Глава 11

Я сползала по стене вниз, теряя самообладание. Паника перерастала в дичайшую слабость и помутнение рассудка. Лиза и Макс появились из ниоткуда и обхватили меня за обе руки по бокам, не давая упасть и пытаясь поднять меня на ноги. — Тиша тише, Ари. Ты чего? — обеспокоено спросила Лиза, приближая свое лицо к моему и шепча почти на уха, чтобы не привлекать внимание лишних глаз. Я с трудом подняла голову, чтобы сфокусироваться на девушке, но шея была будто бы ватной, и моя голова склонилась на бок. — Макс, отведи ее в подсобку, я сбегаю за водой. — кинула сероглазая, и тут же скрылась в толпе людей. Макс подхватил меня за талию и сильнее прижал к себе, мы не спеша кое как дошли до двери в подсобку и ввалились внутрь. Парень осторожно усадил меня на стул, а сам присел передо мной на корточки. — Что случилось? Тебе стало плохо? — Д-да...вдруг стало мало воздуха, я...много людей... — переводя дыхание старалась отвечать я. Но в голове вертелось совсем другое. Отец Исмаил...сейчас он находился в нескольких метрах от меня, и спокойно проводил презентацию и автограф-сессию своей книги. Один из самых страшных ночных кошмаров становился явью. Человек который сломал моих родителей, мое детство и мою психику. —...принесет воды, станет легче и... Макс продолжал что-то говорить и успокаивать меня, гладить по плечу, но я его совершенно не слушала. Моя тревожность заполнила все пространство моего тела и пожалуй даже этой небольшой комнаты. В груди стоял непрекращаемый гул, сердце стучало с такой скоростью, что я даже не слышала пауз между его биением. Дверь подсобки открылась и в нее зашла Лиза со стаканом воды и какой то таблеткой. Она протянула мне и то и другое. — Держи, выпей это. — Что это? — нахмурившись, я покосилась на неизвестную пилюлю перед собой. — Это просто успокоительное на основе трав. Сама иногда пью. — успокоила меня девушка. Я положила в рот таблетку и проглотила ее, запивая несколькими большими глотками воды. Холодная жидкость протекала по моему горлу опускаясь вниз, я чувствовала ее продвижение. — Макс, — Лиза обратилась к парню. — выйди в зал, нужно, чтобы хоть один из нас там оставался и смотрел за гостями, мы скоро подойдем. Макс молча кивнул и вышел. Мы остались вдвоем с Лизой. Я все так же тяжело дышала, но мое сердце начинало обретать более спокойный ритм. — Ария, я знаю, что уже не первый раз тебе говорю об этом, и возможно даже достала, но может тебе, все таки, стоит посетить врача? Я саркастично усмехнулась от ее слов. На секунду даже хотелось сказать ей, что я уже давно посещаю одного врача, но это далеко не тот врач, которого, я уверена, она имеет ввиду. — Да, хорошо, я запишусь. — согласилась я с той целью, чтобы от меня отстали. — Мне уже становится легче, ты можешь идти работать дальше. Я скоро выйду. К моему удивлению Лиза не стала возражать, она всего лишь переспросила уверенна ли я, и когда я положительно кивнула, вышла из комнаты. Я вновь позволила своим мыслям вернуться, хотя они даже никуда не уходили, просто я их старалась немного подавить при коллегах, чтобы не выглядеть подозрительно. Как мне стоит сейчас поступить? Вернуться к работе и постараться сделать вид что все хорошо? Возможно отец Исмаил не узнает меня? Я не была в этом уверена, но все же собралась с силами и направилась обратно в книжный зал. Я стала где-то в стороне, стараясь слиться с толпой и быть незаметной. Отчасти мне казалось, что, если я останусь невидимой, он не заметит меня и этот кошмарный момент останется чем-то из разряда необъяснимых совпадений. Я наблюдала за тем, что происходило у стола, где сидел Илья Смаилов, он же отец Исмаил. Он выглядел совершенно иначе, чем в прошлом, и это всё ещё казалось нереальным. Человек, который когда-то вселял в меня страх и ужас, спокойно сидел перед людьми, уверенно улыбался всем, кто к нему обращался, рассказывал о своей новой книге и отвечал на вопросы собравшихся. Его спокойствие и уверенность в себе буквально притягивали людей. Мне было сложно осознать, что это действительно он, этот мягкий и учтивый мужчина. В голове не укладывалось, что тот, кто проповедовал в белых одеяниях и нагонял страх на своих последователей, теперь сидел здесь, как типичный автор книги. В какой-то момент к нему обратились журналисты. Они, конечно, выделялись среди толпы, с блокнотами и диктофонами в руках, и, очевидно, были готовы к интервью. — Илья, расскажите, что вдохновило вас на написание этой книги? Она ведь довольно уникальна по своей концепции. — молодой мужчина с короткими тёмными волосами, задал первый вопрос. Илья мягко улыбнулся, будто смакуя каждый момент: — Вдохновение приходит отовсюду, — начал он, голос его звучал так спокойно, как будто он нашёл ответ на все вопросы жизни. — Но главное, что побудило меня написать её, — это стремление помочь людям найти путь. Ведь каждый из нас проходит через определённые испытания. Это могут быть трудности психологического характера или духовные кризисы. Я чувствую, что моя миссия — показать людям дорогу, которая приведёт их к внутреннему миру и гармонии. Я напряглась. Это звучало как обычный ответ, но в этих словах скрывался знакомый мне подтекст. "Испытания", "путь", "миссия" — всё это когда-то было частью его проповедей. Он всегда говорил, что только он знает, как привести людей к "свету". Я с трудом сдерживала дрожь в руках, понимая, что он всё ещё тот же человек, только теперь его методы были более утончёнными. — А что именно вы считаете главными препятствиями на пути к этому внутреннему миру, который вы описываете в книге? — женщина средних лет с короткими светлыми волосами, задала следующий вопрос. — Препятствия? — Илья задумался на мгновение. — О, их так много. Но чаще всего это наше эго. Желания, страсти, стремление к материальным благам — всё это отвлекает нас от истинного пути. Люди теряются в мирских заботах, забывают о главном, забывают о том, что все ответы находятся внутри них. Нужно лишь очистить себя от суеты, научиться слушать свою душу, а не разум. "Очистить себя от суеты, научиться слушать свою душу" — всё это звучало так знакомо. Когда-то он говорил нам то же самое, но тогда это было не про гармонию, а про полное подчинение его воле. — А как насчёт ваших читателей? Как вы думаете, что они смогут почерпнуть из вашей книги? — задал следующий вопрос молодой журналист. Илья посмотрел на него с мягкой улыбкой. — Я думаю, каждый найдёт что-то своё. Кто-то, возможно, поймёт, как справиться с личными трудностями, кто-то — как восстановить гармонию в своей жизни. Но главное, что они смогут почувствовать — это приближение к чему-то большему, к чему-то неизмеримому. Моя книга — это не просто набор советов, это своего рода путеводитель к глубинам их собственной души. Я надеюсь, что они смогут найти ответы, которые искали долгое время. Слова "приближение к чему-то большему" эхом разнеслись в моём сознании. Это звучало как завуалированное приглашение к чему-то, что когда-то поглотило меня с головой. Он действительно использовал ту же самую риторику, только теперь всё было представлено под другим соусом — более мягким, обманчиво безобидным. Журналисты записывали его ответы, кивали, не понимая, что за обёрткой этих красивых слов скрывается нечто более тёмное. Я же видела это ясно, и каждый его ответ отзывался болью где-то глубоко внутри меня. Он говорил, продолжал улыбаться, как будто ничего не произошло, как будто его прошлое не имело значения. А я стояла там, чувствуя, как моя реальность медленно рушится, осознавая, что от него мне никуда не скрыться. Когда интервью закончилось, вопросы от читателей Ильи Смаилова тоже стихли. Посетители начали разбирать книги, многие тут же подписывали их у автора и с довольными улыбками покидали зал. Кто-то подходил к нему с личными вопросами, искал совет или наставление. Казалось, все, кто оставался, хотели получить частичку его внимания. Я старалась держаться подальше. Мы с Лизой и Максом начали понемногу убирать за гостями: выносили пустые бокалы, салфетки, остатки закусок. Я выполняла свою работу максимально быстро и незаметно, особенно когда приходилось проходить мимо Смаилова. Каждый раз, оказавшись вблизи, я будто сжималась в маленький комочек, вдавливая голову в плечи, старалась быть невидимой. Мой взгляд был прикован к полу — лишь бы не встречаться с ним глазами. И вот, когда я в очередной раз проходила мимо, собирая грязные бокалы, я услышала, как он обратился ко мне. — Прошу прощения, девушка, не могли бы вы подойти? Моё тело мгновенно парализовало. Внутренние органы сжались в тугой комок, а сердце пропустило несколько ударов. Я замерла спиной к нему, ощущая, как кровь стучит в висках. "Только не сейчас, не сейчас..." Я сделала вид, что не услышала его, и шагнула вперёд, чтобы отдалиться. — Девушка, прошу вас, можно на минутку? — он снова позвал и его голос стал чуть более настойчивым. Не было смысла продолжать делать вид, что я его не слышу. Я глубоко вздохнула, пытаясь держать себя в руках, и медленно повернулась. Подойдя к столу, я не смела встретиться с его взглядом. Глаза скользили по всему, кроме его лица — стулья, бокалы, книги. — Вы сотрудник магазина, верно? — спокойно спросил он. — Не могли бы вы помочь мне сложить оставшиеся книги в коробку? Я быстро кивнула, чувствуя, как мои ладони вспотели. Без лишних слов принялась за дело. Беря одну книгу за другой, я осторожно укладывала их в коробку. Спину сводило от напряжения, а его взгляд, казалось, прожигал меня насквозь. — Ваше лицо мне кажется таким знакомым, — вдруг сказал он, немного нахмурившись. — Мы могли где-то видеться раньше? Этот вопрос пронзил меня. Внутри всё перевернулось, но в то же время в его словах я уловила спасительную мысль: он меня не помнит. Меня окатила волна облегчения, хотя и не слишком надёжного. — Вряд ли, — пробормотала я тихо, почти не разжимая губ. Смаилов не стал задавать больше вопросов, просто кивнул и сам начал складывать книги в коробку. Я продолжала двигаться механически, сдерживая себя, чтобы не дрожать. Каждое его движение казалось мне угрозой, даже если оно было совершенно безобидным. Когда наши руки случайно соприкоснулись, я чуть не подпрыгнула, но быстро взяла себя в руки. Ни малейшего намёка на слабость — это было моей внутренней мантрой. Собрав всю волю в кулак, я продолжила работать, пока мы вдвоём не сложили все книги. Когда последняя книга легла на место, я едва удержалась от вздоха облегчения. Он взял коробку под мышку и поблагодарил меня. — Спасибо вам за помощь. Я замерла, когда он протянул мне руку для рукопожатия. Бежать было нельзя. Я заставила себя сделать шаг вперёд и пожать его руку, чувствуя, как внутри меня разливается горячая волна страха и гнева. На мгновение я задержала дыхание, будто это могло защитить меня от воспоминаний. — До встречи, — сказал он, улыбнувшись, прежде чем повернуться к выходу. Я смотрела, как он медленно выходит из книжного, и только когда дверь за ним захлопнулась, позволила себе выдохнуть. Мы с коллегами быстро привели магазин в порядок. Когда всё было закончено, я переоделась из рабочей формы в свою обычную одежду, всё время чувствуя внутри нервное напряжение. Хотелось скорее выйти из магазина, оставить этот день позади и забыть о Смаилове. Но Макс и Лиза, конечно, не собирались так быстро завершать вечер. — Ну что скажешь? — Макс закатил глаза, расправляя свою куртку. — Смаилов этот, конечно, типичный сетевик. Только вместо порошков или кастрюль втюхивает всякие книжки про духовные путешествия и самопознание. — Угу, — Лиза кивнула, засовывая телефон в карман. — Вот ты критикуешь его, а он явно из тех, кто умудряется доить всяких доверчивых людей. Собрал вокруг себя толпу, сыграл на их страхах и слабостях, а потом втирает свои трактаты, как бальзам на душу. А они верят, скупают всё подряд, ещё и благодарят. — Ну да, на таких и зарабатывают. Втираешь, что у них "проблема с душой", и предлагаешь решение. И ещё деньги вперёд возьмёшь, — усмехнулся Макс. Лиза взмахнула рукой с легкой иронией: — Это, знаешь ли, тоже талант. Надо создать образ, чтобы даже дураки в тебя поверили. Не все же могут так сойти за гуру. Это тоже, наверное, своего рода мастерство — втереться в доверие. Я слушала их разговор, но не вмешивалась. Слова коллег были слишком близки к правде, но мне хотелось как можно скорее выкинуть всё это из головы. Я не могла перестать думать об Илье и о том, что он всё ещё способен влиять на людей, играть на их чувствах и слабостях, точно так же, как когда-то влиял на моих родителей и меня. Больше не в силах терпеть, я бросила взгляд на Лизу и Макса: — Ладно, ребят, я пойду. До завтра. — О, так быстро? — Лиза удивилась. — Ну, давай, до встречи. Макс только махнул рукой в ответ. Я быстро натянула пальто, подхватила сумку и направилась к двери. На улице было холодно, и я ощущала подступающий ком паники, как только вышла за пределы магазина. Когда я вернулась домой, меня настигла волна паники и тревоги, словно они выжидали, когда я останусь одна. Стоило закрыть за собой дверь, как внутри всё начало рушиться. Сначала появилась пульсирующая боль в голове — мигрени, которые я знала слишком хорошо. Но в этот раз к ним присоединилось нечто худшее. В моей голове начали звучать голоса. Сначала тихие и неразборчивые, но их становилось всё больше. Они накатывали, как волны, становились всё громче и громче, сливаясь в ужасающий хаос. Я не могла понять, что они говорят, но это не имело значения. Их было слишком много, они тянули меня на дно, точно свора голодных псов. Я попыталась вспомнить дыхательные упражнения, которые советовал мне Дмитрий на последнем сеансе. Медленно вдох-выдох. Сконцентрируйся. Я закрыла глаза и начала считать, но это было бесполезно. Голоса разрывали мой мозг на части, боль пронзала голову, точно кто-то вонзал ножи в мои виски. Я сдалась. Без сил опустилась на пол, села возле кровати, обхватила колени и уткнулась в них лицом, стараясь хоть как-то защититься от этого невыносимого ужаса. Я начала бормотать что-то невнятное, обрывки мыслей, бессвязные фразы. — Очищение... Очищение через боль... Белая роба... чистая... кровь... нельзя так... нельзя... Перед глазами вспыхнул образ отца Исмаила — в той самой белой робе, как когда-то давно, когда я была частью этого кошмара. Его лицо искажённое, с той же мерзкой улыбкой. К нему примешались сцены с картинами художника VD — реки крови, обезображенные тела, безумные глаза. Всё это слилось в один чудовищный клубок. Я закричала, как зверь, загнанный в клетку. Я хотела разорвать себя на части, избавиться от своей головы, от мыслей, которые захлёстывали меня. Это было невыносимо. Я всхлипывала, сжимая голову в руках, словно могла выдавить из неё эти ужасные голоса. И вдруг мысль о Дмитрии вспыхнула в голове, как спасительный луч. Он — единственный, кто мог вытащить меня из этого ада. Его голос, его спокойствие. Я нуждалась в нём сейчас так, как наркоман нуждается в дозе. Я чувствовала ломку. Сильную, разрушающую изнутри. Я схватила телефон с пола, руки дрожали так сильно, что я едва могла нажать на экран. На часах было за десять вечера, но мне было всё равно. Я просто не могла больше терпеть. Я набрала его номер. — Алло? — его голос прозвучал с другой стороны, такой спокойный, такой... нормальный. — Дмитрий... это... Ария...Вы...ты мне нужен, — мои слова прозвучали чужими, словно я сама не узнавала свой голос. Повисла пауза. Его молчание длилось вечность, или мне так казалось. В голове гремели голоса, всё тело напряглось от ожидания. — Куда мне приехать? — наконец ответил он. — Диктуй адрес. С трудом, задыхаясь, я продиктовала ему свой адрес. Когда звонок оборвался, я откинула голову назад и закрыла глаза.