Capítulo 1: El principio del fin.

Навсегда ничего не бывает.    Дивия, к примеру, поняла эту суть только сейчас. Держа на кончиках пальцев, что окутаны приятной шелковой белой тканью перчаток, обручальное кольцо, которое через несколько секунд должно будет покоиться на безымянном пальце человека, что в глазах её рассыпался в тот же миг, стоило ей взглянуть на него. Этот день, казалось бы, должен стать для неё невероятно счастливым, как и в книжках, которые она частенько любила читать, как в сериалах, где в конце герои обязательно становятся невероятно счастливыми. Очень жаль, что Дивия так и не смогла стать главной героиней счастливого конца.    — Я очень люблю тебя, – хриплый шепот, надломленного голоса её, привел жениха перед ней к умилению, подумал, мол, плачет она от счастья. Просчитался.    Позорно-лживые слова для достойного их человека.     Что случилось однажды, может никогда больше не случиться. Но то, что случилось два раза, непременно случится и в третий. Он изменял ей сотни раз. Это закономерность. Виновница сидела в первом ряду, как и подобало правильной главной героини, её глаза светились искренним счастьем за подругу, но счастье это было лживо, а потому в душе она была печальнее любого присутствующего здесь, помимо самой Деви. Сейчас в этом месте отныне лживым было всё. Виновник стоял прямо перед ней, как ей казалось, в грязно-черном костюме, с красиво зачесанными назад волосами, смотря на нее такими же счастливыми глазами, скрывающими за собой облики прошлой ночи. Дивия, смотря в них, отчетливо видела всё, словно её жених запечатлил всё в кадрах. Отвратительно. Куда бы деть глаза, дабы не видеть такой грязи.    — Госпожа Деви, вы можете надеть кольцо на палец жениху,— лояльный голос регистратора вывел её из раздумий. Госпожа Шарма совсем забылась в мыслях, всё ещё держа в руках красивое аккуратное кольцо. Нет это не правильно. Она вскользь прошлась по гостям, что тихо сидели на своих местах, наблюдающих за столь прекрасным моментом образования нового совместного начала.     Начало начавшегося с конца.    — Я не выйду за тебя, – та ответила твердо, возвращая кольцо на красную бархатную подушечку. Волна напоминающего шепота накрыла торжественный зал. Любовь и некая магия этого события испарились вдруг. Острые взгляды словно впивались глубоко под кожу её. Родственники со стороны жениха, дай им волю, убили бы её за порочные слова на месте. Дивия не смотрела в сторону своей родни.      — Что? Милая, кажется, кто-то тут немного утомился, перегрелся, может быть? Сегодня довольно душно и солнечно, с тобой всё в порядке? Ничего не болит? — жених осматривал её взглядом, трогал руками, проверяя всё ли хорошо с ней и её состоянием.    — Голова.    — А?    — Голова болит от тебя, – Дивия аккуратно взяла его руки в свои, отцепляя от талии, и бросив их, продолжила.  — Этими руками ты трогал её талию, как сейчас меня? Этими ли губами, что сейчас говорят такие лживые слова, целовал её?    Этими. Она знала, он мог не отвечать. Но он продолжал играть комедию одного актера, непонимающе смотря на неё, украдкой бросая взгляд на ошарашенных гостей. Где-то тихо сидела Сибель, теперь уже бывшая хорошая знакомая Деви, смотря на разворачивающуюся сценку с некой долей ядовитого сожаления, которое медленно отправляло её изнутри. Дивия была искренне чудной подругой для неё, и вот чем она ей отплатила? Позор для неё. Тишина вдруг опустилась на гостей, давя всем на горло. Деви, конечно, могла бы выйти за него, притворяясь счастливой, а позже, через некоторое время, вдруг нечаянно застать его с другой, устроить скандал и с ним же развестись. Она могла бы в новостях опорочить фамилию его семьи и его самого, но разве ей, как вполне взрослой девушке, это действительно нужно было? Скандалы и ругань всегда очень громки, а у нее часто болела голова от них. Деви воспитывали достойно, и нести свою фамилию она должна с этим же достоинством. Не сказав больше ни слова, она опустилась со сцены, украшенной розово-белыми цветами, и, пройдя до двери, вышла. Огромные мраморные колонны возвышались над ней, провожая её в неописуемо красивый сад, где цвели цветы неземной красоты различных пород и оттенков. Зал был превосходно красивым; покидать такое уютное, светлое место было горько. Кажется, это единственное, что восхищало её, когда она шла к алтарю, украдкой осматривая торжественный зал, где проходила церемония бракосочетания. Огромные панорамные окна в пол открывали вид на сам сад и пропускали яркий солнечный свет, создавая волшебную атмосферу в коридоре.   Дивия носит имя своей семьи — Шарма. Громкая фамилия, неукротимая, почти обжигающая синим пламенем. Её семья была достаточно известна рынку, а вместе с тем и миру, благодаря реализации драгоценных камней и их обработке. Семья Шарма владела шахтами по всему миру, где только можно и нельзя. Родители и единственный брат её должны будут понять. Этот брак, что должен был быть заключен пару минут назад, все равно был браком. Семья Шарма и Витто за долго до рождения своих наследников и наследниц заключили договор, в котором черным по белому было написано, что кто-то из детей должен будет сплотить две великие семьи, объединив в одну. Это был вопрос времени, и время настало не спеша. Деви с самого своего рождения знала, что обещана некому сыну из семьи Витто, имени которого не знала, как и лица, которого не видела. Но когда увидела его, девичьи первые чувства проснулись и отозвались пламенем в груди. Она краснела всякий раз, стоило ему только взглядом коснуться её лица и вновь отвернуться. Когда спала, она мельком во сне представляла их совместный быт после бракосочетания. Она лелеяла в себе любовь к нему, но, узнав об измене, лицо его тут же перекосилось в её невинных снах. Сегодня она убедилась, что лицо это ничем от грязи не отличается. Любовь прошла так же быстро, как и появилась.    Солнце горячей Италии, где должна была пройти свадьба, близилось к горизонту. Её мысли сейчас занимали вопросы о том, чтобы попросить Капрра, её водителя, быстрее отвезти к ближайшему бутику с одеждой, чтобы переодеться. Платье было с красивым шлейфом, открытыми плечами и украшенное редкими блестками, но оно точно не было предназначено для того, чтобы убегать в нем со свадьбы и шастать по улицам горячей Италии. Ни минуты здесь она больше не задержится.    — Дивия! — брат нагнал младшую сестру, и та удивленно обернулась.— Что произошло только что? Ты отменила свадьбу? Пекло, что-то случилось?     — Кайрас, родители не сильно злы?    — All'inferno всех. Расскажи мне почему ты отменила всё? Я знаю, жить с мыслью, что тебе никогда не позволят выйти за того, кого полюбишь, очень липка, но, Дивия, разве ты кого-то любишь настолько, что отменила свадьбу с младшим сыном Витто?    Из всех возможных причин отмены свадьбы Кайрас выбрал самую неправильную. Неужели её детская влюблённость была настолько плоской, что её не заметил даже собственный брат? Мысли Деви пали на то, что возможно, только она знала об измене жениха или все закрывали глаза на подобное ради собственной выгоды?    — Нет. Пусть я бы даже любя кого-то, не отменила бы свадьбу. Я дала обещание в детстве родителям, что сделаю это во что бы то ни стало, но я не говорила, что позволю кому-то пошатнуть мою гордость. Младший сын Витто изменял мне. Для отмены свадьбы этого вполне достаточно.    — Cazzo di caccare, — злостно выругался тот.    — Non dire così! Не слова больше грязного, когда мы находимся прямо у них под носом, Кайрас, — на это брат её только тяжело вздохнул, скрывая необратимую злость. Деви продолжила: — Возвращайся. Успокой родителей, объясни им всё. Я вернусь скоро, обещаю, что с хорошими новостями. Я найду другой способ, чтобы семья Шарма возвысилась ещё сильнее, как того хотел отец.    — Самой не хочется им рассказать?     — Боюсь смотреть им в глаза после того, как нарушила обещание. Я хочу свободы, Кайрас, хочу, чтобы мне наконец-то доверили управлять чем-то весомым, а не сидеть под вечным давлением и переживанием нянек в четырех стенах. Я хочу, чтобы они меня увидели. Дай мне показать им, на что способна младшая наследница Шарма. Я хотела показать им себя в этом браке, если бы мой жених не натворил дел похуже. Передай, что мне очень жаль.    Казалось, он её не слушал, опустив голову в пол и махая ей.    — Ты сбегаешь…Моя красивая сестра выросла и сбегает от гнева родителей, — Кайрас понимающе закивал.    Дивия, ничего не сказав, улыбнулась только напоследок. Добравшись до выхода, придерживая аккуратно платье, она велела водителю немедленно уезжать и тот тронулся с места       • • •    В машине играла спокойная музыка, едва ли её можно было услышать из-за открытого окна, где машины издавали характерный визг шин и людей, которые разговаривали, смеялись или громко кричали. Дивия не часто признавалась себе в том, что здесь в Тропеа, в небольшом городе на юге Италии, ей безумно нравилось. Вечерами город украшал превосходный желтый, а то и розовый, закат, загорались фонари на улицах, что создавали ощущения сказки и романтичности, а по утру город ласкало солнце. Капрра, как ему и велели, довез Госпожу Шарма до ближайшего бутика с одеждой. Та, выскочив из машины, успев обратить на себя взгляды прохожих, зашла в небольшой по здешним размерам магазинчик. Ничего не ожидая от представленного выбора, Деви надеялась просто найти удобную одежду. Но как только она перешагнула порог, перед ней открылся вид весьма изысканных одеяний. Деви успела даже подумать о том, а не ошиблась ли она дверью? Прочем было ли это проблемой.    — Добро пожаловать в бутик «DesTino». Мы можем чему-нибудь вам помочь? – консультантка, проведя взглядом по свадебному платью девушки, вернула его обратно к лицу Деви с вопросами, но спрашивать из вежливости не стала, держа лицо.    — Да, мне подойдет любая удобная одежда и обувь, будьте так добры.    — Конечно, — та, лишь благодарно улыбнулась и, кивнув, ушла.    Бутик «DesTino» украшал мраморно-бежевый пол и коричневые стены, что были украшены нежными цветами в тех же тонах. Здесь не было окон, и подсветка теплого желтого цвета предавала этому месту более интимную обстановку. Одежда аккуратно висела на белых, а то и черных манекенов, и висела на плечиках. В бутике было значительно прохладнее, чем на улице, где сейчас правит сумасшедшая жара. У хозяйки или хозяина этого магазинчика был весьма приятный вкус, чему Дивия весьма завидовала. Ей бы тоже хотелось иметь собственный магазин одежды, продуманный по её вкусу.    К удивлению Деви, консультантка довольно быстро появилась рядом с ней, в руках держа несколько элементов одежды и передавая всё ей в руки, направила в примерочную. Из всего того, что ей принесли она остановилась на самой обычной белой блузке, бренда которой Деви видела мельком где-то, и светло-голубых джинсах, особо не предавая этому значения.     — Не могли бы вы принести мне пару туфель? Самых обычных, сильно не заморачивайтесь. Я спешу, — спокойным, но строгим голосом отчеканила та.    Через пару минут на бархатно-смуглой коже любовались бежевые лодочки, аккуратно подчеркивая изгибы ног.     — Весьма удивительный вкус, госпожа.    Завораживающий тон голоса отвлек Деви от хлопот с одеждой, и повернувшись к ней она узрела невероятной красоты зеленоглазую девушку. Красиво переливающиеся волосы, цвета темного каштана и яркие глаза, что блестели, когда рассматривали её, мягкая улыбка на лице незнакомки, от которой у Деви, смотри, подкосились бы ноги. Впрочем, она не была столь превратно воспитана, чтобы падать к кому-то в ноги, стоит только ей увидеть красивых людей. Дивия держала лицо нетронутым и все так же с мягким выражением смотрела на зеленоглазую.     — Благодарю, но мне стоит поторопиться.     Обогнув незнакомку, едва уловив приятный шлейф её черничных духов, Дивия подошла к стойке, поспешно вытянув из кошелька карточку и расплатившись, позже быстро вышла на улицу с фирменным пакетом, где было платье и туфли, села в машину.         — Куда мы направляемся теперь, Госпожа Шарма?    Капрра в ответ услышал только тяжелый вздох своей Госпожи, ему от части передалось её непостоянное настроение. До него уже дошли слухи и новостные статьи, что уже выпустили в интернет, о том, что жених младшей госпожи Шарма изменял прямо перед свадьбой и не побоялся посадить свою любовницу на первый ряд.         — Домой.    • • •    Дом встречал хозяйку оглушающий тишиной. Слуги провожали девушку с опущенной головой, как и всегда. Дворецкий, имя которого было Конан, сейчас был более молчаливым, нежели в остальные дни, когда Девия возвращалась домой. Он часто болтал о чем-то своём.    — Родители дома, — она не спрашивала, – утверждала.    — Ваш отец не в добром духе.     — Велел ли он мне зайти к нему? — осторожно спросила она.    — Да, госпожа.    — Как мама?    — С Госпожой Шарма всё в порядке, но она в крайнем замешательстве по поводу последних событий.    Дивия лишь понимающе кивнула головой, собираясь духом. Туфли громко и с открытой лживой уверенностью застучали по мраморному полу, давая знать всем живущим в особняке, что младшая госпожа Шарма прибыла домой.     Туфли. Она ведь не просто так выбирала этот элемент обуви. У нее в собственной квартире был целый отдельно взятый гардероб с полочками, усеяными разными видами туфель. Белые, с застежкой и без, с камушками, розовые, черные, лодочки, красные и зеленые, с высокой шпилькой и не особо. Были разные. С самого детства и до сих пор Дивия носила туфли, лишь бы отец слышал её, лишь бы громкий, цокающий звук достиг его ушей и оглушил.    Длинная и широкая дверь, ведущая в кабинет отца, от чего то сейчас стала неимоверно тяжелой. Деви никогда не заходила в его кабинет без надобности, но всегда старалась ходить возле нее. Аккуратно постучавшись и услышав за ней тихое «Войдите», Деви вошла.    Кабинет отца был целиком и полностью создан под его строгим контролем. Именно поэтому комната была в темных тонах, переливающихся в яркий зеленый цвет комнатного мха, за которым слуги тщательно ухаживали. Панорамное окно в пол напротив отцовского рабочего стола придавало брутальность этому месту и вполне себе казалось уютным. Дверь позади нее захлопнулась, и только тогда господин Шарма отвлекся от бумаг, которые держал в руках.    — Дивия, — строгий баритон отцовского голоса в детстве довольно часто пугал бедное дитя. Они не часто разговаривали. Ей всегда казалось, что вот-вот и её будут ругать, но отец всегда был холоден к её выходкам.     — Отец. Мне очень жаль, — Дивия покорно склонила голову, но голос её был твердый, словно она и не сожалела о содеянном, хотя, по правде говоря, это оставило свой отпечаток.    — Ты знаешь, почему мы заключили договор с Витто?    — Чтобы в будущем это дало свои плоды, и семьи, скреплённые узами брака, объединились, возвышаясь на рынке. — Заученные слова, написанные матерью. Сейчас она была ей благодарна.    — Правильно. Что ты сделала на свадьбе?    — Отменила её.     — М-м. И какова была причина?    — Он изменял мне.    — И всё? — то, с какой легкостью отец произносил слова, разрезало её.    — Отец, что ты такое говоришь?    — Ты разорвала свадьбу только потому, что мальчишка изменил тебе?     Карие глаза, почти черные, смотрели на нее неотрывно. Казалось, в них плескалась ненависть к её поступку, а может быть, и к ней в целом, но они были ядовито спокойными. Отец был молчаливым, холодным, чужим для неё. Так к кому же он был теплее? Дивия всегда старалась понравиться собственному отцу, что так упорно не замечал её, а если замечал, притворялся, что нет.    — Я не позволю этому «мальчишке» испытывать мою гордостью на прочность. Знайте, отец, об этом и вы.     — Твоя гордость размером с соломинку, Дивия. Как бы её не переломили.    «А кто посмеет?» — слова плескались ядом в голове, и Дивия бегала от одного обрыва к другому, дабы не дать им сорваться с языка.     — Я найду другой способ подняться к «вершине» — Дивия проглотила сказанные ранее слова отца.    — О какой вершине ты говоришь, дитя, если не знаешь даже о дне, на котором находишься? Откуда тебе знать, Дивия, чем мы тут все занимаемся…    Отец был немногословен. С ней —особенно. Но что-то позволило ему выдать столь интересные слова, о которых Дивия обязательно подумает позже. Разве может её семья быть втянута в веретено грязи и лжи?    — Отец…    — Дивия. Ты можешь идти.    — Я знаю, что некоторые пункты в вашем договоре с Витто были просто не выгодны вам, отец. Вы рано или поздно что-нибудь бы придумали, разорвали брак. Витто не дураки — дали бы отпор тем же. Но тогда нашей семье пришлось бы заплатить куда большую сумму за нарушение договора, а это значительно подорвало бы наш авторитет. — Она знала, что права. И он, наверное, знал тоже. Может быть, догадывался. Дивия не только из-за измен почти любимого человека отменила свадьбу, отнюдь, она не столь глупа и безрассудна, —  Сейчас я в позиции жертвы, как пишут статьи в интернете. Мой жених изменял мне, а я же правильная, что не стала терпеть и молчать об этом; разорвала свадьбу. Многие женщины меня поддержат, так же как и многие издания. Я найду другой способ подняться к верху. Только дайте мне шанс.     — Ты можешь идти, — в этот раз он произнес куда более строже, тверже.     Слишком резко. Слишком холодно. Почему старается оградиться от неё? Почему отталкивает, не дает высказаться? Не слушает почему? Миллионы вопросов каждый день забивают голову шатенки, каждый вопрос на перебой кричит, вызывая головную боль. Это её вина? Если её, то в чем она заключается?     Дивия, чьи слова так нагло отрезали, склонив голову и смерив взглядом отца в последний раз, вышла из его кабинета. Двери позади неё тяжело захлопнулись, вызывая характерный этому звук, отдавшийся эхом по пустым коридорам. Сейчас Деви мечется между вариантами: отец зол, раздражен, поэтому не стал её слушать или наоборот, спокойно, смиренно принял её волю?    — Деви! — чей-то нежный, певучий голос вывел её раздумий, скорее даже выдернул.    — Амрита? – громкое приятное удивление застыло на некогда холодном лице Деви. Госпожа Рай была не частым гостем в поместье Шарма. Бывало и такое, что подруги встречались только раз в несколько недель, а то и месяцев. Былая крепкая дружба сошла бы почти на нет, если бы не пылкое желание обеих всё сохранить в прежнем ключе. Их общие интересы, мировоззрение по прежнему были одинаковыми, и они продолжили бы быть подле друг друга, если только бы не скорая свадьба Амриты. — Ты заметно выросла госпожа Рай.    — Мне приятно слышать это из уст прислуг и других людей из знати, но из твоих я бы предпочла слышать «Амри», как и прежде, — отмахнувшись, та по необычайному мило улыбнулась Девии.    — Амри, скажи мне, что ты тут делаешь? Не просто ли так ты пришла меня проведать?     — Я приехала с братом. Ему нужно было что-то уточнить или спросить у Кайраса, а у меня выдалась свободная минута от свадебных хлопот. Я решила, что, возможно, это знак с выше.     Дивия провела подругу в просторный светлый зал, чьи окна были открывали вид прямиком на яркий зеленый сад, украшенный разновидными цветами, аккуратно состриженными кустиками, высажеными деревьями и уже знакомыми розовыми цветами, которые она видела совсем недавно на собственной свадьбе. Невольно её начало подташнивать от одних только мыслей об этом. Усадив Амриту подле себя, она все же решилась спросить:    — Как проходит твоя подготовка к свадьбе?     — Утомительно, Деви, ты и сама знаешь. – Лицо госпожи Рай от чего-то потемнело, а блеск в глазах исчез, стоило только разговору зайти о чем-то подобном.    — Ты же так любила его и мысль лелеяла о том, что он будет твоим мужем, — о, Дивия, ты определённо знаешь.     — Он меня не любит. Но, знаешь, Деви, моей любви хватит на нас обоих.    — Расклеишься, Амри.    — Al diavolo, — Амрита заметно потухла. Девичье молодое сердце отбивало ритм, но голова включала бой серены, чтобы не оглохнуть от неё, та перевела тему. — Ты ведь любила Ноа, младшего сына дома Витто. Почти вышла за него замуж, отчего тогда отменила свадьбу?    — Амри, о, моё солнце, я не хочу об этом говорить. Давай лучше сходим куда-нибудь, прогуляемся.    Амрита кивнула головой.    — Он подлец, — госпожа Рай обхватила ладонь Дивии, сцепляя руки воедино крепко-накрепко. Она всё понимала, знала и видела на дне глаз госпожи Шарма. — Ты права. Нам нужно выйти на улицу и хоть чуть-чуть забыть обо всем. Я знаю одно место. Камал, видят боги, запретил мне там появляться, после прошлого инцидента, но, Дивия, разве я буду собой, если послушаю брата? — Госпожа Рай хитро улыбалась, искря глазами.     — Амри, если я начну отговаривать тебя, едва ли ты послушаешь меня, — Амрита лишь звонко рассмеялась, — Мы пойдем туда, куда ты хочешь, если это место будет не обычным ночным заведением. Меня такие места не тянут…    — Обижаешь, Деви. Место, куда мы пойдём, во много раз лучше и краше, — госпожа Рай, встав со своего места, подхватила Деви под локоть и направилась к выходу, медленно шепча той на ухо, — Одна моя знакомая устраивает грандиозное празднование у себя в особняке. По какому случаю — не знаю, но если устраивает, значит, что-то весомое. Я очень давно хотела его посетить, ведь если получить на него приглашение — это значит войти в её круг общения, а это, поверь, дорого стоит. Дивия, Богами клянусь, её семья безумна. Она стоит выше, чем моя и твоя в двое. О чем речь, когда её семья стоит выше, чем весь род моего жениха? Я не буду говорить о их состоянии, это будет верх неприличия. О таких суммах обычно не говорят в слух, Деви.    В прочем, сама госпожа Шарма перестала слушать свою спутницу ещё после слов о том, что семья её знакомой стоит выше, чем семья её жениха. Женихом Амриты был Радж Дубей. Дубеи были одними из тех, кто принадлежал к Верхним. Радж был завидным женихом: красивым, с огромным состоянием, с громкой фамилией, воспитанным, по крайней мере, на людях. Дивия близко никогда ни с кем из верхушки не общалась, никогда головы выше не подымала. Отец строго-настрого запретил посещать какие-либо мероприятия, связанные с кем-то из Верхних, но причину не объяснял. Дивия и не спрашивала.    Пока Амрита без остановки говорила о чем-то, они почти дошли до её автомобиля, где, к слову, их уже ждали.     — Амрита, — Дивия остановила девушку, заглядывая ей в глаза, — что за фамилия у твоей знакомой и когда это мероприятие будет?     — Сегодня вечером, госпожа Шарма, — Амрита потянулась рукой к выпавшей пряди Дивии, и убрав её за ухо, почти начала отвечать на главный вопрос.    — Амрита, — неоткуда взявшийся Камал, прервал сестру. Боги видели, Дивия в этот момент не хотела видеть его больше всего. Амрита и рта при брате, что запретил ей ездить на подобные вечера, не откроет, а значит, отослать его не получится, и получить ответы тоже. Если только спросить её несколько позже, — Госпожа Шарма…    — Камал, добрый день, – Дивия, слегка поклонившись, улыбнулась столь неожиданному гостю.    — Я надеялся застать вас в гостиной, чтобы поприветствовать, но там вас не оказалось.    — Мы только что от туда.     — Амрита, – острый взгляд Камала прошелся по лицу младшей сестры, — куда же вы направляетесь под вечер?    — Мы решили развеяться с Деви. Ты знаешь, ей сейчас не легко. Моя девочка разорвала помолвку с strisciare, который ей изменял! Orrore!    — Амрита, – строгий голос Дивии скользнул мурашками по спине госпожи Рай. Она знала — так говорить не стоит. Особенно если речь шла о младшем сыне семьи Витто. Но что поделать?    — Да, ваш брат, Дивия, мне уже поведал об этом. Мне очень жаль.    — О, не стоит.    — Камал, мы пошли, а ты поезжай домой. Не жди меня. Думаю, мы будем поздно, – Амрита была змеей. Самой настоящей: элегантной, вольной и ядовитой. Госпожа Рай стрельнула глазками, надавила на последние слова, что бы брат её точно понял, к чему она ведет, и чтобы точно ни в чем её не заподозрил. Дивия порой восхищалась ею слишком сильно.     — Хорошо. Я уеду после вас. До скорой встречи, Дивия.    — До встречи, Камал.    — Ну всё, – и все же Амрита не удержалась, повела за собой Деви силой, когда та прощалась с её братом.     Усевшись в машину, Амрита отдала приказ водителю завезти их в ближайший бутик, чтобы подобрать платья к предстоящему вечеру. Не сказать, что Дивия была рада спонтанной поездке. Она относилась к числу тех людей, которые любили всё планировать заранее и следовать плану, но Амрита таковой не была. И Дивия любила свою подругу за то, какой она была спонтанной и совершенно не любила распорядки дней, расписанные по минутам, составленные на несколько недель вперед.     • • •    Машина въезжала на территорию огромного белого особняка, который Дивия увидела ещё из далека. Вечер сменился тёмной летней ночью, и фонари, развешанные по всему периметру, освещали всю территорию, при этом сопровождали гостей с самого въезда и до парадной. Особняк находился прямо в центре украшенного сада. Дивия, привыкшая к роскоши, обычно редко удивлялась подобным вещам, но такого масштаба ещё не видела даже она. Машин было огромное количество, а людей — ещё больше, как бы кто ни задохнулся в такой толпе. Пока девушки стояли в некой пробке, Дивия все же решила ещё раз спросить у подруги о её знакомой.     — Амрита, что за семья владеет таким особняком?    — Басу.     Услышав заветный ответ своей спутницы, Дивия замерла, чувствуя, как сердце упало, прокатившись до самых пят. Госпожа Шарма в тот же момент перестала дышать, повернув голову в сторону Амриты и, стрельнув в неё взглядом, весьма красочным на гнев, она, вдруг, схватила ту за руку.     — Что ты сказала только что, Амрита? Мы едем на мероприятие твоей знакомой, чья фамилия Басу? Боги, Амрита, Басу!    — Деви, успокойся…    — Откуда у тебя приглашение на этот вечер? А что на счёт меня? Я не состою в кругу общения хоть одного члена из этой семьи. Будь это кто угодно, Амрита, я бы все решила самостоятельно. Но это Басу. Мне никто не позволит перешагнуть порог этого дома. Амрита?    Госпожа Рай лишь вырвала руку из хватки Девии и, устало вздохнув, отвела взгляд в сторону.     — Одна из девчонок семьи Бенерджи получила приглашение. Но она испугалась. Постоянно ходила и говорила, что ей там не будет места. Поэтому я просто одолжила его, когда та совсем забылась. Ты знаешь, моя семья стоит на порядок выше, чем её. Радж —старший сын Дубеев, унаследует всё: дом, состояние, влияние, что угодно. А я? Я возьму только его фамилию, Дивия. Он не любит меня, не пожалеет, когда мне это понадобиться, не обернется в след, не встанет на мою сторону. Всё, что будет у меня — ребенок от этого брака, следующий наследник. Но если этот черт заведет любовницу и она забеременеет раньше, чем я — это проблема. Он сможет развестись со мной в любой момент при таком раскладе, и я останусь ни с чем. Мне нужна почва под ногами в таком случае. Я решила, что это шанс, который мне посылают сами Боги. Мне будет чем заняться на этом вечере и тебе, вероятно, тоже. Заведешь новые знакомства с высокопоставленными лицами. Ты же хотела, чтобы отец увидел в тебе потенциал? Вот, Деви, бери и беги. А на счет приглашения твоего…Не бери в голову, я разберусь.    — Боги, Амрита. Ребенок, наследник, любовница? Дубей настолько плох и ужасен? И ещё ты украла приглашение…    — Я его не украла, Деви. Я его позаимствовала, — шипела Амрита. Девия видела, как на дне её сияющих глаз танцуют искры. Госпожа Рай была искусной змеей, чей яд можно выпить только тогда, когда она это позволит, и бедняжка Бенержди выпила. — Это всяко лучше, чем оно будет пылиться у неё под подушкой, верно? К тому же ты сегодня не плохо выглядишь. Разве я могу отказать себе в удовольствии посмотреть на свою красивую подругу при свете дорогих торшеров?     — Госпожа Рай, мы прибыли.     Водитель остановился прямо перед входом в особняк Басу, чьи двери были распахнуты настежь, приглашая к себе внутрь.     — Ты слышала? Мы прибыли, госпожа Шарма, — Амрита хитро улыбнулась, дождавшись, пока ей не откроют дверь, — вышла.     И в ту же секунду двери Дивии открываются, и мужчина в строгом официальном костюме подает ей руку, помогая выйти. Госпожа Шарма ощущает, как дышать она стала во много раз чаще, а сердце все никак не перестает отдавать мощные удары, ломая ребра. В голове всё смешалось.    При входе в особняк девушек встречает дворецкий, который мило им улыбается и кланяется каждый раз, стоит новым гостям появиться. На вид мужчина был средних лет, и седина ухоженных волос была тому подтверждением.     — Добрый вечер, леди. Позвольте ваше приглашение?    Амрита достала из клатча одно приглашение, что было обвито черным бархатом и позолоченное по краям. Выглядело внушительно. Но сердце Дивии всё ещё пробивало её легкие. Ей не стоило сюда приезжать, сейчас её отправят обратно, но уже пешком.    Дворецкий, взял приглашение Амриты и, наконец перевел взгляд на Дивию. Поправив свои круглые очки, тот невольно застыл, рассматривая её. Шарма застыла вместе с ним, отсчитывая секунды до того, как он спросит уже её приглашение.     — Господин Бридж, вас разыскивает Госпожа Басу. Она велела подойти к ней немедленно, — сдержанный голос вдруг неожиданно раздался со стороны, невольно спасая Деви, и та ненароком прикрывая глаза, выдохнула. Один из людей, вероятно работающих здесь, одетый в такой же официальный черный костюм, спешно подошел, обращаясь к стоящему рядом дворецкому и выжидающе смотрел на него, как бы явно намекая на то, что им действительно стоит поспешить.    — Ох, госпожа Басу…Кто же будет проверять приглашения?     — Я найду того, кто этим займётся, пока вас не будет.     — Но…— дворецкий окинул растерянным взглядом все ещё стоящих в проходе девушек.    — Господин Бридж. Вам стоит поторопиться.    — Что ж, наши приглашения уже проверили. Я думаю нам пора идти. Будет крайне неприлично задерживать нас здесь более, ведь так? — Амрита подхватила Деви под руку и дождалась, пока Господин Бридж исчезнет в поле зрения, обратилась к недавно подошедшему мужчине с явным давлением.    — Да, конечно, вы можете проходить. Мы искренне извиняемся за задержку. Приятного вечера.    Ничего не ответив в ответ, госпожа Рай потянула Деви внутрь здания и, когда они отошли на приличное расстояние, прошептала ей на ухо:     — Как удачно сложилось, госпожа Шарма. Вы не находите? — Амрита прищурив глаза, вглядывалась в Дивию, хитро улыбаясь и сжимая её локоть.     — Vergognatevi se veniamo scoperti, — Госпожа Шарма уверенна, она почти прорычала той в ответ.