Начало, Бестиарий и Гости

— Миранда Лондгольн! Не меня ли ты, душечка, ищешь? — Старческий, немного хрипловатый, но довольно-таки звонкий голос перекрывает собой гомон, создаваемый большой концентрацией народа в одном месте. — Мистер Монгвуд! Это вы там? Ох… Аккуратно протискиваясь сквозь толпы Хоббитов, но всё равно порой задевая кого-либо и извиняясь, девушка добирается до одного из многочисленных прилавков, который отличается своим, необычным для здешних мест, книжным наполнением. — Что это на вас нашло? Совсем другое место в этом году выбрали! — Миранда первые секунды смотрит старцу в глаза в знак приветствия и уважения, а после плавно опускает свой взгляд и начинает скользить им по имеющимся товарам… — Да, вот, посмотри на этих «умных» Хоббитов, — Торговец, вскидывает свою руку в стремлении показать на всех остальных торгующих здесь, его голос ехиден, а в глазах поблёскивает победоносный огонёк, — день сегодня жаркий, душный, все, вон, потом обливаются, а я вот, — Хоббит разводит руки, словно очерчивая ими круг, — тенёчек себе раньше всех занял, ради этого и поднялся пораньше и прискакал побыстрее! — Мистер Монгвуд снова активно жестикулирует, словно пытаясь придать своим словам форму. Девушка улыбается и вежливо помалкивает, думая, что для счастья, оказывается, нужно не так уж и много, а ещё о том, что положение лавки её старого знакомого будет выгодным ещё примерно полчаса, а после солнце направит свои лучи именно на этот клочок земли… Она обводит взглядом прилавок снова, но видит лишь сказки, книги-рецептники и руководства по уходу за садом, огородом… — Душенька, ты на это не смотри, я это так… для этих, — Мистер Монгвуд кивком головы указывает в гущу столпотворения, не зная, какие именно слова точно описали бы Хоббитов, обитающих здесь, — я же помню, что тут живёшь и ты, поэтому припас для тебя нечто более интересное, чем милые бабушкины рецептики. — Он улыбается, совсем по-доброму и родному, немного сощуривая свои ярко-зелёные глаза, в которых искрится, своего рода, понимание… Низенький старичок немного отходит в глубь своей палатки и начинает греметь сундуками. — Очень мило с вашей стороны, большое спасибо! Пока Мистер Монгвуд ищет нечто, специально привезённое для неё, Миранда поворачивается лицом к снующим то тут, то там жителям этого маленького мирка — Шира… Погода действительно благоволила, хоть и была всё же немного более безжалостной, чем Миранда себе представляла ещё утром, собираясь на ежегодную весеннюю ярмарку. Хоббиты — милый и тихий народ, но праздновать всё, что угодно и когда угодно было, если можно так выразится, их вредной привычкой. Вот и сейчас проходила ярмарка в честь того, что скоро лето. Миранда улыбается, здесь действительно хорошо и уютно, но полностью расслабиться ей ещё ни разу не удавалось даже в таком умиротворяющем и доброжелательном местечке… — Ага! Вот она! На-ка, смотри! — своим возгласом Мистер Монгвуд заставляет девушку выйти из мимолётных раздумий и обернуться. Достав из сундука невероятный по своей старине и величине фолиант, потерявший свой былой красный окрас, он кладёт его на прилавок и интересуется: Нравится? Ну что я спрашиваю, по тебе и так видно! — Он посмеивается, когда девушка немного хмурится. Это действительно было так, смотря на её лицо и обращая внимание на мимику, всегда можно понять, что происходит в её кудрявой голове… — А что это? — Фолиант выглядит конечно занятно, но вот каково его содержание — главный вопрос. — Это?.. хм, дай-ка подумать. Это — что-то очень интересное и стоящее твоего внимания. Это — старый, как я понимаю — даже древний, бестиарий! Миранда смотрит на книгу, потом на старика-хоббита, снова на книгу, а потом снова на Мистера Монгвуда. — Ну что ты так на меня смотришь? Не обманываю я тебя, раскрывай, смотри сама! — Старичок усмехается, зачёсывая в немного самодовольном жесте свои уже подёрнутые сединой волосы. А девушка, не медля ни секунды, раскрывает самую середину и не может поверить своим глазам… — «Горные огры»…— читает она название заголовка, которое написано на эльфийской языке, Синдарине, — Мистер Монгвуд, где же вы её достали-то? Она же эльфийская! Вы им душу продали, что ли?! Невероятно! — Ну не душу. Я кое-что обменял, но да это не так важно! — Он снова смеётся и промакивает карманным платком свой лоб от пота. — Сколько вы за него берёте? — интересуется Миранда, доставая из корзины мешочек из плотной тёмно-зелёной ткани. — Да, два медянника всего. Ну чего ты снова на меня косишься? Ты думаешь, я бы кому-нибудь здесь смог его продать? — Наидобрейшего вам дня, Мистер Монгвуд, Мисс Лондгольн. Я бы мог его купить за большую цену. Заговорившись, старец и Миранда не заметили подошедшего к ним Хоббита. Он озирался по сторонам и немного сутулился, словно пытаясь казаться ещё меньше, чем он есть… — И вам доброго дня, Мистер Бэггинс, что нового у вас? — спрашивает Миранда, доставая из мешочка четыре медянника и быстренько протягивая их Мистеру Монгвуду, продолжая удивляться поведению Бильбо Бэггинса. — Доброго-доброго! И правда, Бильбо, как поживаете? — Старик-хоббит в свою очередь забирает монетки у девушки и принимается за упаковку фолианта. — Да, собственно, ничего. Хотя нет, знаете… Вдохновение всё не навещает меня, уж месяц как. А руки так и чешутся написать какое-нибудь стихотворение, — Провожая красное потёртое теснение взглядом, Мистер Бэггинс прекрасно понимает, что заполучить заинтересовавшую книгу у него уже не получится, поэтому продолжает игру в невероятно дружелюбных соседей, посматривая в сторону толпы других Хоббитов, ненароком ища среди них высокую фигуру. — Да? Может вам не хватает чего-нибудь? — интересуется торговец, отдавая уже запакованный в бумагу и перевязанный бичевкой бестиарий Миранде. — Приключений, например? — это уже добавляет сама Миранда, запихнув покупку и мешочек в корзину. — Да что вы все сегодня про приключения заладили, не люблю я их, — бубнит, а затем отмахивается Бэггинс, оглядывая округу и не замечая, как на него удивлённо взглянули торговец и девушка… — Что ж, была рада с вами повидаться! Всего доброго, Мистер Бэггинс, Мистер Монгвуд, спасибо за прекраснейшую обновку, встретимся в следующем году! — До свидания, душенька!

***

Добравшись домой уже ближе к вечеру, Миранда разбирала свои покупки. — Так, надо найти список и посмотреть точно ли я всё взяла. Сыры, свежие овощи и фрукты, мясо, вина— есть. Мука, дрожжи, сахар и соль — есть. Штаны — раз, штаны — два, юбка — есть, пара заколок — имеется, ну и конечно же ты, моя прелесть, — полушепчет, полубубнит девушка, а после достаёт свёрток с бестиарием… Шелест упаковочной бумаги смешивается со смехом детворы, пением птиц, разговорами взрослых хоббитов и звуками покидающих эти места телег, слышимых благодаря открытым по всей норке окнам. — Ай, старый пройдоха! Ну я ему и его щедрости в следующем году! Ух! — Миранда возмущалась, хотя на самом деле ей было приятно. Старый Мистер Монгвуд был немногим — почти единственным Хоббитом, кто относился к Миранде с ненаигранной теплотой и некоторым пониманием. Он любил общаться с ней о мире, который находится там, за границами Шира, а ещё ему нравилось делать ей всякие приятные неожиданности, такие, как сейчас. На столе, где девушка развернула свою обновку из книжного прилавка, лежало точно больше одного предмета: сам бестиарий, два медянника от тех четырёх, что она дала и… книжка с рецептами для выпечки. Знает ведь, что она экспериментировать любит и только в самых крайних случаях обращается к «путеводителям» по кулинарии… Доразобрав покупки, Миранда присела на один из стульев, облокотилась на стол, подпёрла ладонью щёку и посмотрела в открытое окно. За ним крылся уже не по-весеннему летний вечерний пейзаж, а ещё стайками бегали дети, стрекотали насекомые, и важно разгуливали взрослые хоббиты. Всё жило своей жизнью… «А я, словно камушек в речушке, остаюсь на месте и никуда не двигаюсь, разве что позволяю течению стачивать себя… Так и получается, что я остаюсь, а всё вокруг меняется. Хотя в этом уголке Средиземья тоже словно всё замерло: дни проходят лениво, соседи не меняются, а разговоры и проблемы остаются всё теми же…» Раздумья совсем меняют внешность девушки, прибавляя уставший и повзрослевший на несколько лет вид; заставляют уголки губ опуститься, лицо расслабиться, а извечно прямую осанку пропасть… Она точно решила для себя, что покинет это место, возможно, даже в совсем скором времени... Миранда не чувствует ни взгляда, что скользит по её спине, ни того, что ветерок из приоткрытого позади окна стал слабее из-за высокой фигуры, стоящей снаружи.

***

Бильбо Бэггинс расслабленно сидел на лавке около своего дома, покуривая табак и изредка пуская большие кольца дыма… Его настроение было определённо мечтательным и даже каким-то лениво-довольным. Это утро было приятным удивлением для него. Прохладное, оно не заставляло его ёжиться и хотеть вернуться в уютную тёплую норку, совсем наоборот — оно дарило лёгкость и свежесть, заставляя пробегать по спине изредка появляющийся каскад приятных мурашек… — Прекрасное утро… — шепчет Мистер Бэггинс, едва прикусив загубник своей трубки. Позже он снова выпускает колечко дыма и блаженно прикрывает глаза. Пуф. Что-то лёгкое, совсем невесомое, разбивается об его нос. Это «что-то», на странность, пахнет тем самым табаком, который раскуривает сейчас Хоббит… Бильбо открывает глаза, отводит трубку от лица и видит, что за его забором стоит высокий старец в остроконечной шляпе, руки которого заняты диковинным посохом. Молчание затягивается, поэтому Мистер Бэггинс предпринимает попытку начать диалог: — Доброе утро… — Что вы хотите этим сказать? Что желаете мне доброго утра или утверждаете, что утро доброе, и неважно, что я о нём думаю? Или, может, вы хотите сказать, что испытали на себе доброту этого утра? Или вы считаете, что все должны быть добрыми в это утро? — Незваный гость улыбался, его серо-голубые, смотрящие словно в самую суть глаза светились весельем. — Всё это сразу, я полагаю. — А вот Бильбо был в растерянности. Он не ожидал, что на обычное приветствие ему ответят так. Старик, хмыкнув после слов хоббита, помалкивал… — Я могу вам помочь? — интересуется Мистер Бэггинс, нервно озираясь по сторонам. — Это мы скоро узнаем…— задумчиво говорит странный старик, а после несколько раз открывает и закрывает рот, словно пытаясь подобрать слова, — Я ищу того, кто готов отправиться на встречу приключениям, — всё же проговаривает незнакомец. Бильбо Бэггинс даже не успел поднести трубку к губам — закашлялся, а потом глянул на старика исподлобья. — П-приключениям? — Хоббит был настолько удивлён, что даже запнулся, а после, ещё раз едва кашлянув, продолжил: Нашли где искать, в наших-то краях! Тут народ тихий, мирный... — Немного нервничая и аккуратно поглядывая на старца, Бильбо поднялся и подошёл к почтовому бочонку, чтобы достать письма, — Одни беспокойства и одни неприятности, ещё обед пропустишь… Лично мне приключения совсем ни к чему, есть в них что-то такое тревожное, неудобное... Этот старик настораживал, больше всего Хоббиту хотелось, чтобы он убрался восвояси. Но тот стоял себе, опёршись на посох, и молча глядел на хоббита... Держа трубку губами, Мистер Бэггинс перебирал приличную стопку писем, следя за высоким незнакомцем, а после, рассердившись на такое пристальное, но молчаливое внимание, по-странному засуетился и двинулся к двери в свою нору, кинув: Доброе утро! Глаза старика округлились, а, державшаяся на его губах улыбка, исчезла, весь он напрягся… — Подумать только, до чего я дожил! Сын Беладонны Тук отделывается от меня добрым утром, словно я пуговицами вразнос торгую! — воскликнул незнакомец, негодуя… — Прошу прощения? — полувопросительным тоном проговаривает Бильбо и разворачивается к незваному гостю, но тот, словно не услышав, продолжил свою речь: Ты изменился и не то чтобы к лучшему, Бильбо Бэггинс… — Простите, мы знакомы? — Хоббит всё никак не может разобраться, что здесь происходит… — Тебе известно моё имя, хотя ты и забыл, что оно принадлежит мне. Я Гендальф, а Гендальф — это… — знакомый незнакомец делает небольшую паузу, прежде чем продолжить, — это Я… — Он разводит руками в разные стороны в небольшом поклоне. Брови Мистера Бэггинса стремятся встретиться с линией роста его кудрявых волос, а сам он отнимает трубку от губ и указывает ею на гостя. — Гэндальф? Тот самый странствующий Волшебник, подаривший Старому Туку изумрудные запонки, которые не расстегнёшь, пока не вымолвишь заветное слово, и устраивавший неподражаемые фейерверки? — Мельком окунувшись в воспоминания, Хоббит сразу же из них вынырнул и спросил: Всё этим занимаетесь? Гэндальф, на лице которого уже успела снова расцвести странная, но радостная улыбка, вновь её потерял и нахмурился, интересуясь в ответ: А чем ещё мне заниматься? — Ну как…э. — Порыскав глазами, за что бы можно было зацепиться взглядом, но так и не найдя, ровно как и ответ на заданный ему вопрос, Мистер Бэггинс вновь принялся курить. Всё такой же хмурый, Волшебник оглядел стоящего перед ним на маленьких ступеньках Хоббита… — Что ж, приятно, что ты хоть что-то обо мне помнишь, даже если это одни запонки и фейерверки, н-да… Что ж решено, это будет полезно для тебя, — он указывает на Хоббита пальцем, — а меня порядком развлечёт, я сообщу остальным… — поведав всё это, старец двинулся по направлению дороги. — Сообщите кому? Что? Нет, не надо! Ни за что! Это ни к чему, не нужно нам никаких приключений здесь! Спасибо, не сегодня, нет. Советую поискать вам за холмом… или по ту сторону реки! — Мистер Бэггинс тараторил и активно жестикулировал, то спускаясь по ступеням, то поднимаясь по ним же — мельтешил, а после, словно решившись, направился ко входу в свой дом, но перед тем, как оградить себя круглой дверью от назойливого старика, проговорил, заикаясь: Д-д-доброе утро, — И юркнул в проход, плотно закрывшись на замок… Гэндальф же всё это время стоял, словно громом поражённый, лишь разглядывая Бэггинса с удивлением и порой хмуря брови… — Что ж это такое-то? — пробубнел Волшебник. Этот маленький Хоббит своим поведением нарушал все планы, которые так тщательно выстраивались месяцами… И если раньше Гэндальф был уверен, что в Бильбо точно осталось хоть что-то, интересующееся другим миром, любящее книги про приключения и мечтающее поучаствовать хотя бы в одном из таких… То сейчас Маг понимал, что годы проживания в поселении домоседов-хоббитов сделали своё дело…

***

С самого начала решение напечь кучу сладких плюшек показалось Миранде удачным, но сейчас, когда перед ней на пороге её дома стоял самый настоящий Гном с бородой, длинными волосами и лысиной на макушке, идея про выпечку показалась ей гениальной, потому что глупой она не была никогда и знала, что если рядом есть один гном, значит где-то их целая орава… Нет, конечно, можно было бы решить, что он ошибся норкой или просто заблудился, но то, с какой уверенностью незнакомец смотрел на девушку, будто знал, что откроет именно она, возможность ошибки искореняло. — А, эм. Доброй ночи, кто вы, и чем я могу помочь? — Вежливость — это лучшее оружие для того, чтобы узнать всю нужную информацию, ну и порой не лишиться жизни. — Двалин, к вашим услугам, мне сказали, что здесь будет ночлег и еда, много еды. — Гном повёл носом, учуяв запах плюшек… — Кто вам такое…а..эй. — Миранда не успела договорить, как этот Двалин прошёл в её дом, едва не задев её. И как только заметил кладовую с продовольствием, сразу направился туда. — Эй, Мистер Гном! Извините, вы не могли бы мне всё объяснить? Дойти до гостя она не смогла, дверной колокольчик звякнул и оповестил её, что на пороге снова кто-то был. — Доброй ночи… — Непроизвольная вежливость на появления ещё одного Гнома. Этот был уже в преклонном возрасте, что было заметно по словно выбеленным волосам и бороде. — Балин, к вашим услугам, мисс. — Седовласый мужчина поклонился и уже собирался пройти, но Миранда ему не позволила, преградив путь рукой. — Так, постойте, Балин, вы не могли бы позвать своего друга сюда и всё мне объяснить? Я была бы вам очень признательна! — От волнения и недовольства её острые уши и щёки приобрели красноватый оттенок. — Я… А как представился мой друг? — поинтересовался, приподняв свои косматые седые брови, Балин, будучи удивлённым подобной просьбой. «Да что ж это такое, гномы друг друга по имени не знают, что ли?» — Извините, если произнесу неправильно, но, кажется, он сказал, что его зовут Бвалин или Твалин, или… — Двалин? — перебивает её новый знакомец. — Да! Если бы кто из Хоббитов увидел, что она не пускает гостя в дом, а держит его на пороге, сразу же весь Шир узнал бы, что с ними проживает такая бескультурная особа, не знающая этикета по приёму гостей. Это подорвало бы и так не лучшую репутацию девушки. — Двалин, друг, ты тут? — крикнул Балин за спину Миранде. Зов подействовал, из кладовой вышел мужчина с набитым ртом. Как только он увидел седовласого Гнома, его глаза округлились, а борода зашевелилась быстрее из-за того, что он пытался прожевать всё как можно скорее… — Проходите, Балин, только прошу, сначала объясните мне всё, — тихо проговорила девушка, успокаиваясь и смотря то на одного Гнома, то на другого. Она посторонилась и пропустила гостя, тот в свою очередь кивнул и обнялся со своим другом так крепко, что девушка и сама невольно почувствовала неприятные сдавливающие ощущения в рёбрах. Но хуже всего ощутился удар этих двоих лбами, стукнулись они не жалея себя — звонко. — Ладно, Двалин нам нужно объяснить этой маленькой… мисс, что мы тут делаем. — Седовласый Гном, Балин, испытал некоторое затруднение на слове «мисс», давая понять, что он не знает имени хозяйки этого дома. — Простите мне мою невежливость! — воскликнула она, — Я Миранда Лондгольн! — Девушка протянула руку для рукопожатия... В дверь позвонили, снова, дважды подряд. Не успела Миранда открыть, как в прихожую впрыгнули два Гнома. Бороды их были короче, чем у тех, что уже пребывали в доме девушки. Это выдавало их относительную молодость, у одного из них она была чёрной, а у другого — цвета соломы. — А, — Всё, что успела произнести Миранда перед тем, как эти двое представились. — Кили, к вашим услугам, — сказал один гном. Тот, что с тёмными волосами. — И Фили, — добавил второй — со светлыми. Сняв свои плащи, они поклонились. — Миранда Лондгольн, — представилась девушка в ответ, в который раз запирая дверь... — Я вижу, Балин и Двалин уже здесь, — проговорил Кили, проигнорировав хозяйку дома, — Компания собирается! Все гномы обнялись и обменялись приветствиями. Миранда же стояла в стороне и тихонько пыталась побороть ошеломление и мандраж, появившийся от недовольства перемешанного с удивлением и крупицей страха. — Так, а теперь вы не могли бы объяснить мне всё? — выловив наиболее уместный момент, поинтересовалась она.

***

Выяснения что и к чему долго не продлились, так как сами Балин, Двалин, Кили и Фили знали лишь то, что на двери дома, в котором все они, как оказалось, тринадцать Гномов и Волшебник, должны остановиться на ночь и отужинать, будет знак, и то, что встретить их должна девушка-хоббит. На вопрос, кто знает остальную информацию они ответили: «Гэндальф». — Так, ладно. Господа хорошие, помогите мне тогда подготовить гостиную и имеющиеся у меня свободные комнаты к вашему ночлегу, а столовую к ужину! «Это будет определённо сложно, но интересно...»

***

Чуть позже пришли ещё пятеро Гномов. Их приход ознаменовал чуть ли не предсмертный звон колокольчика, настолько громко и звонко тот трезвонил. На короткий миг Миранде даже показалось, что они его оторвут. Новоприбывших звали Дори, Нори, Ори, Оин и Глоин. Ввалившись всей толпой, каждый из них поклонился, представился и произнёс: «К вашим услугам». Ещё несколько Гномов и, как оказалось, Волшебник дверным колокольчиком и вовсе побрезговали, грубо поколотив чем-то увесистым по круглой жёлтой двери со стороны улицы. «Неужели оторвали-таки?», — подумалось Миранде, когда она в очередной раз отперла дверь и встретила новых незваных гостей, представившихся как Бифур, Бофур, Бомбур и Гэндальф. — Здравствуйте, Господа Гномы, прошу проходите в столовую, там для вас уже накрыт ужин. А вы, — Миранда указала пальцем на высокого старика в свободных одеждах с посохом и остроконечной шляпой в руках, — Гэндальф, верно? — Да, это я, миссис… эхм, — Чародей немного стушевался под взглядом, которым буравила его девушка. — Мисс Миранда Лондгольн, приятно познакомиться, а теперь мне бы хотелось бы услышать от вас ответ на мой вопрос: Почему вы, не зная даже моего имени, прислали ко мне всех этих господ? — Миранда, вы не против если я всё объясню вам после ужина? Волшебник понимал, что его решение было очень и очень рискованным, его можно было назвать даже бескультурным, поэтому он сильно удивился тому, что девушка смогла подготовиться к приходу тех, о ком не только не знала, но и никогда не встречала. А ещё он был поражён её поведением: ни испуга, ни слёз, ни гнева, хотя с гневом он поспешил, девушка всё же немного сердилась. — Хорошо. Проходите, Гэндальф. Вы должно быть голодны, — отчеканила она в ответ. У Миранды голова шла кругом, привыкшая к жизни в уже устоявшемся одиночестве, ей было дико осознавать, что в её доме есть кто-то кроме неё, и что эти «кто-то» не обычные Хоббиты, а Гномы… с Волшебником, казалось, в горе не осталось места, где не побывал бы хоть кто-то. Заглянув в столовую, она посмотрела всё ли хорошо. Гости ели, пили и веселились, обсуждая какие-то свои темы. А Волшебник их считал. — Все на месте? — как бы невзначай поинтересовалась Миранда у Гэндальфа, аккуратно подкравшись и продолжая наблюдать за дружным народом. — Нет, мы ждём ещё одного, самого главного гостя, — спокойно ответил Митрандир, следя за реакцией девушки, — Ещё одного Гнома, Миранда, выдохните, — улыбнулся. — Хорошо, тогда встретьте его сами, а я пожалуй пойду. Как только закончите или захотите мне всё объяснить раньше — позовите. Выйдя из столовой девушка двинулась в сторону второго выхода из норы, о котором никто не знал. Он вёл на небольшой задний двор, откуда была видна речушка и далёкий лес… Открыв дверь, она сразу ощутила прохладу ночи, в отличии от утра, свежего и бодрящего, сейчас захотелось надеть свою кофту с крупной шерстяной вязкой, что она и сделала, перед тем как выйти… Ночь была ясной, на небе было видно каждую, даже самую маленькую звёздочку… На странность было тихо; не было слышно ни насекомых, ни ночных птиц, лишь ветер, шелестящий травой, поблёскивающей под светом Луны. Ну, а ещё, если прислушиваться, то из глубины дома Миранды Лондгольн слышались гул голосов, удары дерева о дерево и заразительный смех… Она сидела на небольшой лавке, засунув ноги под себя и укутавшись в кофту. В её каре-зелёных глазах, кажущихся чёрными в ночи, танцевали блики. Кудрявые локоны, вылезшие из косы поддавались ветру, делая своей хозяйке только им известную причёску… — Гномы… — шепчет Миранда, всё же заправляя за ухо лезущие в глаза волоски, — Кому сказать, не поверят… Что же им здесь надо?.. — снова шёпот. Для неё всё это было странным, необычным. В доме для неё было слишком громко, а в компании весёлых и дружных Гномов, она чувствовала себя... словно одинокой, хоть это и была её нора... Всё для неё сейчас было слишком. Её било то самое, знакомое всем ощущение, когда ты после чего-то шумного, весёлого и выматывающего приходишь домой и отчего-то хочешь разрыдаться, словно выпустить из себя что-то, сбросить груз с плеч и выплюнуть инородный ком, застрявший в горле, свернуться калачиком и завыть, словно волк на Луну. Вдруг весь дом стих. «Главный гость пришёл», — проскальзывает поверхностная мысль среди остальных, тяжёлых. — Миранда, — голос Гэндальфа разрывает устоявшуюся тишину и заставляет напрягшуюся девушку вздрогнуть, — пришло время вам узнать ответы на свои вопросы. — Уже иду, спасибо, — Она решила не задумываться над тем, как Чародей смог найти этот выход. Ну вот, теперь она узнает что, да к чему…

***

— Гэндальф, ты говорил это место будет нетрудно найти. Я заблудился. Трижды, — проговорил глубокий бархатный голос… Миранда аккуратно выглядывала из-за спины Волшебника — тот попросил постоять там, пока её и пришедшего не представят друг другу… Смотря на мужчину, вошедшего в её дом, девушка понимала, что его действительно можно было назвать «особенным» гостем. В его присутствии хотелось выпрямить спину, а ещё Миранде захотелось чтобы на её бёдрах появились имеющиеся у неё, но сейчас лежащие в спальне ножны с кинжалами в них. От синеглазого Гнома исходила опасность, чувствующаяся на энергетическом уровне, сила и мужественность, рядом с ним было тяжело дышать, и было совсем неясно, чего от него ждать… — Трижды? Теряешь хватку, мой дорогой друг? — хохотнул Волшебник, забирая у гнома его верхнюю одежду и оружие. — Я бы вообще не нашёл его, не будь твоего знака на двери, один раз даже зашёл к какому-то Хоббиту, сказал, что ищу Волшебника и двенадцать Гномов, так тот ответил, что ничего общего иметь с тобой не хочет и не нужны ему никакие приключения, — проговорил незнакомец, оглядывая собравшихся. — Должно быть ты заглянул к Бильбо Бэггинсу, сначала я считал, что он будет наиболее приемлемым вариантом на роль четырнадцатого члена нашего похода, но встретившись с ним, понял — дело было бы гиблым, — отмахнулся Маг. Миранда же думала, что вот она причина нервозности Мистера Бэггинса по поводу приключений. И, кажется, сейчас наставал её черёд беспокоиться. — Ну раз мы здесь, значит ты смог найти кого-то другого, я полагаю, — сказав это мужчина обнялся с двумя Гномами, теми самыми Кили и Фили, и осмотрел всех остальных. — Да, — довольно произнёс Гэндальф, — Прошу, Миранда, это Торин Дубощит, Король под Горой и предводитель нашей компании. Торин, это наш будущий вор, а точнее воровка, Миранда Лондгольн, — представил их друг другу волшебник, отойдя назад и прекратив бросать тень на девушку. Увлечённая рассматриванием последнего на сегодня гостя девушка пропустила слова чародея мимо ушей. — Мне кажется или ты упоминал, что нашим компаньоном будет Хоббит, я не говорю уже о том, что это должен был быть мужчина, — обратился Торин к Магу, но смотрел только на девушку, точнее в её глаза. Гномы всколыхнулись, зашевелились и посмотрели сначала на Гэндальфа, а потом на хозяйку дома. — Как я уже сказал, с Бильбо Бэггинсом договориться не вышло. А насчёт твоего замечания о Хоббитах, что не так? Миранда является Хоббитом, — Гэндальф нахмурился, говоря всё это. — Хоббит говорите, — полувопросительно с некоторой усмешкой сказал Дубощит, его глаза нехорошо сощурились, он смотрел девушке куда-то в область ног, скрываемых длинной тёмно-зелёной юбкой.