II. Глава 17

      Как прошло лето, Иванэл не заметил: набрал максимальное количество смен и занимался с Вольтом на трамплине. Возрастные инструкторы игнорировали Иванэла с явным презрением, но Вольт быстро обновил штат. Новички тоже оказались иногородними, жаль, что не земляками. Иванэл был бы рад пообщаться с кем-то из своих. Самому старшему было под сорок, но выглядел он максимум на двадцать пять. Ко внешнему виду операторов на дистанционке Вольт не выдвигал таких жёстких требований. Иванэл взаимодействовал с ними постольку поскольку, но общались они вежливо. Сокращения нагнали такого страху, что все оставшиеся тряслись за свои места. Клиенты шли чётко по инструктажу Вольта. Старшеклассники козлили больше прочих, но либо самые отмороженные разъехались каникулы, либо Вольт нарочно преувеличивал. С теми же, кто пришёл учиться, Иванэл отдыхал душой и даже получал удовольствие — ему понравилось учить. Насчёт сходства с Чирлидером Вольт тоже не прогадал: к Иванэлу уже открыли лист ожидания. Он надеялся, что обеспечен работой до конца учёбы, а работа была хороша: пусть и без соцпакета, зато белая зарплата и крутые тачки! По вечерам Иванэл смотрел лекции. Отключить голову перед сном помогал спортивный зал, куда можно спуститься прямо в тапочках.       На личном фронте было без изменений. Иванэл позвонил девушке с пляжа, но остался даже без намёка на следующую встречу. Узнав, что за Иванэла будет платить "Астротех", а не наоборот, девушка сразу потеряла к нему интерес. Подсчитав, сколько он потратил на эту встречу, Иванэл решил пока отказаться от полноценных свиданий. Он любил покрасоваться перед девчонками, но теперь надо было считать каждый гем. Оплачивать ресторан и развлечения за двоих было слишком дорого. Конечно, без свиданий постоянную девушку не найти, но даже разговоры и прогулки требовали времени, а время — деньги. Поэтому Иванэл честно указал на сайтах знакомств, что его интересует только секс.       С Пеной их познакомил Эль, и пару раз Иванэл заглянул к ребятам на ужин. Пена сходу заявила, что Элю не хватало только крепкого броманса, и оказалась ещё более резкой, чем Пушица. Вот уж в самом деле — кому что надо! А ещё ребята были на своей волне. Подобное Иванэл замечал между Хладой Мель-Тари и дядей Виром: шутки, понятные только двоим, разговоры без слов… Он думал, что это свойственно только парам, прожившим вместе много лет, но между ребятами это уже было. Иванэлу оставалось только радоваться за Эля, но зависть была сильнее. Хорошо, что учёба маячила на горизонте — времени мечтать об взаимности совсем не останется.       После Праздника плодородия общежитие стало наполняться студентами. Первое время Иванэла считали местной диковинкой. Когда он готовил, люди бежали поглазеть, как он делает фарш и суповые наборы. Кто-то даже снимал на видео, но Иванэлу было всё равно. Цены на страховки в Керне оказались такие, что не болеть было дешевле (но он всё равно купил — на всякий пожарный).       Соседи у Иванэла подобрались неплохие. Ар — будущий физик-ядерщик — был из мегаполиса на северо-западе. Невысокий, с длинными светлыми волосами, которые он собирал в высокий хвост. Всё свободное время он залипал в планшете, а ещё просил называть его каким-то "А-лек-санд-ром". Догадаться, откуда растут ноги, было нетрудно. Ар привёз кучу плащей, перчаток и сапог для ролёвок по комиксам. Иванэл тоже почитывал их в школе, но сейчас не мог воспринимать всерьёз, не говоря о том, чтобы рассекать в таком виде по улице.       Однокурсник Эдельвейс оказался баталантцем: высокий, чернявый, с ярко-голубыми глазами. Это была его первая поездка в Секалу, но говорил он без акцента и всегда пребывал в отличном настроении. Эдельвейс подолгу висел на телефоне со своей девушкой Примулой, которая осталась дома.       Голь приехал из небольшого городка на границе с Вирсекой и тоже был однокурсником Иванэла. Худой и молчаливый, ничем не примечательный внешне; но Иванэл уважал его больше всех. Первым делом Голь урвал место на стройке в Джуне, чтобы оплачивать учёбу в складчину с отцом. Родители были в разводе, и мать в их жизни вроде бы не участвовала.

* * *

      Когда Иванэл впервые вошёл в инженерную мастерскую, ему показалось, что она живёт собственной жизнью. Пахло новой техникой и чем‑то плавящимся. В углу жужжал 3D‑принтер, вытягивая из катушки нить пластика. Печатающая головка двигалась по заданной траектории, слой за слоем выращивая деталь. Кто-то из предыдущей группы запрограммировал принтер и ушёл на пару. На стеллажах стояли распечатанные шестерни и корпуса — чьи‑то недоделанные проекты. Заметив халаты у входа, Иванэл почувствовал, будто происходящее серьёзнее, чем он думал. Это была первая пара после отборочных. Наверняка однокурсники будут следить за ним, как под микроскопом. Трепет от происходящего сменился страхом совершить ошибку. Иванэл несколько раз пересмотрел лекции к этой лабораторной, и, кажется, выучил наизусть, но мандраж не отпускал.       Преподаватель поставил его вместе с Хи́ном — смазливым весёлым парнем, обладателем золотой медали. Иванэл надел халат излишне аккуратно, словно боялся помять. Хин накинул свой свободно и по-хозяйски закатал рукава.       — Задача на сегодня простая, — сказал преподаватель, — собрать мобильный модуль и подключить контроллер таким образом, чтобы платформа прошла один метр строго по прямой, — он ещё говорил, а Иванэл мысленно отмерял расстояние до края стола.       Перед ним стоял комплект для сборки: контроллер, драйвер, провода и мобильная платформа. Поймав испытующий взгляд Хина, Иванэл заставил себя вынуть контроллер — тёмную плату с ровными дорожками. Антистатический пакет зашуршал на всю мастерскую. В центре платы квадрат микрочипа напоминал глаз, который, не мигая, следил за Иванэлом.       — Футболка прикольная, — наконец сказал Хин, указав на тирекса, выглядывающего из кармана. — Где брал?       — Это подарок, — Иванэл растерянно улыбнулся. Если бы Хин хотел его задеть, то начал бы с чего-то другого.       — Клёвый! — Хин ещё раз завистливо покосился на динозавра, а потом перевёл взгляд на детали. Его глаза вспыхнули. — Красота какая, да?       — Угу. Ну что, сначала сигнальные?.. — сказал Иванэл, злясь на вопросительный подтекст в собственном голосе. Он ведь знал точно!       — Конечно, — хохотнул Хин. — Мы ж не самоубийцы! Питание в самом конце.       Сверяясь с методичкой, они начали подключать драйвер к контроллеру. Разноцветные провода заканчивались маленькими коннекторами. Каждый нужно было посадить в свой пин с мягким щелчком. Первые два вошли идеально, а с третьим случилась пробуксовка.       — Тут нумерация… снизу вверх, а не сверху вниз, — заметил Иванэл.       — Да не, — Хин наклонился почти вплотную. — А, блин, точно! Прошляпили.       Кажется, Хин не видел в случившемся ничего страшного (и это было так), но Иванэлу стало ещё хуже. Надо было расслабиться, а то он снова тупит от нервов! Усилием воли Иванэл попытался расширить мир вокруг с нескольких миллиметров пластика у себя в руках. Справа принтер продолжал работу. Сзади шёл оживлённый спор. За окнами проносились машины. Мир был в порядке, и даже если Иванэл завалит эту лабораторку, мир по-прежнему будет в порядке! Так ведь?       Провода ложились аккуратной дугой, без перекрутов. Когда с сигнальными линиями было покончено, Иванэл снова уткнулся в схему.       — У нас нет общей земли, — сказал он.       — Ммм? — Хин тоже склонился над схемой, но ему, похоже, нравилось действовать опытным путём.       — Контроллеру и драйверу нужна общая точка отсчёта. Иначе они друг друга не поймут, — объяснил Иванэл, обводя пальцем нужное место.       — Дааа, — Хин постучал себя по лбу. — Хорошо кто-то отдохнул — вообще нафиг всё забыл.       Иванэл как будто задышал впервые с начала пары. Хин точно не был дураком и не боялся осуждения. Умные люди этого не боятся! Иванэл расправил плечи и предложил:       — Теперь питание?       Хин взял разъём и проверил полярность. На плате вспыхнул зелёный светодиод, и оба одновременно выдохнули. Хин приложил линейку к столешнице:       — Девяносто… девяносто пять… метр, — он отметил кусочком малярной ленты финишную точку. — Давай уже погнали тест!       Они запустили программу, которая должна была заставить платформу ехать прямо в течение нескольких секунд. Платформа рванула, но почти сразу начала уходить влево, описывая дугу. До метки она не доехала сантиметров тридцать.       — Ну вот, — выдохнул Хин. — Сто раз же всё перепроверили…       — Правый мотор быстрее, — заключил Иванэл уверенным тоном.       — Ого! Ты прям на глаз видишь?       — По траектории.       Иванэл перевернул платформу. Колёса крутились в воздухе с едва заметной разницей.       — Минус три процента к правому, — заявил Хин.       — Давай сначала два с половиной. Не душим резко.       Платформу всё ещё слегка уводило. До финиша не хватило десяти сантиметров. Иванэл расстроился чуть меньше, ведь Хин ошибался большее количество раз. Нет, надо завязывать с этим соревнованием! В итоге им удалось добиться синхронизации. Без рывков и уводов платформа пересекла финишную отметку и остановилась чуть дальше. Хин смотрел на платформу с довольным видом. Иванэл же смаковал новое удовольствие от правильно работающей системы. Преподаватель подошёл к ним и одобрительно кивнул. Он ничего не сказал, но Иванэлу казалось будто это было подтверждение: он на своём месте.       — А, может, ещё что-то нам дадите? — жадно попросил Хин.       — До конца пары осталось семь минут, — ответил преподаватель. — Лучше начните изучать лекцию к следующей лабораторной.       Когда преподаватель отошёл, Хин спросил вполголоса:       — Ты куда метишь на работу?       — Не знаю… — Иванэл растерялся. — Мы ж только начали… Первый день…       — Тю, значит, одним конкурентом меньше! — Хин картинным жестом вытер пот со лба.       — Так говоришь, будто мы должны хотеть в одно и то же место уже сейчас, — Иванэл прищурился.       — Для тех, кто в танке: сейчас все хотят в одно и то же место. Зацени-ка! — Хин открыл сайт какого-то исследовательского института и перешёл в раздел вакансий.       — Это что, телефонный номер? — Иванэл прочистил горло, подсчитывая нули с припиской "от".       — Нет, это он столько платит, — ухмыльнулся Хин.       — Где-то должен быть подвох, — Иванэл слишком хорошо это знал.       — В том, что его нет, — Хин приподнял бровь.       — А нам-то какой смысл дёргаться? Где мы, а где биоинформатика? — у Иванэла забилось сердце, и зашумело в ушах.       Он что, снова продешевил?! Хотя в университете вычислительной биологии вообще не было стипендий в этом году.       — Ходят слухи, — Хин понизил голос ещё на полтона, — что СНАКС ведёт с ними переговоры. Значит, им будут нужны свои инженеры. Прикинь, как все возбудились?       Иванэл возбудился не меньше: Секальское национальное агентство космических систем ворочало очень большими деньгами. Оно не стало ограничиваться Лунной программой и присоединилось к колонизации Руджоо. Кроме Гондваны, этого не могла себе позволить ни одна страна.       — А кто он вообще этот Сависта? — Иванэл тоже открыл сайт.       — А вот как раз биоинформатик, — ответил Хин. — Это его институт.       — Да нет, кто он, чтобы столько платить?..       — В тридцать втором у них выстрелил мега-крутой апгрейд для "К-стратегии" — теперь завалены заказами по самое не хочу.       — А, мультимиллионер с замашками в благотворительность, — догадался Иванэл, рассматривая фото улыбающегося мужчины.       — Если бы он знал, для чего нужны деньги, может, и был бы, — протянул Хин. — А то вон где они все. Видишь, идиоты тоже бывают полезными.       Иванэл снова вывел перед глазами фото Сависта. Неужели просто хороший человек? Трудно поверить, что Хин его не разыгрывает, но если тот не врал, Иванэл вывернется наизнанку, чтобы получить место в этом НИИ!       — Странно, что отец ничего тебе не сказал про Сависта и компанию, — Хин покосился на него. — Они уже несколько лет на слуху, у нас тут, во всяком случае.       Иванэл грустно улыбнулся:       — Вряд ли мой отец знает про Сависта, Хин.       Тот промолчал и засобирался на выход, а Иванэл не мог перестать думать про Сависта. Нужно придумать нечто такое, чтобы покорить этого человека! Вот только первокурсник не знает почти ничего о будущей профессии, не говоря о научных прорывах. Но помечтать-то можно!

* * *

      Подготовку к зимней сессии Иванэл начал с осени. Ар тоже поздно ложился — смотрел мультики серию за серией. Услышав слова очередной заставки, Иванэл простонал:       — Аааар! Наууушники!       — Блин, извини, щас, — Ар зашуршал в тумбочке. — Я, между прочим, тоже сто раз просил называть меня Александром, но ты почему-то игноришь. Вейс вон сразу запомнил…       Длинное баталантское имя сразу сократили на секальский манер. Пушица рассказывала, что в Баталанте первое имя никак не связано с родителями, а второе дают только по отцу. У них даже было какое-то специальное второе имя для безотцовщин, но Иванэл не запомнил. Вряд ли Эдельвейсу нравилось сокращение, но тот ни разу не пожаловался. Этому парню всё было, как яблочный взвар.       Кровать Эдельвейса пустовала — тот снова болтал с Примулой. Недавно он нашёл подработку на кафедре — младшим архивным ассистентом. Платили там мало, и Эдельвейс экономил на билетах, всяком случае, домой он собирался только на Праздник Солнца. Иванэла это раздражало. Он тоже экономил на всём подряд, но если уж начинать отношения, надо вкладываться в них! Может, Эдельвейс и проявлял чудеса аскезы, но какая девчонка согласится ждать по полгода? Иванэл гнал от себя эти мысли, потому что они обнажали главное: он просто завидовал чужой любви.       — Не обижайся, — сказал он Ару и по-доброму усмехнулся. — Просто я не уверен, что смогу называть тебя так и не ржать. Ничего личного, — Иванэл отвёл глаза в сторону. "Александр"! И кто придумывает такие забавные имена?       — Это не смешно! — вскинулся Ар. — Если бы ты посмотрел хоть одну серию!..       — Посмотрю, — попытался сгладить Иванэл. — Мне просто некогда. Как-нибудь потом обязательно, — он хотел добавить "вместе с детьми", но удержался.       — Ты хоть когда-нибудь отдыхаешь? — пробурчал Ар, перевернувшись на другой бок и разматывая наушники.       — Так мы ж ещё молодые! — Иванэл не чувствовал себя перегруженным, наоборот, полным сил. — Когда отдыхать-то? Работать надо!       — Вот и заработаешь себе какую-нибудь болячку от недосыпа, — кажется, Ар крепко обиделся за своего Александра.       — Ну я-то сплю по семь часов, — заметил Иванэл. — Сейчас, ладно, по шесть, но всё-таки. А ты до утра в планшете висишь.       — Так это и есть отдых! — Ар зло хохотнул. — У всех нормальных людей есть хобби. Для головы полезно, не слышал? А то уедешь в дурдом и будешь там убеждать санитаров, что тебе пора на работу.       Иванэл натянуто улыбнулся: шутки про ненормальных давно перестали казаться смешными. А раньше казались, да…       — Может, вы на сегодня заткнётесь? — проворчал Голь, садясь на кровати. Он достал из ушей беруши и помял в руке, придавая более удобную форму. — Мне завтра полночи в лифтовой шахте монтировать.       — Всё-всё, Голь, извини, — Иванэл знал, что сосед время от времени брал ночные смены, и уставал куда больше него.       — Спелись два трудоголика, — продолжал брюзжать Ар. — Давайте-давайте, откладывайте жизнь на потом. Если доживёте…

* * *

      После сессии Иванэла поймал в коридоре непривычно серьёзный Хин. Его выбрали старостой, и тот, полный энтузиазма, носился с общественной работой.       — Ты видел, сколько неудов, а? — напирал Хин.       — Значит, пускай ищут свои мозги и завязывают с тусами. Я тут каким боком? — Иванэл засунул руки в карманы, готовый в любой момент рвануть на работу. Лишнее время на дорогу он давно не закладывал.       — Каким боком? — удивилась Ли́ма — высоченная блондинка с хвостиком и без грамма косметики. Аккуратистка и отличница, она всегда ходила в брюках и рубашках оверсайз. — Ты же разбираешься, значит, сможешь понятно объяснить. Мы хотим организовать что-то вроде шефства: сильные объединяются и помогают отстающим…       — ИИ — в помощь, — Иванэл развёл руками.       — Так дело-то в поддержке, — возразил Хин. — Студенческое братство — это ведь на всю жизнь. Какой тебе ИИ…       — Ребят, это всё, конечно, очень благородно, только мне правда некогда, — Иванэл перекинул рюкзак на другое плечо. — Извините, но у меня прям вот по минутам всё расписано: универ, работа, домашка.       — О, — услышав ответ, Лима переменилась в лице и кивнула.       — А зачем тебе работать? — удивился Хин. — Ты же на стипендии.       — Значит, надо, — ответила за него Лима. — Извини, Нэл, мы не знали про работу.       — Да какой тут секрет, — Иванэлу хотелось обелить себя перед однокурсниками. Всё-таки они предлагали хорошее дело. — У меня в Формике отец, он… Ну так-то совсем старенький. Я содержу.       Хин и Лима переглянулись.       — Так разве твой отец — не Хребтина? — спросил Хин.       — Нет, конечно! — шокированный, Иванэл уселся на подоконник, переводя взгляд с одного на другого. — С чего вы взяли?       Лима потупилась:       — Да вроде все знают уже…       — Что знают? — вскинулся Иванэл. — А ничего, что у меня второе имя другое, нет? И фамилия? Сложить два и два никак?       У него пульс бился в глазах. Что значит: "Все знают"?!       — Ну… это ведь по-всякому бывает, — Хин сперва тоже потупился, а потом взглянул прямо. — И вы с ним похожи так.       — Чем? — Иванэл сверкнул глазами. Здесь уж точно не подкопаться — у Иванэла были тонкие черты лица, а у ректора — крупные, рубленые. Так какого все решили?..       — Нет, ну видно же, правда, — Хин склонил голову, рассматривая Иванэла. — Вы одного роста и хмуритесь одинаково. Смысл отрицать, Нэл? Мы же всё понимаем…       — Блин, все одинаково хмурятся! А ещё я на Чирлидера похож с этими патлами, — Иванэл мотнул головой, отбрасывая чёлку с лица. — По-твоему, он тоже мне родня, да?       — Хребтина так выступал за тебя на отборочных, — не унимался Хин.       — И откуда ты это знаешь? — надавил Иванэл. — Или мы не в курсе, что ты главный член отборочной комиссии?       — Ну я, в отличие от тебя, не скрываю, что племянник одного из инвесторов, — Хин пожал плечами. — И дядя рассказывал…       — Сам-то себя слышишь? Собираешь сплетни, как пятиклассница.       — Блин, Нэл, ну чего ты завёлся-то? — Хин попытался улыбнуться. — Никто не говорит, что тебе дали стипендию только из-за отца. Видно, что ты с головой, потому мы и просим помочь…       — Нет, я уже сказал, что не могу, всё. И если я сейчас не выйду, то получу штраф и вылечу с работы. А Тишин Лён-Майя мне никто, говорю в последний раз. До завтра!       Но завтра ничего не изменилось. Все были уверены, будто Иванэл то ли незаконнорождённый сын ректора, то ли его какой-то близкий родственник. Странно, что большинство упоминали об их родстве, как о чём-то само собой разумеющемся. Раньше Иванэл думал про стипендиатов то же самое и не имел права винить других, но справиться со злостью было трудно.

* * *

      Прилетев домой, Иванэл поделился с хозяйкой:       — Они все так думают, Хлада Мель-Тари! — вздохнул он, осушив чашку с остывшим еловеем одним глотком. — А сам он думает, что я ваш сын. И дяди Вира, — Иванэл потёр глаза. В полёте он читал, а накануне засиделся с курсовиком по робототехнике и поспал всего три часа.       — Не хотите прилечь, хотя бы на полчасика? — спросила Хлада Мель-Тари, сочувственно глядя на него. — Я вам постелила всё чистое.       Иванэл помотал головой и продолжил:       — Какая-то мыльная опера на пустом месте! Сами себя убедили не пойми в чём…       Хлада Мель-Тари ушла на минуту и вернулась с бумажным свадебным альбомом. Иванэл не видел эти снимки, хотя пересмотрел все альбомы хозяйки в социальных сетях. Там были только фотографии с дядей Виром, словно её жизнь началась с их встречи. Здесь же Хлада Мель-Тари выглядела совсем девчонкой.       — Какая вы тут! Прям огонь! — Иванэл тут же смутился, что мог обидеть. Больше всего она не любила, когда ей напоминали о возрасте. — То есть и сейчас огонь, просто на свадьбе все прямо супер-красивые.       Хлада Мель-Тари не слушала его, рассматривая фотографии. Потом она подняла глаза на Иванэла и долго всматривалась его лицо.       — А ведь и правда что-то есть, — она улыбнулась, — от нас с Тишином.       — И вы туда же! — простонал Иванэл.       Она лишь качнула головой и продолжила листать альбом. Нет, конечно, любому хочется заглянуть в альтернативную реальность: узнать, как бы сложилось с бывшими, на кого были бы похожи дети… Но говорить такое всерьёз? Иванэл удивился, что даже Хлада Мель-Тари поддалась этому эффекту. Она ведь была эталоном мудрости и объективности.       — А Тишин сильно изменился?.. — спросила Хлада Мель-Тари.       — Постарел, конечно, — вздохнул Иванэл. — Но всё такой же… стильный, — он хотел сказать "выпендрёжный", но постеснялся, хотя второе подходило больше.       Она всё поняла и очень по-девчоночьи захихикала. Возможно, когда-то эта черта ей даже нравилась. Иванэл заметил движение сбоку и поднял глаза. Пушица в новом кружевном халатике прошла мимо за стаканом воды и слегка задела бедром его плечо. Иванэл обернулся, посмотрел снизу вверх и сказал одними губами:       — Я сейчас.       Ему хотелось ещё посидеть с Хладой Мель-Тари, но она тут же засобиралась в комнату — дочитать какую-то захватывающую книгу. Если хозяйка и не одобряла их с Пушицей секс по дружбе, то не выражала это ни словом, ни взглядом. Хлада Мель-Тари принимала Иванэла таким, как есть, за что он ещё больше стал ценить их отношения.

* * *

      Иванэл обрадовался, что физра есть в программе. В школе это была возможность покрасоваться, а ещё — получать "отлично", не напрягая извилины. Он обожал командные игры, но давно не принимал участия из-за нехватки времени. Обязанность дважды в неделю играть в КиберТак стала настоящим подарком. Однажды к нему обратился капитан сборной "Астротеха" и предложил влиться в команду. Как бы не хотелось, Иванэл отказался. Впихнуть дополнительные тренировки и соревнования было некуда. Ещё сильнее его расстроило предложение Хина скинуться и слетать в Гондвану после летней практики. "Астротех" организовывал познавательную поездку на тему робототехники. Это было необязательным, и ответ Иванэла был очевидным. Прежде он не задумывался, что студенчество — это не только учёба. Теперь ясно, почему Эль так рвался участвовать в жизни факультета.       Потому что это было важным.       Однокурсники оказались умными и целеустремлёнными. Хоть они и были младше, думали и вели себя по-взрослому. Иванэла тянуло к ним, но увы. С другой стороны, чудо, что его вообще взяли учиться! Если говорить по совести, Иванэл просто зажрался! Живёт на всём готовом, получает образование мирового уровня и ещё чем-то недоволен. Правду говорят, что к хорошему быстро привыкаешь. Иванэл приехал сюда за дипломом, а не за развлечениями. Конечно, он мечтал о зелёном дипломе — с отличием! — но первая сессия показала — для этого надо заниматься с утра до ночи, а у него была работа. Тогда Иванэл немного снизил планку. Если на последнем курсе у него будут лишние деньги на пересдачи, он попытается. А если нет, значит, нет. Девяносто баллов по этикету или теологии вряд ли снизят его конкурентоспособность, а уж с профильными предметами он расстарается по полной!       Через пару дней после отказа капитану Иванэла поймал однокурсник Рик. Его позвали в сборную вместо Иванэла. Не особо подбирая слова, Рик пригрозил даже не думать к ним соваться. Конфликт возник на пустом месте, поэтому Иванэл заверил: он физически не сможет играть за сборную. Если бы на этом всё закончилось, Иванэл бы даже не вспомнил бы, но на физре им приходилось играть вместе, и Рик прямо-таки нарывался. Когда они играли в одной команде, тот игнорировал Иванэла, а если в разных — норовил задеть, рискуя нарушить правила. Иванэл обходил конфликты, но на очередном занятии Рик чуть не зазвездил ему прикладом по лицу, когда игра была кончена. Если бы не отточенная реакция, Иванэл ходил бы с фингалом пару недель. Тогда Вольт мог бы отстранить его от работы или даже уволить. Этого Иванэл никак не мог допустить. Он рванул в раздевалку вслед за Риком и спросил в лоб: "Какого хрена?". Иванэл держал руки при себе, но Рик, кипящий перебродившей злостью, не мог похвастаться такой выдержкой. Парень был крепкий и подкачанный, поэтому как бы Иванэлу не хотелось избежать драки, пришлось немного поработать кулаками. Разукрасить друг другу физиономии они не успели — однокурсники почти сразу их растащили.       — Я спокоен, мужики, всё, — Иванэл обернулся к парням, которые его держали.       Видя, что он в себе, однокурсники отступили.       — Может, теперь при всех скажешь, какого, на хрен, с тобой не так? — спросил Иванэл, сверля Рика взглядом.       Его тоже скрутили в другом конце раздевалки, но он продолжал вырываться. Иванэл выжидающе смотрел. Внутри болезненно ныло от удара под рёбра, но он не подавал виду, надеясь что Рику тоже несладко. Парня должно было вывернуть от удара в живот, но тот держался молодцом.       — Отвалите уже, я в норме! — выплюнул Рик, в очередной раз дёрнувшись вперёд.       Парни отпустили его, но не расступились, готовые снова схватить. Рик стоял на месте с перекошенным лицом:       — Нам в "Астротехе" жертва r-стратегии не нужна! — заорал он.       — Скорее уж, победитель, — усмехнулся Иванэл, поиграв мускулами. Рик не мог знать наверняка, что Иванэл не репродукт, но какой смысл это скрывать?       — Даже Хребтина решил на тебе сэкономить, а мы-то какого должны терпеть? — Рик сделал шаг вперёд. — Признайся уже, тебя ведь вообще не было у него в планах? Но ты, как всегда, умудрился проскочить! Жаль, твоя мамаша вместо аборта успела прилечь под какого-то лошка!       Парни тут же схватили Иванэла, но он и не собирался добавлять — упоминание ректора отрезвило окончательно. Драки были запрещены под угрозой огромных штрафов. Рик — просто малолетний идиот, каких Иванэл ежедневно видит на работе. У одних пунктик на деньги, у этого — на ГМО-шников. Иванэл старше и умнее, значит, обязан думать за двоих. Убедившись, что он не борется с собой, парни отпустили его. Никто ничего не сказал как в защиту, так и в осуждение. Вряд ли все поголовно были репродуктами. Неужели так боялись, что кто-то узнает? Почему?.. Секунд десять было тихо.       — Что, правда глаза колет? — Рик попробовал снова, но Иванэл молчал, сцепив зубы.       — Ребята, ну вы что? — подал голос Эдельвейс, переводя взгляд с одного на другого. — Что нам делить? А любой негатив неконструктивен…       Иванэл закатил глаза. Неконструктивно лезть со своим позитивом, куда надо и куда не надо! Остальные продолжали молчать, но реакция вбежавшего старосты приятно удивила. Пока их растаскивали, Хин стоял на стрёме, чтобы преподы не заинтересовались потасовкой. Подойдя к Рику, Хин отчеканил:       — "K-стратегия", походу, тоже иногда сбоит, — он смерил Рика злобным взглядом. — Если ещё раз такое выкинешь, я скажу капитану, какого урода они к себе взяли, — игнорируя возгласы Рика вперемешку с матами, Хин продолжал. — И тебя отстранят от соревнований, если вообще не вылетишь.       Парням снова пришлось удерживать Рика, чтобы не досталось ещё и Хину. Староста, конечно, был высокий, но ни разу не спортивный, хотя мог бы наверстать, с его-то данными.       — Репро-ши́зы нам в сборной точно не нужны, — припечатал Хин и отвернулся.       Рик плюнул ему под ноги, а потом принялся канючить и клясться, что больше не будет. Хин не обращал на него внимания, подошёл к Иванэлу и протянул руку.       — Прости, Нэл. Очень надеюсь, что после этого ты не начнёшь считать всех репродуктов идиотами.       — И не думал, — Иванэл улыбнулся, отвечая на рукопожатие. — Идиотов отсыпают всем поровну.       — Точно! — прыснул Хин и тут же посерьёзнел. — А вы что молчите? Или здесь только у Вейса есть мозги? — он повысил голос. — Завтра же создаём инициативную группу по разъяснительной работе! А то ещё скажут, что у нас на факультете рассадник биошовинизма! Отлично год заканчиваем, молодцы!       Иванэл удивился, впервые столкнувшись с нетерпимостью такого рода. В Формике, наоборот, побаивались репродуктов.

* * *

      На следующее утро Иванэла перед институтом выловила девушка: невысокая, угреватая, пухленькая. И очень серьёзная.       — Это ты Констэла? — с вызовом спросила она.       — Да, Иванэл, — он смерил её взглядом.       — Майя. Отойдём на пару слов?       Они прошли метров пять и завернули за угол старого корпуса. Майя встала перед ним, сжимая в руках рюкзак, который лежал на груди.       — Это тебя мой брат вчера побил? — спросила она, глядя в глаза.       — Это ещё кто кого побил, — рассмеялся Иванэл. — Пришла добавить?       — Нет, пришла извиниться, — Майя продолжала удерживать его взгляд. — Он ведёт себя, как дурак. Прости его, пожалуйста.       — Да ладно тебе, — приободрил Иванэл, спрятав руки в карманах и переступая с пяток на мыски. — Ты-то тут причём? Мы взрослые мужики, сами разберёмся.       — Мне двадцать три, если что, — буркнула Майя, тряхнув короткими кудрями. — И я при чём, потому что Рик идиотничает из-за меня.       Иванэл склонил голову.       — Мы с тобой вместе сдавали на стипендию, — сказала Майя. — Просто я тоже очень хочу на робототехнику.       Иванэл вспомнил отборочные, но там было так много лиц… Если Рик с Майей тоже участвовали, Иванэл их не запомнил.       — Я выигрывала все олимпиады, но каждый год кто-то умудряется меня обойти, — она пожала плечами. — Рик и раньше злился, просто в этом году он сам поступил, и тебе досталось за все мои неудачи. Рик совсем не злой, просто слишком переживает за меня.       — Слушай, мне правда жаль… — Иванэл уже придумал себе, что, если бы не он, стипендия досталась бы ей.       — Нет-нет, значит, ты решил лучше, — заверила Майя. — Все знают, что Хребтона увольняет за взятки. "Астротех" — последний универ, где ещё можно получить стипендию, даже если у тебя тут никого нет. Рик дурак, что считает иначе, а ты молодец, — она протянула руку. — Я попробую в следующем году.       — Хорошо, — Иванэл сжал маленькую ладонь. — Но так считает не только Рик, поэтому не ссорься с ним. Про меня тут что только не придумывают, он просто повторяет.       — Значит, они тоже дураки, — Майя нахмурилась. — Либо приезжие, оттого и не в курсе.       — Рик еле-еле закрыл сессию, — протянул Иванэл. — Интересно взглянуть, что он там нарешал на стипендию.       — Так он и не участвовал, только я. Физмат — всё-таки не его. Он всегда о спорте мечтал.       Иванэл не знал, как спросить поделикатнее.       — А почему тогда я учусь не с тобой, а с ним? Я вообще сомневаюсь, что он потянет до конца…       — Потянет, — кивнула Майя. — Я и дальше буду ему помогать.       — А стоит ли? Что он вообще тут делает вместо тебя?       — Ну… — Майя впервые стушевалась. — Робототехника — это ведь очень престижно, а родители могут платить только за одного…       — Так почему не ты? — не сдержался Иванэл. — Ты же говоришь, что побеждала на олимпиадах! А этот твой…       — Ну он же мужчина. И репродукт, — добавила она с придыханием.       У Иванэла подкатил ком к горлу. Так вот откуда у Рика эти замашки! Их родители всегда были такими? Или у них что-то сдвинулось после того, как со вторым ребёнком они решили сделать всё по высшему классу? Иванэл не представлял, каково Майе жить в такой семье; впрочем, Рика там тоже никто не спрашивал. Этот репро-шиз хотя бы любил сестру, страшно, что она всё равно считала себя хуже…       Керна разочаровывала Иванэла больше и больше. Дома не было таких проблем… Хотя, как сказала бы Леся, там были все остальные.       — Ничего, я всё равно буду пытаться, — Майя на миг улыбнулась, а потом снова посерьёзнела. — Я говорила, чтобы он к тебе не лез, но после вчерашнего! — она топнула ногой. — Это уже дикость! Теперь он точно должен отстать, иначе я больше не буду ему помогать.       — Спасибо, — Иванэл неловко переступил с ноги на ногу. — Ну… удачи тебе тогда.       — И тебе, — Майя погрозила пальцем. — Смотри, не профукай стипендию, а то всё будет зря!       Как же её слова напоминали Ули! Только взрослую.       — Отвечаю! — сглотнув, Иванэл улыбнулся.       — Ладно, мне на работу бежать. Пока! — обхватив рюкзак покрепче, Майя рванула в сторону метро.

* * *

      Иванэл не знал, что больше повлияло на Рика: угроза вылететь из команды или перспектива самому готовиться к экзаменам, но лезть он перестал. Майя не шла у Иванэла из головы. Он от всей души желал ей поступить, но мысли так и перескакивали с неё на Ули.       Вернувшись в общежитие двенадцатого апреля, Иванэл заставил себя сесть за курсовик. Он задумал настольный манипулятор: вращающееся основание, два звена — "плечо" и "локоть", на конце — захват. Управление — через простую сенсорную перчатку с обратной кинематикой Рука двигалась — манипулятор повторял, без сложной обработки и интеллектуальных надстроек. Скучновато, но для первого курса — вполне. Во время тестирования и сбора статистики Иванэл заметил: люди выполняли одну и ту же задачу по‑разному. Ар двигался резко и часто корректировал траекторию; Эдельвейс, наоборот — слишком медленно; Голь несколько раз промахивался прежде, чем захватить кубик. А система как будто ждала единственно правильного способа движения. Научный руководитель считал допустимым, что оператору приходится подстраиваться под чувствительность системы, во всяком случае, на данном этапе. Иванэлу это казалось халтурой — надо было компенсировать различия в стиле движений. Идея настолько захватила его, что он бросился корректировать тему.       Бубнеж из планшета Ара сегодня раздражал особенно сильно. Эту заставку Иванэл слышал уже миллион раз: "Вначале была магия — и в её пламени закалился Закон Обмена. Он удерживал плату равноценной долгу, но всё изменилось, когда…".       — Да нету в жизни никакого закона обмена! — вскричал Иванэл. — Нету! — он показал фигу.       — Блин, Нэл! А если бы я смотрел первый раз? — вскинулся Ар, подключая наушники. — Спойлерить — это вообще подло. Обломал бы мне весь кайф…       — Какие спойлеры, Ар? Это жизнь, — Иванэл выключил компьютер.       Заниматься сегодня всё равно было без толку. Он подошёл к окну и стал смотреть, как в Синуи отражается темнеющее небо.       В тот момент, когда для Ули всё закончилось, для Иванэла — началось.       Но цена, которую он заплатил, оказалась слишком высокой, несоразмерной. Как бы Иванэл не любил свою новую жизнь, ни за что не согласился бы на такой обмен по своей воле.       — Ты что сегодня такой? — к нему подошёл Эдельвейс и мягко тронул за плечо.       — У меня сестра умерла, маленькая, — ответил Иванэл. Они прожили вместе почти девять месяцев. Надо было хоть немного приоткрыться. — Сегодня два года, а я напутал смены и не смог уехать.       Эдельвейс вздохнул и сжал плечо Иванэла.       — И никто не подменил? — хмуро спросил Голь, подняв голову от работы над курсовиком.       — Нет, — ответил Иванэл, скользнув взглядом по Ару, который никак не отреагировал. Тот сидел в наушниках и с восторженным видом пялился в планшет — не слышал. Удивительно, что на своём курсе Ар шёл по всем предметам на сто баллов.       — Вот скоты, — подытожил Голь. — Соболезную, — он вернулся к курсовику.       — Спасибо, — вздохнул Иванэл.       — Я тоже соболезную, — Эдельвейс уселся в кресло и начал покручиваться туда-сюда. — Нэл… Уже два года прошло, а ты так негативишь… Мой трансформационный ментор говорит, что деструктивно пережёвывать одни и те же чувства. Пусть к счастью — это позитивное мышление, а ты сам лишаешь себя…       — Всегда счастливы только идиоты, — заметил Голь, не поднимая глаз.       — Я просто не так объяснил! — воскликнул Эдельвейс, вскочив на ноги.       — Ну ладно тебе, Голь, — одёрнул его Иванэл. Хоть и не к месту, Эдельвейс пытался помочь. — Спасибо тебе за поддержку, — Иванэл пожал ему руку.       Эдельвейс с сочувствием смотрел на него.       — Давай я скину тебе ссылку на тренинг? — предложил он. — Там первое занятие бесплатно.       — Ты бы ему ещё скриптопатию посоветовал, — хмыкнул Голь.       В Формике болтали про скриптиды уже несколько лет. Тогда для Иванэла всё это было частью официальной медицины, а он верил только в экстрасенсорику. Поразительно, сколько здравомыслящих людей в Керне на это купилось! Иванэлу хватило школьной биологии, чтобы и впредь держаться подальше от массовой истерии. Недавнее разоблачение Исы Раконта стало логичным завершением, хотя первый, по сути, хайповый ролик Иванэл не одобрил.       — Ты даже не представляешь, сколько высвободится энергии, — Эдельвейс попробовал снова, — если ты будешь думать не о том, что потерял, а о том, где ты хочешь оказаться…       — Не надо так за меня беспокоиться, лучше расскажи, как там у тебя с Примулой? — Иванэл выдавил из себя заинтересованный взгляд. — Наверное, ждёт — не дождётся августа?       — Да, — Эдельвейс широко улыбнулся.       С этого дня Иванэл стал относиться к Эдельвейсу с презрением: родители создали ему все условия, а тот бегает по каким-то дурацким тренингам, да ещё и платным! Лучше бы к Примуле на эти деньги слетал!