Часть I – Простые мысли

— Запоминай! Отныне, ты работаешь на меня, Мака Албарн.

— И... каковы условия?

— Всё просто. Как только Соул Итер станет моим, ты будешь свободна.

      Я достала свой старый дневник, обложка которого помнила каждую мою тайну. Села за стол и на мгновение застыла, не зная, с чего начать. Вздохнула, и вдруг ручка сама потянулась к бумаге. Я начала записывать свои мысли, словно выпуская на свободу все, что так долго прятала в себе.       Запись дневника Маки:       «Дорогой дневник, с сегодняшнего дня у меня начинается новая жизнь, хоть и не по моей воле. Меня переводят в Академию Шинигами, самое престижное заведение в Дес Сити. Хоть и рада, что буду учиться там, но направляют меня туда с другой целью. Эта цель – сбор всей информации о неком Соул Итере. Парень, который учиться на втором кусе творческой специальности. Ему семнадцать лет. Глаза алого цвета, а волосы его, как чистый лист бумаги. Любит развлечения, музыку и весьма своеобразный образ жизни. Это всё, что мне о нём известно.       Не знаю, что имела виду Камила. Она когда-то работала на Блэр, под своеобразным образом жизни Соула. Придёт время, узнаю. Блэр выбрала меня на эту роль из-за того, что я блеклая, как серая мышь. Такая личность, как Соул Итер, не обратит на меня внимание. Это играет на руку ей. Надеюсь, я скоро справлюсь с этой задачей, и всё вернётся на круги своя.»       Всё перевернулось вверх дном, очень быстро и неожиданно. Мой «папочка», после смерти матери, ушел в глубокое горе и начал очень сильно выпивать. О его любви к азартным играм, я знала, но обычно это ограничивалось посиделками у нас дома за столом с покером и его друзьями. Не стала акцентировать внимание, когда он начал пропадать ночами, ссылаясь на то, что он опять ушел к своим ночным бабочкам.       Мой отец тяжело переносил горе. Он был в разводе с моей матерью, у них были натянутые отношения. Отец хотел её вернуть, но за измену она его так и не смогла простить. Мама уехала из города, а потом нам пришло письмо, что её больше не стало. Мы похоронили её в нашем городе, и с тех пор отец стал пропадать ночами почти каждый день.       Потом я узнала, что он ходил не только к женщинам, а играл на деньги в казино с очень влиятельными людьми Дес Сити. Он проиграл целое состояние одному человеку, заложил квартиру, но этого не хватило, чтобы покрыть весь долг, и в итоге под ударом оказалась я. Отец, конечно, предлагал себя любыми вариантами, но когда Джон узнал, что у него есть дочь, предпочел взять меня.       Джон и есть тот человек, которому задолжал мой отец. Он пообещал устроить меня домработницей к своей дочери Блэр, которая жила в Городе Смерти. Сам Джон Грей жил в Калифорнии и иногда навещал Блэр. Так я попала в руки этой самолюбивой, эгоистичной и властной стервы. Другими словами, её было не описать, когда мы познакомились. — И это твой подарок? Домработница? Мог бы придумать что-нибудь поинтересней пап, — ответила Блэр отцу, когда Джон привез меня. — Блэр и так всех поувольняла, а дом надо хоть кому-то держать в чистоте, — вздохнув ответил ей ее отец. — Они были слишком напыщенны, никто в этом доме не может быть лучше меня! — самодовольно фыркнула Блэр, — А ты, что молчишь? Язык проглотила, мышонок?       В тот момент я решила, что перечить ей не буду, чтобы быстрее покинуть это место, когда придет время. Сколько себя помню, я всегда была скромной и тихой. Не впервой меня называют мышонком, ещё со школы. Я всегда была зубрилкой, много читала книг. По всем предметам у меня было отлично, и освоить какую-либо область для меня не было проблемой. — Я Мака Албарн, — спокойно произнесла я. — Это я уже знаю, — повисло неловкое молчание. — Ладно, твоя комната будет на втором этаже, рядом с прачечной, — хотела продолжить она, но Джон ее прервал. — Я пойду девочки. Мака, во всем слушайся Блэр. Чем быстрее расплатишься с долгом отца, тем быстрее вернешься к своей прежней жизни. Я даю тебе два года. — Два года, — ахнула я. — Да, два года. Будешь убирать весь дом, по возможности, готовить. Это всё. Больше никаких обязанностей. Все спокойно, как я пообещал твоему отцу и никаких «личных» услуг.       Под «личными», он имел виду оказания ему услуг сексуального характера. Чтобы побыстрей погасить долг, было и такое предложение, но отец, понятное дело, отказался от такого вида занятия для своей дочери.       Джон уехал, и я осталась наедине с Блэр Грей. Исподтишка стала изучать её внешность. Она была довольно привлекательной: длинные фиолетовые кудри спадали до ключиц, золотистые глаза, словно у кошки, идеальная фигура и высокий рост. Настоящая модель. Она оглядела меня и с язвительной улыбкой прищурилась. Ну да, до модельной внешности мне далеко. Небольшой рост, пепельно-русые волосы, собранные в два хвостика, худая фигура. Единственное, что привлекало внимание — мои большие зелёные глаза, мамины глаза. — Пойдём, я покажу тебе твою комнату, — сказала Блэр и жестом пригласила следовать за ней в особняк.       Я вошла в просторный дом. Апартаменты у нее были поистине королевские, не сравнить с нашей скромной двушкой с отцом. Похоже, она очень любила золото, так как сразу бросилась в глаза блестящая люстра и золотые украшения — вазы, столики. Лестница находилась посередине холла, и мы поднялись на второй этаж, направляясь к прачечной. Не представляю, как буду убирать этот дом одна, если Блэр всех уволила — это будет непросто. Она провела меня в конец коридора к маленькой, довольно скромной комнате, которая отличалась от остальных помещений дома. Это была комната для персонала. Здесь стояла односпальная кровать, стол со стулом, небольшое окно с занавесками, шкаф и комод. Обои были бежевого приятного оттенка, а паркет темно-дубовым с гладкой поверхностью. Шторы были плотные и белого цвета. В целом, мне этого хватит. Моя комната в квартире была чуть больше, и в ней был отдельный шкаф для книг, так как у меня их было довольно много. — Теперь это твоя комната, будешь жить тут. Уборку, обычно, начинали с утра до вечера. Между этим, ты должна находить время, чтобы приготовить и только то, что я скажу. — Джон сказал, готовить по возможности, — добавила я. — А я говорю, всегда! Прошлая кухарка убежала и две недели не отработав. Просто за то, что разбила об её тупую голову тарелку. Приготовила какие-то помои и заставила меня их жрать — вот и получила, что заслужила, — я была полном в шоке. То есть, если я ей не так приготовлю, мне на голову полетит тарелка? Я промолчала, обдумывая её слова. — И да, если будешь плохо убираться, не ожидай что тебе это сойдет с рук.       Представляю, обмотает половую тряпку вокруг моей шеи и моё лицо будет в место неё. Или того хуже, о чём подумать таже страшно. — Завтра я иду в Академию. Будь добра, сделать мне завтрак. Когда приду вечером, чтобы ужин был на столе. Меню лежит у нас на кухне. Если накормишь меня чем-то калорийным и я поправлюсь — убью, — грозно сказала Блэр.       Похоже, она тщательно следит за своей фигурой. Блэр ушла по своим делам на первый этаж. Я вместе с ней спустилась вниз, чтобы изучить меню. На столе в органайзере лежала папка с меню, я изучила её. Посмотрела, что в холодильнике и поняла, что придется идти в магазин. Я решила спросить об этом Блэр и зашла в гостиную. — У тебя нет продуктов в холодильнике, — сказала я. — Утром, деньги оставлю на столе. Пока готовь из того, что есть. Завтра пойдешь в магазин. Свали с моих глаз в комнату и не мешкайся перед глазами, — Блэр отмахнулась и уткнулась в телефон, даже не взглянув на меня.       Я молча ушла. Не так уж и хотелось проводить вечер в ее компании. Хорошо, что я захватила книги из дома — они помогут скоротать время здесь. Разложив вещи по полкам, я легла на кровать. Эмоции нахлынули, и, сдерживая слезы, я заплакала в подушку. Не знаю, как с этим всем справиться. Мамы больше нет, отца рядом тоже, а в школу я больше не пойду. Целых два года нужно будет это терпеть...       Незаметно наступила ночь. Я успокоилась и смотрела в потолок равнодушным взглядом, и считала, сколько в году дней. Триста шестьдесят пять дней, это семьсот тридцать дней мне прибывать тут, боже. Я достала дневник и отметила крестиком на отдельной части первый день. Что ж, начнем эти два круга ада...