I. Глава 25

      Док встретил Дину громким лаем, а следом прибежала Флёр. Из комнаты тут же раздался недовольный визг Дара, который не поспевал за сестрой, но хотел встретить Дину первым. Забрав сына у подошедшего Майя, она обняла всех разом, а потом — каждого по очереди. Пёс ходил вокруг, поскуливая от радости, что все его "питомцы" наконец-то дома!       Книжка со сказками почти закончилась, когда дети наконец уснули, обхватив колени Дины.       — Точно птенцы в гнезде, — сказал Май. Он помог переложить их в кроватки, а потом обнял Дину и прошептал на ухо. — Вы самое дорогое, что у меня есть.       Дина тут же нашла его губы. Ей хотелось завершить вечер в объятиях Майя, но дела и так ждали слишком долго. Заняться ими сразу после возвращения не вышло — дети разыгрались, и отход ко сну растянулся.       — Я так хочу тебя, — Дина с трудом оторвалась от ласкающих губ Майя. — Но у меня есть новости, которые доставят тебе особенное удовольствие.       Дина тайком отправила "Мехатрона" украсить и нагреть ванную, а сама утащила Майя на кухню. Сложив руки в замок, она вытянула их перед собой на столе.       — Пару дней назад бабульку из Ди́сты мошенники чуть не разули на кругленькую сумму, — начала Дина, стараясь выглядеть невозмутимой. — Запугали, мол, её сын попал в аварию, убил троих человек, и теперь надо срочно отмазывать его от тюрьмы. Таксист, который её вёз, услышал разговор и отправил заявку в полицию. В итоге курьера благополучно приняли вместе с бабулькой.       — Молодец таксист! — обрадовался Май.       — Тебя тут ничего не смущает? — едва сдерживая распирающий восторг, спросила Дина.       — Кроме уродских мошенников? — не понял Май.       — Откуда у пожилой безработной женщины такая наличность под подушкой? Как выяснилось, ни один из её работодателей пенсию не предоставляет.       — Может, накопила?..       Дина помотала головой:       — Проверили — дебет с кредитом не сходится.       — Ну не из воздуха же, — Май чуть нахмурился. — А я тут причём?       — При том, что это мать того самого водителя, который попал в аварию на старте вашей первой фазы!       У Майя расширились глаза, а Дина зачастила:       — Мы с Эрой давно изучили это дело, но, там правда ничего не нашли, кхмм, — Дина поперхнулась слюной. — Тогда Эра проставила специальные пометки у его родственников — чтобы за их финансами следили во все глаза, а при каком-нибудь инциденте сразу взяли под особый контроль.       — Ну-ну, и что дальше? — Май нетерпеливо раскачивался на стуле.       Дина привыкла к его манерам и уже почти не раздражалась, но сейчас даже не обратила внимания.       — Бабулька сказала, что деньги привёз сын — "на хранение". Безопасники сразу его пробили, но и там ничего не сошлось. На допросе он, конечно, юлил, но ему быстро объяснили, что, если не подтвердит законность их получения, то дело возбудят против его матери как владелицы.       — Ну это уже подлость! — воскликнул Май, и Дина смерила его злобным взглядом.       — Почему, из-за возраста? Думаешь, старых преступников не бывает? Если человек не может объяснить, откуда у него деньги, это выяснит следствие. Иначе финансовые преступления никогда не кончатся, — Дина набрала в грудь побольше воздуха. — "Отсидные" ему не обещали, ну он и выдал, что в конце тридцатого года обратился с мигренью лично к Верека. А тот возьми да и предложи схему с фальшивой аварией! За два миллиона, по его словам. Для провинции деньги, конечно, огромные, но…       — Два миллиона, чтобы сорвать Жару сроки? — усомнился Май. — Большие-маленькие, но деньги Верека любит. Поэтому уже звучит как бред, не говоря о том, чтобы так подставляться просто ради…       — Ты ещё не понял, да? — выдохнула Дина, сверкая глазами. — Он украл ту партию "Синапсалина", чтобы инсценировать исследования "Нейроскриптида". Водитель в деталях описал, как Верека учил его переклеивать номера с инфузионных пакетов, и как испортить несколько штук, чтобы залить место аварии, а ещё…       — Дина, — Май растерянно моргал, глядя на неё. — У "Синапсалина" и "Нейроскриптида" разный тип введения: у первого — внутривенный, а у второго — внутримышечный. И в той партии был препарат, полностью готовый для использования. Если бы испытуемым "Био-Скрипт" дополнительно вводили что-то в вену, это сразу бы всплыло. Протокол, на который они замахнулись, исключает такие вещи.       — Ну, может, он как-то… не знаю, ложкой под микроскопом вылавливал этих роботов, и что-то им там подкручивал? — Дина любила обсуждать с Майем его работу, но злилась, когда ей не хватало знаний поддержать разговор. — Или тип введения физически невозможно изменить?       — Зависит от препарата. Без моделирования и консультации Жара я не знаю, можно ли это сделать, чтобы не потерять эффективность. Но то, что ты говоришь… — Май сглотнул. — А про руку?.. Только не говори, что Верека самолично её ломал!       Дина зло хохотнула.       — Кишка тонка! Верека там вообще не было, можно сказать. Приехал на минуту, забрал "Синапсалин" и всё, даже не выходил. Водитель сказал, что руку он случайно сломал, когда переворачивал машину, но получилось даже слишком удачно, конечно.       — Я всё равно не могу поверить…       — Таких совпадений не бывает, Май, — отрезала Дина. — То, что они решили "испытывать" именно "Нейроскриптид". Их крошечные группы… Ты проверь, сходится ли число испытуемых, кого они якобы вылечили, с тем, сколько "Синапсалина" было в той партии. Уверена, совпадёт с небольшой погрешностью. Кстати! А если всё это получится доказать, можно как-то приурочить их исследования к вашим? А то нормальные исследования получились, хорошего качества…       — Нет уверен, — рассмеялся Май, с недоверием глядя на неё. — Нет, ты права — таких совпадений не бывает.       — Только я не понимаю, на что он рассчитывал? Ну вот краденый "Синапсалин"— всё. Скоро выяснится, что "Нейроскриптид" не работает, и что дальше?       — И ничего, — Май грустно развёл руками. — На самом деле это не редкость, когда подделывают исследования заведомо неэффективного препарата. В четвёртой фазе скажут, мол, на большой выборке не сработало — сами в шоке. Смысл в том, чтобы содрать побольше денег на начальном этапе. Схема крайне выгодная, а распознать её не всегда получается даже у научных комиссий.       — Ну а потом-то что?       — Если это БАД или ЭАД, можно спокойно продавать его дальше. Всегда найдутся люди, уверенные, что им помогло. С лекарством труднее, хотя, если оно оказывается не эффективным, но безопасным, отзывать ничего не будут — оно просто выйдет из обращения, когда упадёт спрос. Если главной целью Верека были грантовые деньги, тогда он планировал именно так…       — С прискорбием заявить, что четвёртая фаза стала их провалом? — спросила Дина. — Нет уж. Сам говорил, что раньше они публиковались, как не в себя, а теперь тишина. У Верека в арсенале куча других скриптидов, которые прекрасно работают на самовнушении. Думаю, сейчас он сосредоточится на них, чтобы выжать максимум из раздутой популярности. Само собой, уже без всяких исследований.       — Вот только я подумал… — Май приподнял бровь. — Верека не мог знать наверняка, что "Синапсалин" окажется эффективнее скриптидов, и тогда ничего не складывается. Слишком большой риск украсть пустышку.       — Он знал, что "Нейронные связи" заключили с тобой контракт, — объяснила Дина. — Они никогда этого не скрывали, в отличие от "К-стратегии". Наверняка он, может, и не знал, но "Зеркало" не обманешь.       — Верека меня терпеть не может, — рассмеялся Май. — Думаешь, он бы так рискнул, опираясь только на результаты моделирования?       — Во-первых, каждое интервью Верека — это шоу, — Дина в задумчивости потёрла висок. — Не принимай на свой счёт. А, во-вторых, врачи знают цену статистике и умеют её читать. Ты, можно сказать, выдал ему гарантию, что игра стоит свеч. Да! — вспомнила она. — Это наш водила слил Верека, что "К-стратегия" готовила внедрение "Зеркала". Говорит, что узнал от кого-то из персонала. "К-стратегия" тоже заказывает что-то на их предприятии — он возил до Керны.       — Точно! Луч… — Май как будто споткнулся об это имя. — Знакомый из "К-стратегии" говорил, что у них все об этом болтали.       — С такой дисциплиной теперь страшно к ним обращаться! — возмутилась Дина. — Надо с каждого грузчика брать подписку о неразглашении.       — Фух, — Май потёр шею обеими руками. — И что теперь? Как вы будете выводить Верека на чистую воду?       — Пока разрабатывают план. С учётом срока давности это будет непросто, но водитель готов сотрудничать, чтобы смягчить приговор. Если получится доказать, то Верека сядет надолго: крупное мошенничество, незаконное получение государственных денег, инсценировка ДПТ, фальсификация доказательств, дача взятки… — загибая пальцы, она оборвала себя. — А можно как-то установить, что испытуемым Верека вводили "Синапсалин"? Вот это было бы неоспоримым доказательством.       Май грустно покачал головой:       — На МРТ нанороботов не видно, да и "Синапсалин" имеет свой период вывода из организма. Времени с их третьей фазы прошло уже прилично, не говоря о прочих… Я бы сказал, что нельзя.       — На это подонок и рассчитывал! — воскликнула Дина в отчаянии.       — Да, наверняка, но однозначно я пока не скажу. Надо обсудить это с Жаром. Он знает свой "Синапсалин" лучше меня.       — Да, обсудите, — согласилась Дина. — Если вы придумаете, как это доказать, скриптидам конец.       — Подделанное исследование ещё ни разу не отвращало людей от любимого чуда-средства, — напомнил Май. — Если, конечно, это не "чёрная зима".       — Отец говорит, что народ может простить всё, кроме обмана, — заметила Дина. — А уж тем более — обмана такого масштаба. Многие отдают за скриптиды последние деньги, обкалывают ими детей… И если все узнают, что это изначально была утка, боюсь представить, что начнётся.       — Не все читают сводки криминальной Секалы, — вздохнул Май. — Я сам не читаю, чтобы лишний раз не дёргаться.       — Конечно, — Дина посмотрела на него со значением. — Но у тебя есть Иса. Думаю, это разоблачение запомнит вся страна, если не весь мир.       У Майя заблестели глаза.       — Если всё получится, — Дина задрала нос. — Меня наградят за помощь следствию, несмотря на декрет. Эра доложит о моём вкладе.       — Если всё получится, — Май поцеловал ей руку, — сложно представить, скольким людям ты сохранишь жизнь и здоровье! С нейродегенеративными болезнями очень важно не упустить время, а скриптопаты отнимают именно его. Какое же ты у меня чудо! — он поднял Дину на руки и покружил по кухне, целуя так, как она больше всего любила. Дина счастливо засмеялась, чем спровоцировала громкое "Мааам!" из детской.       — Я схожу, — Май снова поцеловал ей руку.       — Приходи в сразу в ванную. У меня ещё один сюрприз, — она крепко прижала его к себе перед тем, как отпустить.       Восхищение Майя подпитывало в Дине чувство возмездия. Столько лет она ненавидела Сомза Верека! Теперь же у неё появилась возможность действовать. Май научил её доверию, подарил детей, о которых она не смела даже мечтать… Дина очень любила мужа, но слишком мало разбиралась в его работе. От мысли, что именно она вычислила его лживых конкурентов, сердце переполнялось гордостью.

* * *

      Проектом для "Нейронных связей" руководил Май, поэтому из сотрудников он пригласил только Ису и Жейви. За прошедшие годы Иса значительно выросла как специалист и успела тесно поработать с Жаром; последний также был тут. Май передал им информацию, но высказал собственное мнение, что Верека не смог бы изменить тип введения.       Не дослушав его, Жар начал истерически смеяться, даже голову запрокинул. Когда Май уже хотел предложить помощь, Жар хлопнул себя по коленям и, кивнув, твёрдо сказал:       — Смог бы.       Май прищурился.       — Я допускаю, что вы как автор идеи видите пути решения, но даже вам не пришло в голову, что такое возможно…       — Он смог бы, Май. Смог, — уверенно повторил Жар.       — А где "потому что"? — попытался надавить Май.       — Коммерческая тайна, — Жар сложил руки на груди и откинулся на спинку кресла       Смирившись, Май кивнул и подытожил:       — Как я уже сказал, следствие идёт, а наша задача — доказать, что Верека использовал "Синапсалин".       — Мы как-то не рассчитывали, что придётся доказывать авторство спустя столько времени… — Жар задумчиво потёр подбородок. — Надо над этим подумать.       — Я бы копал в направлении метаболического профиля или ЭЭГ, — предложил Май. — Есть вероятность найти там сигнатуры, характерные для действия "Синапсалина". Отпишусь вам по результатам.       — А ещё вам стоило бы подумать над рекламной кампанией, — предложила Жейви. — Может быть, "Нейронным связям" нужна помощь в подборе маркетолога? Вы блестяще завершили третью фазу, и к моменту выхода на рынок так хотелось бы увидеть кампанию, достойную вас!       — Умница, давно пора! — кивнул Жар. — Я свяжу тебя с руководством. Не может быть, чтобы единственный рекламщик от бога стал скриптопатом!       — Иса, а с тебя — ролик, — переведя взгляд на девушку, добавил Май. — И в этот раз можешь себя не сдерживать. Чем громче, тем лучше.       По лицу Исы пробежала тень, но девушка с готовностью кивнула.       Когда задачи были поставлены, ругательства хлынули, перекрывая друг друга.       — Только представьте, сколько наших налогов Секала спустила в унитаз! — воскликнула Жейви. — Когда он…       — Такие ублюдки опасны даже не этим, — перебил её Жар. — Они на хрен уничтожают единственный инструмент, с помощью которого можно отличить эффективный препарат от пустышки!

* * *

      Через пару дней, когда Май спозаранку вышел из ванной, столкнулся с разъярённой Диной.       — Что это? Что это, я тебя спрашиваю?! — она старалась говорить тише, но на всякий случай закрыла дверь. Грубо схватив его за руку, Дина подвела Майя к экрану, куда была выведена страница с каналом Исы. В самом верху красовался новый ролик, выложенный прошлой ночью: "Чтобы скриптопатия работала, надо только…". Дина нажала "старт", и раздался голос Исы: "…украсть "Синапсалин"". Остановив воспроизведение, Дина взглянула прямо в глаза:       — Май, вы там наркоманы, что ли, я не понимаю? Это!.. Ты!.. — Дина захлёбывалась словами. — Мне звонила Эра — утечку собираются повесить на неё! А Верека? Думаешь, мы теперь найдём хоть какие-то улики? Прикажи ей удалить это сейчас же! — она швырнула его смарт-очки на кровать и, собираясь, продолжила метаться по спальне.       Май послушно набрал Ису. Оставив её объяснения на потом, он отключился.       — Это я сказал ей сделать ролик, — Май опустил глаза.       — Ты… что? — у Дины из рук выпала блузка, но она даже не обратила внимание.       — Но я имел в виду — потом, не сейчас же! — оправдывался Май. — Ведь никто в здравом уме не подумал бы…       — Что тут думать, когда ты дал им подписать… — Дина осеклась, глядя на его исказившееся лицо. — Ты не взял подписку? Просто вежливо попросил, да? Под честное слово, как меня тогда с "К-стратегией"? Или?.. Ох… ты ведь даже не попросил? — она смачно выругалась. — Подумал, что сами догадаются? Как ты мог?! — спросила Дина, просовывая руки в рукава. У неё вышло не с первого раза, и ткань опасно хрустнула. Май хотел помочь ей, но не посмел прикоснуться.       — Прости меня… — он всё-таки решился погладить её по плечу, но Дина отпихнула его.       — Не трогай! Дай мне время, — в её глазах стояли слёзы. — Когда же до тебя дойдёт: люди — идиоты, и лучшее, что ты можешь для них сделать — отдать приказ и бить палкой за неисполнение. Иначе они будут творить полнейшую хрень! — Дина судорожно всхлипнула, борясь со слезами. — Выведи Дока, мне не до пробежки, — она звякнула ключами и взялась за ручку входной двери.       — Куда ты? — тихо спросил Май, сгорая со стыда.       — Постараюсь добиться, чтобы досталось мне, а не Эре!       — Она уже сказала, что поделилась с нами?…       — Нет. Мои сослуживцы понимают, что значит конфиденциальность, но я не позволю унижать Эру проверкой на детекторе! — она рвано вздохнула. — Я сама всё расскажу, и пусть делают со мной, что сочтут нужным.       — Дина, отец в любом случае её отмажет, ты сама говорила, — Май только сейчас испугался, что мог навредить карьере жены.       — Он директор следственного бюро, Май, а не ВиВо. Утечку такого масштаба скрыть уже не получится.       — Ты говорила, что Эра всё равно незаслуженно занимает эту должность…       Дина в ярости развернулась к нему.       — Эра хороший следователь, Май, — процедила она ледяным тоном, а потом смерила его взглядом и добавила. — Это я плохой аналитик.       Май похолодел от подтекста, но Дина говорила на эмоциях. Глубоко вдохнув, она добавила уже спокойнее:       — Ищи способ доказать, что Верека вводил "Синапсалин". Это самое важное, чтобы хотя бы твоя репутация не пострадала. Других улик больше не будет.       Когда проснулись дети, Май позвал их завтракать. Они тут же заподозрили, что папа грустный, поэтому он признался в небольших сложностях на работе, но пообещал скоро стать весёлым. Ему не хотелось, чтобы дети думали, будто это их вина, или того хуже — стыдились делиться чувствами. Стремление быть в их глазах роботом нанесёт им гораздо больше вреда. Флёр встала из-за стола, уселась к Майю на колени и обняла, пытаясь поддержать. Серьёзный осознанный взгляд поразил Майя, как будто малышка поняла гораздо больше, чем должна была.       Май отслеживал ситуацию в Сети, пока шёл к институту. Ролик Иса удалила, но всё, что попадает в Сеть, остаётся там навсегда. Обычно Иса приводила доказательства, а в новом ролике, по сути, были пустые обвинения. Кто-то поверил на слово, кто-то бросался отписками, но Сеть гудела подобно осиному гнезду. Популярность канала только ухудшала положение…

* * *

      Когда Май с Исой заходили в его кабинет, Жейви проводила подругу встревоженным взглядом.       — Ты сам сказал — с меня ролик, — заявила Иса.       — Никогда не поверю, что ты не так поняла, — Май в упор смотрел на девушку, которая не выглядела раскаивающейся. В глазах горел вызов. — Так не терпелось хайпануть, да? Подождала бы, когда закончится следствие, и говорила бы, сколько хочешь, — всё утро он боялся сорваться, но, увидев Ису, сразу успокоился и не чувствовал ничего, кроме лёгкого раздражения.       — Причём тут хайп? — горячо возразила Иса. — Сколько ещё будет это следствие? А люди должны знать правду! Каждый день — это ухудшение чьей-то болезни. Кто-то уже сегодня не пойдёт к скриптопатам, а начнёт нормально лечиться!       — Иса, ты же человек с аудиторией, — пытался урезонить её Май. — Должна же быть хоть какая-то ответственность за то, что ты говоришь. Нельзя публиковать голословные обвинения! Неадекватных людей предостаточно. А вдруг кто-нибудь задумает отыграться на Верека или его сотрудниках? Ты об этом подумала?       — Вообще-то не голословные, — стрельнула глазами Иса. — И у меня на канале неадекватов нет — они все у альтернативщиков.       — Не знал, что ты требуешь справки у каждого подписавшегося, — съязвил Май. — Нужно было посоветоваться со мной, раз сама не понимаешь.       — Чего ты так бесишься? — раздражилась Иса. — Я говорила только от себя — ни слова об институте или "Нейронных связях" или…       — Ты подставила Дину и её сослуживцев, — припечатал Май.       — Что?.. — Иса ужаснулась впервые с начала разговора. — Я ведь ничего не сказала…       — А тебе и не нужно, — вздохнул Май. — Там знают, кто над этим работал…       — Но ты сказал, что у следствия уже всё на мази… — промямлила она, окончательно растеряв боевой запал. — Верека скоро посадят, и всё будет хорошо… Улики…       — Какие улики, Иса? Показания одного человека спустя столько лет? Без доказательств — это просто слова, не более весомые, чем твои. Юристы Верека наверняка уже строчат на тебя иск за клевету.       Она обхватила голову руками.       — Бедная Дина… Я хотела, как лучше… Я не подумала…       — Вот именно, а должна бы, — бросил Май, отводя глаза. Ему казалось, что сочувствуя Исе, он предаёт Дину.       — Май, я уйду. Сегодня же напишу заявление, — проглотив слёзы, пообещала Иса.       — Не глупи, — оборвал Май. — Это моя вина тоже. И я знаю, что ты больше так не поступишь.       — Никогда! — Иса шмыгнула носом, но тон оставался уверенным. — И я обещаю, что моя тяжба с Верека не коснётся института. Но, может, никакой тяжбы не будет.       — Как это? — у Майя в душе затеплилась надежда.       — Просто я придумала, как доказать, что они вводили "Синапсалин", — Иса опустила глаза. — Я правда поняла из твоих слов, что Верека уже под следствием, а моя экспертиза…       — Погоди-погоди. Сядем, — Май даже не заметил, что они всё это время ругались стоя. — Какая экспертиза?..