Глава 3. После дождя

Ночной лондонский дождь срывался с неба ледяными потоками, хлестал по лицу и одежде. Капли с глухим стуком били по крыше, стекали по бетонному краю, на котором по-прежнему сидела Гермиона. Ее тонкие плечи слегка подрагивали от холода. Драко стоял рядом и не смел приближаться ещё сильнее, боясь спугнуть, боясь… увидеть, как она скроется в темноте навсегда. - Гермиона, пожалуйста… - его голос сорвался. Он выдохнул, чувствуя, как мокрая прядь липнет к щеке. - Пойдём отсюда. Мы можем поговорить где угодно. Я помогу, что бы ни случилось. Она молчала, смотря перед собой. Только звук дождя. - Расскажи мне что-нибудь, - тихо попросил он, не оставляя попыток отвлечь девушку от того, что она намеревалась сделать. - Любое воспоминание. Что угодно. Только... говори со мной. Девушка вздрогнула, чуть повернув голову. В её покрасневших глазах читалась боль. - Я… не знаю, как. У меня слишком много внутри. Слишком... всего. Я не могу больше думать об этом. Я просто хочу остановить этот бесконечный поток у себя в голове. Драко нерешительно сделал шаг ближе. Медленно, как к дикому животному. Руки дрожали. Хотелось сорваться на бег, схватить, затащить вниз силой. Он сдерживался изо всех сил. - Ты не одна, - прошептал он. - Слышишь? Ты не одна. - Да, вокруг полно людей, - срывающийся смех, резкий и болезненный. – Но я давно чувствую себя одинокой и... мертвой. Как в гробу. Понимаешь, Драко? Я как в гробу… и никто не слышит, как я кричу. Он сжал зубы. Сделал ещё шаг. - Это не конец. Не должен быть. - А если я хочу, чтобы был? - тихо. - Чтобы всё это прекратилось в один миг. Чтобы не нужно было больше просыпаться, вспоминать, дышать, видеть своё отражение. Я устала. Она закрыла глаза. Сделала вдох, будто собираясь с духом. - Я больше не могу, Драко... - прошептала она почти неслышно, и опустила взгляд вниз. Грейнджер медленно вытянула руку в сторону пустоты, как будто проверяя силу ветра. Холодные пальцы дрожали. Она наклонилась к краю, смотря на улицу под ногами. Драко ощутил, как внутри всё сжалось. Он едва не бросился к ней, но в последний момент замер, понимая, что одно неосторожное движение может стать роковым. Он стоял, как статуя, с глазами, полными ужаса и мольбы, не смея даже дышать громко. - Пожалуйста… - выдохнул он, слова растворились в шуме дождя. Плечи девушки содрогнулись, и она вдруг громко резко всхлипнула, обхватив себя за плечи, словно чтобы удержать распадающееся тело. - Прости... - прошептала она, зажмурившись. И сделала это - позволила себе поддаться бедрами вперед, намереваясь соскользнуть вниз с бетонного края. Драко сорвался с места. Он успел. Успел схватить её, в последнюю долю секунды, с отчаянной яростью в руках, с животным страхом в груди. Их тела с грохотом повалились назад на мокрое покрытие крыши. Малфой больно ударился плечом о какой-то выступ и почувствовал, как по руке хлынула тёплая кровь. Но не отпустил. Сжимал её так, как будто от этой силы все еще зависела ее жизнь. - Нет, нет, нет, - бормотал он, прижимая её голову к своей груди. - Не смей... - голос задрожал, - ты не имеешь права так... Парень буквально физически ощущал, как внутри него нарастал огромный шквал эмоций, который он усиленно заглушал в последний час. Этот вихрь будто продавил невидимую плотину, она лопнула и выпустила наружу все подавляемые чувства. - НЕ СМЕЙ, ЧЕРТ ВОЗЬМИ! - выкрикнул он, разрывая пространство, перекрывая даже дождь. - ТЫ НЕ МОЖЕШЬ ПРОСТО ВЗЯТЬ И УЙТИ ВОТ ТАК! ЧТО ТЫ ДЕЛАЕШЬ, ГЕРМИОНА?! КАКОГО ХРЕНА?! – Малфой словно запоздало кричал о том, что боялся сказать, пока она была на краю. Он сжал её крепче, будто пытался вдавить в себя, защитить от всего мира, от этого невыносимого ужаса, что чуть не случился. - Я НЕНАВИЖУ, БЛЯТЬ, ЭТУ ДОЛБАННУЮ КРЫШУ! - продолжал он, уже хрипя. - Я не знал, что делать! Когда ты повесила трубку, я просто стоял на улице и умирал, слышишь!? Я сходил с ума! Я не знал, жива ты или уже поздно, когда ехал сюда! Он ударил кулаком по мокрому бетону рядом, все еще не отпуская её. - Я не мог... не мог потерять тебя вот так! С чего ты решила, что можешь вот так эгоистично просто взять и исчезнуть?! - его голос трещал, будто лопнувшая струна. - Больше никогда. Никогда, слышишь меня?! Гермиона рыдала. Сначала тихо. Потом всё громче. Сдавленно, с хрипами, словно из неё вырывались не звуки, а сами внутренности. И он не знал, чем помочь. Не понимал, что произошло. Только прижимал её, шептал её имя, гладил мокрые волосы. Они лежали на крыше, промокшие, сгоревшие, разрушенные. Но живые. - Пойдём вниз, - наконец прошептал он, когда девушка немного успокоилась. - Пожалуйста. Нам нужно уйти отсюда. Гермиона не ответила. Отстранилась и села рядом, облокотившись на холодную металлическую дверь, ведущую на лестничный пролёт. Она двигалась медленно, как в густом тумане, будто её тело не принадлежало ей. Пальцы судорожно сжимали мокрую ткань толстовки, дыхание было неровным. Девушка чувствовала себя так, будто все же умерла пять минут назад, когда решила прыгнуть, и теперь оживала заново, еле дыша. Он видел это. Не задавал вопросов. Не пытался торопить. Только достал палочку и создал над ними защитный купол-зонт. Потом - плед, которым укрыл её плечи. Она закрыла глаза, сделала долгий вдох. И начала говорить. - Когда я вышла замуж, то думала, что это навсегда. Что мы преодолеем все, что могло бы случиться. Я очень его любила и мне казалось, что он меня тоже. Красивые слова, большие букеты цветов. Мы часто ругались, но всегда бурно мирились, еще больше убеждаясь, что чувства могут победить что угодно, - голос Гренджер был хриплый, чужой. – Со временем он начал словно… ускользать от меня. Вроде бы мы были вместе и все нормально, но он стал более закрытым, отстраненным, реже появлялся дома. Вся моя жизнь превратилась в сплошное ожидание. Я стала стараться быть идеальной. Училась готовить его любимые блюда, носила вещи, которые ему нравились. Я за секунда определяла в каком настроении он вернулся домой, искала в его взгляде одобрение каждый день. Это превратилось в какую-то манию. Она на мгновение прикрыла глаза, как будто вспоминая себя - ту, прежнюю. - А потом однажды... я нашла в его телефоне переписку с другой. Он изменял мне два года. Моя жизнь оказалась ложью, а человек, которого я любила – лишь иллюзией в моей голове, в реальности все было иначе. Я не могла поверить в это. И это... это было как смерть, темнота. Драко застыл, не шевелясь. Он невольно пытался сопоставить счастливые свадебные колдографии с тем, о чем рассказывала Гермиона. Выходило плохо. - Через неделю после этого я узнала, что беременна, - голос дрогнул. - Я думала, может, это нас спасёт. Если он узнает... что если появится то, ради чего стоит быть честным… Но он стал другим. Его будто подменили. Ледяной, отчуждённый, раздражённый. Говорил о любви, но я ее не чувствовала, сходила с ума, возвращался домой, но был будто не со мной. Он говорил, что я перегибаю, что слишком драматизирую. Я перестала быть ему интересна. А потом… начались вспышки ярости. Он кричал, бил кулаком по стенам, бросал посуду. Один раз швырнул в меня книгу. Я начала… бояться. Она судорожно выдохнула и сжалась в пледе. - Я долго не решалась уйти. Я не могла представить свою жизнь иначе. Как будто за дверью пропасть. Я держалась изо всех сил ради ребёнка. Мне казалось, если я стану достаточно сильной, достаточно правильной, достаточно красивой, достаточно сексуальной, достаточно хорошей хозяйкой, то... это всё закончится, он будет мной доволен, будет любить меня. Я стала молчаливой и послушной. Делала всё, чтобы не спровоцировать его. Иногда мне удавалось быть «достаточной» и мне казалось, что все наладилось. Но такие моменты никогда не длились долго. Гермиона на мгновение замолчала, продолжая смотреть прямо перед собой. - А потом... - её голос сорвался. - Он ударил меня. Просто. За то, что я в очередной раз пыталась с ним поговорить и все наладить. Я упала. И поняла – это конец. Все. Хватит. Но даже тогда я боялась просто встать и уйти. Я тайно собрала вещи ночью. А утром сделала вид, что еще сплю, когда он уходил на работу. Я лежала с закрытыми глазами еще несколько минут после его ухода, боясь, что он вернется за чем-нибудь и увидит меня с чемоданами. А потом подорвалась и стала судорожно собираться. Сняла квартиру. Он никогда не пытался меня вернуть. Просто ушел к другой. Мы виделись еще пару раз в процессе развода, и я каждый раз не могла поверить, что передо мной стоит тот человек, с которым я собиралась пробыть до конца жизни. Он был другой, совершенно чужой и безразличный. Повисла пауза, в глазах девушки снова появились слезы. - Я пыталась выжить ради ребёнка. Это было всё, что у меня оставалось. Мой единственный смысл, - она непроизвольно коснулась ладонями живота. - Я читала книги про беременность, гладила живот, говорила с ним. Я мечтала, как буду держать его на руках, как буду хорошей матерью, всё исправлю. Она заплакала, но продолжала говорить. - А потом... я потеряла ребёнка. Я сидела в кабинете у целителя и смотрела в стену, не веря, что это происходит со мной. И тогда я поняла окончательно: у меня ничего больше нет. Ни семьи. Ни будущего. Ни смысла. Я отстранилась от друзей. Перестала выходить из дома. Так прошло еще почти полгода. Всё казалось фальшивым. Как будто я - это пустая оболочка. Гермиона перешла на шепот. - Мне не хочется вставать по утрам. Я не чувствую запахов. Вкус еды. Музыка - шум. Близких людей больше нет, я сама всех растеряла. Мысли обо всем этом раздирают голову изнутри, я не могу скрыться от них, чтобы не делала, даже ночью. Я лечу и лечу в пропасть, а зацепиться не за что. Я бы хотела уснуть и не проснуться. Конец. Покой. Я потеряла мужа, ребёнка, себя. Потеряла. А потом... просто перестала хотеть жить. Я не справилась. Не смогла. Малфой чувствовал, как сжимается его сердце. Каждое ее слово - как игла. Драко хотел закричать, ударить кого-то, вернуть время назад. Но ничего нельзя было изменить. Только быть рядом сейчас. - Ты не виновата, - наконец прошептал он. - Ни в чём из этого. Ты любила, пыталась сохранить семью, пыталась сохранить ребенка, пыталась быть хорошей. Ты сделала все, что могла. Ты не виновата. Гермиона посмотрела на него. В глазах не было надежды. Только боль. Такая пронзительная, что Драко с трудом удерживал себя от того, чтобы не зарыдать вместе с ней. Он не знал, не представлял, через что она прошла. Он винил себя. За молчание. За письма, которые не отправил. За то, что не был рядом, когда она нуждалась больше всего. - Мне так жаль, - прошептал он осипшим голосом. - Жаль, что я не знал. Что не был рядом. Что позволил нам отдалиться. Прости меня… Они смотрели друг на друга. Годы молчания, обиды и барьеры растворились, просочились сквозь ветер. Только они двое, настоящие. Как когда-то давно. Гермиона не сказала ни слова. Просто медленно потянулась к нему, словно проверяя, можно ли. А потом прижалась. Он обнял её крепко, всем телом, как будто боялся опять потерять. И она снова заплакала. И тогда, среди хаоса мыслей, девушка услышала тихий голос надежды. Он с трудом пробивается сквозь отчаяние. Есть кто-то, кто поймет и поддержит, впервые за много месяцев. Она слушала дыхание Драко, его сердце. И в голове начали всплывать забытые счастливые образы: запах корицы на Рождество, смех Джинни, как кто-то обнимает её после экзамена, старые письма от Драко, в которых он делился своими страхами, а она - своими мечтами. Эти нити плелись в тонкую, дрожащую сеть. - Я не дам тебе исчезнуть, - прошептал он. - Я рядом. И я никуда не уйду. Ты не обязана проходить через это одна. А что, если действительно все может быть иначе? Это осознание неожиданно стало пробираться в ее голову. Что, если сегодняшний день – это не тупик, а поворот, возможность изменить направление? - Мне страшно, - призналась она. - Мне тоже часто страшно, - мягко ответил он. Она закрыла глаза и сделала вдох, впуская в себя холодный воздух, наполняющий легкие свежестью и ясностью. - Пойдём отсюда, - сказал Драко немного более настойчиво. Она кивнула. Медленно, будто только сейчас её тело снова начало подчиняться. Малфой поднялся первым, затем осторожно помог ей. Когда девушка встала, он не отпустил её руку, держал крепко, как будто боялся, что она снова исчезнет, растает в воздухе, отступит к краю. - Ты в состоянии трансгрессировать? - спросил он, заглядывая ей в глаза. - Да. Я хочу домой. Через мгновение они исчезли. Затем оказались в гостиной её квартиры, небольшой, тускло освещённой. В воздухе стояла тяжесть. На диване - плед, сбившийся в комок, на столике рядом - несколько грязных кружек и засохшие цветы, в углу – целая гора помятых и, возможно, грязных вещей. Всё здесь будто застыло во времени. Дождь продолжал стучать в окна. Гермиона направилась на кухню. Не говоря ни слова, достала из шкафа бутылку виски, открыла и сделала несколько больших глотков прямо из горла. Поморщилась. Затем шумно выдохнула, как будто только сейчас осознала - она могла не быть здесь. Эта ночь могла стать последней. Она обернулась и посмотрела на Драко. Он стоял по другую сторону стола. В груди что-то защемило. Резко. Остро. Жгуче. Её накрыло понимание того, как сильно она скучала. Как невыносимо ей его не хватало. Девушка пристально смотрела в его лицо, будто проверяя, действительно ли он здесь. Несколько секунд стояли в тишине. Потом она едва слышно спросила: - Почему мы тогда расстались? Драко замер. Вопрос, который будто висел в воздухе с самого окончания школы, наконец прорвался в реальность. - Наверное…. потому что мы были слишком юными. Глупыми. Потому что любили до безумия и постоянно ссорились, - он опустил глаза. - Потому что у меня было чертово раздутое эго, а у тебя - непоколебимая вера в принципы. Мы не умели быть рядом без борьбы. Мы посчитали, что любовь - это не всё. Что нам нужна стабильность, уравновешенность. И что это мы друг другу дать никогда не можем… - Но ведь всё равно не получилось, - прошептала она. – Не получилось стабильно, спокойно и хорошо не вместе, - нервно провела рукой по мокрым волосам. - Может, потому что и не существует идеальных отношений или идеальной жизни? – спросил Малфой. - Может, есть просто ты и я? Просто чувства? Просто выбор – быть рядом. Каждый день. Несмотря ни на что. Она глубоко вдохнула. Эти слова ударили куда-то в живот, пробудили что-то давно забытое. - А если мы опять начнём ломать друг друга? – неуверенно произнесла Гермиона. - Тогда мы будем учиться этого не делать. Будем меняться, расти. Потому что хотим. Потому что любовь - это выбор, решение, - Драко пристально посмотрел ей в глаза. - Я не идеален. И ты не обязана быть такой. Но я готов быть тем, кто обнимает и поддерживает тебя, когда сложно дышать. Кто готовит рядом ужин, держит за руку во время прогулок, обнимает перед сном и хочет сделать тебя счастливой. Кто будет молчать, когда слов нет. Кто будет бороться с проблемами, не закрываясь от них. Ради тебя. И нас. Она стремительно преодолела расстояние комнаты между ними и поцеловала его. Жадно. Сначала Малфой замер, растерянный, но через пару секунд ответил. Сильнее. Глубже. Словно был голоден. Они не могли остановиться. Как будто снова были подростками, как тогда, в Хогвартсе. Чувствуя нарастающее возбуждение, он прервал поцелуй, тяжело дыша. - Ты уверена, что сейчас подходящее время? Гермиона с горечью засмеялась. - Полчаса назад я планировала лежать в крови на асфальте. Мне плевать, подходящее ли сейчас время. Заткнись и иди сюда. Девушка снова прижалась к нему. С отчаянием и страстью. Она скинула с него мокрое пальто. Он поднял её и усадил на кухонный стол, не отрываясь от губ. Они судорожно снимали одежду друг с друга. Это было не просто влечение. После всех этих лет в забытье, они целовались так, будто не было завтра. Как будто каждый вдох - последний. Как будто они снова были друг у друга, и это было единственным, что имело значение. Он касался ее шеи, плеч, сжимал ладони, оставлял жаркие влажные прикосновения губами на груди. Она дрожала, плакала, но это были уже другие слёзы - освобождающие. Она чувствовала, как оживает. Как её поглощают эмоции. Настоящие. Глубокие. Те, которые она так долго хоронила в себе. Гермиона словно училась переживать их заново. Будто кожа просыпалась под его руками. Она выгибалась, вспоминая, что еще способна быть желанной и любимой. Он видел это. Как её глаза постепенно наполнялись светом, как напряженное тело расслабляется и отдаётся ему полностью, доверяя, принимая. - Ты очень красивая, - прошептал он, проводя ладонями по её осунувшимся бокам, целуя каждый изгиб. Девушка задыхалась от силы чувств. Пальцы впивались в его спину, тянули ближе. Она больше не хотела сдерживаться. Он вошёл в неё и на мгновение замер, сдерживая себя, позволяя ей прочувствовать каждую секунду. Она шумно вздохнула, поддавшись бедрами вперед, двигаясь в такт с ним. От этого желание Драко разрасталось только сильнее. От невыносимой потребности друг в друге движения становились все быстрее, развязнее и грубее. Это было избавление от всего, что копилось внутри - боли, страха, одиночества. Они прижимались, толкались, впивались друг в друга, будто хотели слиться навсегда. Гермиона стонала в голос. Драко хватал её за бёдра, прижимал к себе еще сильнее, глубже, глядя ей прямо в глаза. - Ты моя, - прохрипел он, срываясь, - ты всегда была моя. Она отвечала поцелуем, таким отчаянным, что у него перехватило дыхание. Губы горели, тело извивалось, требуя еще. Парень оторвал ее от стола, не выпуская из себя, прижал к стене, снова и снова толкаясь в неё почти с яростью, с ревностью к прошлому. Их движения окончательно потеряли контроль. Всё слилось воедино: удары тел, стоны, глухие звуки дождя за окном. Когда девушка почувствовала накрывающую волну оргазма – это был взрыв, крик, будто она сорвала с себя последние цепи. В этот же момент Драко издал хриплый стон, его тело напряглось до предела, и он обрушился на нее, вжимая в стену и отдаваясь ощущениям так же неистово. Он из последних сил поднял ее на руки и, дойдя до дивана в гостиной, рухнул вместе с ней, тяжело дыша, прижимаясь щекой к её груди. Ноги дрожали, руки не отпускали. Она гладила его волосы и целовала в висок, лоб, щеки. Они лежали как после шторма, а в груди билось нечто забытое - нежность, свобода, надежда. Это было возвращение. К себе. К жизни. К любви. Когда сердце перестало учащенно стучать о грудную клетку, она заснула. А Драко только крепче прижал её к себе. Тоже закрывая глаза от накатившей усталости, он твердо знал, что на этот раз ее не опустит. *** Утром на улице было солнечно. Лучи пробивались сквозь шторы. О сильном ночном ливне напоминал только прохладный свежий воздух, заполнивший комнату из-за приоткрытой форточки. Гермиона сонно открыла глаза, почувствовав, как Драко бережно гладит ее по волосам. Ей было так спокойно и так хорошо. - Доброе утро, - прошептал он. Она подняла взгляд на парня и, кажется, впервые за много месяцев искреннее улыбнулась. --------------- Друзья, спасибо всем, кто за прошедшие месяцы не забыл про эту историю и все-таки прочитал последнюю главу!) Как я уже говорила, этой зимой в моей жизни случился развод, который отодвинул творчество на десятый план, теперь все наверстываю) Всегда очень благодарна за вашу обратную связь, это вдохновляет писать еще! И, как всегда, буду рада видеть вас в своей группе в Телеграм @ss_masha_Dramione , там делюсь иллюстрациями, музыкой и созреваю до выкладывания "пропущенных" сцен из моих фф)