из них был изображен сам он - совсем ребёнок, а рядом были Пик и их Дама. Здесь они были не в не удобных костюмах и со злыми и недовольным гремасами. Здесь они были изображены на улице после игры в снежки. Вару невольно улыбнулся, вспомнив тот счастливый момент, которых было мало. — До сих пор небось ненавидит этот портрет? — Хмыкнул Вару и сложил руки на груди. — Ты знаешь правила. — Отрезал кот строго и Валет закатил глаза. — Ты не имеешь право знать что там происходит сейчас. — Что значит права не имею? — Возмутился Вару и придушил в себе желание пнуть кота. — Тупое условие. Проваливай отсюда! — Мы с Тузами росли вместе — После небольшой паузы ответил кот. — Мы с ними почти ровесники, я лишь самую малость постарше - как и мой полуумный брат. Мы с пиковым Тузом быстро подружились, у нас было много общего. До твоего рождения мы почти не расставались. Вот, смотри, это я. На другой картине были совсем юные курсанты в пилотках. Кот, который был в форме человека тоже без лица, придерживая за шею другого подростка. — Образ не ходячей шаурмы тебе явно был по душе. — Это тебя очень удивляет? — Рассмеялся кот. — Очень. — Мне нравилось быть рядом с твоим наставником, хоть я и прикован цепями сюдьбы к Червовым с Бубновыми. — Сказал кот, с улыбкой глядя на картину. — Возможно, знай обо всем этом раньше, ты бы больше доверял мне. — Возможно. — Закатил глаза Вару и тут же спросил. — Однако этого не произошло. Почему? Улыбка на лице кота погасла, хотя его взгляд по-прежнему оставался прикованным к картине. — Когда дело касается родной масти, сильнейшие зачастую становятся такими слабыми. — Ты внатуре считаешь, что пиковых заботит кто-то коме себя? Да даже самая масть. — Вару хотел рассмеятся, потому что это смешно. Для них нет ничего дороже себя самих. — В точности то же самое говорил мне этот дурак. Слово в слово. — Грустно усмехнулся кот. — Но когда пришло время заботится о своей Масти, он не раздумывал долго. Когда у тебя появится семья, Зеленка, поймёшь. — Я не такой, как он! — Вспыхнул Вару. — С какой стороны ни посмотри, я другой! — Пока что я слышу те же обещания и ту же ложь во спасение. — Вздохнул кот и засмеялся, зная, какое воздействие это имеет. Это сильно ударяет по сознанию вальта. — С меня хватит. — Обесилено шепчет он и зелёные очки трескаются. Данте дёргается в момент медитации впервые за всю свою жизнь. Короткие нотки боли, от которой он старался уйти, вновь возвращаются вместе с неприятным ощущением тревожности. Открыв глаза он тут же фокусирует взгляд на плотно закрытом окне. Он тут же подходит к нему, впуская прохладный вечерний воздух и лунный свет в комнату. — Уже второй раз меня оттаскивают от медитации. — Произносит Бубновый и набирает в лёгкие побольше воздуха. Кажется, он двое суток просидел неподвижно в комнате, пытаясь подавить признаки боли. Когда его глаза снова закрываются, он видит зелёного кота из-за чего хмыкает. — Одержимый желаниями и стремлениями человек обречен на страдания. Ну что ж, хитрец. — Данте верхней парой рук пытается ослабить головную боль, пока нижняя пара сложила руки на бока, а средняя задумалась. — С возвращением. Зелёный кот в его видении резко оборачивается на него и выражение лица тут же меняется, он словно сейчас зашипит. Не зря говорят, что животные ощущают намного больше, чем простые люди. Кажется, грядет что-то намного масштабнее, чем просто размолвка с Первым Континентом. Ведь этому коту чего-то отсюда надо. Этот безобразник таки нашёл способ сюда иногда приходить. То, как этот мир на него реагирует, говорит о том, что это не первый такой его приход. Данте слишком долго был погружен в свое самосознание, из-за чего пропустил этот момент. Он ещё раз сосредотачивается и на этот раз видит трещину. И это напрягает немного больше кота. — Кто-то решил поставить под сомнения силы Создателя? Или же ты гораздо выше всего этого? — Данте улыбнулся и его глаза засветились ярко белым. — Ох, Габри, если бы ты знал, что не все тайны должны быть разгаданы. Но, как бы он не хотел, Габриэль его не слышит. Но зато его голос доходит до той самой трещины и, на удивление, получает реакцию. Данте не чувствует в этой энергии что-то знакомое, однако, это определенно не что-то чужое. Врят ли сейчас в мире клонов есть человек, который был бы способен услышать Данте по своему желанию. А это значит, что на другой стороне трещины есть кто-то сильнее. Можно ли сказать, что все теории Пика, по поводу того, что за барьером Мир Создателя, правдивы? Сейчас это под огромными сомнением. Ни в том мире, ни в этом, нет такой энергии, Данте это знает точно. Но что тогда на той стороне?