Часть I. К-стратегия. Глава 1

      Дина стояла в полумраке и разглядывала, как в искусственной матке за стеклом шевелится её ребёнок. Заворожённая, она выпала из реальности, а визит, должно быть, подходил к концу. Смарт-очки вывели уведомление: "17:10, третий день Ви, 5 апреля 5132 | Ке́рна". Время ещё оставалось, но Дина шёпотом попросила ИИ-ассистента заранее подобрать маршрут до дома. Спускаться в метро ей не хотелось. Тело жаждало солнца, несмотря на то что тёплые дни в столице Се́калы были рутиной. Речной трамвай не был самым быстрым вариантом, зато обещал приятные впечатления. Благодаря мягким зимам навигация по Си́нуи не прекращалась круглый год.       В репродуктивный центр Дина приходила часто, хотя могла наблюдать за ребёнком через приложение. По обе стороны стояли контейнеры с другими детьми. В торце каждого бокса светился логотип "К-стратегии": младенец, вписанный в глобус вместо Лавразии и Гондваны. На датчиках здоровья мерцали непонятные символы. В прозрачные полости маток входили трубки — для насыщения кислородом и отвода продуктов жизнедеятельности. Питательные вещества поступали с помощью заменителей материнской крови.       Сначала Дину больше завораживала сама технология, чем растущий с её помощью человек: то, как синтезировали Динин запах для околоплодных вод, имитировали биение её сердца и вспышки света, подобные тем, что видят дети в животе. Желание завести ребёнка было искренним, только время шло, а материнский инстинкт молчал. Плод, похожий, скорее, на рыбку или ящерку, стремительно превращался в человека. Дина с нетерпением ждала, когда сможет взять на руки тёплое беспокойное тельце. Возможно, тогда между ними наконец возникнет связь? Ей не хотелось думать, что её родители, отрицавшие технологию, были в чем-то правы. Она же сделала всё идеально: сдала гору анализов, спланировала финансы, купила развивающие игрушки…       Но чудо пряталось от неё — до этого момента.       Пытаясь сглотнуть ком в горле, Дина смотрела, как малыш сжимает и разжимает пальчики. Такие хрупкие и крошечные, что у Дины защипало в носу. Она моргнула пару раз, сменив фокус. Теперь Дина видела своё полупрозрачное отражение. Интересно, будет ли малыш похож на неё? Она нравилась себе, поэтому надеялась, что будет. Ей предлагали выбрать внешность и пол ребёнка, но Дина отказалась — хотела сюрприз. У неё была светлая кожа с лёгким загаром и чёрные волосы, едва прикрывающие уши. Кончики немного топорщились, но это скрывали густые пряди. Формы были далеки от "песочных часов", но подкачанные мышцы делали фигуру пропорциональной. Поверх футболки с джинсами был наброшен медицинский халат. В больших карих глазах читалось беспокойство. Дина улыбнулась, и ямочки преобразили худое лицо в форме сердца. У неё были белые и довольно ровные зубы, поэтому тратиться на брекеты она не планировала. Улыбка помогла лишь на секунду, и тревога вернулась. Дина редко испытывала это чувство, но, похоже, оно шло в довесок к любви. Иррационально, ведь стёкла и двери были пуленепробиваемыми, а досмотр — строже, чем в аэропорту.       В палату вошли два медицинских работника. Неонатолог, знакомый Дине по курсам, демонстрировал устройство маток невысокой коллеге. Вскоре пара вышла в смотровую. Он указал на дверь служебного помещения, но девушка шепнула что-то, продолжая с любопытством оглядываться. Кивнув, неонатолог оставил её в обществе Дины. Девушка тихо подошла и встала рядом. Из-за разницы в росте Дине пришлось опустить голову, чтобы украдкой рассмотреть незнакомку, которая ещё и сутулилась. Нагромождение рыжих дредов или косичек выбивалось из-под медицинской шапочки. Опустив медицинскую маску, девушка сняла перчатки и с упоением прижала руки к груди. Кисти и предплечья были расписаны хной. Уверенная, что наколки и менди ушли в прошлое, Дина удивилась.       В электронных татуировках вместо чернил использовали наночастицы, которые вводили под кожу вместе с управляющим микрочипом. Их можно было удалить в любой момент: для этого пользователь отправлял на чип команду, разрушающую наночастицы и выводящую их из организма. После этого оставалось лишь извлечь чип. Татуировки могли светиться в темноте, менять рисунок и отслеживать показатели здоровья. У Дины тоже была такая — запястье обвивал чёрный узор в виде молекулы ДНК.       — Они прекрасны, правда? — спросила девушка.       — Да, — Дина улыбнулась на своего малыша.       — Я И́са, — она протянула руку. Лицо было маленьким, веснушчатым, ещё чуть-чуть детским.       Они обменялись рукопожатиями, удержав друг друга чуть дольше, чтобы рассмотреть узоры, и при этом дружно хихикнули.       Дина сказала:       — Я всех медсестёр знаю в лицо. Разрешите поздравить вас с новой должностью?       — Да можно на "ты", — отмахнулась Иса. — Не, я тут на практике: стажируюсь в НИИ, который делает проект для "К-стратегии". Может, помните, когда заключали договор, там был пункт про использование данных в научных целях? Это для нас. Шеф отправил посмотреть, как тут всё устроено.       — Давай на "ты", — поддержала Дина. Разница в возрасте вряд ли превышала пять лет. — Значит, ты учёный?       — Генетик, — у Исы заблестели глаза.       — Всегда хотела пообщаться с настоящим учёным, — обрадовалась Дина. — А над чем конкретно ты работаешь? Если это конфиденциально, то хотя бы в общих чертах.       Иса приосанилась:       — Компьютерное моделирование биологических процессов. Шеф разработал такую программу — "Зеркало" — для квантового суперкомпьютера. Она может предсказывать, как будет развиваться организм по геному, или как подействует лекарство по формуле. А сейчас мы анализируем истории развития детей и сверяем с тем, что выдаёт "Зеркало". Но, конечно, только тех, чьи родители не против.       — И как результаты? — Дина была вся внимание.       — Результаты просто ааа! — Иса протянула руки к детям. — Каждый эмбрион теперь можно будет заранее смоделировать и узнать о рисках развития. Что-то на идеальном, правда?       — Правда. Жаль, я не знала, что готовится такой релиз, — Дина виновато взглянула на малыша. Ей хотелось дать ему самое лучшее.       — Ну да, они пока не анонсируют, чтобы спрос не падал. Ой, — Иса почесала затылок. — Наверное, это и было конфиденциальным?..       — Для меня это что-то на сложном, — слукавила Дина, чтобы успокоить Ису. — Но лучше не раскрывай коммерческую тайну всем подряд. Вдруг нарвёшься на какое-нибудь дарование, и он вас опередит? Вся работа насмарку, не говоря о личной ответственности.       — Не успеет, — Иса снова повеселела. — Уже всё на мази!       — Значит, я совсем чуть-чуть опоздала… — Дина ещё сильнее расстроилась.       — Не бойся, — Иса повела головой в сторону палаты. — Я как раз отсматриваю статистику. Осечки в "К-стратегии" — меньше сотой доли процента, а при беременности сколько? Расслабься, правда. Всё будет супер!       — Да, статистика — лучшее успокоительное.       — Это с какой стороны считать, — Иса прикусила губу. — Если меня возьмут после испытательного, вот это будет удача! У Майя знаешь, какой конкурс? К нему сейчас все хотят.       — Это твой руководитель? Кто-то известный?       — Да, Май Сави́ста.       Дина подняла глаза, роясь в памяти, но так и не вспомнила. Иса продолжила:       — Вообще он регулярно публикуется, хотя мало кто следит за наукой, кроме учёных. Это всё же чтиво такое специфическое.       — Я слежу. Значит, это моё упущение.       — Да нет, Майю просто некогда светиться, вот и не примелькался, — Иса громко вздохнула. — А вот я как-то не так раскручиваюсь, раз целевая аудитория меня не находит.       — В каком смысле?       На дисплей очков тут же пришло уведомление, что Иса Рако́нта хочет поделиться ссылкой. Дина пробежала взглядом по видеоблогу.       — "Прививка от глупости"? — хохотнула Дина.       — Ага. Разношу всяких магов-шарлатанов, ну и просвещаю народ по мере сил… — Иса умолкла, отвлёкшись на очки. — Ой, ты уже подписалась? Спасибо за аванс!       — Вечером буду "делать" твою "прививку".       — Классно! Если ты посчитаешь "иммуногенность" достаточной, "привей" тогда побольше знакомых, ладно? — Иса с надеждой похлопала ресницами. — Май, кстати, меня там комментит время от времени. Можешь перейти к нему и посмотреть про институт.       Перед глазами у Дины всплыло предупреждение об окончании визита.       — Меня уже просят на выход. Была очень рада познакомиться, — Дина привыкла быть вежливой, но сейчас говорила искренне. — Удачи тебе с работой и продвижением!       — И вам со сладким карапузиком лёгких "родов"!       В последний раз задержавшись взглядом на детях, Иса упорхнула в техническое помещение.

* * *

      "K-стратегия" располагалась на первых этажах небоскрёба. После досмотра система безопасности выпустила Дину на улицу, но, уходя, она зачем-то обернулась ещё несколько раз.       Первую искусственную матку для людей выпустила Гондвана около шестидесяти лет назад. Дина ни разу не бывала в этой стране, занимающей весь одноимённый континент. Ей не казалось это упущением, но за океаном технологии генерировали бесперебойно. До стран Лавразии они доходили чуть медленнее. Так было и с "К-стратегией" — брендом, изменившим мир.       Дина помнила старые фотографии из учебников — ягнята и обезьянки, зачатые и выращенные вне тела матери. Когда эксперименты на животных достигли девяноста девяти процентов успеха, оставалось преодолеть последний барьер. Этические комиссии медлили, но желающих принять участие в исследованиях оказалось неожиданно много — даже среди здоровых людей. По итогам третьей фазы уже нельзя было отрицать пользу и безопасность технологии. Бесплодные пары объединились с женщинами, не видевшими плюсов в самой беременности. Общественное давление взяло верх, и этикам пришлось дать добро. Искусственная матка, как и усыновление, стала доступна любому совершеннолетнему без тяжёлых болезней, судимостей и плохой кредитной истории. Главным оставался вопрос благосостояния. Банки даже ввели кредиты для людей с диагнозом "бесплодие" или высокими рисками при родах.       Сегодня каждый школьник знал имена учёных, разработавших теорию r/K-отбора. В ней были описаны две стратегии размножения. R-стратеги — крысы, насекомые и им подобные — живут недолго, но за счёт частых и многочисленных приплодов быстро приспосабливаются к новым условиям. K-стратеги, такие, как приматы или киты, живут дольше, приносят мало детёнышей и заботятся о каждом. На практике большинство организмов сочетает признаки обеих стратегий, поэтому теория со временем устарела. Но в маркетинге всё наоборот: чем проще, тем лучше. Искусственная матка предназначалась для тех, кто хотел подойти к воспитанию ответственно. Теория идеально подошла для продвижения идеи осознанного родительства, и её заложили в название бренда.       До ребрендинга "K-стратегия" представляла собой сеть элитных репродуктивных клиник. Секала выдала лицензии на открытие нескольких центров в крупных городах, но люди потянулись из других регионов, раздувая лист ожидания. Искусственная матка гарантировала круглосуточный контроль, отсутствие риска выкидыша, свободу действий и сохранение здоровья матери. Детей регулярно обследовали, а при необходимости могли даже провести операцию. Также была доступна технология редактирования генов, услуги семейных врачей и курсы по уходу за детьми. В итоге переговоры о расширении активно велись.       Дина направлялась к историческому центру, прикидывая, работает ли сегодня брат. При мысли о Лио она невольно улыбнулась. У него точно был выходной, но Дина переборола желание встретиться. Её переполняли восторг и предвкушение. Вряд ли ей удастся объяснить даже Лио, что именно происходит у неё внутри… Лучше побыть наедине с долгожданными чувствами! Дина решила пройтись вдоль набережной, и этот красивейший маршрут невозможно было представить без любимого напитка. Она призвала ИИ:       — Закажи, пожалуйста, в моём ресторане большой яблочный взвар к 18:30.       — Готово, Дина, — последовал ответ через несколько секунд. — Приятного аппетита и хорошей прогулки!       В ресторане было несколько залов, включая эксклюзивное ретро-пространство. Гостям нет-нет да и хотелось окунуться в атмосферу юности бабушек и дедушек. Отлаженные движения роботов не могли сравниться с официантом, жонглирующим блюдами, словно иллюзионист.       — Разрешите обратиться? — спросил знакомый мужской голос.       Дина ждала заказ у роботизированного экспресс-окна, но взвар вынес бариста. Обняв её по-дружески, Мель как будто случайно провёл губами по шее.       — Увидел тебя из окна, — он закурил, стараясь выдыхать в другую сторону. — Взвар твоей мамы так делает кассу. Ох, и непросто было вытащить из тебя рецепт, — Мель смотрел так, словно прокручивал в голове тот день. Дина тоже его помнила, но юношеская страсть давно превратилась в воспоминания.       — Ты ведь можешь пить его у матери каждый день, — протянул Мель, глядя в глаза.       — Мамин взвар без маминых нотаций бесценен, — Дина рассмеялась, пресекая любые надежды.       — У нас тебя часто вспоминают, — он облокотился о стену, не разрывая зрительный контакт. — А твою коронную подачу никто так и не смог повторить.       — Плохо стараются, — Дина улыбнулась воспоминаниям.       В пятнадцать лет она начала подрабатывать. Конкурс на место официантки был высоким, но ей повезло. Тётя одноклассника, для которого Дина составила план тренировок, работала здесь кадровиком. Счастливый, что наконец-то похудел, парень выпросил для Дины испытательный срок. Смены выходили тяжёлыми, не говоря о непристойном поведении некоторых гостей. Трюкам она научилась быстро, но работа требовала артистизма и выносливости.       — Может, поужинаешь? — спросил Мель. — Теперь-то можешь себе позволить.       — Да ты что, я вся в кредитах, — Дина не стала говорить про сына. Когда-то они мечтали о совместных детях.       — А твоя мада́ма к нам так и ходит, — докурив, Мель выбросил сигарету в соответствующую урну. — Но никого больше под крылышко не зовёт.       Однажды посетительница вместо чаевых оставила Дине визитку — с предложением сняться в рекламе одежды. Центральная набережная, куда направлялась Дина, нравилась ей не только из-за открыточного вида. Именно там прошла её первая съёмка. Несколько часов под палящим солнцем и тоннами косметики — но дебют удался. За одну съёмку платили столько же, сколько за четыре смены в ресторане. Новая работа требовала не меньше сил, зато оставляла больше времени на подготовку к экзаменам. А ещё Дине доставались пробники. Макияж отнимал время, да и она считала себя достаточно привлекательной, чтобы в обычной жизни обходиться без него. Но когда её научили менять лицо до неузнаваемости, это оказалось интересным. Там же Дина узнала о средствах, стимулирующих быстрый рост волос. Главное отличие от старых аналогов — они действительно работали, а риск новообразований стремился к нулю. Для каждой модели изготавливали контактные линзы, позволяющие менять цвет глаз и форму зрачка.       — Когда ты ушла из модного дома, кухня гудела недели две, — вспомнил Мель.       — Ты гудел гораздо дольше, — не удержалась Дина. Мель хотел что-то сказать, но она остановила его жестом. Он опустил голову.       Дина хотела приносить пользу на серьёзном поприще, кто бы что об этом не думал. Большинство одноклассников разъехались по провинциям в поисках работы. Она же гордилась тем, что смогла остаться в Керне. Не обладая талантом к рисованию или музыке, Дина самовыражалась через карьеру и уж точно представляла собой больше, чем красивые фото!       — У вас, наверное, полная посадка, — напомнила она. — Извини, что задержала.       — Удачи, командир! — вздохнув, Мель отлепился от стены и пошёл работать.       Дина подумала, что мамин взвар в самом деле лучше пить у мамы. Ей было жаль, что Мель спустя столько лет на что-то надеялся.       От вида с набережной захватывало дух: королевский дворец, храмовый комплекс Большого Дома Ви́Во и силуэты невысоких гор, покрытых плодовыми деревьями. Где-то там, прорезав предгорья, брала начало Синуи. Центр Керны тоже располагался на возвышенности, а в долинах виднелись пастбища и поля крупных агрохолдингов. Когда цветы распустятся, а пшеница и рожь наберут силу, пастораль станет безупречной. Дина сморщила нос от сильного ветра, прикрыла глаза. Нагретый солнцем парапет обжигал ладони. Она перегнулась через него и помахала проходящему катеру. Туристы, как по команде, подняли головы, рассматривая её через смарт-очки. Дина задумалась, кем покажет её смешанная реальность: дамой с кружевным зонтиком или загорелой рабыней из толпы восставших? Она давно не была на экскурсии — стоило подключиться к одной из них по дороге домой.       Старый город Керны тщательно сохраняли для туристов. Если не смотреть на небоскрёбы, можно было представить, что время повернуло вспять. Дине нравилось гулять по тем же улицам, где ходили её любимые писатели. Теперь она будет гулять здесь с сыном — и постарается, чтобы он полюбил этот город так же сильно.       Сбоку раздались крики и аплодисменты. Перед дворцом бракосочетания толпа приветствовала молодожёнов. Традиционные наряды цвета первой листвы делали их похожими на Ви и Во, вернувшихся в Младший мир. Красивое платье, но Дина выбрала бы белое, шёлковое — и обязательно с маминой экопечатью. Она бывала здесь пару раз — на свадьбах коллег. Шпили здания взмывали в небо, словно ярусы свадебного торта. Внутри были интерьеры замкового павильона. Раньше он принадлежал аристократической династии, которая давно прервалась. Идеальное место, чтобы выйти замуж, но Дина не считала брак самоцелью. С тех пор как она покинула родительский дом, всё ещё смаковала уединение в собственном. Пока ей не захотелось остаться с мужчиной, если не на всю жизнь, то хотя бы надолго. Но стоило возникнуть взаимному интересу, она не упускала шанса попробовать. А пробовать новое Дина любила! Даже первая мысль о ребёнке пришла именно так — будто все вокруг уже попробовали что-то интересное, а она всё пропустила. Спонтанность была ей не свойственна, но любое дело начиналось с внутреннего «Хочу!»: вспышки эйфории, ощущения силы и решимости. Именно это чувство подсказывало, стоит ли игра свеч. Дина взвешивала "за" и "против" около полугода, пока однажды не проснулась с твёрдой уверенностью: она не может дождаться, когда в квартире появится малыш. А выходить замуж только ради того, чтобы у сына было полным второе имя, казалось ей пережитком прошлого. Такой жестокости по отношению к себе она не могла допустить. Малышу нужна счастливая мама, а если она переступит через собственные чувства, однажды переступит и через его.       В назначенное время Дина спустилась к причалу. Судно было полностью пассажирским: транспортную сеть Керны обслуживал беспилотный транспорт. Использовать личный автомобиль или катер в черте города разрешалось только с сертифицированным автопилотом. Тем, кому хотелось пощекотать нервы, оставались автомобильные парки развлечений.       Дина жила в получасе езды на автобусе от нового причала — конечной точки одного из городских маршрутов. Теперь от элитного жилого комплекса на побережье до Верхней Керны можно было добраться без пересадок. Она часто приезжала туда полюбоваться, как Синуи сливается с большой водой. Босая, она бродила по пляжу и представляла: вдали, за экватором, океан Те́тис встречается с Гондваной. Почти наверняка кто-нибудь с той стороны тоже бродил по песку, воображая Секалу. В такие минуты мир казался Дине и крошечным, и огромным одновременно.       Судно быстро шло вниз по течению. Смеркалось, и за оградой Городского сада вишнёвые деревья уже мягко светились. В их ДНК добавили ген флуоресцентного белка. Краем уха Дина слушала экскурсию и любовалась проекцией старинных кораблей. Шедевры прошлого и новые технологии окружали её со всех сторон. Она любила время, в котором родилась, но сейчас, предвкушая перемены, чувствовала себя абсолютно счастливой.