1

      За окном таверны тарабанил дождь. За долгое жаркое лето наконец-то погода соизволила пролить на иссушенную землю влагу. В таверне собрались, как и те, кто хотел сегодня выпить, так и те, кто попал под дождь и просто решил переждать непогоду. В воздухе стоял ароматный запах тушеных овощей во множестве специй, потрескивал камин, на сцене играл тягучую мелодию одинокий мальчишка бард.       За барной стойкой сидела молодая девушка, на первый взгляд самая обычная. В целом, складно-сложенное круглое личико: острые скулы, губки «треугольничком», нос был с горбинкой, глаза большие, но уставшие, на подбородке виднелся шрамик. Черные волосы с темно-синими прядями собраны в пучок, но несколько непослушных волосков торчали в разные стороны. Тусклый свет таверны подчёркивал довольно крепкие женские руки, из под одежды виднелись татуировки. Одета девушка была в простую черную майку с корсетом, на руках высокие наручи на завязках, на ногах широкие штаны и подсумки на бедрах, ботинки заляпаны в грязи, а спинке стула висел плащ с капюшоном и еще одна сумка на длинном ремне. Но какова же гостья таверны была на второй взгляд? Стоило девушке качнуть своим хвостом, да поднять полностью чёрные с яркой голубой радужкой глаза на тавернщика — становилось очевидно, она не совсем обычная. Тифлинг? Тоже промах, не было рогов и так называемых «бугорков», которые были явным адовым признаком, да и кожа ее отдавала цветом бледного персика, нежели серым,фиолетовым или красным оттенком, а длинные уши были и у эльфов. Но кем же девушка являлась на самом деле? Полукровкой, отребьем, мутантом — так ее называли самые смелые за что справедливо огребали.       Хана’эль сидела за столом и спокойно допивала свое пиво. Сказать, что она грустила и запивала свое горе? Нет. Пожалуй, злость и легкую обиду. Ее хороший товарищ эльф Анвал, с которым они много путешествовали и занимались наемничеством уехал в командировку. Дело касалось его Ордена Затмения, а значит это было суперважное и секретное задание. Вот и осталась Хана куковать одна во Вратах Балдура, ожидая единственного друга, как минимум через месяц. Заказы придется брать самой, с клиентами тоже разговаривать самой (а это означало легкую угрозу не договориться с ними), и выполнять тоже самой. Это, мягко говоря, угнетало. Она ненавидела быть одной. Подперев голову рукой, наемница ковыряла ногтем деревянный стол. Краем глаза она увидела, как кто-то подсел на соседний стул барной стойки и сделал заказ. Голос довольно приятный, но у Анвала приятней… Хана не могла успокоиться и принять, что этот магус взял и уехал. Это ощущалось почти как предательство! Сколько можно было возиться с этим Орденом? Он же договорился, что станет чисто формальным его членом, а видимо соврал!              Хвост Ханы из-за раздражения и внутренней злости начал быстро качаться из стороны в сторону, как хлыст.        — Эй! Осторожней! — возмутились рядом.       Хана повернула голову на голос. Это был молодой мужчина, что как раз недавно подсел и сделал заказ. Тифлинг. Типичная красная кожа, желтые яркие глаза с черным белком, небольшие крючковатые серые рога, каштановые волосы собраны в низкий хвост. Одет он был в сине-серебристую мантию, возле груди был значок с какой-то эмблемой, рядом, опираясь на стол, стоял его посох. Маг что ли? Как Анвал, чтоб его… Лицо незнакомца выражало сначала смесь недовольства, а затем появилось любопытство. Ну, конечно.        — Извиняюсь, — пробубнила Хана, стараясь взять себя в руки и больше не размахивать хвостом. Как тяжело иной раз было с этой штукой… Хана отхлебнула пива. — Славное место? — Что, прости?       Наемница повернула голову опять на этого мага. Он продолжал рассматривать ее, крутя пальцем по краю своего кубка. — Место, говорю, хорошее, — повторил он. — А… Ну да. Пиво тут точно вкуснее, чем в других тавернах, — Хана приподняла кружку, кивая тавернщику, что разливал алкоголь. Тот кивнул в ответ. — Долгая дорога? — спросил тифлинг. — Эм… Нет, топлю израненную душу в пивасике, — пожала плечами Хана’эль, все еще не понимая, чего этому магу нужно было от нее. К разглядывающим ее взглядам она привыкла. Привыкла давать кулаком в глаз, если кто-то долго продолжал таращиться на нее. — Слушай, я чувствую ты меня прожигаешь будто. Прекрати, прошу. — Я просто понять не могу, что ты такое, — проговорил задумчиво маг. — Вроде тифлинг, а вроде что-то еще… Полукровка значиться… — Как ты меня назвал? — проговорила Хана с угрожающей улыбкой. — Полукровка. Твой вид.       Молниеносно Хана выхватила свой кинжал и вставила его в поверхность стола. Аккурат промеж пальцем придурка с длинным языком. — Я предупреждаю, очень невежливо обращаться так к незнакомцам. Еще раз и я рубану тебе язык, — процедила она тихо, сквозь зубы, чуть обнажая клыки. Наемница вытащила кинжал и убрала в ножны на бедре.       Маг убрал руки со стола, но сверлить взглядом не перестал, даже слегка улыбался. Хвост Ханы снова задергался в раздражении. Черт возьми, эта хрень выдавала ее все эмоции с потрохами. — Я впервые встречаю полукровку тифлинга, мне любопытно узнать, что ты такое, — сказал он абсолютно невинным тоном. — Думаешь я крыса подопытная? Я предупредила тебя, прекрати оскорблять меня… — Полукровка это оскорбление? Это тоже самое, что сказать полуэльфу, что он полуэльф, — усмехнулся незнакомец. — Ну, хорошо, кто ты, полутифлинг? — Отстань от меня! — хмыкнула наемница. — Тебе бухла может купить? — Ты обижаешься на слово, полукровка?       Хана отставила свою кружку и вздохнула. — Боги свидетели, он сам напросился…       Замахнувшись, она ударила тифлинга кулаком прямо в нос. Тот и сообразить не успел. Он рухнул со стула, чуть ахнув от боли. Маг схватился за лицо рукой, а затем взглянул на ладонь. Из носа потекли две струйки крови. Глаза тифлинга округлились от удивления, а затем резко освирепели. — Ах ты дрянь! — воскликнул он, подскакивая на ноги и хватаясь за посох. — Я предупреждала тебя, бестолочь!       Хана схватила плащ, сумку, а затем стул, что кинула в мужчину. Сама же Хана'эль рванула к выходу из таверны. За спиной послышалась ругань и затем топот. Наемница раскидывала людей и предметы, что стояли на пути, а кого-то назло толкала прямо волшебнику под ноги. Вдруг рядом с ее лицом пролетела шаровая молния, что врезалась в книжный шкаф, разнося его полки в пух и прах. Она не добежит до выхода, следующее заклинание точно прилетит в нее. Нужно действовать. Разбежавшись, Хана запрыгнула на длинный стол, затем оттолкнулась от него и подпрыгнула снова, цепляясь руками за поперечную балку под потолком. Легко подтянувшись, девушка оказалась на ней. Маг на секунду растерялся, чем и воспользовалась Хана’эль, спрыгивая прямо на тифлинга и сбивая его с ног. Тот издал забавный сдавленный стон. Его посох откатился в сторону. Хана ногами прижала руки волшебника, а к горлу приставила кинжал.        — Ты вот башкой своей варишь, неа? — усмехнулась она, пытаясь отдышаться. — Слезь с меня, ты, полукровка! — извивался под ней маг. — Да как ты смеешь?! — Тебя родители не учили этикету, а? Нет бы назвать меня милая барышня, мадмуазель, мисс, мамзель, леди, дама… Сразу, полукровка, полукровка… — хихикала Хана. — Так, что тут происходит? — раздался строгий голос.       Хана подняла голову и увидела двух стражников, что были крайне недовольны случившейся перепалкой в таверне. По заляпанной капельками жира на форме одного из них, можно было понять, что они тоже отдыхали и выпивали, а значит их недовольство было в сто крат сильнее обычного. Хана быстро слезла с тифлинга и убрала кинжал в ножны. — Дружеская перепалка, не более! — подняла руки наемница.       Маг кое-как поднялся и отряхнулся, тихо кряхтя. Он с возмущением зыркнул на девушку и поднял свой посох. — Да. Дружеская, — процедил он. — Ну, да, поверили. Заклинания, людей тут толкали, уничтожение частного имущества, нарушение общественного порядка — дружеская перепалка? — изогнул бровь один из стражей. — Тогда вам будет приятно провести ночь за решеткой. Так, по-дружески. Поговорите о всех размолвках. — Это смешно! Не я это даже начал! — возмутился тифлинг. — Но и не тот, кто закончил, — стражники начали заходить за их спины, чтобы арестовать. — А вот и он начал! Расист! Я лишь защищалась! — подтрунивала Хана. Терять все равно нечего, а провести ночь в тюремной камере не такое страшное наказание. К тому же она знала какого там… — Что?! Она ударила меня в любом случае! — пытался спасти себя маг, даже попробовал вырваться, но его скрутили так, что он заскулил от боли.       Они вышли на улицу под проливной дождь. Рядом стояла повозка стражников, куда нарушителей порядка и запихали. Повозка тронулась. Хана молчала и смотрела в маленькое решётчатое окошко. По крыше тарабанил дождь, где-то вдали раздавался гром… Ну и вечер. Анвала нет всего день, а она уже вляпалась в неприятности и ее арестовали. Слишком долго, надо было в первые часы с его отъезда нашкодничать, теряла хватку. Переведя взгляд на волшебника, Хана’эль кое-как сдержала улыбку. Этот возмущённый взгляд, эта засохшая кровь под носом, губы, изогнутые почти в оскале — само наслаждение. А вот не стоило разбрасываться словами.              Через некоторое время их доставили в тюрьму на Змеиной горе. Знакомое место. Тамошние камеры старые, но хотя бы сухие и почти чистые. Кровати правда неудобные, и с соседями не всегда везло. Ладно бы пьяницы, единственная проблема которых запах перегара и обоссаные портки, хуже — это какие-то сумасшедшие, которые либо всю ночь болтали, либо молча глазели, сжимая и разжимая кулаки - такими было не до сна. Но сегодня особый случай. Её и мага-тифлинга запихнули в одну камеру. Назло, она видела, как лыбились стражники. Хана обреченно застонала, но делать было нечего. Девушка прошла к одной из двух кроватей и сразу рухнула на одну из них, закрывая лицо рукой. Соседняя кровать скрипнула, на неё, кажется, сели. В камере повисла тишина, разбавляемая шумом голосов где-то вдалеке за решёткой и завыванием ветка в сквозняках.        — Кулак у тебя, конечно, поставленный, — подал голос сокамерник.       Хана подняла руку и взглянула на тифлинга. Тот сидел на кровати и потирал костяшки пальцев. — Спасибо. Это уже как рефлекс, — оскалилась она в улыбке.       Маг хмыкнул и наклонил голову чуть в бок. Снова рассматривал ее. Хана тоже решила присмотреться к своему временному соседу. Выглядел он лет на тридцать, квадратное лицо с вытянутым подбородком, хмурые черные брови образовывали морщинку между ними, чуть виднелись носогубные складочки, а губы были поджаты, показывая раздражение. — Первый раз в тюрьме? — спросила Хана. — Да… — проворчал он. — Ну, кровати здесь не очень удобные, но в остальном… Ночь провести можно, дольше уже и тюрьмы другие, нас так, попугать хотят. А ещё штраф придётся заплатить. — Как здорово, — его голос сочился сарказмом. — Поверить не могу, что застрял здесь с тобой! — Не такого вечера ожидал, да? — усмехнулась наемница. — Как хоть тебя зовут, а, грубиян? — Ролан, — выдохнул шумно он. — А тебя? — Хана’эль, но лучше Хана, — девушка села на кровати и подтянула к себе ноги. — Значит, ты волшебник? — Да, волшебник, — раздражённо хмыкнул Ролан. — А ты кто? Похожа на уличную крысу. — Какой ты всё же грубый, — цокнула языком Хана. — Я наёмница. Выполняю разные заказы, об которые не хотят марать свои рукава люди. За круглую сумму, конечно.       Ролан не сдержал усмешку. — Наёмница? Как удобно, — он явно показывал презрение к тому, чем она занималась. — Я бы понял работай ты с гильдией, как приключенец, а так… Ничего особенного. — Думай что хочешь, но я просто напомню, кто дал тебе по наглой морде, а потом прижал к полу. Ни на что не намекаю, но… — Хана демонстративно хрустнула суставами пальцев. Ролан случайно или нет коснулся своего носа. — Тебе повезло, застала врасплох. Да и я не собирался бить девушку, думал, что ты милый одуванчик, — проворчал он. Он пытался выглядеть безучастным, но лицо всё же потемнело. — Но в следующий раз, если нам доведётся опять столкнуться я уже не буду так мягок. — Мягок? Шаровой молнией чуть не уебашил меня! — усмехнулась Хана. — Расслабься. Я бы тебя и пальцем не тронула, если бы ты не начал называть меня полукровкой. Ты, может, и чистокровный тифлинг, но это не дает тебе права указывать, что я наполовину не такая, как ты. — Почему ты просто не можешь смириться с этим? Это всего лишь слово. Ты полукровка, это факт. Это не оскорбление. Почему тебя это так волнует? — он глядел на неё почти не мигая, его глаза светились в темноте. — Нет. Это не просто слово. Это унижение меня, просто за то, какой я родилась, я не выбирала своих родителей. И ты решила так назвать незнакомца, ты хоть думаешь о последствиях? — Хана нахмурилась, голос её стал звучать чуть тише и серьёзней. Хвост дернулся. — Ты выглядишь практически как человек. Тебе не приходилось слышать действительное пренебрежение только из-за твоего вида, из-за того, что вы произошли от демонов! Да хоть родись ты на земле, всё равно останешься демонским отродьем! — и снова раздражение с его стороны. — Ты думаешь, я не знаю? Когда видят человека, а он на деле оказывается каким-то…мутантом! Я прекрасно знаю, что такое презрение и недоверие из-за внешности, из-за того, кто я есть! — воскликнула Хана, выдавая свои эмоции. Ее хвост заметался.       Ролан замолчал. Хана заметила, как его брови распрямились, а выражение лица стало мягче. Они ненадолго замолчали. Хана схватила свой хвост, чтобы тот перестал мотаться из стороны в стороны. — Ладно. Ты права. Это было грубо. Я не должен был. Я не думал, что это слово для тебя оскорбление. Прими мои извинения, — хоть он и говорил негромким, почти безэмоциональным голосом, чувствовалась в них некая искренность.       Хана удивилась, явно не ожидая, что этот наглец вдруг извинится. — Принято. — Это было чистое любопытство. И всё. Просто обычно, если союза двух разных рас и случаются, то... Один из видов доминирует. Меня и удивило, что ты... Не такая. — Любопытство кошку сгубило. — Знаю.       Они снова замолчали. Хана уставилась на решетку, пытаясь будто рассмотреть, что там творилось в каморке стражников. Кажется, те играли в карты… Может предложить им?.. — Можно ещё кое-что уточню? — спросил Ролан. — Эх… Ну валяй… — Хана’эль взглянула на мага. — Ты же наемница. Тебя наверняка оскорбляли и куда хуже, чем «полукровка». Но цепляешься ты именно к этому. Почему? — Потому что, если все знают, чего ожидать от тифлингов, эльфов, людей, гномов и так далее… То никто не знает, чего ожидать от полукровки. Смесь дьявольской и человеческой крови… Я… Мутант… Урод, который каким-то образом жив. И я просто пытаюсь доказать, что я не какой-то… Мусор. Мне плевать если кто-то назовёт меня «сучкой» или «хуеглоткой», там, потому что это не касается моего происхождения… — девушка провела рукой по волосам и вздохнула. — Ты пытаешься доказать другим что… Что ты чего-то стоишь? — Да… Боюсь такому крутому магу тяжело понять жизнь таких, как я…       Ролан отвёл взгляд и хмыкнул, выглядел он задумчиво. — Пожалуй, ты права. Мне не понять, что такое гоняться за самоутверждением от других, — безразлично пожал плечами маг. — Ох, ну не говори, что ты никогда не думал о том, что другие о тебе говорят. — Бывало, пока я не стал тем, кем я есть. Сейчас я успешный волшебник и мне всё равно что думают другие, — довольно самоуверенно, Ролан даже улыбнулся, гордясь своим статусом. — И это здорово…       Они снова замолчали. Кто-то из стражников кукарекал, проиграл видимо. — Кстати говоря, Ролан, ты мог заговорить с любой в той таверне. И с девушке покрасивее. Почему я? — ей вдруг стало интересно. — Тебе так хочется узнать? — Не хочешь не говори, — усмехнулась Хана и легла на кровать. — Ты пила одна. И не было похоже, что ты… Наслаждалась этим. Да и я не сразу заметил, «особенности» — он помолчал мгновение, прежде чем добавить, как будто расстроенным тоном. — И красивые девушки были слишком пьяны, в любом случае.       Хана тихо рассмеялась. — И потом стало любопытно кто ты из-за твоей… Внешности. — Любопытный волшебник, понятно. Ну вот куда твой нос тебя привёл. В тюрьму. Жизнь странная шутка, да? — Ещё как…       Вздохнув, наемница потерла переносицу. Волшебник всё ещё казался самоуверенным засранцем, но вполне безобидным. В конце концов, их отпустят завтра с утра и больше они не встретятся в этом большом городе. — Доброй ночи, дьявольское отродье, — не сдержалась девушка. — Ты невыносима… — проворчал Ролан. — Доброй ночи… Полукровка.

***

      Утром их отпустили. Мелкое хулиганство в таверне не влечет за собой серьезного наказания (кроме штрафа, пожалуй), поэтому их скорее предупредили, чтобы они больше не дрались в таверне. Хана без проблем провела ночь на жесткой кровати, это был не первый раз, когда она оказывалась в тюрьме. Погода на улице была чудесной, солнце только что взошло над горизонтом, и все медленно просыпались. После беспрерывного ночного дождя, небо было чистым и светлым. Щели каменной дороги наполнились водой, по всюду лужи на радость детям. Оказавшись снаружи, Хана’эль потянулась и вдохнула свежий воздух. Ролан за ней тоже потянулся. Всю ночь его кровать скрипела и были слышны проклятья на инфернальном. Проверив, что все вещи на месте, наемница уже собрались было распрощаться с такой «чудесной» компанией.        — И куда ты теперь? — спросил Ролан. — Дела разные ждут. Может потом рвану куда-то, — ответила Хана.       Ролан сухо усмехнулся ее словам. Он провел рукой по своим растрепанным волосам, пытаясь немного их укротить. — Понятно. Ничего важного, — подтрунивал ехидно волшебник. Хана одарила его широкой саркастичной улыбкой. — Вот у меня… — Избавь меня от подробностей, — Хана накинула капюшон на голову. — Что ж… Прощай.       С этими словами, наемница протянула руку Ролану. Тот изучал ее мгновение, в его глазах читалось нежелание, однако внезапно он протянул руку и пожал в ответ. — Удачи… — проговорил Ролан.       Хана подмигнула ему и отпустив крепкую теплую руку убежала вглубь города.