Глава 21: Король Бейлон I Таргариен

Несколько мгновений братья сидели в тишине, пытаясь осознать внезапную потерю отца. Хотя король был уже стар и его здоровье заметно ухудшилось, для двух оставшихся сыновей его смерть все равно показалась внезапной. — Kepa, — голос Деймона вырвал их из раздумий. Они повернулись к молодому человеку, который держал в руке чашу. — Я говорил с Касвеллом, и он говорит, что тебе следует продолжать лечение еще три дня, — закончил принц.   Дойдя до кровати, Деймон оторвал взгляд от чашки. Его глаза встретились с растерянными и в то же время опечаленными лицами отца и дяди. — Все в порядке? Kepa, тебе нехорошо? — Глаза принца расширились и в них промелькнул страх.   Бейлон пришел в себя видя как напуган его сын и почувствовал себя виноватым за то, что заставил Деймона так себя чувствовать. — Нет, нет, мой милый мальчик. Со мной все в порядке, — ответил старший мужчина. Бейлон вздохнул и протянул письмо сыну, не в силах пока произнести написанное вслух. Деймон нерешительно взял письмо в обмен на сыворотку и бегло просмотрел его. Принц моргнул, прежде чем прочитать письмо еще раз, на этот раз более внимательно.   Деймон ошарашенно смотрел на письмо не до конца принимая написанное. — Дедушка… он… он умер?   — Полагаю, это произошло раньше, чем ты ожидал? — спросил Вейгон. Его племянник повернулся к нему и кивнул, все еще ошеломленный новостью.  Затем Деймон повернулся к отцу, и хотя он все ещё был в смятении из-за ранней кончины своего деда - посчитал это хорошей новостью. — Kepa, ты должен немедленно вернуться в Королевскую Гавань. Теперь ты король, — прошептал он. Бейлон напрягся от этих слов, но знал, что его сын прав. Его сестра отправила письмо, в котором просила его немедленно вернуться.   — Деймон прав, lekia. Мы должны отправляться в путь, — сказал Вейгон. Бейлон повернулся к брату и, сглотнув комок в горле, кивнул.   — Но не забудь взять у Касвелла колбу с сывороткой. Не пренебрегай своим здоровьем , — наставительно произнес Деймон. Отец хотел посмеяться над беспокойством сына, но понял, что сейчас не время и не место.   — Не волнуйся, trēsy, я сам этим займусь и за всем прослежу, — решительно заверил племянника Вейгон.   — Я не ребенок. Я сам справлюсь, — проворчал Бейлон.   Три принца принялись упаковывать необходимые вещи и сыворотку для Бейлона. Братья переоделись в более подходящую для путешествия одежду, причем Вейгон позаимствовал у брата штаны и подвязал их концы, чтобы они лучше сидели на нем. Собравшись, братья в последний раз навестили Рею, поблагодарив ее за гостеприимство и сообщив о своем отъезде. Им дали лошадей, и их сопровождал оруженосец. Они отправились в горы, где Вхагар и Караксес проводили большую часть своих дней.   Деймон сел рядом с женой на кровать и передал ей письмо, чтобы не говорить вслух о новостях. Он знал, что большинство жителей Рунного Камня лояльны, но с такими новостями лучше быть осторожным. Бейлону нужно было благополучно добраться до Королевской Гавани, пока никому, кроме членов королевской семьи, не сообщили о кончине короля. Рея в замешательстве взяла письмо и прочитала его. Глаза дамы в изумлении расширились, и она мотнула головой в сторону мужа. — О, боги , — выдохнула она. Деймон понимающе кивнул. Хотя он заботился о своем деде и знал что его потеря причинит Бейлону боль, это было именно то, что нужно королевству. Теперь, когда Бейлона коронуют, престолонаследие будет обеспечено, без усиления андальского правления и вовлечения других лордов в дела короны и семьи Таргариенов.   — Когда ты планируешь отправиться на похороны? — спросила Рея, возвращая письмо Деймону, чтобы он мог его сжечь.   — Я отправлюсь в Королевскую Гавань завтра. Тогда его должны будут сжечь, — объяснил он.   На следующий день Деймон отправился рано утром, надеясь добраться до Королевской Гавани до того, как его семья закончит завтрак. Рее передали, что он вернется, как только закончатся похороны, потому что Деймон не хотел оставлять ее одну в нынешнем хрупком состоянии. Хотя мейстер Лионель и повитухи заверили супругов, что с Реей все в порядке, а младенец выглядит активным, они все равно не хотели рисковать.   Когда Деймон добрался до столицы, он приземлился в яме, но приказал хранителям не приковывать Караксеса. Принц прошел по коридорам своего дома, направляясь в столовую, где, без сомнения, сейчас находилось большинство членов его семьи. Деймона объявил паж и проводил его в зал. — Доброе утро, — стоически поприветствовал он семью, зная, что в данный момент не стоит вести себя как обычно высокомерно.   — Valonqar, добро пожаловать домой, — ответил Визерис с грустной улыбкой. Напротив него сидела Эймма с опухшими, красными глазами. Рядом с ней находилась Гейль, выглядевшая не лучше. Алисанны нигде не было видно, вероятно, она осталась возле тела своего покойного мужа. Бейлон сидел на своем обычном месте, а Вейгон занял место Алисанны. Деймон со вздохом подошел к своему обычному месту, рядом с братом. Семья продолжала есть в молчании до конца трапезы.   В полдень семья собралась в Драконьем логове вместе с Алисанной и телом покойного короля. Король Джейхейрис, первый своего имени, был сожжён на 12-й день шестого лунного цикла 101 года от З.Э. Среброкрылая зажгла его погребальный костер по приказу своей наездницы, ныне вдовствующей королевы Алисанны. Вермитор, вечно преданный дракон, пронзительно закричал от боли при сожжении своего любимого всадника, заставив вдовствующую королеву и ее детей пролить еще больше слез по покойному королю.   После похорон и официального объявления о кончине короля семья снова собралась, на этот раз в зале Малого совета — Ваша светлость, — приветствовал поклоном лорд Бисбери, когда Бейлон вошел с остальной семьей.   Бейлон поднял подбородок, и его лицо приняло маску безразличия, что произвело впечатление на Деймона, который никогда не видел эту сторону своего отца. — Лорд Бисбери, сир Редвин, мейстер Рунцитер, — приветствовал собравшихся новый король. — Как вы знаете, мы должны подготовиться к моей официальной коронации. Но я также хочу назвать своего десницу и нескольких членов Совета дабы помочь процессу.   — Конечно, Ваша светлость, — почтительно ответил мейстер Рунцитер.   — Лорд Бисбери, поскольку вы самый старый член совета и не являетесь командиром Королевской гвардии, я хочу назвать вас своим десницей. — Этот выбор никого не удивил, и Бисбери с благодарностью поклонился королю. — Далее я хотел бы назначить моего брата, архимейстера Вейгона, своим мастером над законом.   Члены совета были несколько ошарашены таким выбором, ведь Вейгон никогда не проявлял интереса к совету, да и не предполагалось, что он останется в столице после похорон и коронации. — Для меня это большая честь, брат, — произнес Вейгон из-за спины Бейлона, заставив членов совета вспомнить, что в комнате находится и остальная часть семьи Таргариенов.   — Примите мои поздравления, мейстер, мы приветствуем вас в совете, — ответил Рунцитер. Вейгон кивнул ему в знак признательности.   — Я бы также хотел, чтобы лорда Корлиса призвали сюда, дабы он мог стать моим мастером над кораблями. —Бисбери и Редвин неловко заерзали, услышав приказ, но Бейлон не обратил на них внимания. — Если он не отклонит предложение, то на эту должность подойдет Таймонд Ланнистер. И последнее, но не менее важное: пожалуйста, призовите лорда Хайтауэра — он станет мастером над монетой.   Выбор последнего члена совета был сделан намеренно, поскольку Деймон и Рея накануне рассказали Бейлону об участии сира Отто Хайтауэра в свержении дома Таргариенов. Бейлон и Вейгон считали, что лучше держать врагов поблизости, чтобы иметь возможность лучше за ними приглядывать или нанести удар, когда они меньше всего этого ожидают. Рея и Деймон согласились с ними, считая, что даже если Хайтауэры попытаются узурпировать власть Таргариенов, их планы будут легко распознаны и сорваны. После того как новые члены совета были названы, а вороны отправлены, Деймон удалился.    

***

  Десять дней спустя Деймон вернулся в Королевскую Гавань на коронацию своего отца. Таргариены собрались в тронном зале, все одетые в цвета своего дома. Как Командующий Городской стражей Деймон также был облачён в золотой плащ. К семье присоединились несколько лордов и леди, некоторые из них уже находились в столице с прошениями. Другие прибыли туда, как только получили известие о кончине короля.   В начале церемонии зал был наполнен шепотом: люди с нетерпением ждали прибытия нового короля. Вскоре двери распахнулись, и глашатай громко объявил: — Король Бейлон Таргариен, первый своего имени! Толпа мгновенно затихла, когда Бейлон вышел вперед, облаченный в черные доспехи, украшенные символом дома Таргариенов. За королем следовали пять Белых плащей, каждый из которых держал руку на рукояти меча, а их глаза бдительно оглядывали зал.   Бейлон шел спокойным шагом, устремив взгляд на чудовищный трон. Дойдя до ступеней трона, король приостановился и повернулся лицом к толпе. Рядом с ним стоял Великий мейстер Рунситер с короной Джейхейриса I. Бейлон преклонил колени перед мейстером, который бережно возложил корону на его голову. — Я короную тебя, король Бейлон из дома Таргариенов, первый этого имени. Король андалов, ройнаров и первых людей. Лорд Семи Королевств и защитник королевства. Прошу, встать!   Бейлон грациозно встал под приветственные крики людей. Следующим подошел Вейгон и вручил ему королевский меч. Бейлон взял Черное Пламя и повесил его на пояс. Затем король повернулся и спокойно поднялся по ступеням к своему месту. Бейлон на мгновение остановился, прежде чем сесть на трон и выпрямить спину. Все это время лорды и леди приветствовали его. От этой сцены в груди Деймона поднялась гордость, и он ощутил странное чувство удовлетворения от того, что его отец наконец-то получил заслуженное признание.   За церемонией последовал трехдневный пир, поскольку король посчитал неуважением к своему покойному отцу устраивать экстравагантный турнир. На следующий день после окончания празднеств, к смущению Деймона, принца-изгоя вызвали на первое официальное заседание Малого совета. Деймона вызвали рано утром, сразу после завтрака. Принц хотел вернуться в Рунный Камень в тот же день, но отложил поездку, чтобы услышать, что нужно от него совету   — Принц Деймон Таргариен, Лорд-командующий городской стражей, — объявил виночерпий находившийся в зале. Принц-изгой вошёл внутрь и обнаружил, что все члены совета в сборе, кроме лорда Хайтауэра, который еще не прибыл в Королевскую Гавань. Среди членов совета был и Визерис, который теперь занимал место нового наследника.   — Ваши светлости, милорды, — приветствовал их кивком головы Деймон.   — Деймон, прошу, присаживайся, —распорядился Бейлон, указав на пустой стул. Сын повиновался, садясь рядом с сиром Редвином напротив мейстера Рунцитера. — Мы приняли решение, что, учитывая твою постоянную работу на благо простого люда, будет справедливо предоставить тебе место в этом совете. Деймон затаил дыхание, и его взгляд скользнул по каждому члену совета, дабы оценить их реакцию. Визерис, Вейгон, Редвин и Бисбери смотрели на принца с почтительными и гордыми улыбками. Корлис и Рунцитер выражали к нему безразличие.   — Ваша светлость, благодарю за эту честь, — ответил принц-изгой со стоическим выражением лица. Деймон больше не был самодовольным, невежественным и импульсивным принцем. Он знал, что нельзя вести себя беспечно в Малом совете или настраивать против себя остальных его членов. Как бы ни хотел принц подорвать позиции Хайтауэров, ему нужно было, чтобы его брат, будущий король, видел в нем поддержку и преданность, дабы сохранить их отношения.   — Ваша милость, останетесь ли вы сейчас в Королевской Гавани или сохраните свою обычную привычку жить в Рунном Камне, выполняя свои обязанности здесь? — поинтересовался лорд Бисбери.   — Моя жена скоро родит, милорд, поэтому я буду придерживаться своей обычной рутины, — ответил Деймон. Десница понимающе кивнул.   — Тогда мы не задержим тебя надолго. Сегодня я хочу составить повестку дня, которой мы будем следовать до конца года, — заявил король. Члены совета повернулись к нему, и Бейлон кивнул своему брату, который разложил пергамент. — Как некоторые из вас, возможно, знают, покойный король работал над некоторыми проектами до своей смерти. Хотя у него так и не было возможности их начать.   — Да, Ваше величество. Я помню, во время нашего последнего собрания мы говорили о внедрении канализационной системы, поскольку теперь у нас есть полные планы и деньги для начала ее строительства, — ответил Бисбери.   — Я просмотрел записи лорда Бисбери, Ваше Величество, и не могу не отметить его превосходную работу, — заявил Визерис.   — Отлично, значит, работа начнется со следующей недели. Что еще? — сказал Бейлон.   — Я полагаю, мы также обсуждали создание декретных документов, предложенных принцем Деймоном, — заявил мейстер Рунцитер, вытаскивая пергамент. — Цитадель нашла способ этого добиться, используя лучшую бумагу и то, что мейстер Марбранд назвал печатным станком.   — Как это работает? — спросил Вейгон.   — Кузнецу было поручено создать металлические пластины, выгравировав на них буквы. Пластины располагаются в определенном порядке. Затем их обмакивают в чернила и обмакивают кусоком ткани, прежде чем прижать к пергаменту, — объяснил Рунцитер.   — Когда мы сможем начать использовать печатный станок? — спросил Бейлон.   — Пластины прибудут с лордом Хайтауэром, Ваше величество. Встреча продолжалась час, с дальнейшими обсуждениями возможного технического обслуживания или работ по развитию. Деймон ушел, как только встреча закончилась, и улетел обратно в Рунный Камень, чтобы провести время с женой. Рея без особых проблем доходила до 36-й недели, и пара все больше верила в появление живого и здорового младенца, так как он активно двигался в животе матери.  

***

  Следующие три с половиной недели Деймон продолжал делить свое время между Рунным Камнем и Королевской Гаванью. Это случилось на 13-й день седьмого лунного цикла, когда Рея совершала свою обычную прогулку по коридорам рядом со своими покоями. Леди внезапно почувствовала позыв к мочеиспусканию, но вместо этого по ее бёдрам потекла слизистая жидкость. Рея скривилась от отвращения, но тут же поняла, что у нее начались роды..   — Позовите Корру и Миру, у меня начались роды, — приказала дама своему личному стражу.   Йохан кивнул, но, собираясь уйти, обернулся к своей подопечной с обеспокоенным выражением лица. — Моя леди, принц Деймон все ещё не прибыл, — сказал мужчина. Обычное время прибытия Деймона было не раньше, чем через два часа.     — Всё в порядке. Не похоже, что этот ребёнок появится прямо сейчас, — ответила Рея. Дама поплелась обратно в свои покои, остановившись на несколько мгновений, когда у неё начались схватки. Вскоре к ней присоединились повитухи, и, как и в первых родах, Рея разделась до сорочки, а ее волосы были заплетены в косу.   В течение следующих нескольких часов Рея ходила по своей комнате с помощью Миры, пока не прибыл Деймон. Принц быстро переоделся в более удобную одежду и тщательно вымылся, прежде чем присоединиться к своей жене. Деймон знал, что Рея предпочитала, чтобы он был чистым в таких ситуациях. Тем не менее, дама продолжала терпеть схватки до конца шестого часа. Мира использовала недавно приобретенный расширитель и определила, что у её госпожи полное раскрытие.   — Моя леди, вы можете начать тужиться, — сказала повитуха. Трое слуг помогли Рее принять положение рядом с кроватью, как и в первый раз. Женщина работала над тем, чтобы успокоить свое дыхание, прежде чем начнется следующая схватка. Схватки вскоре последовали одна за другой, и Рея тужилась так сильно, как могла. Деймон держал свою жену и шептал ей ободряющие слова. Между тем, повитухи сосредоточились на том, чтобы принять младенца и убедиться, что Рея не поранится во время родов.   Через полтора часа младенеца наконец извлекли из Реи. — Поздравляю, моя леди, — прошептала Корра. Рея расслабилась в объятиях мужа, ожидая, когда выйдет послед.   — Ваша светлость, вы благословлены еще одним мальчиком, — с благоговением произнесла Мира.   Деймон и Рея улыбнулись друг другу. — У нас два мальчика и девочка. Как думаешь, нам повезет с девочкой в ​​следующий раз? — шепнул он ей. Рея застонала услышав его предложение. Она была не в настроении думать еще об одном ребенке в этот момент, но сказанное, безусловно, рисовало идиллическую картину. Было бы замечательно если бы у нее родилась девочка в следующий раз.   После того, как она завершила роды, рождением последа и перерезанием пуповины, Рее снова было предоставлено уединение с мужем и младенцем. — У тебя есть имя на примете? — прошептал Деймон. Принц сидел рядом со своей женой, которая прижимала их ребенка к груди. К счастью, он казался хорошим размером, особенно по сравнению со своими старшими братом и сестрой.   — Вообще-то, у меня есть одно имя на примете, — ответила она. Рея повернулась к мужу и хитро улыбнулась. — Дейрон.   Это имя заставило Деймона нахмуриться, а Рею — захихикать, но она тут же заскулила от боли, когда из-за смеха ее мышцы начали сократиться. — Осторожнее, — прошептал мужчина. — Почему ты хочешь назвать его так?   — Потому что это имя твоего внука от Эйгона. Его знали как Дейрона Молодого Дракона, и он практически заставил Дорн преклонить перед ним колени.   Грудь Деймона раздулась от гордости, ведь он знал, что один из его прямых внуков добился такого успеха. — Ты ведь не планируешь воспитать его для завоевания Дорна, не так ли? — игриво спросил он.   Рея с трудом подавила смешок и покачала головой. — Я просто хочу вырастить его хотя бы наполовину таким же храбрым и способным, — ответила она и снова взглянула на своего спящего ребенка.   Прошла неделя, прежде чем Деймон решил поделиться с семьёй радостной новостью. Супруги решили отложить объявление о рождении Дейрона, чтобы у них было некоторое уединение в течение его первой недели жизни. Именно во время завтрака в Королевской Гавани Деймон решил упомянуть об этом. — Рея родила неделю назад, и мы назвали его Дейроном, — заявил принц. На минуту комнату охватило молчание, прежде чем кто-либо отреагировал на слова принца-изгоя.   — О, это замечательная новость! — взволнованно воскликнула Гейль. Бейлон и Вейгон присоединились к поздравлениям и были взволнованы так же как и их сестра. Однако Визерис, казалось, чувствовал себя неловко, когда пришла его очередь поздравлять своего брата.   Тем временем Эймма резко встала с выражением облегчения и волнения на лице. — Я должна навестить ее тогда! — Семья обернулась к молодой женщине, которая смотрела в ответ, в основном на своего мужа. — Рейнира скучает по ней, и я хочу увидеть ребенка. Визерис поджал губы, но не стал отказывать жене, зная, что это приведет к ненужному спору.   — Хорошо, но ты же знаешь, что у меня есть обязанности. Так что, возможно, тебе и Рейнире стоит отправится в путешествие с Гейль, — сказал Визерис. Его слова, похоже, еще больше воодушевили Эймму, поскольку леди взволнованно схватила свою тетушку за руку; обе женщины извинились и вскоре отправились готовится к поездке.   Две дамы Таргариенов прибыли в Рунный Камень шесть дней спустя на корабле. Сначала они отправили Рейниру к ее кузенам, о которых заботились слуги и другие их кузены. Как только Рейнира была размещена с Геймоном и Алиссой, Эймма и Гейль отправились навестить леди Ройс.   — Рея! — взволновано воскликнула Эймма, войдя в покои подруги и бросившись к ней. Рея, которая все еще отдыхала после родов, ухмыльнулась при виде своей подруги и приняла ее нежные объятия.   — Эмми, Гейль, я скучала по вам, — сказала она им обоим.   — Мы тоже скучали по тебе, — ответила Гейль с застенчивой улыбкой, подходя к другой стороне кровати.   — Итак, я вижу, вы слышали новости, — игриво сказала Рея.   — Поздравляю, надеюсь, он здоров, — ответила Гейль.   — Благодарю. Кажется, он сильный, но я все равно хочу быть с ним осторожнее, — ответила леди Ройс. — А как вы двое? Есть ли какие-нибудь новости из Королевской Гавани, помимо обычных петиций и работы?   Эймма заерзала от этих слов, заставляя двух других женщин вопросительно наклонить головы к ней — Эймма? — позвала ее Гейль.   — Ну, у меня есть новости, но вы пока никому не должны о них рассказывать, — прошептала самая молодая женщина. Рея напряглась, гадая, собирается ли ее подруга объявить то, что, как она полагала, должна была объявить.   — Конечно. Чем ты хочешь поделиться? — прошептала Гейль.   — Я... я беременна, — робко ответила Эймма.   Рея резко вдохнула, а глаза Гейль расширились. — Когда... когда ты поняла? — прошептала Рея и потянулась, чтобы взять руку Эйммы в свою.   Молодая женщина вздохнула, и выражение ее лица стало серьезным. — Моя лунная кровь должна была прибыть через несколько дней после похорон дедушки, но этого не произошло. Сначала я думала, что стресс от случившегося повлиял на меня. Однако не потребовалось много времени, чтобы проявились и другие симптомы.   — Значит, ты уже на две луны позади? — выдохнула Гейль.   — Приблизительно, да. Но я еще никому не говорила об этом. Я думаю, все были заняты сменой королевской власти и не обратили внимание на то, что у меня нет лунной крови.   — Подожди, то есть, ты еще не сказала Визерису? — спросила Рея, приподняв бровь.   Эймма прочистила горло и снова заерзала на своем месте. — Нет. Я не говорила. И я не собираюсь говорить ему еще одну луну. Рея спрятала ухмылку, зная, что неразумно демонстрировать свою хитрую сторону перед Гейль. Говоря об этом, принцесса выглядела возмущенной, хотя больше казалось, что она пребывает в замешательстве.   — Что? Почему? — спросила она все ещё испытывая шок от сказанного.   Эймма вздохнула, глядя на нее: — Гейль, ты видела, каков он. Я не хочу снова его разочаровывать. Я скажу ему, когда буду больше уверена, что этот ребенок выживет. Гейль закусила губу и со стыдом посмотрела на свои колени. Она знала, каков ее племянник, и часть ее была в ярости на него, даже если она понимала желание иметь ребенка.   — Останешься ли ты здесь на следующую луну? — спросила Рея, уже зная ответ на свой вопрос.   — Да, останусь. Затем я отправлюсь на Драконий Камень и сообщу ему, чтобы он приехал туда. Я не собираюсь рожать этого ребенка в Королевской Гавани, — решительно ответила Эймма. Рея улыбнулась своей подруге, рада видеть, как Эймма постояла за себя и своего будущего ребенка.   — Мои повитухи будут в твоём распоряжении.