2

      Хана бы так и спала до обеда, если бы не настойчивый стук в дверь. Кому она нужна в такой безбожный ранний час? Продрав глаза, наемница отбросила остатки сна, кое-как откинула одеяло и попыталась сесть. Но её мозг решил иначе и снова заставил лечь. Стук повторился. Собравшись с силами и вспоминая отборные проклятья на языке мата, Хана’эль все же встала и подошла к двери. Было всего два варианта, кто мог стучать: хозяин таверны, что сдавал ей комнату и сейчас собирался предупредить об оплате или же милые девочки официантки, что приносили письма, посылки или просили спуститься наемницу вниз, так как ее ждал клиент. В любом случае, факт того, что ее разбудили уже портил настроение. Хана зевнула и открыла дверь. За ней стояла официантка. Девочка опустила смущённо глаза и скромно протянула плотный конверт. Окинув хмурым сонным взглядом девчонку, Хана ничего ей не сказала, забрала конверт и закрыла дверь. По пути к кровати, она разорвала его и вытащила два письма. И одно было подписано от… Анвала?       Хана встрепенулась. Этот магус наконец-то дал о себе знать спустя неделю? Эльф был как всегда краток, писал, что он в порядке, что его поездка скорей всего затянется, но он постарается вернутся как можно скорее. Гадство! В последних строчках он писал, что ему пришел заказ. Письмо было прислано с помощью магии, поэтому оно и оказалось прямиком у него. Однако, заказчик находился во Вратах Балдура и являлся самим архимагом Лорроаканом, хозяином лавки Магических Принадлежностей и Башни Рамазита. Задумавшись, Хана припомнила, как Анвал рассказывал про этого волшебника, а еще пару раз они бывали в его лавке, закупились свитками, да кольцами защиты.… Крутой заказ от крутого мага? Это ей нравилось.

«Хана, я знаю, что бесполезно тебя просить, но я попытаюсь: откажись от заказа. Я хоть и верю в тебя, но Лорроакан маг серьёзный, и заказ от него скорей всего будет таким же, поэтому одной будет тяжко. Ничего страшного не произойдет, если мы ему откажем в виду того, что меня нет в городе. Я приложил письмо Лорроакана, чтобы он наверняка поверил, что ты от меня. В любом случае, береги себя и удачи.

Твой Анвал.»

      В одном ее дорогой эльф был прав: бесполезно было просить отказаться от заказа. Хана усмехнулась. Она быстро пробежалась глазами по второму письму. Ничего полезного, лишь обещание кругленькой суммы и просьба прибыть в башню для подробностей. Что ж, прекрасно. Спрыгнув с кровати, девушка поспешила привести себя в порядок и поскорей отправится к заказчику.

***

      Башня находилась в Верхнем Городе. Еще издалека было видно, как она возвышалась надо всеми, как бы показывая превосходство своего хозяина. Первое, что бросалось в глаза, — насколько высокой казалась башня. Она устремлялась далеко в небо, была построена из выветренного камня, который переливался приглушёнными серыми и глубокими синими оттенками. Ни одной лианы, что обнимали бы башню и хоть как-то смягчали ее твердый и непоколебимый вид. Строгость, порядок, почти стерильность. Если хорошо присмотреться был виден балкон, что окружал башню. Должно быть оттуда открывался невероятный вид на Врата Балдура. Вход был обрамлён большой деревянной дверью, украшенной древними рунами, которые, кажется, пульсировали энергией. По середине арки был символ, который Хана уже где-то видела, но не могла припомнить где.       В тени величественного магического сооружения кипела жизнь: дети играли в догонялки на травянистом пространстве, а художники пытались запечатлеть красоту сооружения.       Хана’эль подошла к двери и постучала в массивную ручку. Тут же из боковых арок вылетело два фиолетовых шара и начали ее сканировать. Тихо пискнув, они воссоздали проекцию Лорроакана, что заговорила с гостьей: — Добрый день. Чем могу быть полезен, мисс Зелид? — был его голос дружелюбен и приветлив.       Надо же, он откуда-то даже знал фамилию ее приемных родителей… Хана фыркнула и достала письмо из сумки, тыкнув им почти в лицо проекции. — О, вы по заказу! Прошу, мисс, проходите. Господин Лорроакан находится на самом верхнем этаже.       Проекция исчезла, а двери отварились, Хана’эль вошла. Она оказалась в атриуме, чей потолок высоко возвышался над головой. Он, кажется, исчезал в кружащемся вихре красок, освещённом парящими шарами света, как блуждающие огоньки. Стены были украшены замысловатыми гобеленами, изображающими легендарные подвиги волшебных существ и исторических личностей, их нити мерцали, словно живые. Все было сделано из серого камня, с золотыми элементами, а мебель была из темного, наверняка очень дорого, дерева. В комнате царила звенящая тишина, если не считать слабого потрескивания энергии, пронизывающего воздух. Не лишенная чувства прекрасного Хана, крутила головой по сторонам и восхищалась обстановкой. Один раз в жизни ей довелось жить в подобном по красоте и дороговизне месте… Проекция Лорроакана вдруг появилась возле небольшой платформы и подозвала к себе. Повинуясь, наемница взошла на эту платформу. Спустя секунду ее пол загорелся, а девушку окружила полупрозрачная стена. Мгновение и она переместилась в другое место.       Теперь Хана была в круглом зале. В воздухе витал запах старого пергамента и пряных трав, смешивающийся со слабым ароматом алхимических субстанций. Стены увешаны высокими книжными полками, на них по мимо книг хранились какие-то древние сокровища. Рядом с фолиантами, на обложках которых выгравированы таинственные символы, стояли банки, наполненными мерцающими зельями и диковинками из далёких стран. Подле одной из полок стоял большой стол с замысловатой резьбой. Развёрнутые свитки лежали на столе, словно крылья, готовые будто взлететь, заполненные схемами, заклинаниями и набросками небесных тел. Перо, лежащее на краю чернильницы, которая сверкало слабым голубым оттенком, кажется, нетерпеливо ждало следующей команды.       Каждый сантиметр кабинета был наполнен магическими артефактами, каждый из которых хранил свою историю. На золотой украшенной подставке вращался бежевый глобус, на котором изображена не только география, но и лей-линий, и древние пути, известные только тем, кто владел магическими силами. На одной из стен висело мощное пространственное зеркало, украшенное вихревыми узорами, чем напоминало портал. В дальнем конце комнаты находился алхимический уголок — пространство, предназначенное исключительно для приготовления зелий и заклинаний. Большой котёл тихо булькал на открытом огне, источая разные ароматы, подле стоял полурослик, что внимательно изучал рецептуру в книги и с выверенной точностью добавлял ингредиенты. На столе рядом были флакончики каждый из которых подписан замысловатыми символами и примечаниями об их использовании. По четырем колоннам висели яркие гобелены, изображающий четыре стихии — Землю, Воздух, Огонь и Воду, — напоминающий о взаимосвязи магии и природы.       И снова, зачарованная красота. Настоящий музей! Ох, Анвал тоже залюбовался бы! — Ты?! — раздался чей-то голос.       Хана была настолько впечатлена кабинетом Лорроакана, что не сразу поняла, что к ней кто-то подошел. Тряхнув головой, наемница перевела взгляд на того, кто с ней заговорил. — Ты?! — уже вопрошала она.       Хвост дернулся, глаза Ханы расширились от удивления. Перед ней стоял Ролан! Тот тифлинг, который получил кулаком в лицо, и позже провел с ней ночь в тюремной камере. И тот же символ на его груди и на арке! Вот откуда она помнила! Ролан был раздражен присутствием гостьи и удивлен не меньше. В его руках было куча свитков, которые, судя по всему, он таскал туда-сюда. — Ну дела, — прыснула она в кулак. — Подожди…       В голове что-то щелкнуло. Хану осенило, а Ролан, казалось бы, еще больше стал раздражаться, ведь он тоже понял, до какой мысли дошла наемница. — Лорроакан твой… — начала было Хана с широкой улыбкой. — Замолчи, — хмыкнул он. — Ролан, на женщин можно попялиться и на улице. Подведи гостью ко мне, — по кабинету прошелся голос Лорроакана.       Тифлинг закатил глаза на слова архимага. Кивнув головой, он молча предложил последовать за ним. — Ты ученик его! — прошептала Хана с нескрываемым победоносным голосом. — Заткнись! — прошипел тот. — Успешный волшебник он, ага, как же!       Они подошли ближе к хозяину башни, что был очень увлечен витающими вокруг него свитками. Символы на них светились, как и его руки. Лорроакан взмахнул, свитки свернулись и рухнули на пол возле него. — Мусор… — хмыкнул он, отпинывая один. И только после наконец-то обернулся, встречая гостью фальшивой дружественной улыбкой. — Итак, мисс… Как тебя?       Лорроакан был не слишком привлекателен. Квадратное лицо, маленький рот, глазенки как у порося. Волосы у него были длинными и рыжими, зачесаны назад. Одежда богатая, мантия явно ручной работы. Пальцы длинные, крючковатые, то что надо, чтобы складывать руны. — Привет. Просто Хана. Я по поводу этого, — Хана’эль протянула письмо. — Ах, да… Только ты, кажется, не похожа на эльфа по имени Анвал, — сказал Лорроакан изучив письмо и уставившись снисходительно на наемницу. — Знаю. Мы работаем с ним вместе. Только сейчас Анвал уехал из города, и я пока сама по себе. Готова выполнить заказ, — ответила Хана, держа улыбку, как и учил товарищ. — Боюсь не сможешь, — хмыкнул архимаг, все также недоверчиво смотря. Хвост Ханы дернулся в вспышке гнева. — Мне нужен был Анвал, как знающий в магии. И уже не важно кого он там себе в помощь взял бы. А так… Печально… Найду кого-то другого.       Архимаг прошел мимо Ханы и Ролана к своему рабочему столу. Наемница мельком глянула на тифлинга, тот изобразил саркастическое сочувствие. — Я профи. Чтобы там не было я могу справиться, к тому же в заказе очень хорошая сумма денег, и я заинтересована в ней. Анвал бы не стал отправлять мне письмо, если бы не верил, что я не справлюсь, — довольно уверенно сказала Хана, подбегая к столу. Она положила на него руки и посмотрела прямо на Лорроакана. — И я готова работать без депозита. Заплатишь как выполню заказ. Вряд ли ты что-то потеряешь, если просто посвятишь в детали.       Архимаг поднял на нее голову и приложил руку к подбородку, размышляя. Его лицо тронула слабая улыбка. Хана знала, иногда ее наглость и уверенность в себе работали на ура, убеждая заказчиков. — Возможно ты права. Тогда слушай. Мне нужно чтобы ты добыла один ценный предмет… Назовем его сферой. Своего рода магический шар, предмет большой силы. Ролан, покажи, — приказным тоном сказал он.       Ролан вздохнул, отложил свитки и двинулся к одной из полок с артефактами. Оттуда он снял синевато-белый шар и вместе с ним подошел к беседующим. Шар держали будто когти орла, только серебристые. — Это — жалкая подделка того, что мне нужно. Но именно так сфера и выглядит. В виду своей нестабильной магии, ее нужно постоянно контролировать и укрощать, обычный человек не справится и случатся непоправимые вещи. Однако, твое рвение выполнить заказ меня впечатлили, и я придумал решение проблемы, — архимаг стал выглядеть слишком довольным и не скрывал хитрой улыбки. — Дашь какой-то артефакт, который будет блокировать магию этой сферы? — изогнула бровь Хана. — Лучше! Ролан, ты отправишься на задание вместе с этой мисс… Как тебя ещё раз? — Что?! — сказали одновременно Хана и Ролан и также одновременно взглянули друг на друга. — Тебе нужен магический союзник, а моему ученику практика и усовершенствование магических сил. Кроме того, у меня будет стопроцентная уверенность, что заказ будет выполнен, — усмехнулся Лорроакан и поправил воротник мантии. — Наставник, я… — хотел было воспротивился тифлинг. — Молчать. От тебя я точно возражений слушать не намерен. Хоть делом займёшься.       Взглянув снова на Ролана, Хана почувствовала, как хвост начинает раскачиваться от раздражения. Серьезно? Его? В напарники? Однако от неё не ускользнуло, как глаза волшебника потемнели, смотря на наставника. — А может я сама подберу союзника, а? — спросила с надеждой наемница. — Нет. Я уже решил, как хочу. Все еще согласна? — да он почти насмехался.       Скрепя душой, Хана’эль проворчала что-то нечленораздельное и опустив голову протянула Лорроакану руку в знак согласия. — Ручку пожимать не буду… Заключим магический договор и дело с концом. Не бойся, если вдруг ты поймешь, что не справляешься и решишь бросить Ролана на произвол судьбы с тобой ничего не случится, но я буду знать об этом, — взмахом руки архимаг создал пергамент с уже написанными строчками и промежутками, чтобы туда вписать имя Ханы. — Ладно, ладно… Черт с тобой… — потерев переносицу, Хана продолжила. — Мне нужны детали, где эта хрень, что может ждать меня… нас там, где она хранится…       Лорроакан не поскупился на детали о месте, где хранилась сфера, что приятно удивило Хану. Шарик очень был ему нужен. И за ним предстояло отправится в городские руины, что стали такими после Магической Чумы. Ныне там обитали либо проезжающие разбойники, либо мутировавшая живность. В общем, никакого отпуска и лёгкой работы. Сферу придётся искать самостоятельно, но её будет просто засечь. Сам по себе артефакт представлял, что-то в духе сосуда-хранителя для хаосной энергии. Как раз всё той же, что родилась после Чумы. И раз она всё ещё не взорвалась, значит чём-то контролировалась, а значит стоило «забрать из гнезда», контроль угаснет, тут и нужен кто-то, способный его поддерживать.       Получив отметку на карте и закончив со всеми тонкостями, Хана подписала договор и поспешила ретироваться. Она вбежала на ту же платформу, на которой и поднялась и приготовилась спуститься, как вдруг к ней запрыгнул Ролан. Секунда и они оказались внизу в атриуме, мгновение молча и смотря друг на друга. — Не думай, что я тоже счастлив этому. Однако знай, раз это мой шанс проявить себя, то будь на заднем плане и прикрывай мою спину. Тебе же лучше, если не придется и пальцем шевелить, а все равно получишь золото, — усмехнулся нагло он. — Ага. А по морде снова дать? Ты не выглядишь как заядлый путешественник, так что это ты будешь прикрывать меня! — хмыкнула Хана.       Они смотрели друг на друга чуть сощурившись, будто желая выжечь глаза противника. — Собирай все нужное и через час жду в Нижнем Городе возле таверны, где мы подрались. Арендую нам лошадей и так и быть, буду джентльменом и не попрошу платы с тебя.       Хана развернулась и пошла к выходу. — Тебе говорили, что ты заноза в заднице? — донеслось от Ролана. — Постоянно!

***

      На белой в чёрный горошек лошади уже висели две дорожные сумки. В одной была одежда, палатка и спальник. Во второй еда — лекарства, зелья и всякая важная мелочовка. На отдельном ремне висело оружие наемницы — длинное копьё с лезвием на конце, как у сабли. Хана поглаживала кобылу по носу и пыталась поправить её поводья. В голове был вихрь мыслей. Отчасти Хана’эль смирилась с тем, что придется работать с Роланом. Если он толковый маг, путь будет относительно легким. Может даже веселым? Подтрунивать над ним точно будет забавным действом… Занятно, как Лорроакан буквально заставил своего ученица быть мальчиком на побегушкой. Отправится подставлять свою шею ради шарика… — Я здесь.       Хана отвлеклась от мыслей и обернулась. Перед ней стоял Ролан. Он переоделся в дорожную одежду, вместо лоснящейся мантии, с собой был его посох, а также рюкзак, изрядно набитый вещами. Хоть бы полезным… — Раскидай своих плюшевых медвежат, — Хана кивнула головой на седельные сумки его каштановой лошади. — Что? Медвежат?.. Ладно, не буду спрашивать, — вздохнул он и принялся раскладывать вещи.       Хана тем временем забралась в седло. Следом залез и Ролан на свою лошадь. Тронув поводья, они двинулись из города.       Был полдень, самое бурное время во Вратах Балдура. Лошадей приходилось аккуратно вести сквозь людей. Торговцы уже расставили свои прилавки, зазывая прохожих, и их голоса сливались в странную, но гармонирующую симфонию торговли. Из ближайшей пекарни доносился запах свежеиспечённого хлеба и сладких булочки. Из таверн выгоняли засидевшихся пьянчуг, что всю ночь прятались от своих жён, желая, как следует напиться. Мимо, скрепя латами и бессовестно громко топая, ходили Стальные Стражники, а за ними семенили Огненные кулаки. Где-то вдали кричал мальчишка, раздающий газеты, доносился детский плач и убаюкивающие слова матери, дети путались под ногами прохожих, пытаясь скрыться от разъярённого торговца у которого они украли яблоко. Церковные послушники намывали плитку подле своих храмов, подметали дорожки возле и поливали цветы.       Золотое солнце играло на белых камнях города, деревья нежно тянули свои листья к свету, желая впитать каждый лучик. Из открытых окон высовывались женщины и вытряхивали ковры да простыни. В подворотне, куда не доходил свет, стояли спекулянты, что втридорога толкали заграничный товар. Прямо под носом у стражников, что иронично. Хане нравились Врата Балдура, здесь всегда текла жизнь. Даже в комнате, в таверне, где, казалось бы, она была наедине с собой, ей всегда была слышна жизнь других, будь то из окна или снизу в зале. Ощущение одиночества всегда сходило на нет… Выйдя за пределы Васильковых ворот, постепенно начали пропадать домики и лавки торгашей, всё больше стали появляться лесные массивы. Стало тише. Шелест листьев, цокот копыт… — Что у тебя за оружие? — спросил вдруг Ролан, прервав их долгое молчание. Странный вопрос от него… — А? — Хана глянула на тифлинга. — Это нагината. Их не делают в наших краях, я купила первую такую пару лет назад у одного иностранца. И так понравилось, что с тех пор только ей и пользуюсь. Была только проблема, рукоять, иногда, ломалась под моим весом. — А что ты с ней такого делала, что она ломалась? — усмехнулся Ролан. — Как опору использую, для прыжка, ну, типа шест. Опереться, прыгнуть, сбить с ног и тут же воткнуть лезвие во врага. Но я нашла хорошего кузнеца во Вратах, что сделал мне идеальную нагинату. Гибкая, но прочная, с не слишком тяжелым лезвием. Лавка у него маленькая и неприметная, но у парня потенциал хоть отбавляй. Даммон зовут, вряд ли знаешь, хоть и твой сородич, — поведала наемница. — Даммона ещё как знаю. То я и думаю, что знакомая гравировка на лезвии. — Правда? Откуда? — приподняла брови Хана. — Довелось быть с ним в статусе «беженцев», долгая история. Но он везде находил способы и время ковать всём оружие. Хороший парень, правда, — в голосе волшебника чувствовалось некое уважение. — Ты был беженцем? — Долгая история, рассказывать не собираюсь, — он отвернулся, смотря впереди себя. — Ой, да брось. Ты сам затеял разговор. Ехать нам без малого три дня, делать особо нечего, так что рассказать успеешь. Ну, давай, прошу!       Ролан ненадолго задумался, шевеля губами в размышлении. — Ладно… Я, моя семья и еще пара десятков тифлингов, в том числе и Даммон были беженцами из Элтуреля. Ты наверняка слышала про событие называемое «Падение Элтурела», город затянуло в Аверно, на некоторое время. Его в итоге удалось вернуть спустя несколько дней, но множество людей погибло даже не из-за ужасающего перемещения, а из-за неприспособленности жить в самой Преисподней. А мы, конечно, могли. Когда город вернули, оказалось, что дело было в контракте с Зариэль, архидьяволицей. И уже было неважно, что правитель Элтуреля хотел защитить город, но вместо этого по глупости решил, что договор с дьяволицей — это лучший вариант. Нет, обвинили нас. Тифлингов изгнали, потому что люди стали бояться. Страх и недоверие привели к изгнанию из, черт возьми, родного города. Пришлось уходить всем нашим и пытаться как-то выжить по пути к Вратам Балдура, — по мере рассказа голос Ролана становился более раздраженным. А за этим, на отголосках, чувствовалась горькая обида и злость на тех, кто изгнал ни в чем неповинный народ. — Не сказать, что я много потерял, так и так хотел уезжать из Элтуреля, чтобы стать учеником у Лорроакана. Но не как крыса какая-то… У кого-то в Элтруреле остались друзья, фамильные дома, работа, чуть ли не семьи. И теперь этого ничего нет. До Врат дошла только половина беженцев. Так что мы тоже многое потеряли, как и люди, если даже не больше…       Хана на секунду пожалела, что спросила. Видимо, она вскрыла старую затянувшуюся рану Ролана. Но вместе с этим пришло некоторое другое чувство. Сочувствие? — Слушай… — Если хочешь пожалеть, то не стоит, — кашлянул волшебник. — Нет, я… — скажет вот глупость, так и отбивает всякое желание говорить приятные вещи. Хана’эль вздохнула и продолжила, желая все же выразить мысль. — Я думала ты изрядно преувеличиваешь, что, ну… Вас настолько не любят, но… Я ошиблась, — тихо призналась Хана, смотря на лесные массивы. — Изгнать целый невинный народ, это… Мягко говоря перебор.       Повернув голову на Ролана, Хана с удивлением обнаружила, что тот смотрел на нее. Беззлобно, снова рассматривая и изучая. — Что? — фыркнула она, сдувая с глаз надоедливую прядь. — Ничего, — повел плечами он, отворачиваясь.       Жук.

***

      Город теперь был окончательно позади. В свежем и бодрящем воздухе разносится тонкий аромат влажной земли, клена и сосен, смешанный со сладким запахом трав, устилающих лесную подстилку. Солнечный свет проникал сквозь густую крону, отбрасывая на землю танец золотых лучей, освещая замысловатые узоры, сотворённые природой. Высокие деревья, чьи стволы покрыты корой и мхом, тянулись к небесам, словно древние стражи среди пышной зелени. Здешние деревья должно быть ещё помнили самого Балдурана. Опавшие из-за жары листья мягко шуршали под копытами лошадей, где-то вдалеке, затесавшись в ветвях стучали дятлы и свистели соловьи. Белки игриво скакали по веткам, мелькая своими рыжими хвостами. Сквозь подлесок проглядывали яркие полевые цветы, их насыщенные оттенки контрастировали с тёмно-зелёными и коричневыми тонами. Среди этого природного великолепия время, кажется, останавливалось. Шум и суета внешнего мира исчезли, уступая место спокойствию природы. — Хана? — подал голос Ролан. — Слушаю, — наёмника оторвалась от ковыряния ногтей. — Расскажи про себя, — волшебник отпил из бурдюка. — Ещё чего! — усмехнулась она. — Разве не ты говорила, что ехать нам долго и всё равно делать нечего? — и ведь не поспоришь, ну точно жук! — Ладно-ладно. И что ты хочешь знать? — смирилась девушка. — Откуда ты? — довольно простой вопрос. — О, ну как объяснить… — Хана с трудом подавила желание отшутиться. — Вроде как из Невервинтера, северней Вотердипа. Меня подкинули в цирк, труппа как раз в то время была в Невервинтере. Я не знаю, была ли я тогда совсем малышкой или пара годков уже было, но в общем, можно считать что из тех краёв, — поведала наемница. — То есть ты… Приёмная? — волшебник чуть сощурился глаза. — Угу. Меня растила цирковая семья. Ну и мне пришлось стать одной из них.       Ролан отвёл взгляд, будто о чём-то размышляя. Для Ханы не было проблемой то, что она приемная, давным давно уже смирилась. Факт как факт, ничего такого. — И предвещая твои дальнейшие шутки — нет, я была не клоуном. А акробаткой! — А, это объясняется выбор твоего оружия, — покачал головой Ролан с лёгкой усмешкой. — Но не объясняет задатки клоуна. — Ха-ха, смешно. Я была лучшей, между прочим. Платили скверно, особо выступать не нравилось, да и сказать, что я любила свою семью — слукавить. Но когда… — Хана запнулась на полуслове. Нет, ему не стоит знать. — Когда выдался шанс вырваться, я им воспользовалась. И теперь занимаюсь тем, что мне нравится и что приносит столько золота, сколько меня устраивает. — А что за шанс? — Да так. Шанс и шанс. Главное, что этих придурков больше не вижу и славно, — хвост Ханы дёрнулся. Ролан сощурился, но не стал дальше расспрашивать.       Лес закончился и началась равнина, которая, кажется, бесконечно простиралась перед ними. Пологие холмы изящно вздымались и опускались, словно застывшие во времени волны. По мере того, как они углублялись в самое сердце равнины, пейзаж менялся. Пятна густых полевых цветов усеивали более обширные поля, расцвечивая их, как краски на холсте, а впереди едва заметны были зелёные шапки очередного леса. Воздух наполнен ароматом дикого шалфея и цветущей лаванды. Дикая природа то появлялась, то исчезала из виду: в жёлтой траве шуршали зайцы, а величественный ястреб парил высоко в небе, осматривая землю внизу. Ветер запутывал волосы, полуденное солнце припекало плечи и спину. Они ненадолго устроили привал на перекус, а лошадей отпустили пощипать траву.       Шагая рядом с кобылой, Хана украдкой поглядывала на Ролана. Тот поглаживая свою лошадь по шее, периодически продолжал делать глотки из бурдюка. Так жажда мучала?.. Взгляд у него какой-то… уставший уже. Что творилось в голове этого мага? Когда он не вёл себя как последняя заноза, то был весьма… приятным. Умный, амбициозный, вроде уверенный в себе, иногда и весёлый. Что Ролан забыл у Лорроакана? Почему именно он? Неужели в Фаэруне не нашлось учителя лучше? Почему в Хане поселился червячок интереса относительно Ролана? И тот, будто чувствуя, что его разглядывали повернул голову. Хана быстро отвернулась. — Чего смотришь? — усмехнулся Ролан, вытирая губы от влаги. — Да так… Рога твои рассматриваю, — соврала девушка. — Как вы с ними ходите? Они тяжёлые? А спите как? — Когда живёшь с таким с самого детства уже не замечаешь, — проговорил он с улыбкой, не обращая внимания на поток, по сути, детских вопросов. — Ага, как же. Хвост у меня с рождения и я всё ещё иной раз забываю, что он есть у меня! — поморщилась девушка. — Я заметил. Он очень явно показывает твои эмоции. — Ой, заткнись! — отмахнулась Хана’эль.       Хвост чуть возмущенно качнулся, Хана покусывала кожу на внутренней части щеки клыком. — Тебя как воспитывали? — спросил негромко Ролан. — Как-как — жопой об косяк! — фыркнула она, но поняла, что имел в виду маг. — Люди, которые стыдились моей… Меня, короче. Я почти не знаю часть своей тифлингской натуры, — наемница потерла шею, ей было будто неловко признаваться в таком. Вдруг в голову пришла очень дурацкая идея. — Слушай, Ролан, а может ты… Ну… Поможешь с этим? Я ведь о вас…нас, не интересовалась толком… А ты умный… Ну и тифлинг… — Хана почти сгорала от стыда из-за этой просьбы.       На ее удивление, Ролан не начал смеяться и потешаться. Он тихо хмыкнул, а затем мягко улыбнулся. — Я могу, — легко согласился волшебник. — Правда?       Ролан кивнул в знак подтверждения. — И чтобы ты не махала хвостом как собачка, тоже помогу, — не сдержал тот усмешки. — Жучара ты редкостный, знаешь об этом?!

***

      Закат застал их в лесу. На небе остались оранжевые и фиолетовые полосы, а впереди виднелась наступающее темно-синее небо. Едва-едва начинали проглядываться два спутника, пришедшие заместо солнца. Воздух стал прохладней, отгоняя прочь дневную жару. По мере того, как Хана и Ролан углублялись в лес, они замечали, как он менялся вокруг них. Широкие листья, которые когда-то танцевали на солнце, теперь сомкнулись от холода сумерек, а воздух, который когда-то был наполнен пением птиц, стал тихим, если не считать редких криков ночных существ, пробуждающихся к ночи. Каждый шорох теперь был отчетливей, стрекотание светлячков громче. Приходилось напрягать глаза и внутренние чувства. Стоило сквозь плотную крону деревьев проникнуть свету спутников, Хане приняла решение устроить привал. Расположившись на небольшой поляне, возле ручейка, Хана’эль отпустила лошадей отдыхать, Ролана отправила собирать хворост, а сама занялась палатками. Свою она поставила быстро и без проблем. Но, когда наемница залезла в сумки Ролана, чтобы достать его палатку обнаружила неприятный факт. — Значит стоило мне уйти, ты уже по моим вещам шаришься? — хмыкнул волшебник, подходя к их маленькому лагерю. Он бросил на землю палки и упер руки в бока. — Ты, дурень, палатку не взял? — изогнула бровь Хана. — Что? Взял.       Ролан залез чуть ли не с носом в седельные сумки, перерывая их до самого дна. Но по его сокрушенному лицу стало ясно — он забыл. — Это ты виновата. Час на сборы! — возмутился Ролан. — Ладно, успокойся. Сегодня поспим в одной. Завтра в ближайшей деревне купишь.       Хана сама была не рада от перспективы делить тент с Роланом, но не выгонять же его на улицу. Мало ли опять дождь начнется… Тифлинг же лишь пробурчал ругательства на инфернальном.       Когда пламя наконец-то разгорелось, прогоняя сумеречную прохладу, можно было облегченно перевести дух перед сном. Сели они возле костра на небольшое покрывало. Хана жевала вяленое мясо с куском хлеба, пока Ролан срезал шкурку с яблока и отрезал себе дольки. Кто-то явно был избалованным в детстве… Рядом с ним лежал бурдюк, из которого он иногда делал глотки. Что там такого налито? Явно не вода.       В темноте, глаза Ролана завораживающе светились. Его лицо было спокойным, ровным, почти безмятежным. Но он что ли был… — Ты так по началу был рад нашему заданию. Прошу прощения, твоему, — тихо и с ноткой веселья сказала Хана, пытаясь развеять нависшую тягостную атмосферу. Ролан даже не взглянул на нее, продолжая резать яблоко. — Ты чего? — Вспоминаю, как мы шли от Элтуреля до Врат… Не люблю дороги и путешествия, если честно, — пожал он отстраненно плечами. — Зато представь, когда ты достанешь эту сферу и принесешь своему наставнику, сколько счастья будет и тебе, и ему. Учеба в гору пойдет, — почему она пыталась его ободрить? Почему он вообще грустил? Хана не понимала. — Угу, — Ролан съел дольку. — Надеюсь…       Это подавленное настроение Ролана совсем озадачило Хана’эль. С другой стороны… Кое-что начинало проясняться. — Ролан, ты вообще о чем мечтаешь? — решила она немного отвлечься. — Странный вопрос, — хмыкнул он, хмурясь. — Брось, нормальный в наших условиях. Давай. О чем? — Не очевидно разве? — Ролан поднял на Хану глаза. — Стать мега-крутым-супер магом?       Волшебник протянул наемнице дольку яблока. Хана с радостью приняла. Угадала значиться. — А ты о чем? — спросил после недолгого молчания Ролан. — О, о многом. О горе золота, о большом замке, о резвом черном скакуне, — начала немного дурачиться Хана. Она подняла голову наверх, смотря на множество звезд на черном небе. — Искупаться в звездах… — Последние будто вообще не из твоих желаний, — тихо усмехнулся волшебник. — А почему нет? Это наверняка было бы приятно и красиво, — мечтательно сказала она. — Я думаю до звезд будет добраться проще с горы золота. — Собираешься стать драконом? — ну наконец-то он немного развеселился. — Конечно. Жадным, беспощадным, кровавым монстром и грызь бошки рыцарям! — Хана’эль изобразила руками крылья и обнажила клыки, которыми будто кусала кого-то. Ролан не сдержал усмешки, чуть покачав головой. Хана тоже тихо рассмеялась. — Тебе повезло, что ты не рыцарь. Твою голову я не намерена отгрызать, — чуть поддалась вперед наемница, хитро улыбаясь. Не говорить же в открытую этому магу, что он перестал ее раздражать. — Да? Вот это щедрость, — поддался вперед и он, откусывая яблоко. — Спасибо? — Пожалуйста.       Они некоторое время смотрели друг на друга. Хана поймала себя на мысли, что рассматривала лицо Ролана, на котором играл танец тени и света костра. Рассматривала его мелкие морщинки в уголках глаз, многочисленные родинки или веснушки, небольшие носогубные складочки, светящиеся желтые глаза. Брови Ролана выдавали в нем усталость и легкую будто подавленность чем-то… А он также рассматривал ее? Почему она беспокоилась об этом? Почему от тифлинга едва заметно пахло чем-то сладким - и точно не яблочным?..       Волшебник вдруг отвернулся и поднялся на ноги. Только тогда Хана оторвалась от своих мыслей. — Пойду отнесу шкурки… — проворочал он, забирая то, что осталось от яблока.       Ролан развернулся и двинулся к своей кобылке, что была привязана чуть поодаль. Хана тихо хмыкнула про себя, не понимания, что на нее нашло. Что на него нашло! Потерев глаза и вздохнув, наемница поняла, что пора идти спать. Утро вечера мудренее. Слишком сумбурный был день…