Глава 4

      Санеми был уверен, что в будущем обязательно станет известным дипломатом. Ведь для этого у него было фактически всё: рациональность, умение всё контролировать и, конечно же, связи. Однако, несмотря на это, сегодняшний вечер показал: Санеми ещё предстояло многому научиться для достижения своей цели.       Например, сегодня он не смог сдержать явное раздражение, а это в условиях реальной работы было бы равно провалу. И пусть отреагировать иначе на Незуко его мозгу сегодня не представлялось возможным, демонстрировать свои эмоции так явно было глупо. Тем более на эту девицу у него ещё некоторое время назад появились красноречивые планы.       Выдохнув и хорошо подумав, Санеми решил догнать Незуко. Сделать это оказалось несложно, учитывая не очень твёрдую походку девушки и её явную дезориентацию в пространстве. Такая живая реакция и стеклянный взгляд, конечно, немного удивляли, но парень постарался не зацикливаться на этом.       Эти профурсетки лучше любой актрисы изобразят, что угодно, чтобы получить желаемое.       Сейчас она, видимо, задалась целью продемонстрировать оскорблённую невинность.       Впрочем, в результате парень, переступив через себя, взял Незуко за руку и помог сесть в машину, которая была недалеко припаркована. С такой скоростью развивать события Санеми не планировал, однако с подобной «дешёвкой» идти в театр при любом раскладе посчитал бы ниже своего достоинства. А, если учитывать тот факт, что он мог встретить там высокопоставленных знакомых, то об этом не могло быть и речи. Такой позор Санеми бы просто не пережил.       В целом, задумка пригласить Незуко в приличное место оказалось изначально провальной, явно стоило выбрать что-то другое: малолюдный парк на окраине Токио или кафе попроще. Мысленно усмехнувшись, Санеми снова обратил свой взор на притихнувшую девушку.       Она молчала и смотрела в лобовое стекло. Как странно, всё, что полчаса назад казалось Незуко невероятно красивым, теперь представлялось личным пейзажем страха. Хотя ничего по сути не изменилось. Ну, разве что только то, что её в очередной раз макнули лицом в грязь.       Впрочем, выяснять отношения и спорить Незуко не хотелось, на это просто не было сил: её до сих пор потряхивало от произошедшего. И лучшим решением было выйти из этой машины и забыть сегодняшний вечер как страшный сон. Она потянулась к ручке двери, но уверенный голос Санеми, прозвучавший назидательно строго, заставил сжаться и замереть.       — Если у тебя отсутствует чувство вкуса, следует обращаться к стилистам, — наигранно флегматично начал свою речь он, откидываясь на спинку сидения. — Я пригласил тебя в приличное место, которое подразумевает соответствующую одежду. Ты должна была это понимать. И мне очень жаль, что из-за твоей ошибки, мы теперь вынуждены пропустить прекрасный спектакль.       Незуко почувствовала, как от его нравоучительного тона всё тело буквально сковало. Санеми, словно бы говорил с провинившимся ребёнком, которого бы очень хотел ударить, но по какой-то причине не мог.       На руках парня даже отчётливо проступили вены, видимо, от того, что он слишком сильно сжимал руль.       — Ты прав, и я прошу прощения за свою ошибку, — произнесла Незуко, отворачиваясь к окну. Почему-то сейчас ей очень захотелось заплакать: то ли от несбывшихся надежд, то ли от осознания того, что она никогда не станет достойной таких мужчин, несмотря на все свои старания. — К тому же ты ещё успеешь на постановку. Время ещё есть, будет жалко, если из-за моей выходки пропадёт и твой билет. Извини ещё раз и хорошего времяпровождения.       Сказать это стоило Незуко огромных сил: внутри всё ещё клокотали обида и разочарование. Но, как ни странно, на Санеми Незуко не злилась. Он сказал правду, пусть и грубо, но всё же расставил все точки, окончательно дав понять, что в дальнейшем им точно не по пути. Девушка дёрнула за ручку двери, но та почему-то оказалась закрыта. Незуко непонимающе посмотрела на парня, ожидая, что он всё разблокирует, но тот, словно бы издеваясь, абсолютно ничего не делал и продолжал молчать.       — Санеми, открой, пожалуйста дверь, — озвучила свою просьбу она, когда напряжение в машине достигло максимума. Ситуация становилась странной, и Незуко потихоньку начинала охватывать паника. — Может бы её просто заклинило, вот у меня ничего и не получается, да? Можешь попробовать ещё раз разблокировать?       — Вечер уже всё равно безнадёжно испорчен, Незуко, — игнорируя её вопросы, отчеканил Санеми. — Давай не будем окончательно его убивать и пройдёмся по набережной, раз уж ты приехала. Но не здесь, слишком много глаз. Придётся отъехать в другое место, чтобы избежать вероятности встретиться со знакомыми.       Незуко не успела отказаться от такого предложения, потому что в следующую секунду Санеми завёл машину и выехал на главную дорогу. Его абсолютно не интересовало её мнение, потому что основные решения для себя парень уже принял. Ни к чему тянуть кота за хвост, сегодня они погуляют, так и быть он даст ей надежду и поцелует её, а уже через пару дней она станет для него постельной грелкой. Такие дурочки годятся только на это, и сегодня Незуко в очередной раз это доказала.

***

      К удивлению Незуко, в нужном месте они оказались довольно быстро. Санеми, привёз её на одну из набережных в Токио, малолюдную, но вполне неплохую. Вид здесь открывался по-настоящему красивый: лёгкие волны мирного канала, покров ночи и горящие везде фонари.       Незуко уже бывала здесь раньше, но не в вечернее время. Впрочем, несмотря на впечатляющий пейзаж, в данный момент ей не очень-то хотелось находиться в этом месте.       Она банально не понимала этих перепадов мужского настроения: сначала он разговаривает презрительно, потом вроде бы приглашает на свидание; откровенно высмеивает её, но при этом не позволяет уйти. Незуко казалось, что ещё немного, и она сойдёт с ума от этих эмоциональных качелей.       Больших усилий девушке стоило сохранять спокойствие и держать лицо. Недавно накативший приступ паники всё ещё давал о себе знать: дышать было тяжело, а пальцы левой руки отчаянно дрожали. Однако, несмотря на это, Незуко продолжала измученно улыбаться и делать вид, что всё в порядке.       Санеми торопливо припарковался и вышел из машины, ожидая девушку на улице. Странно, но именно в эту секунду Незуко кольнуло противное предчувствие, и сознание резко заострилось на одном факте:       «Он ни разу не открывал мне дверь».       Незначительная мелочь, но сейчас она показалась яркой вспышкой.       Санеми смотрел на неё через стекло и ждал, что она, наконец, выйдет из машины. Однако Незуко, словно бы прилипла к автомобильному креслу: ей не хотелось никуда идти и пересилить себя оказалось чертовски трудно. Судорожно выдохнув, она всё же поднялась с места, вышла, приблизилась к Санеми и посмотрела в его глаза.       И хотя в свете фонарей они были по-настоящему красивыми, Незуко показалось, что они выглядели какими-то пустыми. Она смотрела на Санеми и не знала, что сказать: этот вечер мог бы стать самым счастливым в её жизни, но в действительности лишь превратился в неловкий кошмар.       Правда, она сама в большей степени была виновата в этом кошмаре.       — Мне жаль, что я испортила твой вечер, — тихо сказала Незуко, переводя взгляд на небо. Оно было таким красивым в отличии от её лица с потёкшим макияжем, на которое Санеми явно не хотел даже смотреть. Он постоянно отводил глаза, заставляя девушку чувствовать себя ещё более никчёмной и глупой. — Прости. Я очень старалась выглядеть достойно, но не вышло.       — Не нужно врать, Незуко, ты даже не попыталась выбрать подходящий для театра наряд, — перебил её Санеми, едко усмехаясь. — Ты не просмотрела соответствующую информацию о стиле, не задумалась о том, как твоя беспечность отразится на твоём спутнике. Твой поступок безответственен, будь другой парень на моём месте, он бы прекратил с тобой всякое общение сразу и заодно высмеял бы при всех. Я же пожалел, но это в последний раз, поняла?       Его тон был грубым, а лицо — хмурым. Мозг Незуко зацепился за одно слово «прекратил бы», значит, Санеми не собирался её бросать. Это было странно, после сцены у театра Незуко была уверенна, что все их взаимоотношения закончились. Интуиция вопила, что что-то не так, однако Незуко всё равно не понимала, что делать и куда бежать.       — Я поняла, только… я больше никуда с тобой не пойду. Ты прости, но это не для меня: такие места, люди… Мне уже пора, не подскажешь, где ближайшая станция метро?       Санеми молчал, смиряя Незуко нетерпеливым взглядом. Она же пожала плечами, сглотнула и развернулась, чтобы уйти, однако парень больно ухватил её за локоть, заставляя развернуться.       Незуко не успела ничего сказать, прежде чем почувствовала на своих губах чужие губы. Она мгновенно дёрнулась, не зная, что делать. Это был её первый поцелуй, и она совсем не понимала, как правильно себя вести. К ней подступила паника, однако на голых инстинктах Незуко разомкнула губы, позволяя Санеми углубить поцелуй и коснуться языком её нёба.       Ощущения были странными и ни на что не похожими, не сказать, чтобы очень приятными, но не противными.       — Умный человек над собой работает, а глупый смиряется с судьбой и продолжает тупеть, — оторвавшись от губ девушки, ответил Санеми, смотря в её перепуганные глаза. На уровне телесного контакта Незуко, к сожалению, тоже оказалась деревянной, и он уже не понимал, зачем ему всё это. — Подумай об этом, ты же вроде не совсем дура!       Санеми смотрел на девушку, стоящую перед ним, и абсолютно не понимал, почему с ней связался. Незуко совсем ни отличалась красотой. Её лицо с большой натяжкой можно было бы назвать симпатичным, а хорошим макияжем, который смог бы хоть немного скрасить положение, она пренебрегала. Ладно, тут он лукавил конечно. На самом деле Незуко была довольно хорошенькой, вот только признавать он этого не хотел. К тому же, она для него была глупой и недалёкой.       Действительно, ум оказался, к большой печали Санеми, самой слабой стороной Незуко: она вела себя отвратительно и была похожа на надоедливую клушу с кашей в голове. Даже сейчас стояла, хлопала глазами и тряслась, судя по всему ожидая от него каких-то слов.       А что он ей должен сказать? Что она полное бревно, которое даже целоваться не умеет?       Так ей и самой это должно быть понятно.       Впрочем, Санеми искренне пытался понять, как она с такими навыками соблазнительницы решила его подцепить? Да после поцелуев с ней не то, что вряд ли встанет, так вообще упадёт намертво. Санеми нахмурился, всё это время он стоически подавлял в себе желание сплюнуть или вымыть рот с мылом: ценность Незуко в этот момент для него стала равна стоимости скользкой жабы.       Но всё же, несмотря на это, он почему-то всё же сдержался и изложил свои мысли в более дипломатичной форме. Точнее постарался дать напутственный совет, который объективно передавал все его эмоции. Санеми был уверен, что эта фраза лучше всего подходит Незуко, хотя полного понимания своих слов от этой пустоголовой девицы он всё же не ждал. Таким думать, увы, не дано, их максимум — это пустые мечты об идиоте, который будет обеспечивать их всю жизнь. Однако даже ради «поимки» такого лоха, Незуко была не готова поработать над собой, заняться саморазвитием. Она всё полагалась на какое-то «мифическое природное обаяние», которое у неё не было и в помине.       Жаль только потраченного на неё времени. Хотя немного поразмыслив, Санеми всё же решил, что ещё один раз, может быть, и встретится с этой клушей, переспит и свалит. Можно даже её не целовать, так перепихнуться наскоро, да и всё, а то как-то обидно за бесцельно истраченный бензин, всё-таки он денег стоит, в отличии от Незуко.       — Ладно, давай подброшу тебя до ближайшего метро, а то уже поздно, — устало вынес вердикт Санеми, игнорируя перепуганный взгляд девушки, которая попеременно то краснела, то бледнела. Ей было неловко, холодно и почему-то страшно. — Садись в машину, тут близко.       Незуко кивнула, все её слова почему-то застряли в горле, карябая его, словно репейник. И пусть девушка очень хотела сбежать и спрятаться, она всё же заставила себя сесть в машину, механически пристегнуться и не заплакать. Последнее далось ей максимально тяжело.       Она, конечно, знала, что у неё нет опыта, но оказаться настолько неуклюжей было чересчур. По реакции Санеми Незуко абсолютно точно поняла, что ему не понравилось, всё его лицо выражало недовольство и пренебрежение, а уж слова про метро окончательно убили все последние надежды.       Хотя с самого начала было глупо на что-то рассчитывать: Незуко ещё с детства была бесполезным ребёнком, который вместо того, чтобы принести маме кружку, обязательно её разбивал.       Тут ситуация повторилась, ничего нового не произошло, но почему же у неё на душе с каждой минутой становилось всё паршивее и паршивее?       Незуко тяжело вздохнула и прислонилась лбом к стеклу, перед её глазами то и дело мелькали красивые городские пейзажи, но рассматривать их у неё не было никакого желания. Почему-то она раз за разом представляла, как всё могло бы быть сегодня, и от этого становилось по-особенному тоскливо: они бы пошли в театр, посмотрели спектакль, обязательно бы его обсудили и, может быть, даже поцеловались.       Это было бы не так, как сегодня: мягче, нежнее, она бы смогла лучше раскрыться. Хотя чего жалеть о случившемся, в любом случае второго такого шанса больше не представиться?       — Как ты уже понял, я не умею целоваться, извини, если было совсем убого, — донёсся до Санеми голос Незуко. Он даже захотел повернуться, наконец, услышав от девушки правду, но отрывать взгляд от дороги было бы глупо. — И за театр тоже извини, мне стоило лучше подумать о наряде. Просто… ты прав, я поступила глупо и самонадеянно, прости, что вечер вышел таким ужасным.       Незуко грустно усмехнулась, опуская взгляд на ногти, накрашенные бордовым лаком, днём это выглядело удачно, только вот теперь Незуко понимала, что в глазах Санеми весь «этот маникюр, макияж, причёска, платье» выглядели как атрибуты «дешёвой девушки».       Они с Санеми с самого начала были совершенно из разных миров, между ними была колоссальная разница, которую Незуко из раза в раз почему-то отчаянно не хотела замечать. Правда, сейчас это стало совсем уж очевидным.       — Всё сегодня было, действительно, ужасно, — искренне согласился Санеми, продолжая ещё сильнее втаптывать самооценку Незуко в грязь. Она думала, что хуже уже быть не может, но ошиблась, самое мерзкое осталось напоследок. — Наверное, это самое ужасное свидание в моей жизни.       Незуко кивнула, не собираясь спорить, его слова были правдивы, поэтому отрицать их было бы бесполезным идиотизмом, только вот слёзы в уголках глаз сдерживать становилось всё труднее и труднее с каждой секундой. Она с надеждой ждала спасительной станции метро, но они почему-то уже полчаса не могли до неё доехать, невыносимая и в тоже время неловкая ситуация продолжала затягиваться.       — Но меня всё же радует тот факт, что ты признала свою ошибку, это как раз вселяет веру в то, что ты не безнадёжна, — продолжил Санеми, стараясь немного смягчить тон, всё же стоило приберечь последние колкости для следующей встречи, на которой Незуко планировалось окончательно размазать. — Запомни, мне нужна такая девушка, которая не поставит меня в неловкое положение.       — Уверенна, что ты обязательно такую найдёшь, — спокойно ответила Незуко без тени иронии, она говорила искренне и совершенно не хотела выискивать тайные смыслы в его фразах, больше у неё на это просто не осталось сил. — Тут метро промелькнуло, высади меня, пожалуйста.       Санеми нахмурился, похоже, он всё-таки перегнул палку, и теперь в девушке решили подать голос остатки гордости. Боковым зрением парень отметил, что Незуко совсем сникла и, кажется, из последних сил хваталась за ручку дверцы, желая поскорее выйти. Надо было что-то делать, потому что план медленно, но верно оказывался под угрозой краха.       — Ты тоже можешь стать такой, если постараешься и выползешь из своей зоны комфорта, — сделав вид, что не обратил внимания на её слова, Санеми продолжал свою пламенную речь. — Дадим друг другу второй шанс, может, это будет не зря.       — А зачем? — неожиданно для самой себя спросила Незуко, обнимая себя за плечи. — Я же тебе противна на уровне ощущений, мои губы, прикосновения… За советы спасибо, они, правда, очень ценные, но я не…       Машина плавно затормозила, и Незуко даже не успела спросить, куда именно ей выходить, вокруг было совершенно безлюдно и темно, однако внезапно она почувствовала напористое прикосновение, а потом поняла, что губы Санеми прижались к её губам. Всё её тело сковало в непонятном страхе, дышать стало тяжело, в голове закрутились тысячи мыслей, ей хотелось отстраниться и сбежать, но вопреки своей первой реакции, Незуко закрыла глаза и разомкнула губы. Она боялась снова сделать всё неправильно, услышать колкие насмешки, позволить себе снова ответить на поцелуй оказалось невыносимо трудно.       Санеми не замечал эту нерешительность и метания, а только в очередной раз подмечал неуверенность и скованность девушки. Правда, неожиданно в какой-то момент она всё-таки расслабилась, приоткрыла рот и прикоснулась пальцами к его шее. И пусть её движения были робкими, они ощущались вполне приятно.       Незуко подалась вперёд, а потом плавно отстранилась, чтобы провести языком по губам парня, заставляя его тянуться за ней. Впервые в жизни она ни о чём не думала, а позволила себе повиноваться какому-то внутреннему чутью. А Санеми, кажется, упустил момент, когда начал активно отвечать на поцелуй: пальцы правой руки зарылись в волосы Незуко, язык ловко сплетался с её юрким язычком.       Обстановка в машине почему-то накалилась, и Санеми совершенно не понял в какой момент пальцами свободной руки потянулся к рукаву женского платья. Это прикосновение внезапно отрезвило Незуко, заставляя отпрянуть от мужских губ.       Она хлопнула глазами, тяжело вздохнула и посмотрела на парня. Санеми смотрел на неё взглядом, в котором плясали черти, пытался отдышаться и явно собирал мысли в кучу.       — Стоит признать, что вторая попытка вроде бы оказалась удачнее, — хмыкнул он, не хотя откидываясь на спинку сидения и кладя руки на колени. — Уже прогресс, возможно, через некоторое время тебе удастся освоить этот навык лучше.       — Возможно, — кивнула Незуко, чувствуя, как сердце продолжает ускоренно колотиться внутри. — Мне кажется, я видела недалеко метро, можешь, пожалуйста, отвезти меня туда?       — Какая станция тебе ближе всего? — флегматично спросил Санеми, проворачивая ключ и заводя машину. В целом, его впечатление и настроение несколько улучшились. Он жил на той же ветке, что и Незуко, и вполне был готов подвезти её туда.       — Та, которую мы проехали, — в голосе Незуко сквозила грусть, но она всё же смогла заставить себя улыбнуться. Флёр очарования испарился, показывая ей объективную реальность. — Тут минут десять езды, поехали?       Санеми напрягся, но всё-таки кивнул. Он спокойно выехал на дорогу и вскоре, действительно, оказался на месте. Он даже не успел ничего сказать, прежде чем Незуко выскочила из машины и быстро-быстро направилась в сторону метро. Такая реакция немного удивила, всё же иногда, видимо, и у этой клуши проклёвывались остатки мозгов.       Санеми дождался момента, когда Незуко совсем скроется из виду и снова завёл машину. Дорога до дома показалась на удивление быстрой, несмотря на то, что в мыслях был лёгкий сумбур, но не из-за девушки, а, скорее, потому что, кажется, его обломали с сексом, которого он умудрился всё-таки сегодня захотеть.

***

      Удивительно, но после столь утомительного дня, Санеми всё никак не мог уснуть. Он вспоминал произошедшие события и просчитывал все возможные варианты. В целом, мнения он своего не изменил, но подумал, что если учиться трахаться эта девчонка будет с такой же скоростью, как и целоваться, то продлить развлечения с ней можно на несколько ночей.       Поцелуй в машине, действительно, был очень даже неплох, такой горячий и многообещающий. Картинки почему-то то и дело вставали перед глазами, и Санеми сам не заметил, как начал уплывать в свои порочные мысли. Он откинул голову на подушки и раскатисто выдохнул. То ли от перенапряжения, то ли от откровенного недотраха, в голову полезли пошлые картинки продолжения. Он вполне мог бы стянуть с Незуко это уродское платье, потянуть за волосы, и она бы дала ему всё, что он хотел, как последняя шлюха. Как же жаль, что у него в машине для такого случая не оказалось презерватива. Ведь иначе…       Непроизвольный стон сам сорвался с губ, фантазии в мыслях становились всё ярче и сдерживаться стало невыносимо. Санеми прикусил губу и стянул с себя нижнее бельё, пара секунд понадобилась на то, чтобы привычным движением обхватить большим и указательным пальцем восставшую плоть и размазать по ней предэякулят. Стало хорошо, а мысли об этой меркантильной сучке и вовсе подогрели градус напряжения до нужной кондиции.       — Мне кажется, я видела недалеко метро, можешь, пожалуйста, отвезти меня туда?       Санеми уверенно двигал «кольцо» собственных пальцев по члену, всё больше ускоряясь и представляя, как поимеет эту самоуверенную дурочку. Будет кричать, да, как последняя блядь, плакать, делать всё, что он хочет, исполнять любую его прихоть, и так раз за разом, а потом он размажет её по стенке и уничтожит за сучью натуру.       — Ты за всё заплатишь, — хрипло прошипел Санеми, приближаясь к финалу. Его движения с каждой секундой становились всё резче и рваней, а тело обуревал жар. — Дорого и долго… О-очень…       Санеми нетерпеливо рыкнул, упираясь пятками в матрас, давно на него уже так не накатывало, а сейчас, словно бы срывало клапан, настолько ему хотелось получить разрядку. Он постанывал, тяжело дышал и продолжал скользить пальцами по члену, представляя перед собой на коленях Незуко.       Она будет стоять перед ним голая и готовая исполнять все его прихоти с распущенными волосами, которые он намотает на кулак и будет тянуть вниз до упора. Так, чтобы кричала и кривила свои пухловатые губы, расставляя ноги шире, как и полагается дешёвке. А потом он кончит ей на лицо и поимеет снова.       Наслаждение разнеслось по венами, и Санеми накрыл фееричный оргазм. Такой, что у него даже не сразу получилось отдышаться. Он минут десять просто расслабленно лежал на постели, приходя в себя, а потом всё-таки провёл рукой по лбу, отмечая, что с него градом стекает пот. Теперь без душа уснуть будет невозможно.       Что ж ему совершенно точно надо было встретиться с Незуко в самое ближайшее время.