Часть 77

      Долго ли, коротко ли, а всё ж неумолимо приближалось время первой из двух запланированных свадеб. Нелли в эти дни почти не покидала кухни. Даже с учётом сверхчеловеческих физических характеристик женщины и нанятой в подмогу девушки из трактира работы всё равно хватало с избытком. Впрочем, Нелли не жаловалась — ей только в радость было помочь товарищу, да ещё по такому поводу.       Марк переживал. Сильно. Не столько даже потому, что опасался чего-то нехорошего, сколько потому, что до сих пор не мог решить, что делать дальше, в каком ключе обустраивать быт их пока ещё официально не закреплённой семьи. В конце концов мужчина решил дождаться окончательного решения будущей жены на этот счёт — на том и успокоился. По здравом размышлении Марк решил пока хотя бы снять дом, чтобы было куда привести молодую жену. А там, если Дагмар всё же не захочет расставаться с домом, можно будет его и выкупить...       Между тем Дагмар волновалась ничуть не меньше. Ей все казалось, что в последний момент что-нибудь случится, что-то пойдет не так. Ну, не может все быть так хорошо! Уже и платье было готово, Дагмар без конца любовалась на него. И Нелли решила, что будет готовить. И Марк заказал себе костюм по местной моде... А все равно было тревожно.       По вечерам, когда дети засыпали, Дагмар шепотом делилась своими тревогами с Лизой. Та горячо возражала:       — Как раз так и бывает — сначала все было плохо, а потом все стало хорошо! Не выдумывай ерунду, а то еще накличешь!       За два дня до свадьбы Нелли отказалась от всех заказов — и без того на кухне кипела работа! Михель даже Каспара отпустил из мастерской, помогать поварихам. Маленькая Ильза и та изо всех сил старалась быть полезной — правда, ей по большей части поручали следить за Кларой.       В день свадьбы с раннего утра в дом пришли родители и сестры Дагмар. И пока отец Дагмар рассуждал с Михелем о том, какой в этом году ожидается урожай и у кого лучше покупать пиво — сестры под руководством Нелли уже сдвигали столы, стелили скатерти, расставляли тарелки... Мать помогла Дагмар одеться, уложила ей волосы. И наконец вся шумная, нарядная компания вышла из дома и направилась к церкви.       Утро дня свадьбы Марк встречал в мужской компании — Абрам, Матвей, Лёха и дед Карл провожали очередного представителя своей компании под хомут брака. Абрам, уже кое-что понимавший в моде прошлого, помог Марку облачиться в местное платье, по традиции сопровождая оную помощь напутствиями (по большей части нецензурными) на родном языке. По поверьям, такой вот своеобразный обряд был необходим для того, чтобы и первая брачная ночь, и в целом вся последующая жизнь у молодого мужа прошла успешно. Остальные товарищи Марка тоже присовокупили свои слова к поучениям лидера.       В конце концов в назначенный час вся компания — разодетая, строгая, собранная — тоже выдвинулась к церкви. Марк, к удовольствию Абрама, шёл прямо, не сутулясь и не порываясь сбежать, вполне сохраняя подобающую его статусу и приличествующую случаю выправку — даже пинками подгонять не приходилось... Сам Абрам по такому случаю соизволил надеть даже не посеребрённую, а позолоченную маску.       Около церкви обе процессии встретились. Под веселый гомон и дружеские пожелания Дагмар и Марк взялись за руки и вместе вошли в церковь. Нелли, Лиза, родные Дагмар и друзья Марка последовали за ними.       Прежние страхи с новой силой охватили Дагмар, даже голова закружилась. Пока пастор читал молитву, она сжимала руку Марка, словно боялась упасть... или боялась, что он исчезнет. Но вот наконец они обменялись клятвами и кольцами, и ритуал был завершен.       Марк тоже выдохнул с облегчением, повернулся к Дагмар.       — Ну что ж... Теперь нас уже ничто и никогда не разлучит, — улыбнулся он. Коротко огляделся, успев заметить, что дед Карл поднял Конрада на руки, позволяя ему увидеть алтарь — и наконец припал к губам новоиспечённой жены. Может быть, так было не принято... но Марку было плевать, Дагмар, как он полагал, тоже, и горе было бы тому, кто посмел бы помешать такому вот единению влюблённых.       Дагмар с готовностью ответила на поцелуй своего мужа. Все ее страхи оказались пустыми, и этот человек — добрый, смелый, красивый — стал ее мужем. Больше ей нечего было стыдиться, не нужно было ждать косых взглядов... А вокруг толпились люди, смотрели приветливо и радостно, поздравляли, обнимали их обоих. Конрад и Ильза, нарядные и красивые, как два ангелочка, смеялись и прыгали от радости. Не ко времени мелькнула мысль — Конрад будет скучать по Ильзе, они подружились... Хотя Дагмар же может брать его с собой. Или она больше не будет работать у Нелли? Ох, сколько же забот... Но это все не страшно, вдвоем они разберутся!       Наконец молодая пара вышла из церкви и, провожаемая пёстрой толпой народа, двинулась к дому. Марк подхватил подбежавшего Конрада, посадил себе на шею и, одной рукой придерживая его, другую подал Дагмар. Так они и шли в окружении других людей, провожаемые счастливыми взглядами гостей церемонии и доброжелательными — простых прохожих.       Дома их ждал накрытый стол, ломившийся от самых разных, на все вкусы, блюд. Гости рассаживались, как положено — во главе стола молодые, рядом с ними родители невесты, Нелли на правах подружки и Абрам вместо родственника жениха, а уж дальше вперемешку все остальные.       Первым встал с бокалом в руках отец невесты:       — Что сказать... Спасибо вам, люди добрые, что помогли в беде моей девочке, поддержали ее... А все же тебе надо было к нам прийти, неужели ты и впрямь думала, что мы от тебя откажемся? В общем, спасибо! Она уж про вас столько хорошего говорила... И, значит, поздравляю молодых, и совет да любовь!       — Спасибо, отец, — Марк тоже поднялся с места, склонил голову. — Ну, что ни делается — всё к лучшему, так ведь? Если бы Дагмар вернулась к вам — она бы не пошла на службу к Нелли, мы бы не познакомились, а как следствие — не поженились бы. Но теперь ваша дочь будет жить в безопасности и достатке — это я вам обещаю.       Он сел, Абрам поднялся следом.       — Ну чьто ж... — вздохнул он. — Кажется, ешчо один мой вег'ный сог'атник покинул меня. Не скг'ою, больно видеть, чьто наша сплочённая когда-то гг'уппа г'аспадается... но вместе с тем и отг'адно наблюдать за тем, как она понемногу собиг'ается вновь, уже обновлённой — в конце концов, мы все здесь. Отг'адно видеть также, чьто почти каждый из нас семерых уже обзавёлся поддег'жкой и опог'ой в лице семьи. Могу только пожелать оставшимся поскорэе последовать их прьимег'у. Ну а пока — горько!       — Горько! — дружно поддержали гости из будущего. Марк встал, увлекая за собой Дагмар, и поцеловал ее. В следующий раз "Горько!" кричали уже все присутствующие вместе...       Потом было ещё много поздравлений и тостов, и вкусной еды, и музыки, песен, танцев (для которых заранее освободили мастерскую)...       Наконец гости начали расходиться.       — А завтра к нам! — в сотый раз напомнила мать Дагмар. — А то как же, в родном доме не отпраздновать! И соседей позовём!       — Тогда послезавтра надо к нам! — смеясь, заметила Вильгельмина. — Мальчики за вас порадуются, вы им не чужие!       — Ну а сегодня — уже к нам... — усмехнулся Марк, на ходу приобнимая Дагмар и украдкой лукаво ей подмигивая. Конрада на эти несколько дней любезно согласилась приютить Нелли под предлогом того, что его родителям надо обставить их новый дом. Уводя мальчика, женщина украдкой показала новоявленному мужу домработницы кулак — жест красноречивый... но совершенно излишний. Как будто Марк мог причинить Дагмар вред...       Дагмар чуть растерянно улыбнулась на шутку мужа. Она знала, что тот снял дом, но ещё не видела его. Свой дом, в котором она будет хозяйкой, а не служанкой... Она прижалась к Марку, обнимавшему ее на ходу. Все будет хорошо...       В дом Марк занёс Дагмар на руках — тоже часть какого-то обычая, предписывающего мужу показать жене свою силу. Осторожно поставив Дагмар на пол уже в доме, Марк вновь поцеловал её. Последние из провожавших их гостей остались за дверью, и, судя по удалявшемуся шуму, уже расходились.       — Ну... Добро пожаловать, — улыбнулся Марк. — Пока тут негусто с обстановкой... но ты ведь сама хотела выбрать детали, так ведь?       — Не сама, а вместе, — возразила Дагмар. — С тобой, чтобы это был по-настоящему наш дом. Сколько тут хоть комнат? Давай посмотрим, прикинем, что куда поставим!       — Не думаю, что буду так уж полезен тебе в выборе занавесок, — негромко рассмеялся Марк. — Впрочем, я этим никогда не занимался, так что, может быть, мне и понравится.       Осмотр дома занял какое-то время. Марк продемонстрировал Дагмар кухню и парадную комнату на первом этаже. Затем они перешли на второй, осмотрели меньшую спальню, по совместительству — будущую детскую... и наконец вышли в большую — свою супружескую. В которую уже успели поставить застеленную кровать...       Дагмар прикусила губу. Было страшно. Но это же недолго, можно и потерпеть. Марк добрый, он любит Конрада, у них все будет хорошо... А терпеть боль она умеет.       Она отвернулась, чтобы Марк не видел ее лица. Торопливо распустила шнуровку корсета, стянула платье... И легла, закрыв глаза. Это недолго. Все так живут...       Марк не успел и слова сказать, не то что начать раздеваться. Посмотрел на Дагмар недоуменно.       — Милая, ты чего?.. — вопросил мужчина. Выглядело всё так, словно его новоиспечённая жена хотела, чтобы всё поскорее закончилось. В отличие от Нелли, с которой Марк не раз... имел близкое знакомство (разумеется, в период до её знакомства с Лангером и последующего замужества), Дагмар не располагалась на кровати в чём-то, что призвано было напоминать раскованную позу, не улыбалась лукаво, не манила его... Похоже, воспоминания о предыдущем хозяине начисто лишили её возможности получать удовольствие от соития. Что ж, Марк не собирался неволить жену. Он уселся рядом, коснулся её плеча.       — Если ты не хочешь — мы не будем этого делать, — печально улыбнулся мужчина. — В конце концов, радость совместной жизни не только и не столько в этом.       Дагмар встревожилась. Что-то она сделала не так... Она тоже села.       — Я хочу, — она говорила вполне искренне. — Ты же мужчина, тебе нужно... а я хочу, чтобы тебе было хорошо. Я правда этого хочу! Не так уж это и больно...       — Ну, во-первых, не так уж и нужно... — пожал плечами Марк, — ...а во-вторых — я ведь тоже хочу, чтобы тебе было хорошо. С чего ты вообще взяла, что должно быть больно? Если нормально сделать — всем будет хорошо и приятно. Если ты правда хочешь — я могу попробовать тебе это доказать.       — Давай попробуем, — согласилась Дагмар. — Другие девушки тоже говорят, что это приятно. Видно, со мной что-то не так... Но давай.       — Да всё с тобой так, просто... — Марку не хотелось поднимать эту тему в такой день и такой час, поэтому он не закончил, — ...просто так иногда бывает. Скажу по секрету — и у парней тоже. Друзья рассказывали... неважно. Ну что, приступим?       Он встал с кровати и принялся не торопясь разоблачаться. Мужчине нечего было стесняться — подобно Лёхе и Матвею, он был вполне гармонично, даже атлетично сложен, не обладал полнотой Абрама или болезненной худобой деда Карла. Впрочем, горой мышц, как Исмагил, Марк тоже не был.       Дагмар наблюдала за тем, как раздевается Марк. Ей по-прежнему было страшно, но одновременно она верила мужу, его словам про то, что все может быть... иначе, чем тогда.       Он разделся до конца и стоял перед кроватью, словно чего-то ждал. Какой-то реакции от нее, что ли.       Она тоже встала, шагнула вперед. Осторожно коснулась пальцами его плеча, груди. Прошептала:       — Ты такой красивый...       — Ты тоже очень красивая, моя милая, — прошептал Марк в ответ, уже беззастенчиво, а не украдкой (имел право, они теперь полноценная семья!) любуясь Дагмар. В отличие от низенькой пышнотелой Нелли, или тоже невысокой, но компактной и изящной Ма Сон, его жена была скорее высокой, но худенькой, совершенно не соответствующей стандартам красоты будущего. Впрочем, Марку такое даже нравилось — своеобразная экзотика, ни у кого нет такой необычной красавицы!       Марк коснулся щеки Дагмар, осторожно погладил. Затем переместил руку на затылок, провёл по мягким светлым волосам... Подумалось — ведь у Конрада, его биологического отца и матери были светлые волосы. Хорошо, что Конрад — ещё дитя и не обратил на это несходство внимания. Папа — и папа... Сам Марк спокойно, даже с радостью называл его сыном.       Он слегка наклонился, коснувшись губами мягкой шеи жены. Дождавшись, пока Дагмар запрокинет голову, Марк принялся осторожно покрывать её шею поцелуями. Затем с лёгкостью поднял жену на руки и, дождавшись, пока она обвила ногами его талию, понёс к кровати. Донеся, развернулся, чтобы Дагмар оказалась сверху, и улёгся. Вид с такого ракурса открывался великолепный...       Совсем близко перед собой Дагмар видела лицо Марка, его глаза, добрый и заботливый взгляд. И чувствовала осторожное прикосновение его сильных и ласковых рук. Ее муж... ее любимый. Она потянулась к нему, коснулась губами его губ. Она уже знала, что его радует, когда она сама, первая, его целует...       Пара целовалась долго, растягивая удовольствие и не торопясь переходить к чему-то большему. В процессе Марк осторожно оглаживал, ласкал пальцами тело жены, постепенно его исследуя — начал с покатых плеч, затем пробежался по слегка выпирающему позвоночнику, оттуда переместил руки к узким бёдрам, и наконец остановился на заду — конечно, не таком роскошном, как у той же Нелли, но и не костлявом. Соразмерном. Когда Дагмар наконец завершила поцелуй и села на нём, Марк с удовольствием обозрел её нагие груди — не слишком большие, с уже стоящими торчком необычно алыми сосками. Марк не спешил, предоставляя Дагмар самой решать, когда им обоим переходить к главному. Естество мужчины давно уже беззастенчиво упиралось куда-то ей в бедро, добавляя происходящему остроты.       Дагмар чувствовала, что у нее кружится голова. Казалось, поцелуи Марка пробудили в ней какое-то незнакомое пока чувство. Страха больше не было... но все же и решимости перейти к самому главному пока не было. Дагмар осторожно погладила грудь Марка, ощущая под кожей крепкие мышцы. Потом рука скользнула ниже. Марк вздрогнул, подался ей навстречу. Понемногу ее движения стали смелее, она ласкала и гладила тело Марка — грудь, живот, бедра... Странно это было — прикасаться к обнажённому телу, но ведь это ее муж, они единая плоть, и значит, тут нет неправильного или неприличного...       Марк терпеливо ждал, пока у Дагмар появится желание податься назад и наконец принять его в себя. Попутно он продолжал мягко поглаживать жену по спине и бёдрам, но в какой-то момент всё же переключился на грудь — принялся осторожно, умело ласкать её, мять, мягко тереть и вытягивать между пальцами соски, сам получая от этого невиданное удовольствие и надеясь, что его жене сейчас так же хорошо, как и ему.       Дагмар понимала, что Марк хочет большего, и готова была уступить. Чего хочет она сама, она не могла толком понять, но во всяком случае пока ей действительно было приятно, как и обещал Марк. Может, и дальше все будет так же хорошо?       А между тем Марк, казалось, ждал от нее чего-то. Она опять что-то делает не так?       До Марка понемногу начало доходить, что так они далеко не уедут... но вместо того, чтобы взять дело в свои руки, он просто на время прекратил ласки, чтобы удовольствие не помешало жене его услышать, и спросил:       — Милая... Может, давай я начну? Я думал, ты начнёшь, когда сама захочешь... но мы, конечно, можем не спешить.       — Я не знаю, что я должна начать, — виновато ответила Дагмар. — Это же ты должен делать, в смысле мужчина. Я... я согласна, если ты об этом спрашиваешь.       — Ну, необязательно я... — заметил Марк. — Ты тоже можешь. Впрочем... думаю, для первого раза впечатлений хватит, верно? — он мягко погладил жену по спине. — Думаю, остальное мы оставим на следующую ночь. А пока — давай спать, этот день был очень уж длинным. Только скажи... а то, что было, тебе понравилось?       — Это точно, день очень длинный, — согласилась Дагмар, — столько всего разного! Но как же ты... Извини. Я хочу быть тебе хорошей женой, а пока у тебя одни сложности из-за меня. Все было хорошо, правда! Мне очень приятно было.       — Как же я... что? И какие сложности?.. — искренне удивился Марк. — Пока что у меня с тобой было только счастье. Ну, давай, ложись поудобнее. Не выспишься — следующий день тоже будет нелёгким.       — Завтра в любом случае будет проще, — возразила Дагмар, — ведь в церковь нам уже не идти. А вот у тебя точно день будет непростым, — она тихонько рассмеялась. — Тебя все соседи будут разглядывать да расспрашивать, кто ты и откуда! Ладно, давай спать.       Она, по-прежнему обнимая Марка, устроилась головой у него на плече... и тотчас заснула.       — Да пусть смотрят, мне не жалко. И тебе завидуют, конечно... — усмехнулся Марк перед тем, как тоже заснуть.       Проснувшись поутру, он осторожно высвободился из объятий Дагмар и отправился на кухню в поисках съестного. В одном из шкафчиков обнаружились оставленные предусмотрительным Абрамом галеты, консервы, готовые блюда и покупные сладости. Вооружившись ножом, мужчина принялся сооружать для жены завтрак.       Проснувшись, Дагмар слегка удивилась тому, что она одна в постели. Надо же, она даже не услышала, как Марк встал...       Она поднялась, торопливо оделась. За ночь печь успела остыть, и в доме теперь было холодно. Дагмар спустилась на первый этаж и с удивлением обнаружила, что Марк занимается завтраком рядом с холодной печью.       — Ну что же ты не разбудил меня? — она обняла Марка, поцеловала. — Это же я должна тебя кормить, а не наоборот! Ну, хоть печь я затоплю.       — А я хотел сделать так, чтобы тебе трудиться не пришлось... — Марк отложил нож, развернулся в объятиях Дагмар и тоже её обнял. — Затопи, пожалуйста, — я хоть посмотрю, как это делается. Потом уже я этим буду заниматься, а то ведь, наверное, это тяжело...       — Да чего там тяжелого, — рассмеялась Дагмар, — вот воду носить тяжело, это да. А с печкой я тебе сейчас покажу! Много торфа класть не будем, а то нам же скоро уходить, нас к полудню ждут. Твои друзья пойдут с нами, кстати? Я вчера не спросила. Огнивом ты пользоваться умеешь?       — Вряд ли пойдут — что им там делать? — отозвался Марк. — А огниво... это же надо тереть его обо что-то, если я не ошибаюсь? Ну, в крайнем случае, у меня и своё есть — в комнате, в одежде осталось.       — Нет, не тереть, надо ударить кресалом по кремню, чтобы искру высечь, — Дагмар тут же продемонстрировала это действием. — И потом раздуть огонек. А насчёт твоих друзей — я думала, может, ты захочешь, чтобы они тебя поддержали. А то получится, что со стороны жениха только и есть, что сам жених. Ну, если тебе это будет нормально... А что ты там приготовил?       — Я-то захочу, да захотят ли мои друзья? И захотят ли их видеть твои родители? Вот в чём вопрос, — уточнил Марк. — Но мы можем по пути на праздник зайти за ними и спросить... если они ещё не ушли обратно в будущее, конечно. А приготовил я бутерброды. И вот ещё, пара саморазогревающихся банок консервов. Их даже в печь ставить не надо. Удобно, правда? Дома я в основном чем-то таким и питался... — он усмехнулся.       — Нелли точно здесь, — резонно возразила Дагмар, — и Абрам тоже, можно хотя бы их позвать. Тем более что они оба и мне не чужие. А мои родители будут только рады. Если ты придёшь один, соседи скажут — откуда ты такой взялся, без роду-племени. Ну, ты понимаешь, в городе на такое проще смотрят, а предместье — это, считай, деревня...       — Твоя правда, — согласился Марк, — Ну, значит, зайдём за всеми. Остальные, наверное, будут рады... а вот Абрам стесняется. Ну, сама понимаешь. Ладно. Давай, садись, лёгкий завтрак уже готов.       За завтраком Дагмар то прикидывала, что из посуды надо докупить, то рассуждала, у кого заказать детскую кроватку, а может, попросить отца, чтобы он смастерил... Потом она задумалась и спросила:       — Это все мелочи, а вот мы ещё не решили, уходить мне от Нелли или нет? Обычно жены не работают, но если у нас других детей не будет, то и хлопот по дому немного. А с другой стороны, Нелли самой не очень-то нужно, чтобы я приходила днём на несколько часов, ей надо, чтобы постоянную... чтобы ночью за Кларой присмотреть, если что...       — А ты их хочешь, других детей? — прямо спросил Марк. — Я-то, в теории, могу вылечиться, и тогда это будет вполне возможно. Может, лучше сначала о внутренней, так сказать, стороне нашей новой жизни подумать? Тогда и с внешней решить будет проще. А Нелли тебе всё равно будет платить полную ставку — на весь день ты приходишь, не на весь... она щедрая.       — Но я не хочу пользоваться ее добротой, — возразила Дагмар, — это нечестно. Я и так ей слишком многим обязана. Хочу ли я детей... Наверное, хочу. Но если ты не вылечишься, значит, и так проживу. А про внутреннюю жизнь я не поняла, что ты имеешь в виду.       — Ну, в частности, именно вопрос детей и имею, — пояснил Марк. — Впрочем, тут ты права, он неопределённый — кто его знает, вылечусь, нет... Быстро это всё равно не решишь. Думаю, вот так сразу уходить от Нелли тебе в любом случае не стоит. И да... Я говорил, что, если останусь с тобой здесь, мне всё равно придётся периодически наведываться в будущее за лекарством? Здесь-то его не найдёшь...       — Не говорил, — покачала головой Дагмар. — Но я думаю, ты в любом случае иногда ходил бы туда, там ведь все для тебя привычное, тот же телевизор, например. Может быть, иной раз и я с тобой схожу. А насчёт Нелли, наверное, правильнее всего будет с ней самой поговорить. Если даже она захочет другую служанку, на полный день, как я была, то ведь одним днём она не найдет подходящего человека.       — Ты что ж думаешь, мне телевизор дороже тебя? — почти даже обиделся Марк. — Я, наоборот, был бы рад оставаться там на минимум времени, чтобы поскорее вернуться к вам, как та же Нелли делает. А насчёт разговора... может, оно и правильно. Если хочешь, я побуду рядом, пока ты будешь разговаривать с ней. Хотя... разговор с Нелли, как по мне, тяжёлым быть не может, — он усмехнулся.       — Был бы он был тебе дороже, ты бы и не думал тут остаться, — возразила Дагмар. — Но и то, что ты будешь скучать, это тоже нормально. Ну, там видно будет. А с Нелли я поговорю сегодня же, чего откладывать! И ничего тяжёлого там не будет, я же не какая-то незаменимая, она за неделю на мое место человека найдет.       — А тебе-то самой не жаль будет с ней расставаться? — поинтересовался Марк. — Ну, с другой стороны, если ты уволишься — вы сможете стать нормальными подругами, больше не ограниченными рамками хозяйки и служанки... Впрочем, они для Нелли и так значения не имеют, так ведь?       За разговором лёгкий завтрак прошёл быстро, и вскоре пара уже направлялась к дому тёщи и тестя, попутно прихватив и товарищей мужа. Те, к его удивлению, приняли приглашение даже с воодушевлением, и теперь в гости шла целая перешучивающаяся компания.       По дороге Дагмар, не тратя времени, спросила у Нелли:       — Я ведь теперь не смогу работать целый день, не говоря про ночь. А Клара ещё маленькая, да и Ильза внимания требует. Вы, верно, будете новую служанку искать, да?       — Ночью так особенно... — Нелли тихонько хихикнула и украдкой подмигнула Дагмар. — Ну а что делать? Я была бы рада, если бы ты осталась... да, видимо, не судьба. Ну, поищу. Но ты в любом случае заходи хоть иногда в гости, ладно? И, конечно, обращайся, если что-понадобится — совет, там, или помощь...       — Я обязательно буду приходить, если можно! — горячо отозвалась Дагмар. — И Конрада буду брать, он привязался к Каспару и девочкам, и к вам тоже! Спасибо вам за все, я даже не знаю, как мне вас отблагодарить! Ну а пока вы не нашли новую служанку, я буду работать сколько смогу. Только вот назавтра нас в приют звали, а послезавтра я приду с утра, обязательно!       — Пустое... — Нелли с усмешкой махнула рукой. — Мне только в радость помогать людям. Вон, с тобой как всё хорошо вышло — теперь у тебя есть аж целый муж, а у маленького Конрада — отец... которому, я так думаю, тоже очень повезло — вон какая у него ответственная жена. Спасибо, моя милая. Надеюсь, новая служанка найдётся быстро, и ты вскоре сможешь посвятить всю себя семье.       За разговорами они незаметно дошли до места. В доме уже был накрыт стол, жениха и невесту встречали смехом и приветственными криками. Девушки — и сестры Дагмар, и соседки — вовсю кокетничали перед городскими гостями, вызывая смех у Нелли и возмущение у Ма Сон.       Кто-то из недобрых на язык сплетников заметил вполголоса, что ребенок не больно-то похож на Марка. Отец Дагмар тотчас спокойно ответил:       — Что ж, ты на своего отца тоже не похож, он умным человеком был.       Когда стих общий хохот, он договорил:       — А Конрад в наш род пошел, что же тут такого! Хорошая примета, если сын на мать похож, а дочь на отца.       — Вскоре будет и чернявая дочка, чтобы точно все убедились, — подхватил Марк. — Хозяйство справное — отчего не быть детям?       Абрам хотел было высказаться на тему того, за чей счёт оно справное, да сдержался — не захотел портить праздник. Остальные его люди поддержали Марка одобрительным гудением. Нелли, удостоенная комплиментов от большей части присутствующих мужчин и оттого очень довольная, особенно старалась.       Праздник подходил к концу, когда мать Дагмар спохватилась, окликнула мужа, и тот притащил здоровенный сундук — как тотчас выяснилось, приданое Дагмар. Мать с гордостью перечисляла, сколько они накопили старшей дочке к началу ее семейной жизни — и постельное белье, и нарядные платья, и нехитрые украшения, и кастрюли.       — Это же придется тачку искать, чтобы дотащить все это, — озабоченно проговорила Дагмар. Впрочем, она была весьма довольна — и таким проявлением родительской заботы, и тем, что не придется все это покупать.       — Да ладно, и так справимся, — пришёл на помощь Абрам. Он, сам Марк (конечно, не забывший сердечно поблагодарить тёщу и тестя за щедрые подарки), Матвей и Лёха запросто подняли сундук на плечи. Вообще, они могли бы справиться и вдвоём, а Нелли — так и вовсе в одиночку... но люди Абрама вынуждены были играть спектакль перед непосвящёнными. Да и женщина пышного сложения, запросто несущая на плече тяжеленный сундук, смотрелась бы странно...       Дома Дагмар тотчас полезла в сундук. Мебели еще не хватало, не всему пока можно было найти место, но все же девушка с удовольствием обживала свой новый дом — вернее сказать, первый по-настоящему свой дом. Стелила на стол скатерть, вешала полотенца, расставляла кастрюли...       Потом наступил вечер. На этот раз Дагмар не чувствовала страха — скорее интерес и желание узнать, как же должно это быть по-хорошему, по любви... И когда за окном окончательно стемнело, она сама расстелила постель, с улыбкой глядя на мужа.       Марк улыбнулся Дагмар в ответ, неслышно подошёл, одной рукой обнял сзади под грудью. Воспользовавшись преимуществом в росте, поцеловал в макушку.       — Тебе не терпится?.. — негромко усмехнулся мужчина. — Тогда приступим...       Другой рукой Марк мягко погладил Дагмар по заду — игривый жест, призванный одновременно показать девушке его нетерпение и настроить её на нужный лад. Затем Марк взялся за верхнюю часть наряда Дагмар, коря себя за то, что в прошлый раз не обратил внимания, как это всё снимать...       Глядя, как Марк неловко дергает за шнурки корсета, Дагмар невольно рассмеялась. Сама развязала узел, распустила корсет. И одновременно расстегивала на Марке рубашку, развязывала завязки штанов, словно ненароком касаясь его мужской плоти. Это было как-то... забавно и мило.       Прикосновения мягких, юрких пальчиков к члену заставили Марка едва заметно дрожать. С трудом удерживаясь от того, чтобы не наброситься на Дагмар, подобно дикому зверю. Ещё несколько мгновений — и вот, они уже стоят друг перед другом совершенно нагие. Марк принял игривый жест Дагмар за попытку его раззадорить... и уже сам с усмешкой протянул руку, касаясь мягких, уже ставших влажными складок плоти девушки, начал мягко тереть их, пока что не забираясь глубже, а в какой-то момент, когда почувствовал, как по ногам жены прошла дрожь — подхватил её, привычно уже развернулся и опустился на постель так, чтобы Дагмар оказалась сверху.       Дагмар слегка растерялась, не зная, что делать дальше. Разве не мужчина должен быть сверху? И спросить было неловко и глупо... Она гладила и ласкала широкую грудь мужа, плоский живот и ниже, и видела, что Марку это приятно. Но дальше-то что?       Марк только тихонько усмехнулся, чувствуя смятение супруги.       — Ну что ты? — поинтересовался он, вновь мягко перехватывая руки Дагмар. — Так тоже можно, даже нужно — я ведь не хочу ненароком придавить тебя. Ну, давай...       Марк осторожно направил давно уже стоящий колом член внутрь едва заметно трепещущей Дагмар и начал двигаться — сначала медленно, но понемногу ускоряясь, придерживая жену за бёдра и сквозь пелену удовольствия стараясь следить за выражением её лица.       Когда член Марка вошёл в Дагмар, она вздрогнула и на миг зажмурилась. Но боли действительно не было. А потом, когда Марк начал двигаться в ней, ощущения стали... приятными. Внутри словно огонь разгорелся, жаркий, но не обжигающий. Дагмар тяжело дышала, гладила и царапала грудь Марка... Казалось, этому не будет конца. И не надо.       Марк с удовольствием наблюдал за тем, как Дагмар седлает его, устраивается поудобнее, выгибая спину, стройная и прекрасная, как кладёт руки ему на грудь, иногда рефлекторно сжимая пальцы и царапая её. Сквозь пелену собственного наслаждения ему нравилось видеть её закушенную от удовольствия губу, полуприкрытые глаза, в которых сейчас не отражалось ничего, кроме всё того же удовольствия, так прочно связывавшего их обоих. Груди Дагмар были слишком малы, чтобы волнующе колыхаться, когда она приподнималась на нём... но Марку это даже нравилось — лишнее мельтешение перед глазами отвлекало бы его от созерцания выражения наслаждения, отражавшегося на лице его жены.       Наслаждение все нарастало, Дагмар не хватало воздуха, бедра судорожно сжимались. А потом внутри что-то словно лопнуло, жар залил все тело... и отступил, оставив только усталость и блаженную истому.       Кажется, они пришли к завершению почти одновременно. Когда Дагмар, в последний раз судорожно выгнувшись и коротко вскрикнув, обессиленно опустилась на Марка, он вскоре и сам мелко задрожал и на пару мгновений крепче сжал её бёдра, изливаясь вовнутрь неё.       Некоторое время пара лежала молча, стараясь найти упущенное дыхание. Марк гладил Дагмар по мокрой от пота спине. Наконец он прошептал ей на ушко:       — Вот так всё должно быть между людьми, которые друг друга любят. Тебе понравилось, моя милая?       — Да, — выдохнула девушка, прижимаясь к Марку. — Очень понравилось, правда! Спасибо тебе... и за это тоже!       — И за это? — удивился Марк, — А первоначально за что? Я пока ничего особенного и не сделал...       — За все, — просто ответила Дагмар. — За этот дом, за то, что у Конрада теперь есть отец, за то, что мне не стыдно соседям в глаза смотреть. За то, что ты — со мной.       — Да ладно, — просто улыбнулся Марк. — Ты дала мне ещё больше, причём не чего-то такого, что можно потрогать... хотя нет, вру. Тебя-то я потрогать могу, — он погладил Дагмар по спине. — Но в общем-то дело не в этом. Это трудно объяснить словами.       — Значит, нам обоим есть за что благодарить друг друга, — проговорила Дагмар. — Ну, давай теперь спать! Завтра нас в приюте ждут. Славные мальчики, и к тебе они, похоже, привязались.       — Как и я к ним, — согласился Марк. — И даже Абрам... но он скорее лишит себя языка, чем скажет об этом вслух. Ну, давай спать, моя милая.       На следующее утро уже Дагмар проснулась первой и успела растопить печь и приготовить горячий завтрак. Потом было неспешное семейное утро. Они то целовались, то прикидывали, где заказать и как расставить мебель, то опять начинали обниматься...       А в приюте тем временем мальчики опять под руководством Нелли учились чудесам кулинарии...       — Беренд, не забудь прихватки, горшок ещё горячий, — наставляла она. — Ларс, не хватай тот поднос один — не удержишь. Беритесь с кем-нибудь вдвоём. Корнель, ты не забыл добавить пряности? Нет? Ну какие вы у меня молодцы, прямо не нарадуюсь...       Мальчики старались вовсю — и потому, что хотели порадовать своих наставников, и потому, что готовили в том числе и для себя. Ну и не в последнюю очередь — потому, что им нравилась Нелли, веселая, добрая, сквозь пальцы глядящая на то, как они в процессе работы совали в рот то цукат, то орех...       Ильзу и Конрада от греха подальше выставили в учебную комнату, дали им бумагу и цветные карандаши, и теперь малыши старательно покрывали бумагу узорами.       При появлении молодоженов мальчики высыпали им навстречу, выкрикивая поздравления и пожелания.       Марк по очереди обнимал воспитанников, гладил по головам.       — Спасибо, дорогие мои... — смеялся он. — Я рад оттого, что вы радуетесь моему счастью. Но мягче я к вам относиться не буду, так и знайте — гонять буду пуще прежнего... — добавил мужчина с напускной строгостью.       Ответом ему был смех. Мальчики достаточно знали своего наставника, чтобы не бояться его строгости.       Дагмар тоже обнимала льнущих к ней детей. Она проводила с ними меньше времени, чем Марк, но мальчики, столкнувшиеся с безразличием и жестокостью окружающих, ценили любое проявление внимания и заботы.       Почти сразу за детьми из кухни выплыла Нелли.       — Мои ж вы дорогие... — умилилась женщина при виде такой вот идиллической картины. — Ребят, ну что ж вы? Кто-нибудь, приглядите пока на кухне, мне тоже надо поговорить с нашими голубка́ми...       Подойдя ближе, она заключила в объятия сначала Дагмар, потом Марка.       — Как вы? Уже обустраиваетесь дома?       — Да так, понемногу... — усмехнулся Марк. — Дагмар — хозяюшка, почти всё уже продумала на этот счёт.       Услышав знакомые голоса, выскочили из учебной комнаты Конрад и Ильза. Конрад, слегка расстроенный, что Ильза лучше его рисует, решил взять реванш в другом — он ухватил Марка за руку и гордо заявил:       — Это мой папа!       Ильза ненадолго растерялась. Огляделась по сторонам, подбежала к Нелли и заявила:       — А это моя мама!       Нелли от такого выступления не смогла сдержать слёз. Опустилась рядом с Ильзой на колени, обняла её, прижала ко груди.       — Мама... — вздыхала женщина, — мама... Спасибо, доченька...       Марк, созерцая эту милую сцену, потрепал Конрада по волосам.       — Да уж... Но ты, сынок, не забывай, что у тебя тоже есть мама, ладно? Что же ты не подошёл к ней? У этой девочки, надеюсь, тоже есть папа? — поинтересовался он, имея в виду Михеля.       — Так вот же она, — удивился Конрад, второй рукой взяв за руку Дагмар. — Мама всегда была, не только теперь. А у Ильзы... ну если тетя Нелли ей мама, значит, дядя Михель папа, правильно?       — Да конечно Михель не против! — усмехнулась уже понемногу успокаивающаяся Нелли. — Попробовал бы он у меня быть против... — она улыбнулась, — Ну да ладно. На вот, солнышко, — она выудила из кармана фартука пару конфет, протянула Ильзе, — Не забудь поделиться с Конрадом.       Сказать по правде, праздновать третий день подряд было слегка утомительно. Дагмар казалось, что ещё немного, и она лопнет от пирогов Нелли, пусть и божественно вкусных. И ноги гудели от бесконечных плясок. И все же это был их праздник, в их честь поднимали бокалы, им кричали "горько". Да при том уже позади осталось и венчание в церкви, и придирчивые взгляды соседей в предместье... И теперь Дагмар чувствовала себя совершенно счастливой.       Марк, чувствуя, что драгоценная супруга порой устаёт, старался периодически давать ей время на отдых, общаясь с гостями сам. Он тоже чувствовал себя счастливым... но счастье это было всё же несколько иного свойства — невиданное ранее счастье полноты жизни, ощущения того, что у него есть всё, чего он желает... Конечно, это было не совсем так. И этот факт отравлял жизнь всем пятерым из тех, кто нашёл себе пару в прошлом. И всем пятерым хотелось надеяться, что благополучное решение этой проблемы не за горами...       Наконец Дагмар и Марк благополучно вернулись домой. У девушки от усталости и счастливых переживаний подгибались ноги и кружилась голова. Но когда они оказались в спальне, Дагмар неожиданно поняла, что не так уж она и устала. Тем более, что стоять на ногах ей было вовсе и не обязательно... И за счастливым днем опять последовала прекрасная ночь...