Часть 5

Школьная жизнь продолжалась непрерывно. Учащиеся готовились к экзаменам, и в воздухе чувствовалось напряжение из-за приближения СОВ. Амелия и Джинни проводили большую часть времени в библиотеке, погруженные в учебники и конспекты. – Я больше не выдержу этой «Истории магии», – пробормотала Амелия, протирая глаза. – Как профессор Бинс считает, что мы можем это все запомнить? - Он, должно быть, думает, что мы тоже духи, - подколола Джинни, искоса взглянув на длинный список дат в своей тетради. - Ладно, еще немного - и заслуженный отдых. Скоро Рождество! Эта мысль была как спасительный луч света. Рождественские каникулы означали поездку в Нору вместе с друзьями. Амелия с нетерпением ждала теплой атмосферы и уютных вечеров у камина. Но в то же время ее мысли часто возвращались к Тео. С того дня, как они разговаривали в коридоре, между ними возникла новая, едва заметная близость. И теперь она чувствовала, что должна с ним поговорить, прежде чем поедет на каникулы. За несколько дней до отъезда Амелия встретила Тео в укромном уголке у теплиц, где можно было укрыться от суеты замка. Звезды мерцали на ночном небе, а воздух был свежим и прохладным. Они сидели рядом на скамейке, завернутые в мантии, и между ними царила тишина - тишина, которая совсем не казалась неудобной. – Ты уедешь? – тихо спросил Тео, глядя на дальние огни замка. – Да, на Рождество в Нору, – ответила Амелия, зажимая ладони в рукавах, чтобы согреться. – А ты? – Я остаюсь здесь, – ответил он просто. - Всегда остаюсь. Амелия наклонила голову, пытаясь прочесть в его голосе нечто большее. – Почему? – осторожно спросила она. Тео на миг задумался, будто решал, стоит ли делиться своими мыслями. Но потом он глубоко вздохнул и стал говорить: – Моя мама умерла, когда я был маленьким. Я почти ее не помню, но знаю, что она была хорошим человеком. Она всегда защищала меня от... от отца. Амелия затаила дыхание. Она знала, что разговор о семье – это то, о чем Тео говорил редко, если вообще когда-то говорил. – После ее смерти все стало иначе, – продолжил он, его голос оставался ровным, но в нем было слышно скрытую горечь. – Мой отец стал еще холоднее. Для него главное было только то, как я должен выглядеть в глазах дркгих. Он воспитывал меня так, словно я орудие, а не сын. Тео на мгновение умолк, а затем добавил: — У меня никогда не было детства. Только ожидания и требования. Жить в такой семье было... как жить в клетке. Поэтому теперь я привык держаться в стороне. Это... проще. Амелия молчала, слушая его. Ее сердце сжималось от мысли о том, через что он прошел. – А ты? – вдруг спросил он, поворачивая к ней взгляд. – Как это было – расти с Гарри Поттером? Амелия грустно улыбнулась. – Гарри не всегда был рядом, – ответила она, и в ее голосе появилась нотка печали. – Мы выросли в Дурслев – семье нашей тети магглы. Они ненавидели нас обоих. Гарри жил под лестницей, а я в тесной комнате на чердаке. Каждый день походил на наказание. Она тихо вздохнула, вспоминая трудные годы. – Они не позволяли мне дружить с другими детьми и всегда напоминали, что я... лишняя. – Они звучат даже хуже, чем мой отец, – тихо сказал Тео. – Это было тяжело, – призналась Амелия. — Но теперь я знаю, что у меня есть друзья и что я больше не одна. Гарри всегда защищал меня, как только мог, даже когда он был ребенком. Но я все равно научилась бороться сама. Тео кивнул, глядя на нее с каким-то новым уважением. – Знаешь, – тихо произнес он, – ты сильнее, чем кажешься. Амелия почувствовала, как в ее груди разливается тепло от его слов. Они сидели еще несколько минут в тишине, глядя на звезды. В этот момент им не нужно было больше ничего говорить. Они оба знали, что нашли что-то важное друг в друге — понимание и поддержку, которой им так не хватало в детстве. – Надеюсь, ты хорошо проведешь Рождество, Поттер, – наконец сказал Тео, его голос был мягким, но в нем чувствовалась искренность. – И ты, Нотт, – ответила она с едва заметной улыбкой. После длительной паузы, когда они оба сидели под звездным небом в уютном уголке возле теплиц, Амелия не смогла удержаться от мыслей, которые мучили ее последние несколько дней. Она тихо выдохнула и наконец спросила: - Можно кое-что спросить? Тео кивнул, внимательно наблюдая за ней. - Это касается... тебя и Дафны. Я видела вас в Хогсмиде, и... - Она замолчала на мгновение, пытаясь собраться с мыслями. - Между вами что-то есть? Она пыталась говорить нейтрально, но ее голос выдавал легкую дрожь в голосе. Тео слегка приподнял бровь, а в уголках его губ промелькнула небольшая улыбка - не издевательская, а скорее удивленная и немного заинтригованная. - Дафна? - повторил он. - Мы знакомы с ней с детства. Ее семья была близка к нашей, но... между нами ничего нет, Амелия. Он замолчал, внимательно глядя на нее. - Почему ты спросила? Амелия сжала пальцы в кулак, чувствуя, как ее щеки начинают гореть. Она отвела взгляд на темные деревья позади теплицы. - Я не знаю, - призналась она наконец, - Просто... я думала, что вы выглядели слишком близкими. И, наверное, это меня немного задело. Тео едва заметно улыбнулся, но на этот раз в его глазах было нечто большее - тепло и нежность, которые он не пытался скрыть. - Ты ревновала? Амелия взглянула на него, готовая ответить что-то резкое, но не смогла. Вместо этого она почувствовала, как ее сердце начинает биться быстрее. - Возможно, немного, - пробормотала она, едва слышно. Тео наклонился ближе, и их взгляды встретились. Они сидели так близко, что Амелия почувствовала его теплое дыхание на своей коже. В этот момент все ее сомнения и тревоги исчезли - осталось лишь ощущение, что он здесь, рядом с ней, и что она хочет быть ближе к нему. - Не стоит, - тихо сказал Тео, - Я думаю только о тебе. Эти слова были как толчок. Амелия не знала, кто из них первым сократил расстояние между ними, но через мгновение их губы соединились в мягком и одновременно уверенном поцелуе. Это был момент, в котором не существовало больше ничего - ни холодного воздуха, ни школы, ни чужих ожиданий. Только он и она. Поцелуй был медленным, нежным, но за ним чувствовалась сдержанная страсть, которая накапливалась между ними в течение многих месяцев. Амелия почувствовала, как его рука мягко коснулась ее щеки, а ее пальцы бездумно скользнули к его мантии, вцепившись в нее, будто боялась, что этот миг может исчезнуть. Когда они наконец отстранились, Амелия на мгновение задержала взгляд на его глазах, пытаясь понять, что он чувствует. Тео улыбнулся - тихо и по-настоящему, без всякой насмешки или иронии. - Это было неожиданно, - прошептала Амелия, все еще держась за его мантию. - Возможно, но не неправильно, - ответил он, нежно погладив ее пальцами по руке. – Я знаю, что это сложно, но я не хочу отпускать тебя. Амелия едва заметно кивнула, чувствуя, как все ее тревоги рассеиваются. Она не знала, что сказать. Ее сердце колотилось так быстро, что, казалось, она не могла собраться с мыслями. – Я тоже, – наконец прошептала она. *** На следующее утро платформа перед Хогвартским экспрессом была заполнена шумными учениками, которые собирались уехать домой на Рождество. Амелия стояла с чемоданом в руке рядом с Гарри, Роном, Джинни и Гермионой, но ее мысли были далеко отсюда. Поцелуй с Тео оставался в ее сознании как отражение чего-то подлинного и важного. Но вместе с этим возникали новые вопросы: что будет дальше? Как они смогут продолжать свои отношения, когда их миры такие разные? Что скажет Гарри, когда узнает? – Все хорошо? – спросила Джинни, подтолкнув ее локтем. – Да, – тихо ответила Амелия, хотя сама не была уверена, правда ли это. Когда поезд тронулся, Амелия смотрела в окно на отдаленный замок Хогвартса, думая о том, что их ждет после каникул. И то, что случится после Рождества, она будет готова встретить это вместе с Тео. Когда Амелия и ее друзья прибыли в Нору, их встретила теплая и уютная атмосфера. В доме Уизли всегда царил легкий хаос, но именно этот хаос делал его таким особенным. Гирлянды из омелы и остролисты висели вдоль стен, а рождественская елка, украшенная волшебными огоньками и маленькими фигурками гномов, гордо стояла в углу гостиной. Миссис Уизли сразу же обняла всех и принялась угощать горячим сидром и пирогами, словно они не ели уже несколько дней. Рон и Гарри помогали мистеру Уизли прикреплять к потолку рождественские украшения, а Джинни, Гермиона и Амелия смеялись, наблюдая, как те то и дело запутывались в магических гирляндах. На мгновение Амелия забыла все остальное. Нора была местом, где она всегда чувствовала себя дома, даже если этот дом никогда не был официально ее. – Счастливая, что ты здесь? – спросила Джинни, подмигивая ей. – Да, – улыбнулась Амелия. – Очень. Поздно вечером, когда все разошлись по комнатам, Амелия и Джинни сидели на кроватях в общей комнате, завернувшись в одеяла и попивая горячий шоколад. Свет от маленького камина освещал комнату, делая ее еще уютнее. – Ты точно что-то скрываешь, – сказала Джинни, приподняв бровь. – Я тебя знаю. Что произошло перед тем, как ты уехала? Амелия на мгновение умолкла, обдумывая, стоит ли все рассказывать. Но Джинни была ее ближайшей подругой, и от нее не имело смысла что-либо скрывать. – Я поцеловалась с Тео, – призналась она тихо, но этого было достаточно, чтобы Джинни подскочила на месте. – Что?! - прошептала и с энтузиазмом. – И как это произошло? Амелия рассказала все — об их откровенном разговоре, поцелуе под звездами и своих сомнениях, которые мучили ее с того момента. Джинни внимательно слушала, а когда Амелия закончила, подруга улыбнулась: – Ну, я знала, что между вами что-то есть. Это было очевидно. — Ты так думаешь? – тихо спросила Амелия, немного нервничая. – Да, – ответила Джинни уверенно. – Но теперь вопрос в другом: что ты собираешься делать дальше? Амелия задумалась. Это был вопрос, который она все время откладывала. Их миры были такими разными, и все осложнялось тем, что Тео – слизеринец, а Гарри, ее брат, его точно не одобряет. – Не знаю, – вздохнула она. – Но я хочу быть с ним. Тео... он другой. Джинни кивнула, понимая. — Гарри будет сложно это принять, но... если это для тебя важно, он в конце концов смирится. Амелия с благодарностью улыбнулась подруге. Это была та поддержка, которая ей сейчас была так нужна. На следующее утро дом был наполнен ароматами праздничных блюд. Все уже собрались вокруг елки, распаковывая подарки. Гарри с улыбкой вручил Амелии коробку, завернутую в красную бумагу. – Это от меня, – сказал он. Она развернула подарок и нашла внутри новый комплект книг по Защите. – Спасибо, Гарри, – улыбнулась она. – Все хорошо? – вдруг спросил он, внимательно глядя на нее. Вопрос застал Амелию врасплох. Она знала, что он чувствовал ее нерешительность в последнее время. – Да, – ответила она после паузы. — Но... есть кое-что, о чем я хочу с тобой поговорить. Гарри наклонился поближе, его лицо стало серьезным. – О чем? Амелия почувствовала, как ее сердце колотится, но она знала, что больше не может откладывать этот разговор. – О Теодоре Нотте, – сказала она. — Гарри, между нами есть что-то, и я знаю, что тебе будет сложно это принять... но мне это важно. Гарри замолчал, словно обдумывая ее слова. Его взгляд был полон смешанных эмоций, но в конце концов он тихо вздохнул. – Если он сделает тебе больно, я об этом узнаю первым, – сказал он наконец. Амелия с облегчением улыбнулась. Это было не совсем разрешение, но это было что-то. И этого пока было достаточно. Рождество в Норе всегда было особенным. Дом семьи Уизли казался еще теплее и уютнее, чем обычно. Амелия сидела на старом диване рядом с Джинни, на коленях держа кружку с горячим шоколадом. Она наблюдала, как Фред и Джордж, хихикая, колдуют над своим новым «рождественским фейерверком» в углу комнаты. Каждый фейерверк взрывался в форме огромной, сияющей снежинки или писал в воздухе шуточные пожелания типа «Больше шоколадных лягушек - больше счастья!» - Мне кажется, что в этот год они превзошли самих себя, - пробормотала Джинни, наблюдая за близнецами, - Хотя я боюсь, что какой-то их взрыв может разрушить кухню. Амелия засмеялась, чувствуя, как тепло и радость этого вечера окутывают ее. Здесь, в Норе, всегда было так - уют, шум и гам, но с добрым, семейным подтекстом. Она любила эту суету, которая так отличалась от холодной, суровой атмосферы дома Дурслей. - Куда делся Гарри? - спросила она, оглядываясь по сторонам. - Он помогает маме с последними приготовлениями, - ответила Джинни, удобно усаживаясь на диване, - Но ты знаешь Гарри - сейчас вернется и все равно что-то забудет. На кухне действительно были слышны голоса миссис Уизли и Гарри, которые спорили о том, сколько надо добавить имбиря в печенье. - Ну что, готовы к праздничному столу? - спросил Рон, который как раз появился в комнате вместе с Гермионой, которая несла поднос с горячими напитками. - Если мама позволит, чтобы Фред и Джордж его не взорвали, - фыркнула Джинни. Все засмеялись, и Амелия почувствовала, как ее сердце наполняется радостью. Это был момент, когда все было идеальным. Никаких забот, никаких темных мыслей. Но даже в этой суматохе ее мысли время от времени возвращались к Теодору Нотту. Она пыталась унять это ощущение, но ее разум неустанно рисовал образ его серьезного взгляда, спокойной улыбки и голоса, звучащего в ее памяти. Она задумалась о том, как он сейчас чувствует себя в одиноком замке, где он решил остаться на праздники. Ей хотелось быть рядом с ним и хотя бы на мгновение подарить ему частичку этого тепла, которое она сейчас чувствовала. Праздничный ужин в Норе был настоящей феерией. Длинный деревянный стол был заполнен до краев - индейка, картофель, тыквенный пирог, оладьи, масляные соусы и мясные рулеты. Даже волшебные крекеры, которые взрывались яркими конфетти, заполнили комнату смехом и возгласами. Миссис Уизли сияла от радости, раздавая дополнительные порции всем, кто только соглашался. - Еще немного тыквенного пирога, Гарри? Ты почти ничего не ел! - На самом деле я уже... - начал было Гарри, но миссис Уизли уже положила новую порцию на его тарелку. - И Амелия, дорогая, не стесняйся! Ты сегодня выглядишь такой худенькой, надо тебя подкормить, - добавила она, улыбаясь. Амелия благодарно улыбнулась и взяла ложку тыквенного пирога, хотя была уже переполнена едой. За столом царила атмосфера праздника и беззаботности. Фред и Джордж рассказывали истории о своих новых проделках в магазине, а все остальные старались не захлебнуться от смеха. Гермиона искоса смотрела на Рона, который пытался тайком подбросить лишние оладьи на тарелку к ней. - Еще один день с этими двумя, - прошептала Джинни Амелии, - и я точно сойду с ума. Амелия лишь улыбнулась, чувствуя себя частью этой большой и шумной семьи. После ужина они все вместе сидели у камина, наслаждаясь теплом и светом огня. Все разговаривали о прошедшем годе, о планах на будущее и просто наслаждались моментом. Амелия сидела, завернувшись в плед, глядя на языки пламени. Ее глаза закрывались, но мысли все еще кружились вокруг Тео. Думал ли он о ней так же, как она о нем сейчас? Ей хотелось узнать это, но она знала, что такие вещи лучше оставлять для тихого разговора с глазу на глаз. - Амелия, ты засыпаешь? - спросила Джинни, склонившись к ней с улыбкой. - Немного, - призналась она, - но это хорошо. Я впервые за долгое время чувствую спокойствие. Джинни подмигнула: - Вот увидишь, это будет лучшее Рождество. И Амелия действительно в это верила. С этими мыслями она поднялась, пожелала всем спокойной ночи и поднялась в комнату, где её ждала уютная постель.