День 2

Мне снился сон… Странный сон, не такие, как раньше… — Артём, ты кофе будешь? Этот новогодний день у меня дома… Моя девушка на кухне… Странно, разве у меня есть девушка? — Да, давай. Я, как обычно, сижу за компьютером, пишу новую песню для альбома… А моя девушка хозяйничает на кухне. Так тепло и уютно, что не хочется никуда идти. Хочется провести этот праздник дома, с… — Держи. С ней… — Спасибо, Алис. Слушай… — М? Она нежно посмотрела на меня. — А может не пойдём сегодня никуда? Проведём Новый год вместе? Она подошла ко мне и положила руки на плечи. — Знаешь… Я не против. Но только при одном условии. — И каком же? Усмехнулся я. В ответ она наклонилась к моему лицу и неожиданно громко прокричала: — Проснись! Проснись! ПРОСНИСЬ!

***

— Проснись, придурок! Утро меня встретило криками, оскорблениями и личиком красивой девушки с рыжими волосами. — Ммм, Алис, ну мы же вроде решили, что Новый год дома проведём… Пробормотал я, отвернувшись к стене и укутываясь одеялом. — Какой Новый Год, кретин, вставай давай! Она вновь начала меня тормошить, поэтому мне всё же пришлось повернуться к ней и снова открыть глаза. Я без лишних стеснений отбросил одеяло, сел на кровать и затуманенным взглядом вгляделся в девушку. Несколько секунд мне потребовалось, чтобы осознать, что есть сон, а что есть реальность, а также чтобы вспомнить события прошедшего дня. Алиса, до этого выглядевшая, как смертоносная машина для убийств, стала выглядеть как… Красная машина для убийств. А мне, чтобы понять причину её покраснения, понадобилось ещё несколько секунд. Выяснилось, что Госпожу Рыжевскую смутил мой внешний вид, хотя лично я ничего зазорного в своих семейниках не видел. — Жду тебя на улице! Выплюнула она, пытаясь скрыть своё смущение и выпорхнув за дверь. Я же, пожав плечами, пошёл одеваться. На спинке стула обнаружился комплект пионерской формы, который я без лишних вопросов надел. Ещё больше cоседку бесить не хотелось, поэтому я быстро вышел на улицу. Алиса стояла снаружи и ждала меня. Румянца уже не было, а я смог разглядеть спутницу получше. Она не выглядела так, словно встала совсем недавно. — Ну наконец-то! Я уже думала тебя бросить там. — Всмысле, бросить? И куда мы идём-то вообще? — Ты что, вместе с амнезией ещё и деменцию заработал? Время видел? Линейка через десять минут! Тут я, наконец, вспомнил, что я всё-таки в лагере нахожусь, а не в санатории. Хотя в санаториях тоже распорядок дня есть… — Блин, я уж и забыл… Алиса смерила меня презрительным взглядом. — Что ты так на меня смотришь? Не выспался я! С дороги устал… Наверное. И, не получив должной реакции, добавил: — Извини, пожалуйста, Алис, больше не повторится! Девушка закатила глаза, вздохнула, и пошла куда-то по асфальтовой дорожке. Я молча пристроился рядом, попутно пытаясь привести в порядок свою причёску хотя бы руками. — Тёща моя — злая свинья, тёща моя — коростовая… Тихонько напевал я себе под нос, окончательно проснувшись и будучи в отличном настроении. Алиса шла рядом и либо не слышала, либо просто игнорировала мои напевы. А мне отчего-то так хорошо стало! И песня эта почему-то в голове крутилась… — Я не выдержу, возьму и ножик наточу — тёщу я свою внатуре вскоре замочу… Слева раздался смешок. Алиса на меня не смотрела, но, очевидно, всё же слышала мои напевы, и ей это нравилось. — Что за песня? — Ты что, это же Сектор… Не успел я договорить, как схватился за голову обеими руками. Боль в виске вновь дала о себе знать. — Артём? Ты как? Признаться, ещё никогда не слышал от Алисы настолько обеспокоенный тон. — Сектор Газа это… А песня называется “Тёща”. С перерывами на шипение всё-таки ответил я, не останавливаясь. Рыжевская временами бросала на меня беспокойный взгляд, но упорно старалась делать вид, что ей всё равно. Безуспешно. Однако уже спустя пару минут мы, наконец, дошли до линейки.

***

Моё отличное настроение было таковым не очень-то и долго. Во-первых, скучнейшая линейка, на которой, казалось, я вот-вот снова засну. Впрочем, стоило мне глянуть на Алису, как я понял, что по крайней мере страдаю я тут не один — она тоже явно делала всё что угодно, но не слушала речь вожатой. Осознав, что ничего важного, вероятно, на линейке услышать будет невозможно, я устремил свой взор к далёким облакам и принялся размышлять о бесконечно-вечном. Вскоре пионеры начали расходиться, это дало мне знать, что линейка закончилась. А во-вторых, когда я уже хотел было тоже отправиться вместе со всеми в столовую, меня остановили Ольга Дмитриевна и какая-то незнакомая мне пионерка. Она была высокой, если точнее, то самой высокой девушкой в отряде, блондинкой, а волосы были заплетены в две очень длинные косы. — Артём, подожди. Для тебя у нас задание. Я сглотнул, проводил взглядом уходящих в даль пионеров и подошёл к двум инквизиторшам. — Так как ты опоздал, ты ещё не заполнял обходной лист. Помнишь, что это? — Да, помню. Что надо обойти? На удивление уверенно ответил я. — Там в листке всё написано. Желательно справиться до обеда и обязательно куда-нибудь записаться. Если будут какие-то проблемы, можешь обращаться либо ко мне, либо к Славяне, она моя первая помощница. Девушка с пшеничными волосами мягко улыбнулась мне и помахала рукой. Я улыбнулся и кивнул ей в ответ. — Понял, Ольга Дмитриевна. Я могу идти? — Да, иди на завтрак. Я отправился в сторону, куда шли все пионеры. Славяна осталась с вожатой, чтобы обсудить с ней что-то. Меня эти дела не касались, поэтому я со спокойной совестью зашёл в столовую. Взяв поднос, я принялся высматривать место, с кем бы разделить завтрак. Признаться, я был очень голоден. Вчера мне, может, было не до еды, но вот сейчас я был готов съесть чуть ли не половину столовой. Наконец, я увидел два свободных места: одно рядом с Алисой, другое рядом с Мику. Почему с Мику никто не садился, было нетрудно догадаться. Я тоже не стал испытывать на себе звуковую атаку и отправился к Алисе, отметив про себя, что я уже не испытываю к ней столько негативных эмоций, сколько вчера. — Я подсяду? Рыжая лениво посмотрела на меня и вяло кивнула. Я приземлился рядом и начал употреблять свой завтрак. — Бегунок всучили, как я погляжу? — Угу. Подтвердил я с набитым ртом. — Куда планируешь записаться? Я вопросительно посмотрел на Двачевскую. — Ты чем Панамку слушал? Она тебе разве не сказала, что тебе нужно обязательно куда-то записаться? Я, наконец прожевав кусок омлета, ещё раз прокрутил в голове утренний разговор с вожатой. — Да, точно, было что-то такое… — Ну так куда запишешься? Я окинул взглядом листок. Библиотека, медпункт, клуб кибернетики и музыкальный клуб. — Не знаю. Пройдусь для начала, а там уже решу. Алиса одарила меня взглядом аля “Какой же ты скучный”, доела свой завтрак и отправилась восвояси.

***

А я первым делом отправился в музыкальный клуб, надеясь, что ноты, найденные в моём портфеле, действительно лежат там из-за того, что я музыкант. Это позволит мне не думать о выборе клуба. Однако стоило мне зайти внутрь, как я увидел её, злополучную японку, которая тут же убила моё желание приобщиться к музыке. Мне хватило вчерашнего дня, чтобы мягко говоря охренеть от её речи, а уж целую смену вместе с ней в одном здании я точно не выдержу! — Ой, Артём! Привет-привет, а ты пришёл ко мне в клуб записаться? Представляешь, сколько всего мы сможем вместе сыграть! Ой! Ты же ещё не записался, а я уже говорю что… Она замолчала, увидев мою, пусть и карикатурную, но не вполне наигранную гримасу боли. — Мику, ПОМЕДЛЕНЕЕ! Ты меня убиваешь. Аквамариновая девушка очень расстроилась, но, хвала небесам, замолчала. Лишь тихо прошептала: — Гомэ… Я смягчился, увидев, что она того и гляди разрыдается. — Я с обходным пришёл, можешь подписать? — Угу… Девушка убежала куда-то в соседнюю комнату и, судя по шуму, принялась что-то искать. Я же подошёл к фортепиано и прошёлся ладонью по клавишам. На удивление, рука взяла аккорд словно по рефлексу. Испуганно посмотрев на дверь в соседнюю комнату, я убедился в том, что этого никто не услышал. Я не осмелился бы больше нажимать на клавиши, так как девушка в соседней комнате по-любому бы услышала звуки рояля и уже просто так бы от меня не отстала. Мику вернулась с ручкой в руке. — Не хочешь записаться? Всё же решилась спросить она. Я взвесил все и за и против, в результате чего отказался, поскольку выдержать атаку Мику было для меня непосильной задачей. — Прости, я пожалуй, откажусь. — Да, конечно… Но я всё равно буду рада тебя видеть в своём клубе, обязательно приходи! Выходя из музыкального клуба, я глубоко задумался, поэтому не услышал шаги за дверью. Таким образом одна рыжая пионерка огребла от меня дверью по голове. — Чёрт, ты в порядке? Прости пожалуйста, я не хотел! Рыжая с шипением потёрла пострадавший лоб. На первый взгляд, ничего кроме её выражения лица не говорило о серьезных травмах. — Какой же ты кретин, я тебя убью! — Ты в порядке? Отвести тебя в медпункт? Проигнорировав её гневные проклятия, спросил я. Я прикоснулся ладонью к её лбу и чуть приподнял чёлку. Алиса зашипела от боли, но в то же время словно зависла, удивляясь тому, что я делаю. — Всё нормально! Мощным шлепком она ударила меня по руке и смутилась. — Буду должен. Она смерила меня серьёзным взглядом и твёрдо произнесла: — Разумеется. После чего прошла мимо меня в здание музклуба. Я же досадно почесал затылок и отправился дальше по маршруту.

***

Общие кружки. Что бы это не значило, я должен пройти и их тоже, так что я решительно зашёл внутрь, постучавшись. Мне никто не ответил, и я открыл дверь. Моему взору предстала техническая комната, оборудованная всеми возможными инструментами. Паяльные станции, чертёжный стол, отвёртки, гаечные ключи и прочее… А посреди всего этого находились два пионера, сосредоточенно что-то собирающих. Они словно и не заметили моего присутствия. — Кхм-кхм! Прокашлялся я, чем всё же смог вывести из транса двух техников. — О, привет! Ты записаться к нам пришёл? “Они тут что, все так издеваются над новичками?” — Я с обходным, попутно думаю, куда записаться, да… Парни тут же бросили прибор, который до этого с таким усердием собирали, и с горящими глазами подошли ко мне. — Давай мы тебе тут всё покажем! Вот увидишь, тебе тут понравится! — Ребят, полегче, я пока что только обходной заполнить. Начал сопротивляться я, но эти двое уже начали исполнять комбуху. — Мы собираем… Робота! — Вы про… Кошкодевочку эту? Примерно в этот момент я окончательно понял, что робототехника мне неинтересна, поэтому настоял на своём мнении: — Ребят, вы меня, конечно, извините, но я пас. Мне это не интересно. Просто подпишите мне обходной. Они сразу же поникли, но тут вдруг одного из них осенило. Он глянул на соседа, и тот словно прочитал его мысли. “Ох, только не этот взгляд… Походу, сейчас они ультанут…” — Мы тебе подпишем его… Если вступишь в наш клуб… Ну тут я уже не выдержал. — Парни, я прошу прощения за свой французский, вы тут совсем уже ох*ели? Я сейчас пойду к Ольге Дмитриевне и скажу, что вы тут шантажем занимаетесь, раз уж на то пошло. Похоже, они не ожидали, что такой мямля, как я, тоже имеет свой предел терпения, поэтому тот парень, что повыше, испуганно начал быстро что-то чиркать в моей бумажке. Удостоверившись, что всё было заполнено как надо, без подлянок, я ретировался из здания кружков. “А эти двое похлеще Мику будут. Девочка-то хотя бы не ушлая, на такие подлые приёмы не пошла!” Следующим пунктом назначения был медпункт.

***

— Как самочувствие, пионэр? "Медпункт, снова ты, родной. Вчера я тут полдня провалялся." — Лучше чем вчера, но всё равно ничего толком не вспомнил. Про аккорд на рояле я решил промолчать. — Ты ко мне просто так, на чай зашёл? Она мне подмигнула и прогнулась… Уффф… — Да нет, я с обходным. А что, можно было и на чай зайти? Она в ответ усмехнулась, подошла ближе и взяла листок у меня из рук. Быстро что-то в нём начиркав, она вернула его назад. — Можешь идти, пионэр. Она ещё раз подмигнула мне напоследок. Выйдя на улицу, я нервно выдохнул. Было как-то неловко, но в то же время… Странное ощущение… После медпункта я направился в библиотеку. Зайдя внутрь, я не увидел ничего необычного. Книжные полки, бюст Ленина, плакаты, спящий библиотекарь… “Стоп, это как раз тот, кто мне нужен.” Будить человека как-то не очень хотелось, было неудобно, поэтому я задумался о том, чтобы посмотреть, что тут вообще есть почитать… И рядом с одной из книжных полок я обнаружил… Лену. — Привет. Прошептал я, отчего девушка вздрогнула. — П-п-прив-вет… Заикаясь, ответила она мне, прижав несчастную книжку к себе с такой силой, что она, того и гляди, сейчас просто порвётся. И это даже несмотря на то, к насколько мягкому месту её прижимали… “Мда, так мы далеко не уйдём…” — А ты мило выглядишь с книгой в руках. Подметил я, отчего Лена вспыхнула и начала яростно искать глазами место, чтобы от меня спрятаться. “Обожаю, когда все от меня шарахаются.” — Что ты… — Что читаешь, если не секрет? Лена, смущаясь ещё сильнее, отпустила несчастную книжку и развернула её обложкой ко мне. “Это… Она же это не серьёзно?” — Тебе так… физика нравится? Ну а как ещё объяснить то, что она вместо нормальной книги про любовь взяла… Справочник по электродинамике. — Я-я… Просто… В Политехнический поступать буду… Я, наверное слегка переиграв, сделал удивлённое лицо и заявил: — Солидно, однако. — А ты… — Кто тут мне опять работать не даёт?! Послышался скрипучий голос позади меня. — О, вот ты-то мне как раз и нужна! Невозмутимо ответил я, развернувшись и протянув бумажку библиотекарше. — Это что? — Это причина моего пребывания здесь. Будь добра, подпиши, и я больше не потревожу твой со… Твою работу, я хотел сказать. Темноволосая библиотекарша закатила глаза, взяла бегунок из моих рук и отправилась к своему столу. — На. Где дверь, знаешь. Произнесла она, всучив бегунок и приготовившись ко сну. — Притормози, зеленоглазое такси, там человек ещё книгу взять хочет. Кинул я напоследок, после чего, не дожидаясь ответа, покинул здание библиотеки.

***

По итогу я имел полностью заполненный обходной лист, но так никуда и не записался. Чем мне это грозило? Тем, что вожатая даже не посмотрела на плод моих трудов и просто сунула листок себе в карман. Впрочем, мне же лучше. — Как тебе лагерь? — Ничего так, уютненько. Разве что жарковато, но это я, наверное, просто к климату не привык. — Ничего-ничего, к концу смены будешь хотеть сюда вернуться, вот увидишь! — Да, надеюсь только, что не возникнет проблем с моей амнезией… Угрюмо произнёс я. — Выше нос, Артём! У тебя впереди ещё целая неделя лагерной жизни. В этот момент прозвучал сигнал на обед. — Иди на обед, пионэр. И не забудь помыть руки! — Хорошо. Кивнул я и отправился к столовой.

***

— …И никогда не называй её ДваЧе. Она этого не любит. Я едва сдержался, чтобы не пробить свой лоб рукой. Вообще, я изначально шёл кушать, но возле столовой нарисовался уже знакомый мне Серёжа Сыроежкин, а с ним какой-то новый, незнакомый мне пионер. А мне посчастливилось наблюдать за представлением: как Серёжа “шёпотом” объяснял этому пареньку, как не стоит называть Алису. В её, на минуточку, присутствии! — КАК ТЫ МЕНЯ НАЗВАЛ?! И когда пара придурков промчалась мимо меня, я уже не сдерживаясь ржал на всю территорию столовой. Алиса, рассвирепевшая, как бык, сначала помчалась за двумя пионэрами, но затем отвлеклась на меня и мой раскатистый смех. — А ТЫ ЧЁ РЖЕШЬ? ТОЖЕ ЖИТЬ НАДОЕЛО?! Я от её наезда заржал ещё хлеще, положил руку ей на плечо, опасаясь попросту упасть, чем вызвал её недоумение. “Вот ей богу, когда ты понимаешь, насколько её ярость легко остановить, уже просто перестаёшь воспринимать её, как угрозу.” Проржавшись, я сделал серьёзное лицо, и твёрдо произнёс: — Алиса. Я хочу признаться. — А? Она удивилась ещё сильнее, даже чутка покраснела. - Я не буду называть тебя ДваЧе, я буду звать тебя… Госпожа Рыжевская. И в конце я всё же не выдержал и заржал. Алису же словно заклинило между злостью, смущением и недоумением. Но внезапно она взяла себя в руки и ухмыльнулась: — Раз я — Госпожа, тогда изволь относиться ко мне соответствующе. — О, Госпожа, прошу простить мои манеры! Я притворно поклонился, рассмешив Алису. — Пошли уже жратс, холоп! Скомандовала Алиса, дав мне легкий подзатыльник и ухмыльнувшись. "А ведь всего пару минут назад она собиралась потратить обеденное время на беготню за двумя придурками…" Удивительно, как моё отношение к Алисе изменилось за одни сутки. Ещё вчера она напугала меня до чёртиков, но почему-то я решил попытаться ей объяснить ситуацию — и вот итог. — Ну что, холоп, записался куда-нибудь? Спросила Алиса, дабы скрасить обед разговором. — Я самозанятый, так что свободен, как ветер. — Что так? Слишком никчёмный, чтобы участвовать в какой-либо клубной деятельности? "И всё же она продолжает издеваться…" — Я думал насчёт музыкального, но там же Мику… Увидев, как я скривил лицо, Алиса рассмеялась. — Понятно. Значит, свободен, как ветер, говоришь… — Типо того. Алиса нахально улыбнулась. — В таком случае самое время отработать должок. Я ругнулся про себя, но виду постарался не показывать. — Говори, чем я могу тебе помочь.

***

Я не знаю, чем я думал, когда соглашался на это. Вероятно, мне было действительно очень неудобно перед Алисой за то, как я заехал ей дверью по голове, но тем не менее, то, о чём меня попросили, было за гранью разумного. И я на это согласился, будучи трезвым. Я уже стоял возле домика вожатой, думая о том, чем же я всё это заслужил… Постучавшись в дверь, спустя несколько секунд я смог лицезреть перед собой лицо новенького пионера. — Семён. На пару слов. Парень не придал моему серьёзному тону никакого значения и, видимо, не воспринимал меня, как противника. По правде говоря, я его тоже не воспринимал никак иначе, однако роль гопника была отведена, утверждена и принята к исполнению, так что… — Что такое? — Не здесь. Давай отойдём в сторонку, без лишних ушей. Семён пожал плечами и поплёлся за мной, совершенно не подозревая, что сейчас я его буду “трясти”. И вот, спустя пять минут мы уже стояли в условленном Алисой месте — за зданием столовой. — Ну давай, выкладывай, чё у тебя там есть? Семён ошарашенно уставился на меня. — Всмысле? — Тупой? Бабло, жрачка, бухло! Что у тебя там ещё с собой привезено? — Нет у меня ничего! Он тут же дал заднюю, планируя убегать. — Э, слышь, ты куда намылился? Я те щас… — Ну-ка тормозни-ка! Позади Семёна, как по бумажке, появилась Алиса-спасительница. — Чё у вас тут? Семён с трудом сформировал мысль и хотел её озвучить, но я пока не спешил выходить из роли. — Чё-чё, фраера одного тут прессую. Не видишь шоли? Алиса слегка удивилась… Улыбнулась, и тоже вошла в свою роль. — Ты попридержи коней. — Сх*яли? — Он мой. — Слышь, подруга, ты походу берега попутала. Я обошёл Семёна и встал поближе к Алисе. Первый хотел было уже драпануть, но я схватил его за руку. — Стоять на месте, нах*й! — Я не поняла, это чё такое? — Подруга, это я не врубаюсь, с хера ли я тебе его отдать должен? Предложи чё, там калякать будем. Алиса стоически сдержала каменное лицо, это чувствовалось. И всё же, она смогла сохранить серьёзное лицо. — Алиса, это что за цирк? Что тут происходит? — Семён, наконец, нашёл в себе силы произнести что-то, помимо нечленораздельного мычания. Он всё ещё находился между нами, словно мячик в пинг-понге. Алиса окинула его презрительным взглядом, от которого Семён инстинктивно втянул голову в плечи. — Ты чё, совсем тупой, фрайер? У тебя тёрки с моим кентом, он решил тебя на бабки нагреть, а я его от этого отговариваю. Но за мои услуги ты мне должен будешь, понимаешь? Семён недоумённо уставился на Алису, затем на меня. — Кент? Фрайер? Бабки? Вы о чём вообще? Он выглядел настолько потерянным и наивным, что мне стало его немного жаль. Но Алиса, похоже, не разделяла моего сочувствия. — Замолчи, салабон! И вали отсюда, пока цел. Мы тут взрослые дела решаем, — рявкнула она, махнув рукой в сторону лагеря. Семён, словно ошпаренный, не дожидаясь второго приглашения, бросился наутёк, скрывшись за углом столовой. Я едва сдержал смешок. Алиса обернулась ко мне, её лицо снова приняло ухмыляющееся выражение. — Как думаешь, хорошо получилось? — спросила она, сложив руки на груди. — О, Рыжик, весьма. Ты истинная спасительница душ, — ответил я, снова притворно поклонившись, — после такого спасения он точно в тебя влюбится. — Пойду-ка я, закреплю результат, — произнесла девушка и ушла вслед за Семёном.

***

Следующие несколько часов прошли просто… ужасно. Нет, серьёзно, чем вообще заниматься в этом лагере? Я успел пройтись по всем местным достопримечательностям, и даже сходил в лес, едва не грохнувшись в процессе. — Да кто же тут… Увидев, куда я чуть не упал, я аж потерял дар речи. Это был подземный тоннель, похожий на… «Бункер.» — Бункер? Почему именно бункер? Я посмотрел на данное великолепие ещё минуты две, после чего решил как-то отметить место хотя бы для себя. — Тоже мне, детский лагерь… Камнем я нацарапал на ближайшем дереве отметку и направился обратно в сторону лагеря. К моему возвращению как раз прозвучал сигнал на ужин, так что я сразу направился в столовую.

***

Взяв поднос с едой, я сел на одно из свободных мест, коих было довольно много. Спустя пару минут прозвучал звук шлёпнувшегося на стол подноса, а мне на плечо мощно приземлилась чья-то рука. — Здорова, бандиты! — И тебе привет, Рыжая… Уныло произнёс я. — Слушай, а всё-таки, ну ты и представление устроил! Я не ожидала от тебя. Молодец. Я молча посмотрел на неё, не зная даже, что и ответить, и в итоге просто вернулся к поеданию ужина. — Ну и что это такое? Она села напротив меня, явно намереваясь составить мне компанию на ужине. — У тебя радио есть? — А? Нет. — Ну, а, я не знаю… “Гитара?” — А гитара? — Допустим… — Дашь поиграть? Мой последний вопрос был довольно резким и неожиданным. — С чего это я тебе должна гитару свою давать? — возмутилась Алиса. — За тобой должок. Соврал я. — С какого это хрена, дубина? Я тебя в дом свой пустила, плюс ты мне по башке заехал, так что это ещё ты мне должен. — Ясно, плевать. Я махнул рукой и потерял к девушке всякий интерес. — Эй, мы вообще-то не закончили! — Что ещё? Я равнодушно посмотрел на неё. — Если нужна гитара, то иди к Мику в клуб. — Да ты не Двачевская, ты — ЯсенХренская. Забей, я же говорю. — Ты… Ты… Я продолжал смотреть на Алису, теперь уже вопросительно. — Дома поговорим. Отрезала девушка, после чего принялась кушать. «Что с ней не так?» — Да, дорогая. Не удержался я от колкости. — ТЫ! Рыжая аж подскочила на месте, вся раскраснелась и… — Ну а что, парни тоже мечтают о любимой жене, что всегда ждёт тебя дома, нальёт свежего борща после работы… Угрюмо добавил я, проигнорировав выпады Алисы. Девушку снова заглючило, и в итоге она просто молча уткнулась в свой поднос. Еда на моём собственном подносе тем временем почти кончилась, а я увидел в дальнем конце столовой Семёна. — Пойду я, не буду вам с фраером мешать. Сказал я, схватив поднос и стремительно удалившись от соседки по дому.

***

Выпорхнув на улицу, я вновь задумался над тем, чем бы заняться. Шататься по лагерю, как это было до ужина, не хотелось, поэтому я решил вновь прогуляться до той дыры в лесу. И вот — злополучная дыра в земле и тоннель, неизвестно куда ведущий. Прикинув расстояние до пола тоннеля, я понял, что, спустившись, назад я уже не выберусь, поэтому решил просто прогуляться дальше по тропинке. Минут через десять-пятнадцать передо мной открылся вид на большое заброшенное здание. Уже темнело, поэтому я решил, что посещу данное великолепие завтра. Может быть. Пока я дошёл до домика, на улице практически наступила ночь.

***

Внутри меня ждала тишина. Я сел на кровать и принялся рассматривать убранство комнаты. Алиса не производила впечатление аккуратной девушки, однако стоит отметить, что вещи хоть и были на первый взгляд хаотично разбросаны, на самом деле находились на вполне логичных местах. На месте Алисы я бы разложил всё примерно похожим образом. В домике было душно, поэтому я решил открыть окно. Затем я лёг на свою кровать и под лёгкое дуновение ветра принялся рассматривать потолок, размышляя о том, что со мной вообще происходит. — Хоть бы радио какое было, а то прям совсем уныло. Вслух пробубнил я. Книжки у меня не было, так что вариант убить время за чтением тоже не увенчался успехом. Спустя некоторое время дверь в домик распахнулась и внутрь зашла Двачевская… Прямо скажем, выглядевшая не в духе. — Что-то случилось? С ходу спросил я. — Не твоё дело. Я пожал плечами и вновь уставился в потолок, будучи полностью согласным с рыжей. — Этот придурок… Вот же… «Мне показалось, или секунд десять назад она сказала, что это не моё дело?» — Он такой тормоз! — Да ладно тебе, видно же, что для человека поездка лагерь в новинку. — Вот только не надо его оправдывать! — Мужская солидарность. Пожал плечами я. — Хренарность! Какие ещё намёки надо кинуть, чтобы до него дошло? — Да просто отведи его на пляж и там прямо перед ним разденься. — Придурок. Справедливо заметила Алиса. — Попрошу заметить, что мы, мужчины, ваших этих намёков ни хрена не понимаем. Хочешь дать ему понять, что он тебе нравится — подойди и скажи ему это в лицо. — Ещё чего! Пускай сам подходит! Нахально улыбнулась Алиса. — Мда, я бы к такой девушке в жизни с признанием не полез. — ЧТО?! Взревела Рыжевская, вскочив со своего места. — Не торопись меня убивать, а то у тебя точно шансов не будет с Семёном сойтись. Невозмутимо ответил я, потягиваясь на своей кровати. — Да чем ты вообще можешь мне помочь, придурок? — Дай подумаю. Ты не понимаешь, какие мысли у объекта твоей симпатии, а я абсолютно никак не могу тебе с этим помочь… Развёл руками я. Двачевская покраснела… Успокоилась и тихо спросила: — Хорошо… Что ты предлагаешь? — Я предлагаю услугу многоразовой подсказки «Помощь другу». Ну и, разумеется, не забесплатно. — Что ты хочешь? — Твою… гитару. Я не знаю, почему я так зациклился на гитаре, но просто это буквально единственное, что могло меня занять. — Почему у Мику не возьмёшь? — Смеёшься? Рыжая ещё больше смутилась, после чего произнесла: — Ладно. И спустя пару минут копания в шкафу она протянула мне… — Ох… — Челюсть с пола подними. Бобровская фабрика музыкальных инструментов никогда не славилась качеством своих изделий, но… «Пожалуй, лучше, чем ничего.» Я взял гитару в руки, скорее машинально, чем осознанно взял аккорд ля-минор… И ужаснулся. — Скажи мне, пожалуйста, а как ты на этом вообще играла? Не выдержал и всё же съязвил я. — Не нравится? Давай сюда. — Нет уж! Я принялся внимательно осматривать гитару, оценивая, насколько данный экземпляр вообще пригоден для доведения до ума. В голове тотчас возникли образы из прошлого. «Если лады и гриф ровные, то уже неплохо. Дальше надо смотреть на верхнюю деку, а точнее, подкладывали ли под неё карандаш… Целая! Значит надо только разобраться с мензурой и проверить, крутятся ли колки…» На удивление, на первый взгляд инструмент выглядел вовсе не безнадёжно. “И откуда я всё это знаю?” — Ладно, давай я завтра поговорю с ним для начала, а там вместе подумаем, что делать. Алиса скептически посмотрела на меня. — И как ты себе это представляешь? Он тебя как огня теперь боится. И вообще, ты где такого говора нахватался? Я всерьёз задумался над её вторым вопросом, однако ничего путного ответить не мог. — Не знаю. Не помню. Само как-то пошло. — Ты на гитаре-то играть умеешь? Хмыкнула девушка. — Я не знаю. Не уверен. Наверное нет. Она закатила глаза. — Тебя не поймёшь, ты то строишь из себя крутого, то снова в мямлю превращаешься… Зачем вообще требовать у меня гитару, если играть не умеешь? — Да потому что в этом чёртовом лагере вообще нечем заняться! Закатил глаза я, вспоминая свои сегодняшние прогулки от безделья. — Ясно. — Что тебе ясно? — Ты как к Семёну подходить собираешься? Проигнорировала она мой вопрос. — Я подход найду, об этом не беспокойся. — Смотри мне, если он поймёт, что сегодня была постанова… Она погрозила мне кулаком. — Я не буду из образа выходить, об этом не беспокойся. — Ладно. А теперь выйди, пожалуйста. Она, на удивление, попросила меня выйти весьма мягко. — Да, конечно. Тут же вскочил я и пулей вылетел из домика. Ночное небо, такое необычное и новое для меня, раскинулось над головой. Я точно уверен, что ещё никогда не видел столько звёзд на небе. — И всё-таки кто же я такой? Спросил я, посмотрев на свои ладони, которые сегодня спокойно взяли аккорд на фортепиано, а затем и на гитаре. — Можешь заходить. Послышалось за дверью. Я ещё раз взглянул на небо, широко вдохнул свежего лесного воздуха и, насладившись природой, вернулся в домик. Госпожа Рыжевская уже была под одеялом, отвернувшаяся к стене. — Спокойной ночи. — Угу. Ответила она мне, буркнув в стену. Я в свою очередь не спеша разделся и также лёг на свою кровать. Сон пришёл довольно быстро, поскольку весь день я шатался по лагерю. Уже скоро я видел новое сновидение.