Под белым снегом, за преградой льда

      На Южном полюсе холодно.       Это царство зимы, вечного льда и равнодушного снега, где кровь стынет в венах не только в качестве изящного оборота речи. Это дом жестокой злой стужи и таких же жестоких людей.       На Южном полюсе ночь наступает быстро.              Солнце, в последний раз позолотив лучами верхушки льдин, ушло за горизонт, и сумерки растеклись по небу чернилами. Зуко хмурит брови, вглядываясь в тонко звенящую от мороза даль. Отряд разведки ушёл довольно давно, минула уже пара часов, – а они до сих пор не вернулись.       На Южном полюсе живут опасные звери. И речь сейчас не только лишь о животных.       Принц велит подать ему тёплый плащ и спускается с корабля. Это его люди, он в ответе за них.       Снег прогибался под тяжестью сапога, таял, тёк ручейками. Уходя всё дальше, Зуко теплит огонь внутри себя, и зарождающаяся вьюга кутает его в свои объятия. Серебро, синь и белизна никогда не были любимыми цветами кронпринца – слишком блёклые и безжизненные на его вкус. Но здесь, под плащом вечной студёной арктической ночи, окружённый со всех сторон словно врагами колким льдом, что светился под звёздами изнутри, ему казалось, что есть в этом что-то. Пускай непривычно и странно, пускай неправильно, однако, пожалуй, Зуко бы мог признать с неохотой, что на Южном полюсе было... красиво.       Синие духовы огоньки плясали вокруг, едва задевая ладони. Искры их света прыгали по снежным барханам, следуя за принцем Огня преданной стаей. Полярный огонь танцевал в небесах, искрился и падал, поднимался и падал снова. Под его светом шёлк крови на ледниках казался не алым – чёрным почти.       Красная жидкость, красное мясо, красная броня на белом снегу – контраст был бы дивен и даже прекрасен. Если бы это не были его собственные люди.       В тени около одного из тел шевельнулось что-то. Что-то живое, огромное и опасное. Зуко вскидывает руки в привычном движении. Что бы ни намеревалось напасть на него, он готов ответить.       Белый снег. Белая шерсть. Белые зубы блеснули за тёмными губами, окрашенные кровью. Волчица. И… девушка?       Каштановые длинные пряди. Смуглое лицо в индиговом ритуальном рисунке. Голубой матовый лёд в глазах. Обнажённая, она стояла на коленях в снегу, склонившись над телом солдата. И наблюдала за Зуко.       Оборотница.       Её руки, шея и подбородок были перепачканы в вязкой крови. Когти клацнули по насту, длинный хвост слегка дёрнулся в сторону. Она приблизилась, сверкая глазами: безжалостные синие напротив испуганных жёлтых. Хищница фыркнула, и в этом звуке принцу послышался смех. Она ухватила один из трупов за шею и повернувшись к Зуко спиной, словно тот не представлял для неё угрозы, медленно побрела в снежную даль, растворившись в сугробах.       А он так и застыл, глядя ей вслед.