Спасение и гибель

Зверь сразу взял Ежа, который упал на землю за шиворот и, когда машина наполнилась водой до краев, начал грести одной рукой, выплывая через переднее окно пассажира, другой таща раненого товарища за собой. Шорох начал бить ногой в стекло, пробитое пулями. Один удар, второй, осколки начали плыть за водой в машину, водитель вынырнул из машины, плывя к воздуху. УАЗ начал опускаться на дно, друзья вынырнули, плывя к берегу, который находился в пяти метрах от места падения… В мокрой одежде было тяжело плавать. Андрей скинул рюкзак и выбросил оружие, чтобы удобнее держать друга и дать ему воздух, в котором он так нуждался… Шорох в течении минуты брасом доплыл до берега, дождался Зверя, взял с его рук Ежа, который уже еле дышал… Андрей выбрался на берег. Это был небольшой травянистый пляж с старым домиком возле озера. Небо угрожающе краснело, грозило молниями и громом. Солнце напрочь спряталось за кроваво-красными тучами, забрав с собой последний клочок чистого неба… У домика был подвал, к которому и ринулись беглецы… Зверь плечом вынес хлипкие двери, чуть ли не упав внутрь, побежал по ступеням вдоль каменных стен, за ним побежал Шорох, держа под руку Никиту. В подвале было почти ничего не видно, но под красным светом выброса было видно только вторую дверь. Андрей прижался к дверям, от чего те с легкостью открылись, он подождал бывшего пленника с раненным, впустил их и закрыл железные двери на замок… Снова завопил КПК:

«Выброс случится с минуты на минуту!!! Не покидать укрытия!!!»

-Никита, дышишь?! — прикрикнул Андрей, сев на пол и положив друга на колени головой.

Еж хрипел и прерывисто дышал, когда его дыхание хоть чуть выровнялось, он схватил рукой Зверя за плечо и на секунду полностью замолчал.

-Андрюха… Я не могу… Течет с груди… — он прокашлялся, взялся за грудь и расслабился на коленях друга.

Шорох достал из кармана подранных брюк зажигалку — верно, единственное, что не отобрали монолитовцы, помимо КПК — несколько раз чиркнул ей, после чего тусклый огонек осветил узкую комнатушку с земляным полом, такими же стенами. В углу стоял шкаф с закрытыми дверцами, рядом с ним — две лежанки.

Андрей взял друга на руки, положил его на лежанку, сел рядом, снял свою куртку, оставшись только в свитере, и начал рвать ее, пытаясь сделать повязку. Тем временем за границами укрытия началось землетрясение, земля со стен начала осыпаться. Через дряхлые двери, в которых были дыры начали пробираться яркие красные лучи, которые предвещали выброс. Вдали глухо раздался истошный вой собак и стук мириад лап по земле… Трагедия должна была случиться совсем скоро.

-Андрей… Андрюха… Зверюга… Пока… — тихо сказал Еж.

Шорох несколько секунд походил по укрытию, пытаясь разведать его, и включил свет на старом выключателе. Загорелась тусклая лампочка. Смуглое лицо Никиты исказилось в болезненной гримасе, он держался за грудь, из которой сочилась кровь.

-Тихо-тихо… Дай тряпку… — бывший пленник взял у Андрея тряпье от порванной фуфайки, расстегнул куртку раненого и начал перевязывать двойную рану.

-Брат, давай, держись!.. А как же к Коршуну на свадьбу?! — крикнул Зверь, пытаясь хоть как-то приободрить умирающего.

Тот прокашлялся, посмотрел голубыми защуренными глазами на напарника и выдавил искреннюю улыбку, смешанную с выражением боли, агонии…

-Помню… Скажи Коршуну, что буду… Смотреть за ним буду, когда жениться будет… Ну, Оттуда… — парень хрипло посмеялся, по красным щекам потекли слезы. — Не хочу умирать… Рано…

Снаружи сильно загремело, кроваво-красная вспышка все настигала и настигала, выедала глаза… Становилось не то жарко, не то холодно, постоянно лихорадило, голова трещала от адской боли…

-Не умирай, брат, не умирай… — тихо говорил Андрей, пока Шорох безуспешно перематывал рану повязками, через которые сочилась густая алая кровь.

В один миг Еж замолчал. Просто затих… Не было тех хриплых стонов агонии, не было бессвязного бормотания в предвкушении гибели, он спокойно дышал…

-Похорони меня… В Лесу быть хочу… Чтоб Коршун видел… Пока… Спасибо за все… — на одном дыхании сказал Никита и затих… Отвалился головой на лежанку, улыбнулся и закрыл глаза…

Рука больше не сжимала плечо друга, будто пытаясь убежать от гибели, она расслабилась… В глазах Шороха и Зверя потемнело… Тело сковали сильные судороги, голова адски разболелась, чертовски сильно ныла, но вскоре боль прекратилась и сменилась тягучей пустотой…