Часть 1. О перемещениях в пространстве

***

Этот день изначально казался Антону странным. Он делал все как обычно, но практически ничего не помнил. Скорее, делал все по привычке. Глаза, будто размытые, наблюдали за повседневными делами. Как Оля ела мамину кашу за обе щеки, или как он сам перекладывал коробки, разбросанные по всему дому. Они недавно переехали. Точнее, сегодня. После смерти бабушки двухэтажный деревянный дом казался пустым и заброшенным на окраине леса в поселке. От него веяло отталкивающим холодом и таежной тишиной. Антону он с первого взгляда не понравился, и он не сказал бы, что хотел бы остаться здесь жить. Сегодня ему снился кошмар.Обычно ему ничего не снилось. Никогда. Это давало повод насторожиться вдвойне. Ему снилось, как пепельноволосая девочка в таких же очках, как у него, звала его по имени. Обычный сценарий странного сна. Но что-то не давало ему покоя. Эта девушка словно кричала о помощи. Какой помощи, только Бог знает. Он не мог выкинуть этот образ из головы. Обычно, сны, которые снятся людям, уже наутро забываются. С ним этого не было. Хотя ему очень хотелось забыть это бредовое сновидение. Антон угрюмо смотрел на открывшийся вид его новой комнаты, обводя ее взглядом. Антон. Так звала его та бедная, на вид испуганная девушка. Что же он не может выбросить ее из головы… Это же обычный сон, таких еще тысяча будет. Может, она его чем-то зацепила? На первый взгляд она показалась ему похожей. Похожей на него. Переезд мучает. Да когда же это закончится? Он думал, что сегодня будет прекрасный день. Ведь мама и папа впервые за десять лет не ссорились с утра, Оля нисколько не капризничала, да и вообще, много фактов указывало на хороший день. Так почему какая-то девочка с очками должна портить его хорошее настроение? Он спустился вниз, когда услышал зов мамы. И вот зачем она его звала в такой момент. Бросив последний взгляд на пока что серые и мрачные стены, Антон громко хлопнул дверью, выходя в коридор. *** Снова разбор коробок. Казалось, еще немного, и они начнут мерещиться ему и двоиться. Антон вздыхает, сожалея, что никогда не мог отказать матери. У них же был папа. Почему бы ему наконец не взяться за работу, а не молча вертеться около их машины, стоящей во дворе, отговариваясь сломанным двигателем. Можно было честно признаться, что он не хочет проводить время с семьей и избегать новых ссор с Кариной.Вот и все. Антон осмотрел проделанную работу усталым, но гордым взглядом. На внезапную тишину в доме явилась Карина, которая оценивающе поглядывала на его труд. — Ты закончил? Если да, иди поиграй с Олей, и помоги ей разобрать вещи, а я пока уберусь в гостиной, — снова женщина отдавала приказы, не требующие обсуждений. От повелительного тона у Петрова пробежали мурашки омерзения, и он, стиснув зубы, с нескрываемой злостью посмотрел на мать. Когда-то самая добрая и ласковая женщина была его настоящей мамой, а сейчас она отдавала приказы бесстрастно, словно робот, испорченная жизнью и потрепанная поворотами судьбы. Его мама умерла еще вместе с бабушкой, когда родители перестали любить друг друга. Вместо Карины, на смену пришел другой человек. И этот человек явно не хороший, каким был раньше.Антон привык ее слушаться. Хотя бы для себя он пытался делать вид, что все как прежде, стараясь не наезжать на мать и выполнять ее поручения. Он надеялся, что все будет нормально и станет как прежде. Но стало только хуже.Ему не надоело терпеть. Нет, дело не в этом, Петров очень терпеливая личность, но что-то однозначно, лопнуло в его сознании. Ему не опостылело быть паинькой, послушным мальчиком. Его все устраивало. Тогда почему ему прямо сейчас хотелось высказать родной матери в лицо все, что он о ней думает? — — Как же меня бесят твои поручения, — он недовольно ухмыльнулся, искажая лицо. При этом его голос оставался спокойным, несмотря на все бушующие эмоции в нем. Как будто было нормально вот так говорить такие гадости. Карина в ужасе распахнула рот, и на ее лице читался немой вопрос. Она долго приходила в себя и даже пошатнулась в сторону. Минутная слабость сразу сменилась нескрываемым гневом и строгостью, к которой Антон привык. — Значит, так ты обо мне думаешь? Внезапно решил высказаться. Хочешь, тогда я тоже скажу правду? — она шипела тихим голосом, но казалось, что она кричала. Кричала отчаянно. — Знаешь, что я думаю о твоем непутевом папаше, который даже коробки убрать не может вместо сына? — она взмахивает руками и даже всхлипывает дрожащим голосом. — А что я думаю о тебе? Что я думаю о тебе на самом деле. — Небольшая пауза прервала молчание, наступившее между ними. — Да за что мне вообще достался такой сын! — она горестно всхлипнула и одним лишь взглядом, показывая, что он наказан, выскочила в другую комнату. Исправить ошибки в тексте, сразу заменяя их в нем, не изменяя сути самого текста Этот день изначально казался Антону странным. Он делал все как обычно, но практически ничего не помнил. Скорее, делал все по зазубреннсти. Глаза, будто размытые, наблюдали за повседневными делами. Как Оля уплетала мамину кашу за обе щеки, или как он сам же перекладывал коробки разбросанные по всему дому. Они недавно переехали. Точнее сегодня. После смерти бабушки двухэтажный деревянный дом казался пустым и заброшенным на окраине леса в поселке. Он него веяло отталкивающим холодом и таежной тишиной. Антону он с первого взгляда не понравился, и не сказал бы, что хотел бы остаться здесь жить. Сегодня ему снился кошмар. Обычно ему ничего не снилось. Никогда. Это давало повод насторожится вдвойне. Ему снилось, как пепельноволосая девочка в так же окулярах как у него звала его по имени. Обычный сценарий странного сна. Но что то надавало ему покоя. Эта девушка словно кричала о помощи. Какой помощи, только черту известно было. Он не мог выкинуть этот образ из головы. Обычно, сны которые снятся людям уже наутро забываются. С ним этого не было. Хотя ему очень как хотелось забыть это бредовое сновидение. Антон угрюмо смотрел на открывшейся вид его новой комнаты, обмазывая ее взглядом. Антон. Так звала его та бедная, на вид испуганная девушка. Что же он не может выбросить ее из головы… Это же обычный сон, таких еще тысяча будет. Может, она его чем то зацепила? На первый взгляда она показалось ему похожей. Похожей на него. Петров замужриосч. Да когда же это закончится? Он думал, что сегодня будет прекрасный день. А потому что мама и папа впервые не ссорились за десять лет в это утро, Оля нисколько не капризничала да и вообще, много фактов указало на хорошей день. Так почему кака то девочка с окулярами должна портить его хорошее настроение? Он цикадой, когда слышит зов мамы с низу. И вот зачем он ей был нужен в такой момент. Бросив последний взгляд на пока что седые и мрачные стены, Антон громко хлопает дверью, выходя в коридор. *** Снова разбор коробок. Казалось, еще немого, и они начнут мерещатся ему и двоится. Антон вздыхает, жалея что никогда не мог отказать матери. У них же был папа. Почему бы ему наконец не взяться на работу, а не молча вертесч около их машины, стоящей во дворе, отговариваюсь сломанным двигателем. Можно было честно признаться, что он на хочет проводит время с семьей и налезать на новые ссоры с Кариной. Вот и все. Антон осмотрел проделанную работу усталым, но гордым взглядом. На внезапную тишину в доме явилась Карина, которая оценивающе поглядывала на его труд. — Ты закончил? Если да, или поиграл с Олей, и помоги ей разобрать вещи, а я пока поиберусь в гостиной, — сново женщина отдавала приказы, не требующих раздражений. От повелительно тона у Петрова пробежали мурашки омерзения, и он стиснув зубы, с нескрываемой злостью посмотрел на мать. Когда то самая добрая и ласковая женщина была его настоящей мамой, а сейчас, она стреляла безомиыионально, слово робот отдающий приказы, испорчена жизнью и потрепаны поворотами судьбы. Его мама умерла еще вместе с бабушкой, когда роллтелдеи перестали любить друг другу. Вместе Карины, на смену пришел другой человек. И этот человек явно не хороший, каким был раньше. Антон привык ее слушаться. Хотя бы для себя он пытался делать вид, что все как прежде, стараясь не наезжать на мать, и выполнять ее поручения. Он надеется, что все будет нормально и станет как прежде. Но стало только хуже. Ему не надоело терпеть. Нет, дело не в этом, Петров очень терпеливая личность, но что то однозначно, лопнулось в его сознании. Ему не осторченело быть паинькой, послушным мальчиком. Его все устраивало. Тогда почему ему прямо сейчас хотелось высказать родной матери в лицо, все что он о ней думает? — Как же меня бесит твои поручение, — он недовольно ухмыльнулся, кривя лицо. При этом его сточягие оставалось спокойным, несмотря на все бушующие эмоции в нем. Как будто было нормально вот так говорить такие гадости. Карина в ужасе распахнула рот, и на ее лице читалось немой вопрос. Она долго приходила в себя, и кажется даже пошатнулась у сторону. Минутная слабость сразу смерилась нескрываемым гневов и строгостью, к которой Антон привык. — Значит так ты обо мне думаешь? Внезапно решил высказаться. Хочешь, тогда я тоже скажу правду? — она шипела тихим голосом, но казалось, что она кричала. Кричала отчаянно. — Знаешь, что я думаю о твоем непутевым папаше, который даже коробки убрать не может вместо сына? — она взмахивает руками, и даже всхлипывает дрожащим голосом. — А что я думаю о тебе? Что я думаю о тебе на самом деле. — Небольшая пауза прервала молчание, наступившее между ними. — Да за что мне вообще достался такой сын! — она горестно всхлипнула, и одним лишь взглядом, показывая что он наказан, выскочила в другую комнату, а после и вовсе на улицу, чуть ли не сбрасывая дверь с петель. Антон простоял на месте несколько мгновений. Ни слез, не обиды. Он пустыми глазами осматривал аккуратно сложенные коробки, которые моментально захотелось смахнуть рукой. Может, последняя мамина фразу и была ее мнением о нем? Он смаргиввет мокрые глаза, и медленно бредет по ступенькам в свою комнату. Чуть не падает. Хотя, было бы здоров для всех, если бы он не пал. Шатаюсь, доходит до двери, после запирая ее на замок. Несколько долгих часов он глядел на стену перед собой. Голые стены. Такие же, как его жизнь. Голая, сухая и холодная. Кому вообще нужна такая жизнь? Отец, который не хочет тебя видеть, сетрчк, использовавшая тебя только из-за одиночества, и мать, которая жалеет о твоем рождении. Он не плачет. Слез уже давно не хватает. Антон лежит на кровати, прожигав взглядом не надоедливые стены, сжимаясь под одеялом. Подумаешь, какое сейчас время суток. И совершенно плевать, что он больше сейчас похож на бабу, чем на парня. Борис часто поднакивал ему, что ему стоило родится девочкой с таким характером. Да и мама изначально всегда хотела девочку. Она была очень рада, когда родилось Оля, и конечно но же, ей доставалось больше внимание, не смотря на фразу: «мы любим вас одинаково». Иногда ему казалось, что их вообще не любили, особенно его. Он свыкся с суровой реальностью. Ему оставалось лишь мечтать о хорошей сччливой семье, о любящих родителей. И завидовать остальным. Завидовать тем, у кого все это дно с рождения, но не ценили этого. Иногда маленького Антона посещали мысли, почему именно в их семье родители постоянно ссорятся а сестренка капризничает? Неужели только у них все так плохо? Он заворочился, чувствуя как проваливается в сон. Ох, и достанется ему же от матери, когда она увидит, как он спит во время обеда, ничего не сделав. Но Петров был слишком измотанным и не выспавшийся, что бы представлять это. В голове вертелась только одна мысль: « Как же все-таки хорошо живется другим людям.» И Антон думал об этом со скребущий сердцем, в будущем не зная, как же поплатится за свою слова. В этот раз ему тоже снился сон. Как его затягивает в странную воронку, и он поддается этому давлению, попадая в непроглядную тьму, странное ощущение не отпускало его. Он даже не знал, что уже при пробуждении он очнется в другом теле.