Часть 2

      Нелли беспокоилась за Лангера. Она-то могла хоть целый день прошагать без отдыха, удовольствовавшись только плотным ужином и несколькими часами сна перед новым переходом… а вот её спутник уже сдавал. Женщина хотела было плюнуть на приличия и предложить нести его, даже несмотря на то, что мужчина старался крепиться и не подавать виду, как ему плохо… но тут пара вышла на опушку.       — Почти пришли! — приободрила Нелли Лангера. — Вон, видите, уже и остановку видно, — она указала, куда смотреть. — Недолго осталось. Скоро будем дома.       Лангер оживился.       — Это хорошо, барышня! А то я уже устал, а ведь я мужчина, так вам-то, поди, совсем тяжело.       Он с вновь проснувшимся любопытством разглядывал дорогу и павильон остановки.       — Какие у вас тут дороги интересные, барышня! Это чем же их мостят? Выглядит, как будто это цельный камень без конца и края! И так ровно! Вот уж точно скатертью дорога!       Нелли улыбнулась:       — Да ладно вам, я вовсе не устала. Я крепче, чем кажусь. А дороги… Эта штука называется асфальт. Из чего его делают — уж простите, не упомню. Я в школе плохо училась, — женщина смешливо-смущённо потупилась и почесала в затылке.       Вскоре к остановке подрулил дребезжащий всеми частями, чуть ли не разваливающийся на ходу ПАЗик.       — Нам сюда. Лезьте. И прошу, оставьте вопросы до дома, а то кто его знает, что о нас подумают… — шепнула Нелли Лангеру, забираясь в автобус.       — Молчу-молчу, — понятливо шепнул в ответ Лангер, поднялся по ступенькам и сел, стараясь не слишком крутить головой. Ездить в каретах ему ещё не приходилось, только в открытых возках. Внутри были люди, человек десять. Почему-то их вид окончательно успокоил Лангера. Даже если они тут все могут отрезать себе голову и идти по следу лучше легавой собаки, всё равно это самые обычные люди, такие же, как у них. Только одеты непривычно. Пожалуй, стоит не спешить возвращаться, а задержаться на неделю-другую и заработать на куртку или плащ. Риона будет волноваться, но простит, зато таких вещей во всём городе ни у кого не будет. Эх, как бы не вышло, что задержаться придется куда дольше, чем хотелось бы!       Он мотнул головой, отгоняя дурные мысли, и стал осматриваться, стараясь не пялиться во все глаза. Мягкие сидения, большие застеклённые окна… Надо же, такая роскошь — и для всех.       Потом он взглянул в окно… и невольно схватился руками за край сидения — они мчались с совершенно невероятной скоростью, деревья за окном так и мелькали, аж голова закружилась. Пожалуй, дома ему никто не поверит, даже Риона! Было немного жутко, но и весело.       Нелли с улыбкой наблюдала за реакцией Лангера на путешествие в автобусе. Она могла его понять — человек столкнулся с тем, до чего его родному миру ещё развиваться и развиваться… Женщина только надеялась, что её спутник никому не покажется подозрительным — тот хоть и помалкивал, но вот реакция… Впрочем, люди были заняты собой, и на их пару никто не обратил внимания, а поездка прошла в молчании.       Вскоре автобус оказался в городе. Нелли кивнула Лангеру, намекая следовать за ней, и карточкой расплатилась за них обоих.       — Ну, мы почти дома, — уведомила она спутника, когда они вновь оказались на земле. — Ещё немного пройтись пешком — и пришли. Отдохнули немножко? Пойдём.       Лангер не то чтобы отдохнул, скорее забыл об усталости под наплывом впечатлений. Он не сразу сумел разжать пальцы, которыми держался за сидение, и по ступенькам спускался с опаской — вдруг эта повозка опять рванет вперёд!       Снаружи был… город. Наверное. Широкая улица, вдоль которой стояли дома. Не вплотную, как привык Лангер, а на изрядном расстоянии друг от друга. Сами дома огромные, в два десятка этажей. В Бригге Лангер видел что-то похожее — дома для бедняков, дома, в которых живёт множество семей. Вот странно! Не поймёшь, бедняки они тут или богачи. Одежда крашеная, яркая, и повозка богатая, а теснятся в многоквартирных домах. Окна светятся ярким светом. И на столбах горят фонари. Столбы высокие, это как же там свечи менять? Или это масляные фонари? Так масло тоже наливать надо…       Между тем Нелли целеустремлённо шла вперёд, и Лангер опять поспешил догнать её.       Нелли, время от времени оглядываясь, не отстал ли Лангер от неё, свернула во двор, подошла к одному из подъездов, поднялась по лестнице и остановилась у массивной двери.       — Вот и пришли. Ещё немножко, — улыбнулась женщина спутнику, открывая перед ним дверь. — Заходите.       Крохотная комнатка, в которую они вошли в одном месте, а вышли в другом, Лангера уже не удивила. Кажется, он достиг предела удивления… и предела усталости заодно. Впрочем, не так уж трудно было понять, что это устройство вроде подъёмника, которым Виллем уголь из подвала поднимает.       Наконец они дошли до Неллиной квартиры. Женщина неторопливо разулась, сняла плащ, под котором оказалось неприлично короткое ярко-красное платье.       Как ни устал Лангер, он не мог не заметить, что женщина кокетничает с ним, словно случайно демонстрируя ему то выдающуюся грудь, то не менее пышный зад. Что же, Лангеру это было привычно и знакомо, не зря он слыл красавчиком. Вот только сейчас прелести новой знакомой волновали его в последнюю очередь. А в первую… он невольно задумался, чего больше хочет — есть или спать.       Следуя примеру Нелли, Лангер снял куртку, разулся… и теперь стоял, как дурак, босой и с курткой в руках. Рубашка уже несвежая, и даже жилета нет. Надо попросить у Нелли горячей воды и мыла, постирать. Или отложить до завтра? Какое же, однако, короткое платье! Взгляд невольно упирался в округлые коленки и поднимался чуть выше.       Нелли уловила взгляд Лангера и лукаво-игриво улыбнулась.       — Ну что ж вы стоите? Вешайте куртку на крючок — вон, справа, на пустой — и проходите прямо, — указала она. — Что такое водопровод, знаете примерно? Проходите туда, я тоже сейчас подойду…       Нелли понимала, что сейчас ей придётся многому учить нового знакомого… однако надеялась, что ночью её старания окупятся.       Лангер послушно повесил куртку и пошел в указанном направлении. Миновал какую-то дверь и оказался на кухне, которая выглядела неожиданно знакомо. Печь, конечно, какая-то странная, но всё равно — сразу видно, что к чему. С другой стороны, это как раз понятно. Что сейчас, что тогда — на кухне так же нужны мойка, кран, широкий стол, кастрюли…       Он открыл кран, порадовался горячей воде, с удовольствием вымыл лицо и руки. Почему-то вспомнил, как в первый день в доме Рионы, в день своей нелепой свадьбы, мылся в задней комнате. Сейчас бы тоже не мешало вымыться полностью, но где? Попросить у Нелли пару вёдер воды и ушат, как тогда? Ага, и заодно рубашку и штаны её покойного мужа, чтобы уж совсем как тогда вышло.       Нелли увидела, что вместо ванной, куда она показала, Лангер прошёл на кухню, однако окликать не стала — просто пошла следом.       — Уже освоились? Видимо, ваша эпоха и правда была не такой уж неразвитой. Я, правда, не туда показывала, ну да ладно… — хихикнула женщина, опёршись на дверной проём и глядя своему гостю в спину. — А руки средством для посуды мыть будете? Нет, в принципе, так тоже можно…       Лангер с недоумением посмотрел на Нелли.       — У вас что, для посуды и для рук разное мыло? Вы говорите, барышня, если я что не так сделаю. У вас тут свои порядки, я их не знаю. Надо было где-то в другом месте умываться?       — Ну, вроде того, да, разное, — улыбнулась Нелли. — Вообще же, я вам показывала на ванную комнату — там можно и руки вымыть, и душ принять, если хотите… Вы будете, или я пойду? А потом… вы, наверное, голодны?       — Душ? — растерянно повторил Лангер. — Что это, и как его надо принять? Помыться-то неплохо бы, если покажете, где и как это у вас делается. И поесть я бы тоже не отказался. Я как утром позавтракал, так и всё. И ведь были у меня с собой и хлеб, и ветчина, как раз собирался перекусить, да всё это так и осталось в седельной сумке. А сколько я бродил… ну, судя по солнцу, часа два или три.       — Так, понятно… — улыбнулась Нелли. — Пойдёмте, я вас научу.       Когда пара оказалась в ванной комнате, Нелли принялась объяснять:       — Раздевайтесь и лезьте в эту бадью. Видите эти вентили? В принципе, похожи на те, что на кране, верно? Вот эта «лейка» на длинном гибком шланге — это и есть душ, из него льётся вода. С помощью вентиля с красной отметкой воду можно делать теплее, а с синей — прохладнее. Одежду, кстати, бросьте в эту корзину, — она указала на обтянутый тканью каркас в углу. — Потом закину её в стирку, к утру высохнет. Примерно понятно?       Нелли вышла, оставив Лангера одного. Он разделся, одновременно с любопытством оглядываясь. Плитка на полу и на стенах была практически такая же, как дома. А вот краны, и шланг, и сам душ его удивили. Это была явно не медь, но что тогда? Похоже на сталь, но ведь ни следа ржавчины! Мыться под тёплым дождичком из душа было удобно.       Нелли тем временем собирала гостю ужин. Лангер был голоден, так что она положила ему на тарелку целых три обёрнутых беконом куриных котлеты и приличное количество макарон в качестве гарнира. Спиртного женщина дома не держала, да и спаивать гостя ей не было нужды: один поцелуй — и он будет принадлежать ей с потрохами… Так что Нелли обошлась бутылкой вишнёвого сока.       Когда же Лангер появился из ванной в одном полотенце, Нелли невольно залюбовалась им. Да, мужчина был хорошо сложен…       — С лёгким паром! — улыбнулась женщина гостю. — А я тут как раз собрала на стол. Можете есть… ну, или подождите, пока я тоже ополоснусь, поедим вместе, — и, подмигнув мужчине, направилась в ванную.       Лангер прошел в кухню, огляделся. Еда в тарелке выглядела незнакомо, но пахла вкусно. Смотреть на полную тарелку было невыносимо, приступать к ужину без хозяйки — невежливо. Лангер подумал, вернулся в прихожую и взял позабытую было корзинку. Достал нож и стал чистить грибы — до завтра нехорошо оставлять необработанными. Лисички можно будет пожарить, а опята лучше засолить.       Тщательно вымывшись (и заодно загрузив содержимое бельевой корзины, включая пожитки Лангера, в стиральную машину), закутавшись в свой любимый белый и пушистый халат на голое тело и применив пару капель любимых духов с ароматом пряностей и фруктов (она предпочитала покорять мужское обоняние воздействием на низменные инстинкты), Нелли вплыла в кухню.       — Ну что ж вы… — искренне огорчилась она. — Вы же наверняка устали! Я бы сама всё сделала — в конце концов, это моя работа… И еду не тронули… Садитесь, что ж вы?       — Я же не в трактир пришёл, а в гости, чтобы без хозяйки за стол садиться, — резонно возразил Лангер. — Или сами вы ужинать не будете? А с грибами мне несложно. Я и дома часто помогаю на кухне, особенно перед праздниками, когда хлопот много.       — Я себе сейчас тоже соберу, не беспокойтесь, — улыбнулась Нелли, действительно приступая к сервировке второй порции. — Мужчина помогает на кухне? Надо же… У нас это редкость.       — Честно говоря, у нас тоже редкость, — признался Лангер. — Но у нас так вышло… когда мы поженились, Риона уже мастером была, а я так, без дела мотался. Ну и надо было хоть руки чем-то занять…       Когда обе порции и стаканы с соком были на столе, женщина благосклонно кивнула:       — Ну что ж… Спасибо за ожидание. А теперь — приятного аппетита!       Лангер подождал, пока Нелли села за стол. И наконец приступил к ужину.       И котлеты, и непонятный гарнир оказались очень вкусными — лучше, чем у Магды. Что же, неудивительно, что Нелли работает поваром, с таким-то умением… Напиток в бокале, сладкий и совсем не хмельной, Лангера слегка удивил. Впрочем, это тоже было вкусно.       Нелли старалась есть медленно и манерно, растягивая удовольствие. Блюда в этот раз получились особенно удачными, и она наслаждалась ими по полной. Лангер тоже, это было видно по его лицу.       — Так вы привычны к труду? — поинтересовалась женщина, прожевав очередной кусок. — Это радует. Значит, у нас точно не пропадёте, даже если не сможете вернуться. У нас такие в почёте.       Нелли думала даже приложить усилия к тому, чтобы Лангер не сумел вернуться… Или подговорить Абрама сделать что-то с переходом, или причаровать гостя к себе колдовским поцелуем. Однако мужчина явно любил жену и детей, а повариха по натуре своей была мягкосердечна, так что её моментально начала грызть совесть. Так в ней и боролись два начала — эта самая совесть… и желание простого женского счастья.       — Не такой уж я усердный работник, — честно признался Лангер. — Целый день сидеть в мастерской я бы не смог, это скучно. Но ведь без дела ещё скучнее! А так я люблю, чтобы всё разное, чтобы куда-то идти, что-то решать, чтобы люди вокруг были. За углём, за песком, на ярмарку с товаром, с заказчиком поторговаться, красители поискать, где дешевле. Люблю новое придумывать — вот насчёт ваз мы с Рионой часто вместе думаем, обсуждаем. И замки я новые придумываю. Интересно, если заказчик какие-то сложные условия ставит. Ну и руками тоже могу поработать, если надо. Починить что-нибудь по мелочи, из дерева вырезать, ну или вот на кухне.       Он вздохнул, отодвинул пустую тарелку. Кажется, третья котлета была лишней. Нелли слушала внимательно, с интересом, почти как Риона. Халат распахнулся на пышной груди. Что же она, такая красивая — одинока?       — Деятельный человек, да ещё с фантазией… — констатировала Нелли с улыбкой, глядя Лангеру в глаза. — Такой везде пригодится. Вы, наверное, и до женитьбы нарасхват были, да? — лукаво поинтересовалась женщина, отточенно-незаметным движением корпуса делая так, чтобы халат её распахнулся ещё немного, демонстрируя гостю всю красоту ещё не ушедшей её молодости. — Наелись? Вкусно? Может, добавочки?       Лангер смутился. Рассказывать Нелли о том, чем он занимался до свадьбы, явно не стоило. Это только Риона могла легко и спокойно пустить в дом вора — «Что ты у меня можешь украсть?»       Впрочем… если он правильно понимал взгляды и позы Нелли, она его не про работу спрашивала.       — Да уж, до свадьбы всякое бывало! — он едва удержался, чтобы не похвастать, что даже с дворяночкой любовь крутил. Пожалуй, об этом тоже стоило умолчать. И он обрадовался поводу перевести разговор. — Нет, спасибо, я уж и так наелся, как на празднике! Очень вкусно, вам бы в дорогом трактире работать, где-нибудь в столице, а не для школяров! Только в меня уж, пожалуй, больше не влезет.       Лангер то ли в упор не понимал намёков, то ли действительно слишком любил жену, чтобы позволить себе даже мимолётную интрижку, о которой всё равно никто и никогда не узнал бы. От такого предположения Нелли стало ещё горше. Однако женщина нашла в себе силы улыбнуться гостю:       — Да ладно, какой там дорогой трактир… Меня туда и не возьмут. Это надо специальную дорогую академию заканчивать, а у меня за плечами только… как объяснить-то… ну, тоже школа, но где учат на повара. А что наелись — это хорошо. Теперь можно и спать идти. Только сразу предупреждаю: кровать у меня одна, хоть и двуспальная.       Нелли допила сок и отставила бокал.       — Идите пока, устраивайтесь. Поймёте, как диван разложить? Я пока помою посуду и тоже скоро приду.       Как можно разложить диван, Лангер не понял, но спрашивать не стал. Прошёл в комнату, подёргал и потянул по-всякому диван — и тот действительно разложился, как книжка, превратившись в довольно широкую кровать. Ну как — широкую? Чтобы спать с молодой симпатичной женщиной — узкую.       Лангер, конечно, прекрасно понимал, чего она от него хочет. И находил это в какой-то мере справедливым — надо же расплатиться за ночлег и ужин! Невольно усмехнулся — мать была публичной девкой, значит, и ему не зазорно заплатить собой. Вот только он при всём желании не мог сегодня дать Нелли того, чего она хотела. Мысли не о том были.       Если он не сможет вернуться… его будут искать. Хорошо бы нашли лошадь. Если найдут лошадь, с сумкой, с деньгами — поймут, что он попал в беду. Пусть лучше Риона думает, что его волки сожрали, чем что он ушел, молча, даже не сказав ничего.       Нет! Он встряхнул головой. Нечего думать о плохом, ещё накличет. Он непременно вернётся, найдет способ. Так, ну а простыню и одеяло где взять?       Быстро закончив с посудой, Нелли вернулась в комнату… и застала Лангера сидящим на хоть и разложенном, но не застеленном диване.       — А что ж вы?.. — начала она и тут же хлопнула себя по лбу: — Ай, да я же сама забыла сказать, где у меня простыни, подушки и одеяла! Вот дурочка… Сейчас, подождите.       Женщина прошла к одному из шкафов, извлекла оттуда комплект белья с цветочным узором и быстро застелила кровать. Затем достала оттуда же большое, пушистое одеяло, и тоже утвердила его на кровати. Легла, укрылась и обратилась к Лангеру, который к тому моменту наблюдал за ней стоя, чтобы не мешать процессу подготовки ко сну.       — Готово. Присоединяйтесь!       Лангер промедлил в раздумье. Сослаться на усталость? А если он останется здесь ещё на ночь, и, может, не одну? Лучше объясниться сразу. Он присел на край кровати и заговорил, старательно подбирая слова:       — Барышня, ты очень красивая, с тобой всякий рад был бы время провести… Только мне сейчас не до того. Ну вот совсем не до того! У меня же там дом остался, дети. У меня никогда дома не было, как мать померла, мне тогда восемь лет было, так с тех пор и не было своего дома… а теперь есть. И дочки. И жена. Если бы я знал, что вернусь, или хотя бы если бы точно знал, что не вернусь… тогда я, можно сказать, был бы вдовцом. А только я не пойму, барышня, зачем тебе непременно я? Ты же красивая. Уж мужа или не мужа, а дружка на ночь тебе легко найти!       Нелли в притворном испуге отодвинулась от Лангера, едва не упав при этом с кровати… однако почти сразу негромко рассмеялась, прикрыв рот красивой полной ладошкой.       — Догадливый, ишь… — улыбнулась женщина, отсмеявшись и так же спонтанно, как и её собеседник, переходя на «ты». — А то я не вижу, что ты и сам не сильно хочешь… Вообще, я просто ложиться приглашала. Не бойся, приставать не буду. А зачем мне персонально ты? Да просто ты красивый, и руки у тебя, по всему видать, из нужного места растут… Вот я и решила, что, может быть, после весёлой ночи ты передумаешь возвращаться. Ну что ж, видимо, не судьба. Ладно, ложись давай, я же вижу, что ты устал.       О том, что Лангер был для неё ещё и своеобразной экзотикой, как «попаданец» из иного мира, Нелли скромно умолчала, чтобы не ранить самолюбие мужчины. Вообще же, она уже составила коварный план отмщения… но воплотить его собиралась уже перед самым возвращением гостя в другой мир.       — Ну и договорились, — вздохнул Лангер с облегчением, видя, что женщина вроде не обиделась. Не снимая полотенца, лёг. Мягкая постель и тёплое одеяло — что ещё нужно человеку после долгого дня и сытного ужина?       — Договорились, — улыбнулась Нелли. Придвинувшись к Лангеру поближе, она прижалась к нему теснее и возложила пухлую ручку ему на грудь.       — Хотя бы это ты мне позволишь? — лукаво поинтересовалась женщина. — Я больше ничего, чесслово!..       — Что хочешь, делай, — пробормотал Лангер, уже засыпая. Ладонь была тёплая и нежная. Даже странно, обычно у поварих кожа грубая от постоянной возни с водой, от близости огня. Не надо ли ей завтра на работу? Без неё он не доберется до леса, чтобы снова попробовать вернуться… Ладно. Всё завтра.       — Ну-у… Так даже неинтересно… — прошептала Нелли с улыбкой и, пригретая теплом тела Лангера, тоже почти сразу же сладко засопела.