Часть 1

      Удивительное время для Нэрли — осень. Обычно здешнее коротенькое лето ещё в конце августа переходит в страшную зиму с морозами и буранами. Однако же сейчас погода напоминала то, что Нелли раньше видела только на картинках в книжках — дожди, прохлада, ранние сумерки… разве что листья не желтели, потому как уже облетели. Именно это время женщина выбрала для похода за грибами. Никто из товарищей не согласился сопровождать её.       «Конечно… Кушать грибы мы любим, а вот ходить за ними — это ты, Нелли, давай сама…», — добродушно бухтела женщина про себя. Нет, не то чтобы она боялась идти в лес — всё-таки её отнюдь нельзя было назвать беззащитной, — просто одной было скучно.       Прошло не так много времени, прежде чем Нелли приметила под деревом первую добычу. Улыбнувшись, женщина поспешила туда…

***

      Лангер огляделся по сторонам и досадливо вздохнул, окончательно убедившись в том, что заблудился. И какого чёрта он вздумал оставить лошадь на тропе и пройтись немного, природой полюбоваться? Хоть бы кобыла заржала, что ли!       Он обогнул очередной куст… и замер, увидев незнакомую женщину в ярко-жёлтом плаще. Причём, что интересно, платья под плащом он не увидел.       Чуткий слух Нелли уловил звук шагов и тихий шелест листьев на потревоженном кусте. Женщина повернула голову в ту сторону, откуда донёсся звук, на всякий случай сжимая рукоять спрятанного в кармане ножа. Она собиралась было срезать им гриб… но как бы не пришлось использовать его по другому назначению.       — Кто здесь? — громко поинтересовалась Нелли.       Лангер шагнул вперёд. Прятаться он не собирался, наоборот — ведь незнакомка могла знать дорогу. Однако какой же у нее плащ! Он любил дорогую, качественную одежду, но такая яркая краска… его собственная куртка по сравнению с этим казалось линялой. Зато сапоги у женщины были совсем простые, без пряжки, без отворота, даже без каблука.       — Я заблудился, — честно сказал он. — Ехал к углежогам, да вздумал зачем-то пешком пройтись. Меня Лангером зовут, а вас как?       Нелли насторожилась. Углежогам? В их краях под землёй можно было найти хоть всю таблицу Менделеева, и каменный уголь в том числе… только вот Абрам рассказывал, что углежоги — это древняя профессия, и занимаются они углём древесным. Деревьев в окрестностях Нэрли было не так много, а те, что были, больше напоминали пейзаж из фильма ужасов — голый «палочник», как будто территорию обработали ядовитыми газами…       Однако женщина не подала виду. Путник выглядел достаточно безобидным, а слова о том, что он заблудился, хоть и выглядели как типичнейшая ловушка, но всё же были призывом о помощи. А тем, кто нуждается в помощи, надо помогать. В случае чего она успеет метнуть нож, а если этот… Лангер подойдёт поближе — одним ударом превратит его голову в кашу.       Так что женщина приветливо улыбнулась путнику и заговорила:       — Лангер? Очень приятно. А я Нелли, Нелли Мёдова. Увы, никаких углежогов я здесь не встречала. Может, вы ещё не добрались туда, куда ехали? Я тут, похоже, одна… ну, не считая вас, конечно, — она негромко усмехнулась.       Лангер нахмурился. Что-то было не так. И лес вокруг странный, как после пожара. И женщина… необычное имя, странная одежда, и смотрит на него с подозрением.       — Я вчера днем выехал из Бригге, — заговорил он, не столько отвечая женщине, сколько рассуждая вслух. — Ехал по проезжей дороге, тут не собьёшься. Переночевал в деревушке, Кенненбрюне называется. Всегда там ночую, когда еду за углем. С утра пораньше собрался, ехал по тропе, как всегда. Чуть больше часа оставалось ехать, я остановился размяться немного. Ну не мог я далеко уйти от тропы! И что с лесом случилось? В прошлом году он не такой был!       Проезжая дорога? Переночевал в деревушке? Каждое слово новоявленного знакомого было фактически новым вопросом. До Нелли понемногу начало доходить… Всё-таки она уже сталкивалась с подобным.       — Бригге? Я только Брюгге знаю… — неловко усмехнулась женщина, — А этот лес был таким, сколько я себя помню. Скажите… — вдруг обратилась она к Лангеру. — Возможно, мой вопрос покажется вам странным, но… А какой сейчас, по-вашему, год?       — Тысяча шестьсот пятьдесят четвёртый от Рождества Христова, — не задумываясь ответил Лангер. Подумал и добавил: — Некоторые, говорят, от сотворения мира считают, так это я точно не скажу.       «Вот попала… — с тоскливой обречённостью подумала Нелли. — «И как ему, такому, объяснять, что да как? Да как бы он не накинулся на меня за то, что сейчас скажу. А хотя… Накинется — ему же хуже»       — Боюсь, вы, как бы сказать… слегка промахнулись, — обезоруживающе улыбнулась женщина, — Год сейчас две тысячи двадцать пятый от Рождества Христова. А от сотворения мира… — Нелли ненадолго замолчала, припоминая. — Получается, что семь тысяч пятьсот тридцать третий.       Сказавши так, Нелли невольно крепче сжала рукоять ножа в кармане, готовая к любой неожиданности со стороны Лангера.       Почему-то Лангер сразу понял, что женщина не врёт и не шутит. Голос у неё был напряжённый. И как ни старалась она улыбнуться, глаза оставались серьёзными. Две тысячи двадцать пятый… это же почти четыреста лет прошло!       — Ничего себе! — ахнул он. — Куда меня только не заносило, но чтобы в будущее… Вот ведь чудеса, расскажу — никто не поверит!       В следующий момент Лангер опомнился. Расскажет? Кому?       — А вернуться-то мне как? — растерянно посмотрел он на женщину. — Мне обязательно надо вернуться! У меня жена в Бригге. Что она подумает, если я не вернусь?       Слова Лангера понравились Нелли. В первую очередь мужчина думал о жене, словно не замечая представшей перед ним красоты. Видимо, сильно любил. Её бы кто так любил…       От таких мыслей женщине взгрустнулось. Однако же она быстро взяла себя в руки.       — Да как бы не оказалось, что вашей жены уже и в живых-то давно нет… — сожалеючи развела Нелли руками. — И как же вы думаете возвращаться? А что думаете делать, если не получится?       — Как это в живых нет? — возмутился было Лангер… но тотчас опомнился. Четыреста лет… Люди столько не живут. Это как же так? Только вчера утром она, живая и здоровая, проснулась рядом с ним в постели, они завтракали вместе, а рядом на высоких стульчиках сидели с важным видом Анна и Грета. Только вчера утром — а сейчас их нет в живых?! Они давным-давно померли… ждали, пока он вернётся, ждали — а потом Риона махнула рукой… уж понятно, что она о нём подумала!       У Лангера закружилась голова, он сел на землю, закрыл руками лицо. А потом опять стал рассуждать вслух:       — Я не спал, как спящая принцесса в сказке. И к Народцу-под-холмом не попадал. Значит, это не то чтобы по правде столько лет прошло. Это не время прошло, это я сюда как-то попал. Шёл-шёл — и попал. А по любой дороге можно пройти в обе стороны. Если я пойду обратно — значит, вернусь назад. Эх, жаль, я не собака, следов своих не найду. У вас, барышня, охотничьих собак случайно нет?       Нелли с облегчением выпустила рукоять ножа и вытащила руку из кармана. Лангер выглядел по-настоящему убитым горем. Мозг женщины напряжённо работал. Мужчина упомянул Народ-под-холмом… Кельт, как она сама? А имя похоже на германское… Впрочем, у тех, кажется, тоже встречаются похожие легенды. То, что говорил мужчина, было похоже на последнюю отчаянную попытку разума отринуть происходящее. Нелли ещё в бытность свою студенткой медицинского факультета читала, что с сумасшедшими надо разговаривать ласково и во всём им потакать. В любом случае, если они пойдут и ничего не найдут — она ничего не потеряет. Женщине как-то не верилось в то, что она таким образом может оказаться в прошлом — переходы между мирами, насколько она знала, работали не так.       Однако оставлять человека в беде было не в правилах Нелли. Поэтому она присела рядом с Лангером на корточки и успокаивающе положила ему руку на плечо.       — Нет, собак у меня нет, — сказала женщина, доброжелательно улыбнувшись. — Ни охотничьих, вообще никаких. Зато у самой — и нюх, как у собаки, и глаз, как у орла, — она подмигнула, зная, что говорит почти правду. — Если хотите, я могу пойти с вами туда, откуда вы пришли. Если же мы ничего не найдём и при этом умудримся не заблудиться — я выведу вас к людям. Как вам идея?       Лангер недоверчиво посмотрел на Нелли.       — Вы не шутите, барышня? Вы можете учуять след на земле? Вот уж точно чудо за чудом! Ну, если это правда, и если вы мне поможете, я уж не знаю, как буду благодарен! Только я ведь тут не меньше часа уже брожу — значит, вам столько же времени придётся потратить!       — Зачем же на земле? — склонила голову Нелли, не торопясь вставать, — Мы просто пойдём на ваш запах. Нюхать человека куда приятнее, чем землю, так ведь? — женщина хихикнула. — А спешить мне некуда. Я, знаете, изначально-то по грибы пошла. Может, по пути найду парочку… вон, как тот, — она указала на свою несостоявшуюся первую добычу. — Если всё сложится удачно — я провожу вас и успею вернуться до темноты. Пойдёмте?       Понимание «удачного завершения» у Нелли явно отличалось от такового у Лангера… однако ему этого пока что знать не полагалось. Женщина встала с корточек и протянула мужчине руку, желая помочь подняться.       Лангер, не обратив внимания на протянутую руку, легко вскочил, в глазах его загорелся азарт.       — Что же, барышня, если так, мы непременно найдём то место, где я проскочил сюда. Давайте мне вашу корзинку, я донесу. И грибы по дороге поищу, а вы уж не отвлекайтесь от следа. А что, теперь все так умеют, в смысле нюха? Вообще, расскажите, как вы тут живёте! Нам ведь целый час идти, можно и поговорить обо всём. Если это вам не помешает, конечно.       Нелли усмехнулась — быстрый переход спутника от подавленного настроя к боевому её позабавил. Она протянула Лангеру пустую пока что корзинку… и, встав на носочки, прильнула носом к его шее, прикрыв глаза и глубоко втягивая запах.       — Готово, — весело уведомила женщина, словно не заметив двусмысленности ситуации, — идёмте.       Лангер с удивлением посмотрел на женщину, зачем-то потрогал то место на шее, которое она обнюхивала. Пожал плечами и пошел следом, помахивая корзинкой и внимательно глядя по сторонам.       — Ну так расскажите что-нибудь, — повторил он свою просьбу. — Вот вы, например, чем занимаетесь?       — Я-то? — Нелли, не сбавляя хода, посмотрела на Лангера через плечо. — Я повар в школьной столовой. Что же касается остальных ваших вопросов… — женщина как будто слегка погрустнела. — Нет, такими способностями обладают совсем немногие. А живём мы здесь… ну, насколько я могу судить, лучше, чем в ваше время. Хотя… поговаривают, что вскоре нам грозит скатывание до вашего уровня, а то как бы не ещё хуже.       — Вы так говорите, барышня, словно мы дикари какие-то, — обиженно проворчал Лангер. — Чем это наш уровень плох? У меня жена стеклодув — видели бы вы, какие красивые вещи она делает! Или поговорили бы с кем-нибудь из эмменского университета, они там такие сложные вещи изучают! Я, когда на ярмарку в Эммен приезжаю, непременно стараюсь поговорить с каким-нибудь студентом, так интересно! О, а вот и грибы!       Он наклонился, аккуратно срезал несколько рядом растущих лисичек. И сменил тему разговора.       — А повар — хорошее ремесло, ничего не скажешь. И работа всегда и везде найдётся, повара всем нужны.       — Ну, не дикари… — с улыбкой пожала плечами Нелли, наблюдая за тем, как ловко Лангер срезает грибы. — А всё ж таки боюсь, что уровень жизни у вас и у нас несоизмерим. Разве у вас возможно, чтобы, к примеру, расстояние, которое на лошади проходится за неделю, как бы не больше, пересекалось за пару часов и по воздуху? Или не посылать гонца с письмом, а сделать так, чтобы оно дошло до получателя через пару мгновений после отправки? Больше похоже на волшебство, верно? И да… Эммен? Это в Германии, кажется? Хотя… Насколько я помню, в ваше время единой Германии ещё не было. Простите, я не сильна в истории… да и вообще в науках, — женщина, смущённо усмехнувшись, почесала в затылке.       — А у вас всё это возможно? — удивился Лангер. — Вот здорово! Ну конечно, почти четыреста лет прошло, сколько всего можно изобрести за это время! Если бы к нам попал человек из тысяча двести пятидесятого года — тоже, небось, удивлялся бы.       — Наверное, — кивнула Нелли с улыбкой, дождавшись, пока Лангер закончит с грибами, и выступая дальше. — Хотя… Думаю, всё же меньше, чем вы от моего рассказа. Только, пожалуйста, не говорите никому о том, что я только что сказала — для вашей же пользы. Вас вполне могут принять за сумасшедшего — она усмехнулась, прикрыв рот изящной полной ручкой. — Да и попытки ускорить течение прогресса вряд ли приведут к чему-то хорошему.       — Ну, Рионе я всё могу рассказать, мы с ней друг другу верим, — усмехнулся Лангер, — и Яну тоже, он если и не поверит, так посмеётся, от этого беды не будет. А всем подряд я рассказывать не буду, ясное дело. И ускорить прогресс от вашего рассказа вряд ли получится. Другое дело, если бы вы мне показали чертежи этой летающей кареты, которая быстрее лошадей летает…       — Ой, нет, куда мне до чертежей… — негромко рассмеялась Нелли, не прекращая следовать за запахом Лангера. — Моё дело маленькое: стой себе у плиты и стой… А Риона — это ваша жена? — вдруг поинтересовалась женщина, не сбавляя шага.       — Да, жена, — кивнул Лангер. — Мы уже четыре года женаты, две дочки у нас, двойняшки, и сынишка. Она, значит, стеклодув, у нее стекольная мастерская, а я с её товаром по ярмаркам езжу, уголь закупаю и всё такое. Если договариваться прямо в лесу с углежогами, то это выгоднее, чем в городе покупать.       — Дочки… — Нелли ещё больше погрустнела, и теперь шла понурившись. Дети были для неё больной темой… — Повезло вам. Ну, а у нас в лесу ничего не купишь, всё в городе… — женщина опомнилась, и теперь старалась не показывать, как ей плохо. — А деревьев на уголь у нас сроду не жгли. Чего там жечь-то? Сами ведь видели.       — А у вас детишек нет? — Лангер правильно понял причину Неллиной грусти. — Ну так что же! Бывает, что и несколько лет ждать приходится. Вы замужем-то сколько?       Вопрос Лангера ударил по самому больному… но Нелли постаралась сдержаться, чтобы не разрыдаться на месте.       — Вдова я, — ответила она, и эти два слова заставили её сердце пылать от горя. — Был муж, был его сын — своих-то детей я не могу иметь… Да теперь уж нет ни того, ни другого.       В глазах женщины заблестели слёзы, она порадовалась тому, что идёт впереди, и её спутник не может этого видеть. Она не знала, зачем рассказывает о своём прошлом, считай, первому встречному… Может, потому, что считала, что они всё равно вскоре расстанутся навсегда? Возможно.       — Ох, барышня, горе какое! — искренне расстроился Лангер. — И я ещё, как дурак, с расспросами полез… Но вы все равно не отчаивайтесь, барышня! Вы же такая красивая, фигуристая, вы ещё можете замуж выйти. А если ребёночка родить не можете, так можно какого сиротку взять. Есть же у вас сироты?       Нелли несколько приободрилась от комплимента, но настрой её по-прежнему оставался подавленным.       — Да ладно, вы же не знали, — миролюбиво сказала она, — Сирот у нас полно… да только не хочу одна растить. Был бы муж — чтобы разделить с ним и радость, и горе, и трудности… Вот тогда бы подумала о том, чтобы взять сироту. Да только никому я не нужна… — Нелли удрученно покачала головой, не сбавляя шага.       — Что же вы заранее на себе крест ставите? — возразил Лангер. — Вы молодая и красивая, непременно должен найтись человек, который вас полюбит. Или у вас не принято на вдовах жениться? А знаете, я вот что думаю: когда мы найдём то место, где я от себя к вам проскочил, надо будет его, это место, пометить и запомнить. Потом можно будет ещё встретиться. Я вам вазу подарю, или набор бокалов. А может, вы и в гости к нам зайдёте? А что у вас тут ещё есть, кроме летающих карет и мгновенной почты?       — Ну, скажем так… Вы многого обо мне не знаете, — печально улыбнулась Нелли. — Есть причины, из-за которых я сама не могу позволить себе выйти за кого-то замуж. Хотя бы для того, чтобы не подвергать этого «кого-то» опасности. Что же касается вашего последнего вопроса — у нас есть ещё много вещей, которые покажутся вам удивительными. Но для начала я хотела бы вернуться к одному из моих прошлых вопросов… — она остановилась и посмотрела на Лангера через плечо. — Что вы будете делать, если вернуться тем путём, на какой вы рассчитываете, не получится?       — Не хотелось бы об этом думать, — вздохнул Лангер. — Я ведь везучий, барышня. Меня даже к виселице приговаривали, а я живой! Но если не получится… ну, для начала буду искать, как здесь выжить. Я торговать умею и замки придумывать, здесь это вряд ли пригодится. Но хоть какую-то работу я должен найти — землю копать, тяжести таскать… Я молодой, сильный, уж на кусок хлеба заработаю. Ну вот, а потом буду искать, кто у вас в таких вещах разбирается, какого-нибудь профессора в университете или что-то вроде этого. И попрошу, чтобы он придумал, как меня вернуть. Если что, я и заплатить смогу, там у нас с Рионой деньги есть. Или хотя бы письмо передать. Если я просто так пропаду, Риона же подумает, что я её бросил.       — Хорошие слесари всегда в цене, — улыбнулась Нелли, вновь начиная идти по следу. — Да и вообще, человек труда нигде не пропадёт, я думаю. А насчёт виселицы… Ну, один мой товарищ регулярно отрезает себе голову — просто народ попугать. И ничего, жив пока. Он, кстати, может попробовать вам помочь, если сейчас не получится вернуться. А пожить, если что, можете у меня, — женщина на ходу посмотрела на спутника через плечо.       — Голову отрезает? — Лангер от души рассмеялся. — Ну вы горазды сочинять, барышня! Уж про машины, по воздуху летающие, я поверю, и про письма… А люди — они-то всегда одинаковые. Или он вовсе не человек, а вроде голема? А за предложение пожить у вас спасибо, только ведь я вам репутацию испорчу. Вы одинокая, а я невесть откуда взялся, никто меня не знает… Ну, будем надеяться, что это не понадобится!       — Да не испортите… — Нелли негромко рассмеялась и махнула рукой.       «Там уже портить нечего…», — печально подумала она.       — Ну, в любом случае, посмотрим. Я всегда рада гостям, — женщина благожелательно улыбнулась спутнику. — А насчёт товарища… Ну, встретитесь — посмотрите сами, сочиняю я или нет. Вы, к слову, точно помните место?       — Я?! Помню? — удивился Лангер. — Да если бы я помнил, зачем бы вам сейчас легавую собаку изображать? Мы же с вами как раз это место ищем. Я прошёлся немного, чтобы ноги размять, пошел обратно, а тропы нет. Оглядываюсь, а лес кругом странный. Ну и кинулся искать. А что надо было то место запомнить, мне и в голову не пришло! О, постойте, вот ещё грибы!       Очередное мёртвое дерево оказалось покрыто большим семейством опят.       — Ну что ж вы так неосторожно… — покачала головой Нелли, останавливаясь в ожидании, пока Лангер любезно наполнит её корзинку, — Хотя вас можно понять. Я бы тоже струхнула. Небось, бегала бы и орала, как полоумная… — она неловко усмехнулась. — Хорошо, что мы встретились. Иначе… не знаю, что бы с вами сталось. Ночи тут холодные, да и зверьё в этих лесах ещё не всё извели…       — Что встретились, это хорошо, конечно, — согласился Лангер. — А то бы я так и бродил, не знал бы, где я и что происходит. Но уж переночевать в лесу — это совсем не проблема! Костёр развести — дело нехитрое, он и зверьё отпугнет. Ёлок нет, чтобы навес да подстилку сделать, но сейчас не зима, и одну ночь можно просто посидеть у огня. Эх, как там моя кобыла? Летом, конечно, волки не так страшны, но всё равно, она-то костёр не разведет. Ещё хорошо, что я ей ноги не спутал — убежит, если что.       — Ну, в ваше время, наверное, всякий такое умел, — улыбнулась Нелли, — а в наше с этим не всякий мужчина справится, не то что хрупкая женщина… Наверное, в этом ваша эпоха лучше.       Когда Лангер закончил срезать с дерева грибы, пара вновь двинулась в путь.       — Что же, сейчас люди что-то другое умеют, — пожал плечами Лангер. — Этими самыми летающими каретами управлять, например. Конечно, зачем вам уметь ночевать в лесу, если вам минутное дело добраться от одного города до другого! А вот этот овраг я, кажется, помню, так что давайте теперь помедленнее, а то сами проскочите вперёд меня!       — Ну, это тоже дело не такое лёгкое — летать, — улыбнулась Нелли. — Полёт больших денег стоит.       Женщина не возражала против применяемой спутником терминологии, понимая, что ему так легче приспособиться к реалиям нового мира. Когда же Лангер указал на будто бы знакомый овраг, она насторожилась.       — Это место? Похоже. Ведь здесь ваш запах обрывается.       — Быстро мы дошли! — обрадовался Лангер. — Думаю, вам теперь лучше меня вперёд пропустить, а то как бы и вы к нам не проскочили. Где именно след заканчивается, покажите!       Он обогнал Нелли, на ходу сунув ей корзинку, и медленно пошёл вперёд в указанном направлении. Потом вдруг остановился, обернулся.       — Если сейчас все получится, то мы с вами больше и не увидимся. Так что заранее скажу — до свидания, барышня, спасибо вам за помощь, и счастья вам!       И, не дожидаясь ответа, он снова пошёл вперёд, медленно, на каждом шагу прислушиваясь к своим ощущениям.       — «До свидания»? Не «Прощайте»? — негромко рассмеялась Нелли. — Звучит так, будто вы заранее хотите вернуться. Уже соскучились?       Однако же, видя, как Лангер как-то потерянно бродит среди деревьев, женщина насторожилась:       — Что?.. Не выходит?       Лангер медленно прошёл десяток шагов, остановился. Огляделся, вернулся назад, снова пошёл, сместившись на полшага в сторону… Услышав вопрос, обернулся:       — Видно, надо идти точно по следу. Ничего, барышня! Вы идите домой, а то скоро уж совсем стемнеет, а я ещё попробую! Не бывает таких дверей, через которые только в одну сторону можно пройти!       Нелли нахмурилась.       — Вот именно — скоро стемнеет! И кто ж я тогда, по-вашему, буду, если оставлю человека в беде одного в лесу? Нет уж! Мы сейчас поедем ко мне домой ночевать, а завтра вернёмся сюда. Или, ещё лучше, сначала пообщаемся с товарищем, которого я упоминала — он понимает в таких делах. И без возражений! — Нелли скрестила на груди красивые полные руки, всем своим видом показывая, что если Лангер и правда вздумает возражать — она утащит его силой.       Лангер потёр подбородок, проговорил с досадой в голосе:       — Эх, знать бы заранее, куда я вернусь… то есть, когда! Если в то же время, когда и проскочил, тогда можно хоть неделю здесь гостить. А если сколько здесь времени пройдёт, столько и там… Риона же волноваться будет. Я же завтра вечером вернуться должен! Ну, самое позднее, послезавтра. Ладно, барышня, вы правы. В темноте я или уйду от этого места невесть куда, или вовсе ногу сломаю о какую-нибудь валежину. Пойдёмте!       — Пойдёмте, — кивнула Нелли. — Нехорошо, конечно, что у вас не вышло… но с другой стороны, — она улыбнулась, — знаете, как говорят? Что ни делается — всё к лучшему. Нам надо выйти к остановке… ну, чего-то вроде общественной кареты. Надеюсь, ещё и там долго ждать не придётся, — и женщина бодро зашагала в нужном направлении.       — Подождите! — остановил её Лангер. Достал нож, подошёл к ближайшему дереву и вырезал на стволе крестик.       — А то до утра запах выветрится, — пояснил он. — Особенно если дождь, да и роса тоже. Ну, теперь пойдёмте!       — Это вы хорошо придумали, — одобрительно кивнула Нелли, — я бы не догадалась. Надеюсь, одной такой метки хватит, чтобы найти место. А то придётся плутать до вечера… Ну, пойдёмте.       — Да почему же одна метка? — возразил Лангер. — Сколько надо, столько и сделаем! Лучше сейчас немного времени потерять, зато завтра пойдём как по дороге!       Он догнал Нелли, быстрым движением сделал зарубку на очередном дереве и пошёл дальше рядом с женщиной, не убирая ножа.       — Денег-то у меня ваших нет, а наши у вас, надо полагать, не в ходу, так что придётся вам оплатить мне проезд, — рассуждал он на ходу. — Но ничего — если мы поймём, как пользоваться этим переходом, я вам верну! Не деньгами, конечно, а чем-нибудь. А если не получится, то отработаю.       «Вот этой ночью и отработаешь, если повезёт…», — усмехнулась Нелли про себя, слушая рассуждения Лангера. Вслух же женщина сказала:       — Ой, да бросьте… Вы же мой гость, а с гостей денег не требуют. Насчёт меток — это правильно. Только вот… я бы всё же предложила перед тем, как вернуться сюда, наведаться к моему товарищу… ну, или скорее уж начальнику. Он больше меня понимает в этих… переходах, и сумеет сказать, почему сейчас не вышло.       — Это тот, который голову себе отрезает? — рассмеялся Лангер. — Да с удовольствием, заодно посмотрю на такое чудо! С умным человеком всегда неплохо посоветоваться. Говорите, он вам начальник — это, в смысле, главный повар или управляющий в той школе, где вы работаете? Если мне придется задержаться, он, наверное, и мне работу найдёт. Хоть двор мести или клумбы полоть, — и он опять рассмеялся своим воспоминаниям.       — Да, тот самый. Начальник… — отозвалась Нелли, вновь погрустнев. — Ну… скажем так, я повар не только в школе. Но работу он вам может помочь найти, это да…       «Если, конечно, не прихлопнет сразу, и не отправит ко мне же на кухню…», — печально подумала женщина про себя. Ей отчаянно не хотелось, чтобы с новым знакомым случилось нечто подобное.       Лес казался бесконечным. Лангер чувствовал, что здорово устал и физически, и морально. Почти механически он шёл вперёд, останавливался около очередного дерева, делал зарубку на стволе и спешил догнать свою спутницу. Весь день он провёл на ногах, да ещё столько переживаний, от отчаяния к надежде и обратно… Да и завтрак на постоялом дворе казался уже совсем далёким. Лангер старался выглядеть бодрым и жизнерадостным, старался шутить, подбадривая и самого себя, и новую знакомую, но улыбка была уже такой же механической, как и походка. И когда он уже хотел предложить передохнуть, впереди между мёртвыми деревьями появился просвет.