Глава 2. Тайные друзья

За два месяца жизнь в Хогвартсе вернулась в привычное русло, хотя сам Квиринус, пережив прошлый сумасшедший год, находил такое затишье не слишком привычным и даже настораживающим. Когда после Хэллоуина пропала крыса Уизли, о которой Квиринус, по правде сказать, уже и думать забыл, он как-то даже воодушевился. И пусть к этому времени они с Томом пришли к выводу, что как минимум с одним предполагаемым анимагом Виридия всё-таки ошиблась, это происшествие не могло их не заинтересовать. Уизли старался донести до всех и каждого, что его крысу почти наверняка сожрал новый кот его подруги, но Квиринус в такие совпадения не верил, тем более что Блэка и Виридии уже несколько дней не было видно. Квиринус счёл это подозрительным. «Крайне подозрительно, — поддержал его Том, провожая взглядом Золотое трио. — А не наведаться ли нам в гости к нашей дорогой подозрительной подруге?» И они наведались. Виридия и Блэк оказались «дома», а в углу зала рядом с грудой тряпья угадывалось очертание птичьей клетки, частично скрывавшейся под плотной и не слишком чистой на первый взгляд тряпкой. Завидев гостей, пёс поднялся на лапы и приветливо залаял, потом опомнился и прорычал на парселтанге: — Привет, друг Ви! — Привет, — машинально ответил Квиринус. — Вам случайно ничего не известно про исчезновение крысы Уизли? Пёс бросил взгляд на Виридию, свернувшуюся кольцами на своём излюбленном месте и не торопившуюся вступать в разговор, после чего снова повернулся к гостям и коротко ответил: — Одолжили. «Вот так вот — одолжили», — Том едва сдерживал смех. — Не съем! — дополнил пёс, глядя на Квиринуса кристально честными глазами. — Правда. «Правда-правда», — передразнил его Том, уже даже не пытаясь сдержать ехидной ухмылки. Пёс «говорил» короткими отрывистыми фразами, из чего Квиринус сделал вывод, что обучение парселтангу идёт так себе. «Он способный ученик, — вступилась за своего питомца Виридия, — но собака просто не способна воспроизвести некоторые звуки... — она помедлила немного, потом добавила: — Ну ничего, мы работаем над этим». «Так может он просто превратится в человека?» — предложил Том. «Не хочет», — равнодушно ответила Виридия. Квиринус почувствовал, что она не видит в этом проблемы. «Ну не хочет, так не хочет, — не стал настаивать Том. — Крысу вы жрать правда не собираетесь?» «Всё сложно», — уклонилась от ответа Виридия. В зале повисла неуютная тишина, Квиринус буквально печёнкой почувствовал, что их тут не ждали. «Что-то вас давно не видать, — зашёл с другой стороны Том. — А как же свежий воздух и вот это вот всё?» «И действительно! — Виридия встрепенулась, потянулась всем телом, приподняла голову и задумчиво посмотрела на пса. — Вы сходили бы погуляли, его вон тоже с собой возьмите. Я закончу дела и найду вас». Квиринус почувствовал, как у него отвалилась челюсть, но не смог понять, чья это реакция — его собственная или Тома. Он перевёл взгляд с Виридии на пса, затем обратно, потом снова на пса, закрыл рот, кивнул и на автомате достал палочку. Пёс насторожился, на его морде, при развитом воображении, можно было прочитать лёгкое недоумение и опаску. Квиринус передумал, убрал палочку и наложил на пса чары невидимости без неё. Тот дёрнулся, но остался стоять, настороженно разглядывая гостя. Тогда Квиринус наложил чары и на себя, показывая, как именно они работают. Склонив голову, пёс некоторое время изучал окутавшее Квиринуса мерцание, затем заметно расслабился и нетерпеливо завилял хвостом, словно понял, что его ведут на прогулку. — Ну мы пошли, — зачем-то пробормотал Квиринус, разворачиваясь к выходу. И они пошли. Покинув зал, Квиринус по инерции прошёл ещё десяток шагов и лишь после этого озадаченно застыл на месте. «Вот ненавижу, когда она так делает, — обиженно проворчал Том. — А как же свобода воли и всё такое?» И Квиринус понял, что ощущает себя словно бы под Империусом — мерзавка как-то повлияла на него. Он нахмурился, попытался скинуть наваждение, но не особенно успешно. Том перехватил управление телом, повернулся к мерцавшему чарами скрытности псу и спросил: — Куда пойдём? Пёс забавно сморщил морду и помотал головой, словно показывая, что у него нет особых пожеланий на этот счёт. — За кем хочешь последить? — предпринял вторую попытку Том. — Если за Поттером, то гавкни один раз, за Дамблдором — два. Пёс послушно гавкнул раз, потом задумался — ход мысли на собачьей морде смотрелся особенно комично, — потом гавкнул ещё раз. Они зашагали дальше. Телом всё ещё управлял Том, позволяя Квиринусу разобраться в непривычных для него ощущениях. Чем больше они отдалялись от пристанища Виридии, тем слабее ощущалось её влияние. Уже через пару коридоров Квиринус был готов поспорить на что угодно, что никакого влияния и не было — он отправился погулять по собственной воле. «И не надейся, — насмешливо прокомментировал его мысли Том. — Просто постарайся не забыть этот случай, для общего развития полезно будет». Пёс послушно трусил рядом, то ускоряясь, то сбрасывая ход. В тёмных коридорах подземелий он явно чувствовал себя как дома, периодически подпрыгивая и порыкивая на проносившихся мимо летучих мышей и другую дрянь, обитавшую здесь. «Отожрался на дармовых крысах, — проворчал Том. — Ты как, очухался? — и не дожидаясь ответа продолжил ворчать: — Вот какие у неё могут быть дела? Нет, ну серьёзно, ты можешь себе представить, какие у неё там дела? Может, вернёмся и посмотрим?» «Блэк же наябедничает». — Эй, — Том заговорил вслух, — ты не знаешь, чего у неё там за дела такие? — Не знаю, — с некоторой задержкой ответил пёс, потом отрывисто добавил: — Всё хорошо. Том вздохнул, но больше допытываться не стал. В заброшенной туалетной комнате для мальчиков он всё-таки вытащил палочку и закончил плетение чар — теперь их с псом было не только не видно со стороны, но и не слышно, да и оборотень вряд ли учуял бы. В этот раз пёс не дёргался, лишь одобрительно тряхнул лохматой головой по окончанию «процедуры» и первым вышел в открывшийся проём. «Как думаешь, и правда не знает?» — возобновил разговор Том, когда Квиринус перехватил управление и направился в сторону северной башни, где частенько любил околачиваться Альбус в это время. «Давай рассуждать логически... — Квиринус попытался разложить всё по полочкам, но мысли в голове путались, словно он действительно какое-то время пребывал под действием Империуса и так до конца от него и не освободился. — Если бы Блэк был в курсе её делишек, то она выставила бы только нас. С другой стороны, она могла отправить его с нами просто для того, чтобы мы не подсматривали». «Дело ясное, что дело тёмное», — сфилософствовал Том. Вопреки опасениям, Альбуса не пришлось долго искать: мерцая чарами невидимости, он выплыл им навстречу из-за очередного поворота, словно престарелое привидение. Пропустив его, они развернулись и пошли обратно, подстраиваясь под неспешный шаг старика. Квиринус не мог не отметить, что Альбус, как обычно, выглядел подозрительно безмятежным. «Дедушка в маразме, — снова заворчал Том, — как будто у него тут дементоры табунами не шляются». Пёс пристроился по правую руку от Альбуса, демонстративно поднимая лапы и важно вышагивая, словно передразнивал его. Нападать он явно не собирался, да и в целом вёл себя прилично. Квиринус в очередной раз задумался — действительно ли Альбус не видит через чары Волдеморта? Должно быть, и вправду не видел. «Действительно, — насмешливо согласился Том. — Это какие надо стальные яйца иметь, чтобы не обосраться, когда справа от тебя идёт гримм, а слева — псих». «А сзади василиск, ага», — дополнил воображаемую картину Квиринус. Том не удержался и фыркнул, но чары исправно скрывали его присутствие от всех, кроме пса. Тот ответил ехидной ухмылкой от уха до уха. Квиринус вздохнул и вновь попытался собрать мысли в кучу. В этом году Альбус вёл себя крайне подозрительно. Подозрительно нормально, словно и не замышлял ничего против Поттера. Да, в этом году он смотрел на мальчишку более пристально, чем год назад или два, но вокруг Поттера не происходило ровным счётом ничего странного. Настолько ничего, что это казалось подозрительней всего. Том снова фыркнул, но комментировать мысли Квиринуса не стал. «Нет уж ты прокомментируй!» — вспылил Квиринус. Он чувствовал себя странно, словно что-то выбило почву у него из под ног, и он никак не мог восстановить равновесие, из-за чего начинал раздражаться. «Это всё Ви, — прокомментировал его состояние Том, — первое время всегда так, когда начинаешь замечать. Зато теперь ей больше не удастся застать тебя врасплох. А что до дедушки… — теперь уже и он призадумался. — Если наша догадка верна, и прошлый я действительно облажался при убийстве Поттеров, то в ребёнке мог остаться фрагмент его личности. Нашей личности. Подозреваю, именно поэтому Поттер и способен понимать парселтанг, а возможно и говорить на нём, вот как ты». «Вроде логично. Будем изымать?» — деловито уточнил Квиринус. Не то чтобы он действительно находил пояснения Тома такими уж логичными, но они давали ту самую почву под ногами, а ступая на неё, Квиринус чувствовал себя увереннее. «Зачем изымать? Я не жадный, — отмахнулся Том. — Это точно не крестраж, так что мальчишке ничего не угрожает. Наверное… Вот только старикан может и не разделять эти два понятия — личность и осколок души. Если в прошлом году к нему в руки попадала моя тетрадь, то он мог изучить её, сопоставить факты и решить, что...» Том замолк, ему не хотелось вновь озвучивать свои подозрения даже мысленно, но Квиринус и так всё понял. Альбус действительно мог попытаться уничтожить «крестраж» в мальчишке с помощью яда василиска, а когда после этого ничего особо не изменилось… «Я бы решил, что василиск попался бракованный или что это вообще так не работает, — продолжил его мысль Том. — Хотя... мне бы и в голову не пришло, что это может так сработать, но я же не старый маразматик». И тем не менее это пришло в голову именно Тому, сам Квиринус никогда бы не заподозрил Альбуса в чём-то таком. Даже несмотря на то, что прошлый год изрядно подорвал его доверие к некогда уважаемому им волшебнику. «Ну ладно-ладно, — покладисто согласился Том, — но это же очевидно. Для чего ещё старикану травить своего воспитанника ядом василиска? Впрочем, оставим. Предположим, что после экзекуции изменений в мальчишке он не заметил… а он действительно не должен был их заметить, поскольку я всё ещё ощущаю в Поттере частичку себя...» Том сбился с мысли, поэтому Квиринус продолжил, всматриваясь в безмятежное лицо Альбуса: «И тогда он может попытаться провернуть что-то подобное снова». Словно почувствовав что-то, Альбус резко остановился и посмотрел прямо на Квиринуса. Тот тоже резко замер и даже задержал дыхание. — Приветствую вас, сэр Кэдоган, — учтиво проговорил Альбус, скидывая чары невидимости. — Всё ли в порядке на вверенной вам территории? Квиринус шумно выдохнул и поблагодарил покойного лорда Волдеморта за то, что Альбус этого не услышал. Морда пса, остановившегося чуть дальше и теперь с интересом наблюдавшего за происходящим, вновь расплылась в ехидной ухмылке. — Всё в порядке, Альбус, — степенно и в далекой от привычной манере ответил с картины низенький рыцарь в средневековых доспехах. — Можешь не переживать, если что-то увижу, то обязательно сообщу. Альбус покивал и снова набросил на себя чары невидимости. Процессия возобновила неторопливое шествие. Квиринус вновь попытался собраться с мыслям, но теперь к вязкому туману в голове добавились зашкаливающее сердцебиение и нервная дрожь, что совершенно не способствовало сохранению концентрации. «Совсем старый стал», — беззлобно поддел его Том. «Посмотрел бы я на тебя, если б ты на моём месте оказался», — огрызнулся Квиринус. Виридия выбрала очень удачный момент, чтобы присоединиться к их траурной процессии, поэтому Том не стал уточнять, что так-то они оба на одном месте, и что он и сам порядком напрягся, наверняка даже сильнее, чем Квиринус. «Так что там с крысой?» — оборачиваясь, спросил Квиринус. Даже и не думая скрываться от друзей, Виридия пристроилась следом за Альбусом, воплощая недавнюю фантазию Квиринуса в реальность. «Мне пока не удаётся прочистить ему мозги», — неохотно призналась она. «В смысле? — удивился Том. — Так что, крыса реально анимаг?» «А ты всё ещё сомневаешься в моих словах? — возмутилась Виридия, но как-то устало, скорее просто для проформы. — Да, он действительно анимаг, и его зовут Питер Петтигрю». — Во дела… — не сдержавшись, пробормотал себе под нос Том. «А Блэк в курсе?» — поинтересовался Квиринус. Его почему-то эта новость не особенно впечатлила, хотя сказочка про великого Гарри Поттера, его родителей, друзей его родителей и почившего злодея лорда Волдеморта была известна, должно быть, каждому в магическом мире. Вот только как там всё было на самом деле… Виридия не торопилась отвечать на этот, казалось бы, простой вопрос. Квиринус чувствовал её смятение и странную реакцию Тома, тот словно бы начинал закипать. Это почувствовала и Виридия. «Не злись, — примирительно попросила она, — я всё вам расскажу, когда придёт время. Ты же понимаешь, знание не всегда идёт во благо». «Во благо кому?» — с ощутимым сарказмом уточнил Том. «Мне в том числе», — ответила Виридия. И Том сдался. «Пока оставьте всё как есть, — добавила Виридия. — Очень вас прошу». Квиринус почувствовал что-то странное: разум на мгновение словно бы накрыло толстым перьевым одеялом... По крайней мере, именно так его мозг визуализировал это ощущение. «Вот об этом я и говорил, — несколько злорадно выдал Том, переключая внимание на Квиринуса. — Теперь ты чувствуешь, как она это делает». До Квиринуса запоздало дошло, что это ощущение пришибленности и какой-то противоестественной лёгкости было привнесено извне, из их связи с Виридией. Мерзавка опять попыталась контролировать его. «Не контролировать, — притворно обиженно возмутилась та, — а направлять». «А есть разница?» — с нездоровым безразличием поинтересовался Квиринус, он снова ощущал странную отстранённость. «Да в общем-то нет, — жизнерадостно ответила Виридия. — Зато теперь ты точно не пропустишь постороннее вмешательство. Если уж ты научился замечать даже меня, то любого легилимента почувствуешь, что называется, с порога». Квиринус сомневался, что в этом был смысл, но спорить не стал. «Не подскажешь, что произошло вчера на матче?» — перехватил инициативу Том. И действительно, у Квиринуса напрочь вылетела из головы странность, которую они отметили во время игры Гриффиндора с Хаффлпаффом. Впрочем, сейчас у него в голове кроме Тома вообще ничего не осталось, поэтому он смирился, расслабился, передал бразды правления другу и «прилёг в уголок». «Дементоры пытались пробиться на поле, — невозмутимо пояснила Виридия. — Сириус хотел посмотреть игру, поэтому мы оказались поблизости. Он бы очень расстроился, если бы команда его крестника проиграла из-за каких-то там пыльных загробных мешков, так что мне пришлось немного остудить их пыл». «Тогда понятно, почему старикан так напрягся, — Том усмехнулся. — Ты бы не отсвечивала слишком уж явно в его присутствии, он наверняка заподозрил что-то». «И что с того, — отмахнулась Виридия. — Решил, наверное, что защита замка разогнала дементоров. Впрочем, это недалеко от истины». «Но почему они ослушались приказа? — ответа на этот вопрос Том не ждал, просто размышлял. — Старикан бил себя пяткой в грудь, что запретил им приближаться к студентам». Виридия отвечать и не торопилась, какое-то время они размышляли вместе. «Не знаю, — наконец призналась она. — Мне хотелось бы верить, что они были голодны, а на стадионе собралось так много людей…» «Но?» — Том чувствовал, что она недоговаривает. «Но Сириус считает, что без команды дементоры и не шевельнулись бы, а у него большой опыт в общении с ними». «Без команды Альбуса?» — уточнил Том. «Не думаю», — ответила Виридия не слишком уверенно. «А Блэк что думает? — не сдавался Том. — Может, они его почуяли, потому и зашевелились?» «В собачьем облике его для них не существует, — возразила Виридия. — Сириус допускает, что приказ мог отдать Дамблдор, но он предвзято к нему относится, так что я не стала бы цепляться за эту версию». «И это всё он тебе рассказал на парселтанге?» — нарочито безэмоционально поинтересовался Том. Квиринус постарался погасить ленивую мысль о том, что его друг ревнует, прежде чем она стала общественным достоянием. Вроде бы получилось, хотя он и не был до конца уверен в этом. «Что там у них за тёрки с Дамблдором? — продолжил допытываться Том. — И зачем он вообще заявился в Хогвартс, если просто слоняется за всеми хвостом и ничего не предпринимает?» «Спроси у него, если захочет — удовлетворит твоё любопытство. Я могу только сказать, что сейчас Сириус не имеет ни малейшего понятия, как действовать дальше. Он переживает за крестника и скучает по старому другу, но не считает разумным врываться в их жизни без приглашения, да ещё и находясь вне закона». Том уже собирался выдать что-нибудь ещё не особенно тактичное, но Виридия прошуршала что-то про свои таинственные и неотложные дела, быстро попрощалась и удалилась, безмолвно прихватив с собой Блэка. «Тоже общаются мысленно», — обиженно констатировал Том, не спеша возвращать контроль над телом зашевелившемуся Квиринусу. Они остановились у заколдованного окна, за которым вовсю валил снег, что совершенно не соответствовало действительности. Запоздало помахав вслед удалявшемуся как ни в чём не бывало Альбусу, Том забрался на подоконник. «Да ладно тебе, — попытался приободрить его Квиринус. — Она взрослая девочка и хорошо разбирается в людях». «А я ревную», — неожиданно признался Том, хотя секретом это уже ни для кого не являлось. Но Квиринус внезапно понял и кое-что ещё, что ранее партнёр по телу от него вполне успешно скрывал. Том действительно ревновал Виридию, причём не только к Блэку, но и к самому Квиринусу. «Раньше ведь мы с ней одни были, — попытался оправдаться Том, — а потом появился ты. Даже не потом, получается, а сначала… — несколько сумбурно продолжал изливать душу он. — А потом уже снова я, но она начала относиться ко мне по-другому, просто как к ребёнку, не как к равному». «Да она и ко мне как к равному не относится, — Квиринус не видел в этом проблемы. — Сколько лет ей и сколько нам, мы ей не ровня». «Я не об этом, — Том попытался выразить чувствами то, что не мог выразить мысленно, но не особенно преуспел и в этом. — А, ладно… наверное, ты прав. Я просто зря загоняюсь, — он подумал немного и обиженно добавил: — Хотя она могла бы быть и понежнее с нами, а то создаётся впечатление, что нашла себе нового друга, а мы ей вроде как теперь и не нужны». «А ты посмотри на ситуацию с её точки зрения, — посоветовал ему Квиринус, ощущая себя единственным взрослым на детском утреннике. — Теперь-то ты не с ней, а со мной, причём буквально — в одном теле. И у нас с тобой куча дел, мы к ней в лучшем случае раз в неделю на выходных забегаем, а ей небось там скучно одной». «Ну… мы работаем». «Именно, мы работаем. Она прекрасно понимает это и не требует от нас частых визитов. И не обижается, что мы так редко заходим. А у Блэка вон полно времени чтобы развлекать её, псу-то работать не надо, ему вообще много не нужно. Вот и пусть развлекает. Или ты тоже хотел бы жить в подземельях и питаться крысами?» Том вздохнул. «Почему так сложно быть взрослым? — проворчал он, вроде бы сдаваясь. — И всё равно обидно, что у неё появились тайны от меня». «У всех есть тайны, — мягко заметил Квиринус. — И у меня, и у тебя». «У меня нет, — подумав немного, возразил Том. — Больше нет. А те, что остались — они не мои. Я показал бы тебе всё, если бы ты захотел...» «Но я не хочу, — закончил за него Квиринус. — Мне дорого моё ментальное здоровье, хотя оно уже давно не такое… здоровое, каким было до встречи с нашим общим знакомым». Квиринус впервые сознательно разделил две личности Тома, на что тот лишь невесело усмехнулся, демонстрируя, что заметил и оценил это, а потом отскрёб их общее вместилище от подоконника и направился в сторону комнат, ставших им вторым домом. «Всё ещё не хочешь разделиться?» — спросил он после недолгого молчания. Квиринус и сам не знал ответа на этот вопрос. Поразмыслив немного, он пришёл к выводу, что если бы они действительно разделились, он почувствовал бы себя таким же брошенным, как почувствовал себя Том, когда понял, что Виридия завела себе нового друга. Том вновь понимающе усмехнулся. «Ну и кто из нас ребёнок?» — беззлобно поинтересовался он. Квиринус улыбнулся и промолчал.