Часть 63

      Ян проснулся довольно рано. Осторожно, чтобы не разбудить жену, встал. Затопил печь, поставил разогреваться вчерашнюю кашу. Зевая, вышел во двор... и с удивлением увидел перед калиткой Нелли с лошадьми.       — А что это ты так рано? — спросил он, открывая калитку. — Вы же послезавтра должны были вернуться... или завтра? И почему одна, где твои друзья?       — Абрам решил вернуться раньше, — пожав плечами, честно ответила Нелли. — Вроде как, предчувствие какое-то нехорошее. Ну, мне же лучше — поскорее домой, к семье... Они с Вильгельминой пешком к приюту, а я, как видишь, вызвалась вернуть лошадей, — она потрепала ту из них, на которой ехала, по морде. — Принимай транспорт. Спасибо!       Ян взял поводья. Лошади тихонько фыркали, тянулись к нему.       — Предчувствие — это серьезно, — согласился он. — Ты как, в дом зайдешь? Сонхен, кажется, уже проснулась.       — Проснулась, проснулась... — названная, позёвывая, как недавно муж, вышла из дома и направилась к ним. — Заходи, хоть перекусишь с дороги. Ещё один недостаток нашей жизни — есть надо часто и помногу... Ну, хотя бы пополнеть мы не можем, — она усмехнулась.       — Ну, раз приглашаете — с удовольствием, — улыбнулась Нелли и проследовала за хозяйкой обратно в дом, оставив лошадей на Яна.       Ян завёл лошадей в конюшню, расседлал, стал чистить. Он не спешил возвращаться в дом. У Нелли с Сонхен разговор о своем, о женском, чего им мешать!       Лошади были красивые. Не арабские скакуны, о которых мечтала Сонхен — конечно, арабская лошадь, поди, стоит дороже, чем все предместье... — но тоже недешевые. А вот машину они так и не купили. Как-то всё не до того было — то лавка, то дом... Интересно, сколько стоит машина? Уж верно, дешевле арабской лошади.       Наконец, наболтавшись с Нелли, Ма Сон наведалась в конюшню.       — Ну где ты там? — весело поинтересовалась она. — Закончил уже? Давай в дом, я твою порцию ещё раз подогрела.       — Сейчас, уже иду, — Ян накинул попону на последнюю из трёх лошадей и вышел. — Слушай, а машина очень дорого стоит? Помнишь, мы с тобой говорили? Она, конечно, не так нужна, как лошадь, у вас-то автобусы есть, но всё-таки...       — Ну так это смотря какая машина, — пожала плечами Ма Сон. — Да и к нашим условиям, к тому же, подойдёт не всякая. А что, ты всё-таки надумал брать?       — Так я и не отказывался, — пожал плечами Ян, — просто другие расходы были. А ты умеешь ездить?       — Да как-то нужды не было, — усмехнулась Ма Сон. — Ты же знаешь, я любой автомобиль обгоню, если надо. Ну, могу выучиться. Но я бы предпочла, чтобы ты меня возил... так что давай учись! — она царственно махнула рукой, но почти сразу, не выдержав, рассмеялась и обняла мужа.       Ян с готовностью обнял Ма Сон в ответ, поцеловал горячие губы. На некоторое время они отвлеклись от темы.       Потом Ян с неохотой разорвал объятия и вернулся к разговору:       — А долго этому учиться? Получится, с нашим режимом? Или придется задержаться там, у вас?       — Зависит от категории, — пояснила Ма Сон. — Ты же грузовик водить не будешь учиться? А так — от трёх месяцев до полугода. Так что, наверное, придётся задержаться.       — Так долго?! — удивился Ян. — Ну, надо так надо. Только лавку на такое время оставлять... Ладно, товар мы можем привозить за выходные. А в лавке кто будет сидеть? Или ты тут останешься, а я там?       Ма Сон ненадолго задумалась.       — Можем нанять кого-нибудь, — сказала она наконец. — Например, того же Лассе. Он посвящён в нашу тайну, да и человек, кажется, надёжный. Как идея?       Ян тоже задумался. Сонхен ведь не знала о том, чем занимается Лассе... да и о том, чем не так давно промышлял сам Ян. С другой стороны, Лассе — хороший друг, не станет его подставлять. И, может быть, для него это как раз будет повод бросить преступное ремесло, как бросил в свое время сам Ян...       — Отличная мысль, — согласился он. — Так, может, зайдём к нему, поговорим? Или сначала узнаем в будущем, сколько времени займет учеба?       — Думаю, сначала лучше в будущее, — предложила Ма Сон. — Надо же знать, на сколько мы Лассе попросим нас заменить, так ведь? Я могу быстро смотаться туда-обратно, много времени это не займёт.       — Да что уж так спешить, — возразил Ян. — Как пойдем за товаром, так вместе и узнаем. Неделей раньше, неделей позже — неважно.       — Тоже верно, — согласилась Ма Сон. — Деньги никуда не убегут. Правда, кто его знает, какие машины будут в ассортименте, если мы подзадержимся. Ну да это неважно. Ладно, пошли завтракать, пока Нелли не подъела и твою порцию, и всё, что есть в доме... — она усмехнулась.       Ян засмеялся:       — Тогда мы к ней обедать придем!       Они вошли в дом. Тарелка с кашей для Яна стояла, конечно, нетронутая, и хлеб с ветчиной тоже. Впрочем, Яну для Нелли было бы не жалко завтрака. Если бы не она, он бы не встретился с Сонхен...       — Спасибо, очень вкусно, — поблагодарила Нелли. — Сон, а ты говорила, что не умеешь готовить...       — И по-прежнему не умею, — усмехнулась та. — Готовит у нас Ян. А я так, на подхвате, особенно по части что-то нарезать. Люблю я это дело...       — Главное, не увлекайся, — улыбнулась Нелли. — А то это дело такое...       Ян польщённо улыбнулся. В будущем готовить было легко, с их-то полуфабрикатами и кухонной техникой! Ему нравилось пробовать новые продукты, и радовать Сонхен результатом тоже нравилось. А здесь он готовил что попроще — кашу, яичницу, оладьи... С этим любой справится, было бы ради кого стараться.       Посидев ещё немного, Нелли простилась и ушла, чем-то очень довольная — даже напевала по дороге. А Ян и Ма Сон остались обсуждать, какая именно машина им нужна, и ждать очередного выхода в будущее.       В будущее они отправились через несколько дней. И пока ждали автобус на остановке, пока ехали домой — оба разглядывали проезжающие мимо машины и прикидывали, подойдет им такая или нет.       Сразу же выяснилось, что автошкол в городе несколько.       — А давай у Лехи спросим, какую выбрать, — предложил Ян. — Он, наверное, знает, какая лучше!       Лёха, которого Ма Сон звонком на комм оторвала в очередной раз от предстоящего... близкого общения с женой, выслушав вопрос, ответил с явно слышимым недовольством:       — Я учился в автошколе на Строителей, нареканий к качеству обучения не имею. У вас всё?       — Ага. С тобой, как обычно, очень приятно общаться, — усмехнулась Ма Сон, прежде чем отключиться.       — Вроде раньше он пообщительнее был, — удивился Ян, — странно на него Луиза действует. Ну, ответил — и ладно. Поедем туда, узнавать?       — Ну, мало ли, может, я просто позвонила не вовремя, — пожала плечами Ма Сон. — Да, поехали. Ты точно решил, что выберешь категорию «B»? А то мало ли, потом наше дело разрастётся, придётся учиться грузовик водить... — она усмехнулась.       — Это вряд ли, — вздохнул Ян, — ну а если уж такое случится — так, наверное, переучиться можно будет. Наверное, это будет проще, чем с нуля учиться.       — Тоже верно, — согласилась Ма Сон. — Ну, пойдём.       Им повезло — очередной набор в автошколу должен был начаться через неделю. За это время Яну надо было как-то исхитриться пройти медкомиссию... впрочем, при его железном здоровье и некотором количестве денег достать нужные справки не должно было стать проблемой.       В поликлинику они отправились на следующий день. Она поразила Яна размерами, оснащением, а больше всего — самим фактом того, что лекари в этом мире делятся на разные специальности.       Сам осмотр казался Яну колдовским — впрочем, после знакомства с Абрамом это его не слишком удивляло. Напрасно Ма Сон пыталась убедить его, что ничего сверхъестественного там не происходит.       — Несколько капель крови, чтобы узнать что-то обо мне? — возражал Ян. — Устройство, которое просвечивает меня насквозь? Конечно, колдовство!       — Да не колдовство, а достижения науки будущего... — увещевала Яна Ма Сон, нервно оглядываясь по сторонам — не хватало ещё, чтобы их ненароком услышали, а то ведь тема разговора могла привлечь внимание. — Впрочем, считай как хочешь. Главное, что результаты скоро будут, успеем к зачислению. Было бы побольше времени — не надо было бы идти в частную контору... ну да чего уж теперь.       Ян не стал спорить. Наука так наука, Сонхен виднее.       — Да, времени у нас мало, — согласился он, — надо ведь ещё и с Лассе договориться. Хотя я уверен, что он только рад будет.       — А ты ведь в своё время так и не рассказал, чем он занимался раньше, — мимоходом заметила Ма Сон. — По-моему, даже смутился, когда я о нём упомянула. Это наводит на размышления, знаешь ли. Ну, к нему я и одна могу сбегать, пока ты будешь всё это проходить, так что не критично.       Ян мгновение колебался, почти готовый признаться. И все же решил, что сейчас не время. Сонхен может побояться доверить лавку вору — а кого им ещё попросить?       — Да так, разным всяким, — проворчал он. — Пока молодой был и не хромал, даже в ландскнехтах успел побывать. В принципе да, дорогу ты знаешь, и он тебя помнит, можете и без меня договориться.       — О, и повоевать успел? — заинтересовалась Ма Сон. — Дело хорошее. Продавец и охранник за одни деньги, — она усмехнулась. — Ну давай пока побуду с тобой, а закончим здесь на сегодня — отправлюсь туда.       В хлопотах день прошел незаметно. Разбирались с заказами, накопившимися за время их отсутствия, закупали товар, чтобы Ма Сон не с пустыми руками возвращалась...       А потом был безмятежный вечер на диване у телевизора. Из всех достижений будущего Ян больше всего ценил именно это.       Ма Сон же беззастенчиво забралась на диван с ногами и облокотилась на Яна. Ей хотелось взять как можно больше от времени, когда они были вместе. Сама мысль о разлуке, пусть даже скоротечной, была для женщины невыносима. Несмотря на то, что она порой высказывалась по отношению к мужу пренебрежительно, оба знали, что это не всерьёз.       Ян вдруг подумал с легким удивлением, что уже скоро год, как они с Сонхен неразлучны — вот почти буквально, разве что на пару часов в день. Раньше он и представить себе такого не мог. Они с Сонхен подходили друг к другу, как... Лангер сказал бы, наверное: «как отмычка к замку». Дополняли друг друга. Понимали.       Вот завтра они будут врозь, всего-то один день, а уже как-то не по себе. Он взял Сонхен за руку, погладил тонкие, но сильные пальцы...       Ма Сон, угадав мысли Яна, мягко накрыла его руку второй своей.       — Это ненадолго, — прошептала она. — Послезавтра утром уже вместе будем, а может, ещё и раньше... Но как не хочется уходить, ты бы знал...       — Знаю, — ответил Ян. — Так же, как я не хочу тебя отпускать. Но надо. Мне завтра в поликлинику, да и в лавку тоже. Но ты же ещё не сейчас уходишь? Среди ночи тебе приходить незачем.       Он мягко потянул Сонхен к себе, прижал ее голову к своей груди, погладил жёсткие черные волосы.       Ма Сон молча обняла Яна в ответ, потянулась поцеловать...       Целовалась пара долго — оба не только умели, но и любили это делать. Когда же они вдоволь насладились друг другом, да так, что перестало хватать воздуха — только тогда Ма Сон отстранилась от Яна.       — Предлагаю, пока есть время, подсластить пилюлю расставания, — с кажущейся совершенной серьёзностью изрекла она. Отодвинувшись на диване ещё немного, женщина приняла раскованную позу — легла на живот, подпёрла голову обеими руками и подняла согнутую в колене ногу. В довершение этого Ма Сон подарила мужу лукавую улыбку.       Ян недолго думая снял футболку, лег рядом с Сонхен, прижался к ней, сквозь тонкую ткань ощущая ее горячее тело. Его всегда поражало, какой нежной и ласковой могла быть эта женщина, такая сильная, резкая, воинственная. И только он знал ее другой. И какая же она настоящая?       Он обнял Сонхен одной рукой, второй ласкал ее шею и грудь.       Ма Сон, что было для неё необычно, не спешила, не стремилась взять от их соития сразу всё. Она тоже ласкала подтянутое тело Яна, закалённое тренировками. Помимо улучшения физической формы, их плюсом было ещё и то, что они развивали выносливость... и вот сейчас им предстояло проверить, насколько. Ненадолго, совсем ненадолго прервав обоюдные ласки, пара помогла друг другу разоблачиться окончательно. Подарив мужу ещё одну улыбку и едва заметно кивнув, Ма Сон отвернулась к спинке дивана, позволяя Яну взять себя сзади или снизу. Она любила возникавший в таких случаях элемент таинственности, пусть и знала, кто расположился за спиной или уложил её на себя.       Ян сел за спиной Сонхен. Наклонился, поцеловал между лопаток, потом прошёлся поцелуями по позвоночнику до самой поясницы. Лег на бок рядом с Сонхен, осторожно развел рукой ее ягодицы. Другая рука скользнула между бедрами, в самую горячую и нежную плоть.       Весьма довольная таким осторожным и нежным обращением, Ма Сон тихонько простонала от удовольствия и слегка сдвинулась назад, позволяя Яну проникнуть глубже. Одну руку она опустила к промежности, присоединяясь к мужу, касаясь его пальцев. Теперь получалось, что она и ласкала себя сама, и позволяла это делать мужу. Это было вдвойне приятно... но вместе с тем Ма Сон не хотела оставлять Яна обделённым. Впрочем, он мог получить свою долю удовольствия и сам, она бы не стала возражать — совсем даже наоборот... Удовлетворённо жмурясь и постанывая, женщина ждала от мужа более решительных действий.       По учащенному дыханию Сонхен, по ее стонам, по тому, насколько увлажнилось ее лоно, Ян понял, что жена готова принять его. Чуть сместился, чтобы их тела совпали, сложились в единое целое. Уверенным толчком вошел в нее и начал двигаться — сначала осторожно, потом все наращивая темп.       Это было именно то, чего Ма Сон так ждала. Прижимаясь к Яну плотнее, она позволила ему прижать её к себе, перехватить под грудью... Это был один из тех редких моментов, когда она позволяла мужу доминировать, вести её. Ма Сон нравилось чувствовать себя в руках Яна не жестокой и свирепой воительницей, какой она была для всего остального мира, а хрупкой и нежной красавицей, пылко любящей и пламенно любимой...       Ян сдерживался, стараясь продлить их близость, и одновременно обнимал Сонхен со спины, жарко дышал ей в плечо, сжимал руками ее грудь — небольшую, аккуратную, округлую... В этот миг она вся принадлежала ему, а он — ей.       С очередным толчком он наконец излился, одновременно чувствуя, как трепещет и прогибается ее тело.       Ответом Яну был новый протяжный стон наслаждения. Ма Сон — обмякшая, тяжело дышащая, расслабленно улыбающаяся — между мелькающими в приятно пустой в этот миг голове мыслями о своей любви успела порадоваться тому, что не может иметь детей. С её точки зрения, в таком положении дел были сплошные плюсы — оно позволяло не думать о защите, усиливая и обостряя ощущения от соития, и одновременно защищало женщину от опасности принести в этот мир тех, кого она так сильно не любила...       Ян перевел дыхание, осторожно развернул Сонхен к себе лицом и поцеловал — не страстно, а нежно, благодарно. Опять прижал ее к себе, гладил волосы и плечи, шептал:       — Родная моя, чудо мое, счастье мое...       И Ма Сон отвечала Яну — тоже шёпотом и с той же нежностью говорила ему такие же сбивчивые слова любви, невольно переходя порой на родной язык, но не сомневаясь, что муж её понимает. Женщина прижималась к нему мягкой, пылающей грудью, обвивала стройными ногами его талию, как можно дольше не желая отпускать перед тем, как это всё-таки придётся сделать...       А время неумолимо шло. В очередной раз покосившись на часы, Ян вздохнул:       — Не хочу тебя отпускать. Давай я тебя хоть до перехода провожу! А то как ты одна, ночью, с сумками...       — Давай, — печально улыбнулась Ма Сон.— Не хочу расставаться... да и всё равно, у нас не прошлое — город не спит даже ночью, так что особо не разбе́гаешься. Сходим вместе.       С явной неохотой встав с дивана, женщина принялась собирать разбросанные по полу вещи.       До места добирались довольно долго — в ночное время автобусы ходили нечасто.       — Вот видишь, была бы у нас машина — не пришлось бы ждать, — ворчал Ян. — И обратно я бы тебя встретил. То есть, я тебя и так встречу, конечно, но с машиной будет удобнее.       — Обязательно будет, — подтвердила Ма Сон. — Но для этого надо сначала потрудиться как следует. Жаль только, что трудиться придётся по большей части тебе. Я бы предпочла разделить обязанности... да что ж поделаешь. Ты не скучай без меня, анализов не бойся, ничем себя не выдавай... ну да не мне тебя учить. Ладно, я пошла. Скоро вернусь!       Поцеловав Яна напоследок, Ма Сон ринулась в проход...       Ян покачал головой. Уже больше года, как он впервые попал в этот мир, давно уже привык и освоился, а Сонхен все опасается...       Он повернулся и пошел обратно по колено в снегу, подсвечивая фонариком. Надо было хоть немного поспать, потом в поликлинику, к окулисту и неврологу, потом в лавку... И ждать ночи, когда Сонхен вернётся.       День у Ма Сон выдался насыщенный. Договориться с соседями из прошлого, чтобы приглядели за лошадьми (не бесплатно, конечно), зайти предупредить Нелли и начальство приюта, чтобы не волновались насчёт того, куда они с Яном подевались, навестить по тому же поводу Лангера, партнёра Яна... В общем, пришлось женщине побегать, в моменты передышек вздыхая о том, что её мужу предстоит не меньший путь. Однако же сердце Ма Сон приятно согревала мысль о том, что чем быстрее она закончит здесь, тем быстрее воссоединится с Яном, и это придавало ей сил. К месту обратного перехода женщина вышла уже под вечер, весьма довольная и нагруженная товаром, чтобы не пришлось второй раз бегать.       С наступлением темноты Ян уже был в лесу. Они с Сонхен не договаривались о точном времени, но он не сомневался, что она вернётся как можно скорее — а значит, едва там, в прошлом, наступит ночь.       Ждать было холодно. Он побродил вокруг места перехода, потоптался... А потом сообразил — какая разница, где ждать? И шагнул в переход.       На той стороне было заметно теплее и светлее. А отсутствие местной одежды его не смущало, в лесной глуши все равно никто не увидит.       Через какое-то время между деревьев послышался шорох... а ещё через пару мгновений на то место вылетела нагруженная сумками Ма Сон. Увидела Яна — и едва не бросила поклажу, чтобы обнять мужа.       — Ты пошёл за мной? — улыбнулась женщина. — Так соскучился? Я тоже уже успела...       — Соскучился, — Ян обнял Сонхен, прижал к себе, вдохнул запах ее волос... и поспешил забрать у нее сумки с товаром. — Одно, что соскучился, а второе, что не дело девушке одной по лесу, да еще и с сумками. Пойдем!       — Боишься за меня? — усмехнулась Ма Сон. — Правильно. Хотя я бы сказала, что это меня здесь надо бояться. Пойдём! Ты как, всех врачей прошёл?       Ян засмеялся.       — Тебя мало кто обидит, это точно, — согласился он, — но все равно... Скажем, оступиться и ногу подвернуть можешь и ты. Опять же сумки... Да, только анализы еще не готовы. Сказали послезавтра приходить. Знаешь, у окулиста я чуть не провалился, — он опять засмеялся, — она мне показывает буквы, а я не соображу сходу, но-нашему их называть или по-вашему. Ну ничего, обошлось.       — Да уж, чуть не влип... — негромко рассмеялась Ма Сон. — Ну, выкрутился — уже хорошо. Ты молодец. Значит, послезавтра... отлично, как раз успеешь подать документы. Думаю, проблем никаких не будет — ты у меня мужчина в самом расцвете сил, что недавно с успехом и доказал... — она игриво, несильно пихнула Яна плечом. — А если по делу — с Лассе я договорилась, лошадей пристроила, все, кто должен знать, где мы, знают. Я тоже молодец! — женщина горделиво выпрямилась, улыбнулась мужу.       — Ты вообще чудо, — честно сказал Ян. Вскинул сумки на плечо, другой рукой взял Сонхен под руку. — Пошли!       Протоптанную накануне тропинку еще не замело снегом, идти было легко. Ян освещал путь фонариком. Потом впереди показалось шоссе, пришлось погасить фонарик, чтобы не привлекать лишнего внимания.       Впрочем, Ма Сон всё видела и так — фактически, на этом этапе она вела Яна, вполне уверенно ориентируясь в лесу.       Как ни странно, автобус подрулил к остановке вскоре после того, как пара к ней выбралась. Водитель — усатый и, несмотря на ночное время, носящий круглые тёмные очки — как будто даже не удивился таким поздним пассажирам.       Дом встретил их теплом и уютом, и вкусными запахами. Ян бросил сумки в прихожей, помог Сонхен раздеться.       — Устала, милая? Что сначала, ужин или ванна?       — Ванна, — сделала выбор Ма Сон. — Вот с чем в прошлом точно пока есть проблемы, так это с чистотой. Потом ужин, а там... там посмотрим, — она подмигнула Яну.       — Надо подумать, что можно сделать, — рассуждал вслух Ян, наполняя ванну. — Корыто такое здоровенное у нас купить непросто, но можно. Вода не проблема, рядом с рекой живём. Торфа, конечно, много уйдет, но ничего, можем себе позволить. Ладно, расслабляйся, как раз ужин разогреется. Спинку тебе потереть?       — Не откажусь, — к тому моменту, когда Ян закончил набирать ванну, Ма Сон уже успела раздеться. Гордо прошествовав в таком виде мимо мужа, она запросто занесла ногу — и прямо так, без помощи рук, забралась на бортик этой самой ванны, а затем, явно красуясь, без единого всплеска вошла в воду.       Ян ахнул и рассмеялся. Физические возможности Сонхен его неизменно поражали, привыкнуть к этому не получалось.       — Тебе на ярмарках выступать можно, ну или по-вашему в цирке, — сказал он со смехом. — Не думала об этом?       — Ещё не хватало — кривляться на потеху публике... — фыркнула Ма Сон. — Мне достаточно восхищения только одного человека, и этот человек — ты. Приступай, — она царственно махнула рукой и выгнула спину, подставляя её под руки Яна.       Ян с улыбкой покачал головой. Ему нравилось видеть, как эта дикая рысь превращается в ласковую кошечку. Сонхен делала вид, что не очень-то и нуждается в удобстве, как будто она ему одолжение делает, позволяя о себе заботиться...       Но он-то видел, как она радуется и ванне с ее любимой пеной, и горячему ужину, приготовленному специально для нее, и ласковым словам... Как будто все это было ей непривычно, как будто раньше никто о ней не заботился.       Он выдавил на ладонь немного геля для душа и стал размазывать по спине Сонхен, одновременно лаская ее. Потом потянулся за мочалкой.       Ма Сон поймала себя на том, что едва не мурлычет от удовольствия, доставляемого прикосновениями рук Яна — сильных, но не грубых, ласковых... родных. Женщина редко проявляла заботу и оказывала мужу знаки внимания, но это совершенно не значило, что она его не любила. Ма Сон просто не хотела казаться слабой, и одновременно не умела правильно демонстрировать свои чувства, боясь быть неправильно понятой. Даже в любви она ему призналась один только раз, незадолго до свадьбы. Но для себя женщина решила хотя бы попробовать быть более открытой — хотя бы с самым близким человеком на всём свете.       Пока Сонхен домывалась, или скорее просто валялась в горячей воде, Ян успел накрыть на стол. Ему нравилось готовить, нравилось пробовать новое... Сложись жизнь иначе — он мог бы стать трактирщиком. Впрочем, в том, чтобы готовить только для любимой женщины, была своя прелесть.       Вскоре и сама Ма Сон, привлечённая ароматом, явилась на кухню — в пушистом купальном халате, скрывавшем изгибы нагого тела под ним, удовлетворённо улыбающаяся. Увидев на столе наготовленное для неё пиршество, женщина ненадолго заключила мужа в объятия и поцеловала.       — Заботливый ты мой... — в эти безыскусные слова она постаралась вложить всю нежность, на какую была способна.       Ян польщённо улыбнулся, поцеловал Сонхен в ответ.       — Я не ужинал без тебя, — пояснил он, — одному не хотелось. Так что давай, садись скорее!       Они сидели рядом, соприкасаясь бедрами. Даже через ткань халата Ян ощущал горячее тело жены, неизменно привлекающее его. Но в данный момент постель привлекала ещё больше. Прошлая ночь была почти бессонной, да и сейчас время уже перевалило за полночь...       Просто засыпать в объятиях друг друга тоже было необыкновенно приятно.       Проснувшись поутру, Ма Сон долго любовалась спящим Яном. Европеоидные мужчины всегда казались ей более привлекательными, чем соплеменники, а мужа она с уверенностью назвала бы самым красивым из европеоидных мужчин. Конечно, она выбрала его отнюдь не за это... красота оказалась так, приятным бонусом, и то, кажется, только в глазах смотрящей. Зато за прошедшее время муж и жена даже улыбаться научились одинаково, подтверждая расхожее выражение. Ма Сон невесомо поцеловала Яна и, помня о своём желании сделать для него что-то хорошее, отправилась на кухню. Оглядевшись там, женщина решила побаловать мужа хотя бы яичницей — блюдом, которое трудно запороть даже при желании.       Ян проснулся позже обычного. Ещё не открывая глаз, ощутил, что Сонхен рядом нет. Уже встала? Он знал, что ей надо меньше сна, чем обычным людям, но обычно она любила понежиться в постели, в его объятиях.       С кухни слышался звон посуды. Он встал, пошел на эти звуки. И с удивлением обнаружил, что Сонхен сосредоточенно мажет бутерброды, а на плите в сковородке шипит аппетитная яичница.       Это было неожиданно. Они все честно делали вместе, и заботы по дому тоже — но именно в смысле готовки Сонхен до сих пор только чайник хорошо включала.       Ма Сон услышала Яна ещё до того, как он появился на кухне. Обернувшись к мужу, она улыбнулась ему, склонила голову, как подобает примерной жене.       — Иди пока умывайся, — проворковала женщина, — К твоему возвращению как раз всё будет готово.       — Я, наверное, еще сплю, — улыбнулся Ян. — Но, знаешь, мне нравится этот сон!       Он хотел было спросить, точно ли Сонхен справится сама, но передумал. Питалась же она как-то до знакомства с ним...       Через несколько минут, умытый и одетый, он снова появился на кухне.       — Ну, чем ты меня кормить будешь?       Гордая собой Ма Сон возложила на тарелку последний бутерброд и водрузила её на стол.       — Извини, сегодня без изысков — яичница да бутерброды, — она сожалеючи развела руками. — Может, со временем меня хватит на что-то более сложное. Ну, садись, — и женщина, подавая пример, уселась за стол первой.       — Да и так все прекрасно, — искренне ответил Ян, — главное, что с душой приготовлено. А что-нибудь сложное давай вместе приготовим на ужин, если хочешь!       — Обязательно! — с радостью согласилась Ма Сон. — И непременно что-нибудь такое-этакое, чем Нелли Михеля балует. А до ужина... тебе много врачей осталось? Сегодня куда-то надо? — спросила она серьёзно, без игривости.       — Нет, вчера все прошел, — Ян тоже посерьёзнел, — теперь завтра уже можно будет готовую справку забирать. Так что сегодня занимаемся торговлей. До Рождества осталось два месяца, люди уже подарки покупают...