Остановка сердца

Мерцающий, безумный холод прокружился в воздухе, окутывая тело девушки, взгляд которой был устремлей вниз перед собой. То, что было там, не описать ни словами, ни чувствами ,ни чем-либо ещё. Что бы понять её панику и животный ужас, от которого ни единый дюйм её тела не мог пошевелиться... Надо почувствовать всё на своей шкуре. Время будто встало, не желая продолжать идти. Томное, будто облако тумана, оно спустилось в то помещение, в медицинский отсек, что будет теперь её домом во веки веков. К реальности лишь возвращало еле слышное, испуганное и дерганное дыхание Ани. Оно парило в грязном воздухе. озаряя его, процветая и угасая в ту же секунду, становлясь таким же терпким, как и всё вокруг. Её шок продлился кажется, минут семь. Но и этого времени хватило на то, что бы полностью осознать, что только-что сейчас было. Те гребанные семь минут в её, ныне пустой для таких мыслей голове, был полнейший кордебалет. А сейчас всё было как в балете. Старом, дряхлом, где на сцене было лишь два актёра, что танцевали для бескрайней, тёмной пустоты. Танец па-де-де. Лишь для двоих. Лишь для них одних, что связывал и сковывал души цепями, навечно. Для Анны и её капитана. Резкий прилив адреналина ударил в голову. Яркой, ударной волной, сшибая с ног, заставляя их подкоситься. Мурашки пробежались по телу. Рука Ани направилась к кнопке, которая закрывала дверь в медицинский отсек, мгновение, и эта же самая дверь захлопнулась перед её лицом. Рука всё ещё держалась за кнопку, зажимая, не в силах отпустить... Она пялилась куда-то перед собой. Ноги сами собой, неувереннои медленно, сделали шаг назад. Будто пытаясь научить её ходить. Рука упала с кнопки. Она приземлилась прямо к телу Ани, прижавшись к нему, тканью об ткань. Сейчас голова была пуста до мыслей, ничего, буквально ничего не приходило ей в голову. Пустота... Как бескрайнее чёрное нечто, в котором этот корабль медленно плыл. А куда именно, не знал сам. Тут она всё-таки быстренько, неуверенно отошла от закрытой двери, подошла к койке Кёрли. Только бы по дальше от двери... Не к ней. Только не к тем, ещё тёплым телам, кровь в которых остывала быстро. Холод от ужаса, от понимания всего происходящего, опустился к Ане. Это было неприятно, склизко и мокро. Будто бы в тумане. Девушка поерзала. Противно. Она повернулась к своему капитану и посмотрела в его глаза, поставив руки на койку. Её сердце билось невообразимо быстро, будто бы она бежала марафон несколько часов подряд без остановок. Её слегка передёргивало, ведь её напарники, сообщники... Команда... Практически все, кроме одного, отошли в мир иной. И могла отойти и она, если бы не закрылась в медицинском отсеке. Теперь это место было её и спасением, и могилой, что Аня понимала. Выхода нет, они в гребанном космосе, теперь надежда осталась только на то, что бы провести свои оставшиеся дни хорошо, с кем-нибудь... В комнате стоял неприятный запах. Тело капитана, за все два месяца, мыли всего лишь пару раз, и то, в те моменты, когда смрад становился слишком ужасным. Да и все эти водные процедуры приносили сильнейшую боль для Кëрли, заставляя его дёргаться так, как-будто его режут на части, как именинный торт. А сама медсестра давно привыкла ко всему этому, находясь в таком помещении практически всё время, присматривая за больным. Хоть и часто, в первые дни работы с Кëрли, её воротило буквально от каждого малейшего "не такого запаха". Аня сама по себе не сильный духом человек. Кормление, уход, приём таблеток... Всё это было для неё сильным препятствием, которое она до сих пор пытаеться преодолеть. Тело капитана слегка дергалось. Было видно, что он сам видел всё, что происходило несколькими минутами ранее, трупы своей команды, опять же, этот кошмар. Его прерывистое дыхание, вместе с хрипами, вырывалось из глотки, заставляя морщиться от того, что щиплет лицо. Видимо пусть обезболивающие действовало, но полностью убрать резкую, колющую как тысячи иголок боль, было невозможно. Аня смотрела на то, как Кёрли ворочается. Она хотела что-то с этим сделать, но на корабле не было ничего, что могло бы помочь. Она думала, может быть у них всё-таки есть хоть что-то... Какой-то маленький выбор... Но у неё никогда не было выбора на корабле, только возможность молить о том, что бы никто не пострадал, что бы ей не пришлось смотреть на мучения людей. Хотя сейчас её мольбы были проигнорированны Богом,топущены и выброшены. Теперь от этого страдала не одна Аня, но ещё и капитан... Кëрли быстро дышал, немного сжавшись. Девушка отошла от его койки к гарнитуре, где обычно лежали всё лекарства и тому подобное. Холодок пробежался по её спине. Она помнила, что за дверью, за её спиной, лежало два безобразных трупа. Но тут же помотав головой, она попыталась отогнать плохие мысли от себя и принялась рыскать в ящичках, в попытках найти что-то подходящее. А может даже обезболивающие, менее сильного действия, что бы у Кёрли просто не было передозировки. Её руки рыскали, пытаясь найти хотя бы немного нужного, хоть она и знала, что такого нет, надеялась на удачу. Прошло некотрое время. Она сунула свой нос практически в каждый уголок с медикаментами, половина из которых это уголь, перекись и ебучий ибупрофен. Поднявшись с корточек, она потянулась, хрустнув спиной. Она издала разочарованный стон, хотя того, что ничего так и не было, стоило ожидать. Девушка вернулась к капитану, прихватив с собой впридачу стул, который стоял рядом. У неё беспричинно болели ноги, от чего настроение катилось по пизде. Она аккуратно придвинула стул к кушетке Кёрли и наконец присела, приземлив усталые булки на его гладкую поверхность. Девушка облокотилась. Спина расслабилась, давая некую, мимолетную, радость за такую мелочь. - Тебе наверное очень больно... Но прости, я ничего для тебя найти не смогла. - тихим, еле уловимым тоном проговорила она. Парень с усилием повернул к ней голову, слушая. Боль ещё не утихла, но пошла на спад. - Мне тебя жаль... Прости меня, прости за то, что воротила от тебя нос ранее... Но меня понять тоже можно, ну ты сам понимаешь... Не каждый, при виде человека без кожи и в крови, смог бы продержаться с ним в комнате хотя бы час. Вид не самый приятный, не сладкий ,а горький как тёмный шоколад.Но девушка проявляла лёгкое желание добавить в этот тёмный шоколад немного молока с сахаром. Немного скрасить будни, которых осталось-то не совсем много. - Мы же с тобой раньше так много времени проводили, обсуждая разные мелочи, будущее, жизнь вне корабля... Ты же помнишь? В её словах тлел уголёк трепета, тон стал более мягким, держащим надежду. Но ответа конечно не последовало, да и последовать не могло. Апонент рядом даже хрипел с болью, ведь его голосовые связки были повреждены, а востановиться хотя бы на немного не успели. Аня опять вздохнула, отводя взгляд с капитана на манитор сзади. Мягкий, оранжево-красный закат спускался на нём. Пиксельное небо... Всё-таки, даже не смотря на то, что эта картинка навевала беспокойство, она была красивой. Невольно можно было засмотреться, застыть, погружаясь в свои собственные мысли, растекаясь на одном месте. - В моём городе летом часто бывали такие закаты... - внезапно вырвалось с губ девушки. Сердцебиение постепенно выравнивалось, хоть и безнадёжность не ушла. - Да, я часто видела подобное. Вечерами, стоя на балконе с кружкой чая. Был бы ты тогда со мной, знал о чём я говорю. Жаль, что это - единственный закат, который мы увидим. Она сделала паузу, замолкла на некоторое время, обдумывая, что бы ещё сказать, закончив свой небольшой рассказ о прошлом. - Ладно, не буду зря каркать. Может ещё и увидим. Вместе. Она протянула свою руку к руке Кёрли, что лежала рядом. Положив её на конечность капитана, на бинты, что бы не сделать больно, она переключила свой взор на него. Уставший, боязливый и испуганный происходящим ранее... В ответ на такой жест капитан издал тихий хрип, пытаясь что-то сказать, совсем не разборчиво, как-будто захлебываясь. Попытка к речи прошла провально, что печально. Хотя ожидаемо. Аня слегка погладила руку Керли,будто утешая. - Тише капитан... Вам же будет больно, хватит. И я надеюсь, что обезболивающие начало действовать, если да, то это хорошо. Сейчас её прикосновение, хоть и мимолётное, еле ощутимое, но мягкое, создавало что-то тёплое вокруг этих двоих. Их тела будто утопали в страхе и надежде, пытаясь держаться на плаву. Но тут же Ане стало не очень хорошо. Она всё это время перебарывала себя, стараясь вести себя тактично к капитану, хотя на долго её не хватило. Она согнула локоть свободной руки и положила на свою руку голову, будто прикрываясь. Ей было всё равно, что практически вся койка была покрыта кровью и другими, не очень приятными вещами, ей было не до этого сейчас. Она устала. Ранее она часто уходила от своих обязанностей, перекладывая уход и присмотр за капитаном на других, убегая в другие помещения. Сейчас все, на кого она могла положиться - мертвы. И переложить ответственность она не могла, от чего было слегка обидно. Можно было подумать, что Аня одна не имела никаких проблем, кроме как отвращение к нынешнему телу капитана, но нет. Прошлый опыт с Джимми, с этим ублюдком, который после всего, что было, улыбался ей в лицо, общался с ней как и раньше...она его избегала, старалась как можно меньше разговаривать с ним, но сейчас он не здесь. Она наконец-то могла говорить о нём всё, что думает, ведь он не возразит. Он ничего ей не сделает... Живот скрутило. Аня дрогнула и тут же вспомнила о том, зачем вообще хотела выйти. Она не ела большой промежуток времени, по этому желудок начал ныть о том, что ей скорее следует пойти и взять себе еды. Но она не могла, не могла выйти. Ведь там Джимми и Свонси... Девушка издала тяжёлый стон от голода и не желания выходить. Сейчас она всё так же лежала на краешке кушетки Кёрли, витала в своих мыслях и решала, всё-таки пойти ей или нет. - Да-да... Я знаю. Но они же не кусаются, так что мне нечего бояться... Вроде... Хотя это люди,которые раньше дышали,смеялись,жили свои жизни... Сейчас лежат как куски мяса на прилавке... Хм, ведь еда возможно скоро кончиться... Нет! Нет о чем это я... - проговорила себе под нос Аня,тприподнимая свою голову. Отпустив руку Кëрли, она выпрямилась и облокотилась на спинку стула. - Либо мы сдохнем с голоду, либо я пошла. - опустив взгляд на пол, чётко проговорила она. Выбор был очевиден. Переступить через страх и мёртвые тела. Она встала и прошла к двери, у которой замерла на секунду. Запах крови усилился. Она сглотнула. Рука потянулась к кнопке. Мгновение и дверь открылась, Аня, зажмурившись, перешагнула через два тела и побежала к небольшой кухне, где обычно кто-то из членов экипажа ранее готовил еду. Но сейчас там было пусто. Добежав до этого места, она прильнула к стойке и начала вспоминать, где обычно Дайске брал еду, ведь именно он отвечал за неё и припасы. Закрыв за собой дверь, Аня прошла вперёд к столу, на котором стоял обезболивающее, она хотела поставить рядом с ним все пять банок с супом и приборы. Не успела она поставить их, как они с лязгом вывалились из её рук на стол, а одна банка рухнула на пол. Мурашки пулей пролетели по её коже, и она ринулась всё в спешке собирать, называя себя неряхой в мыслях. Она сумела собрать все эти предметы, Аня вздохнула. Теперь, когда цель была достигнута, она могла начать свою трапезу. Подойдя к койке Кёрли, она взяла стул и придвинула его к столу с медикаментами и едой. Она присела, удобно устроившись на стуле и придвинула к себе одну банку с супом. В её голове промелькнула мысль, почему же так много вещей на корабле можно достать только со сканером паролей капитана, а припасы без него? Это показалось ей странным, хотя возможно Джимми просто отдал всё Дайске, что бы он мог самостоятельно следить за этим всем. Теперь она этого никогда не узнает. Их голоса никогда больше не ответят на вопросы Ани, остаётся только гадать. Пришло время есть, она потянула за хлястик на крышке банки, она со скрежетом открылась. Убрав тонкую крышку в сторону, она заглянула в банку. Суп как суп. Ерасный как кровь, в котором плавали кусочки картошки и лука. Вспомнились тела, что были такими же холодными как этот суп. Желудок болел, а аппетит пропал. Она взяла ложку в руку. Ложка была алюминиевой и лёгкой. Засунув её в банку, она зачерпнула немного супа и поднесла ко рту, после чего сунула в себя и проглотила. Вкус обычный, как раньше. Почему-то ей думалось, что по вкусу это будет как кровь, но пронесло. Аня стала потихоньку запихивать в себя суп, наполняя желудок. Как тут она почувствовала на себе чей-то взгляд со стороны, странный, будто прожигающий... Она повернула голову в сторону. Там был Кëрли. Он смотрел на неё, молча, ни хрипел, ничего. Она сначала не поняла, в чём причина этого, что ему надо? Но пока жевала холодную массу до неё дошло. Кёрли не кормили со вчерашнего дня, опять Аня забыла его покормить. Вспоминая прошлый раз, то, как она пыталась накормить его, она сжалась и поерзала на месте. В его рот она пыталась запихнуть пару ложек супа, но большие куски картошки хоть и были мягкими, всё равно давили и чуть не застревали в ослабевшем горле Кёрли, сильно напугав медсестру. Сейчас она отвернулась обратно и более интенсивно начала есть суп, быстрее. Вскоре еды в банке совсем не осталось. Девушка ложкой собирала остатки еды со стенок, стараясь собрать всё, что можно до последней капли. Когда уже и на стенках было пусто, Аня отодвинула от себя банку, в которой раньше что-то было. Встав со стула, она издала тихий звук, похожий на вздох, затем взяла в руки другую банку с супом, которую тут же открыла. Анна знала, что просто взять и дать это содержимое она не может, капитан подавится, а там только хуже. По этой причине она, вооружившись ложкой, начала измельчать крупные куски еды в банке, делая из содержимого жидкую, практически однородную массу. Ей это ранее посоветовал Дайске. Был хороший малый, но не в этом суть. Вскоре то, чего Аня добивалась, произошло. Крупных комков не было, она думала, что теперь без каких-то усилий сможет дать эту еду капитану. Помешав ещё пару мгновений, она подошла к Кёрли и чуть наклонилась к нему,.смотря на его лицо. - Прости, что забыла дать еды. Зато сейчас поедим... Да, открывай рот. Она поставила банку на край кушетки, зачерпнула из неё одну ложку, затем свободной рукой аккуратно отодвинула нижнюю челюсть капитана и сунула в рот ложку. Тот же отреагировал так же, как и с лекарствами. Не сильно дёргал конечностями, что-то хрипел, но в конце концов проглотил всё, что было дано. Аня облегченно выдохнула, сильных проблем с этим не будет. Значит можно продолжать. Она дождалась, когда Кëрли полностью проглотит всё, что она давала, а потом продолжила кормление. Со стороны бы это выглядело очень странно, но как ни крути, тут выбора не было. Ложка за ложкой и ещё одна банка опустела.Кормление капитана заняло некоторое время, ведь ел он медленно, иногда просто давился. Само зрелище было не из приятных, но и отвертеться от этого было никак. Убрав банку на стол к остальным, Аня окинула взглядом тело Кëрли. Он спокойно, наевшись, лежал с закрытыми глазами. Его грудь томно вздымалась вверх, затем опускалась. Он был спокоен. Видимо, обезболивающее вместе с едой дали ему капельку успокоение. Аня решила отвлечься. Она устала, сегодня она испытала всевозможные чувства: страх, боль, теплоту... Пришло время отдыха. В комнате, по мимо одной койки,.на которой лежал Кёрли,было ещё одно место, на которое можно было улечься. Туда как раз-таки направилась Анна, а прийдя, аккуратно уселась на край. Она повернула голову в сторону капитана. В той стороне была синяя ширма. За ней не было никаких звуков, разве что кроме прерывистого дыхания... Спокойного дыхания. Аня выдохнула и улеглась на своей койке. Взгляд уткнулся в стерильно-белый потолок. Она ничего не чувствовала кроме усталости. Ни радости, ни грусти, ни скорби, ни страха... Её будто заволокло белым туманом, густым, словно сливки в торте, безвкусным сном, туманом на дороге... Её глаза потихоньку захлопнулись, она даже не заметила как выпала из реальности, погружаясь в мягкий мир сновидений, где всё хорошо, где нет смерти, крови и неизбежного. Она хотела спать вечно, но не смела.