Часть 7

Гермиона спустилась вниз в шумный зал «Трёх метел», стараясь держать себя в руках. Гул голосов, смех и звон кружек были странно контрастны тому, откуда она только что выбралась. Её руки всё ещё слегка дрожали, а мысли хаотично метались. «Соберись, — мысленно приказала она себе. — Истерикой делу не поможешь.» Она нашла Гарри, Рона и Джинни за дальним столиком. Рон что-то оживлённо обсуждал, размахивая рукой с недопитым бокалом сливочного пива. Гарри слушал его с улыбкой, но сразу повернулся к Гермионе, заметив её приближение. — Всё в порядке? — спросил он. — Ты долго. — Да, всё хорошо, — ответила Гермиона с натянутой улыбкой, стараясь выглядеть как обычно. Она быстро опустилась на скамейку и обхватила кружку обеими руками, чтобы скрыть, как они дрожат. Рон поднял бровь: — Ты выглядишь, будто увидела дементора. Гермиона резко поставила кружку на стол, не желая продолжать эту тему. — Нет, всё нормально, просто мадам Розмерта была занята, — солгала она. — Мне пришлось подождать. Она надеялась, что это объяснение удовлетворит их, но и они, похоже, не горели желанием концентрироваться на очередном ее заскоке, поэтому явно приняли её слова на веру. Но Джинни смотрела на неё чуть дольше, чем следовало. — Ты уверена? — мягко спросила она. — Да, конечно, — Гермиона тоже смягчила голос. Смена темы спасла её от дальнейших расспросов. Рон снова увлёкся разговором, и она смогла немного расслабиться. Когда они покинули «Три метлы» и направились обратно в Хогвартс, зимний воздух успокаивающе подействовал на ее буйные мысли. Гарри и Рон шли впереди, обсуждая последние новости квиддича, а Гермиона осталась чуть позади с Джинни. — Что-то не так, — тихо сказала Джинни, поворачиваясь к ней. — Со мной всё нормально, — в очередной раз повторила Гермиона, но Джинни не поверила. — Это я слышала уже сто раз. Давай, выкладывай. Гермиона закусила губу и на минуту замолчала. — Я наивная? — наконец произнесла она. — Что? — Джинни смотрела на неё с растущим беспокойством, слегка нахмурив брови. Гермиона остановилась на мгновение, чтобы перевести дыхание. — Я слишком добра к людям, некоторые из которых этого не заслуживают?  — Гермиона, ты меня начинаешь пугать, —Джинни сузила глаза, внимательно изучая её лицо. — Ты же не про нас с Гарри и Роном? — Нет, конечно, — поспешила заверить Гермиона. — Тогда кто? — Джинни скрестила руки на груди, её взгляд стал острым. — Что произошло? Тебя кто-то обидел? Гермиона заколебалась. Она не могла рассказать правду, магическая клятва надёжно сдерживала её от объяснения контекста, а просто об общении с Малфоем она вообще ни с кем говорить не хотела. — Никто меня не обидел, я просто задумалась об этом. Внезапно. — Ну, ты добрая. Но я бы не сказала, что это твой недостаток. Иногда ты, конечно, перебарщиваешь, и пытаешься помочь даже тем, кому не нужна помощь… Но, я не думаю, что это настолько ужасно, чтобы так сильно грузиться из-за этого. Гермиона кивнула, но слова Джинни её не утешили. — Ты права, — наконец ответила Гермиона, выдавив слабую улыбку. — Может, я просто слишком накручиваю себя. Они догнали Гарри и Рона, и разговор переключился на более лёгкие темы. Джинни подхватила Гарри под руку, а Рон начал бурно спорить с ней о том, чьи усилия в последнем матче оказали больший эффект на результат. Гермиона шла рядом, но её мысли снова начали кружиться вокруг случившегося в апартаментах мадам Розмерты. Когда они вернулись в замок, Гермиона почти сразу ушла к себе в спальню, сославшись на усталость. Она скинула мантию, устало опустилась на кровать и уставилась в потолок. Сегодня был тяжелый день. Завтра будет еще тяжелее.

***

Драко Малфой стоял у окна своей спальни в подземельях Слизерина, наблюдая за подводным миром. Этот вид всегда успокаивал его, но сегодня даже привычное зрелище не могло отвлечь от мрачных мыслей. Он провёл ночь почти без сна. Вчера он все же совершил задуманное и даже, он бы сказал, вполне успешно. Но странное ощущение беспокойства не покидало его с тех пор, как он вышел из апартаментов Розмерты. Он с усталостью и тяжестью всего мира оттолкнулся от стены и принялся застёгивать пуговицы мантии, механически повторяя привычные движения. «Это просто нервы. Всё прошло идеально», — мысленно убеждал он себя, хотя лёгкий озноб всё же пробегал по коже. Когда Драко вошёл в Большой зал, его лицо было, как обычно, холодным и непроницаемым. Стол Слизерина был уже наполовину заполнен, и он уселся на своё привычное место рядом с Забини. — Снова не спал всю ночь? — тихо пробормотал Блейз, лениво ковыряя омлет вилкой. — Выглядишь как инфернал. — Мой внешний вид — не твоё дело, Забини, — отрезал Драко, наливая себе кофе. Друг лишь фыркнул, решив не обращать внимания на очередную детскую истерику. Драко почти не слышал шума в зале, не обращал внимания на разговоры вокруг. Всё его внимание было сосредоточено на собственных мыслях и... на определённом человеке за соседним столом. Что происходит? Он невольно посмотрел в сторону стола Гриффиндора. Грейнджер. Смотрит.  Их взгляды пересеклись, и Драко напрягся. Но вместо холодного или подозрительного выражения на её лице он увидел... робкую улыбку. Салазар, что это было? Она мгновенно отвернулась и переключилась на разговор с двумя остолопами.  «Почему она улыбается?» — раздражённо подумал он. Снова перевел взгляд на нее. И снова она смотрит. Нахмурился. — Ты сейчас в ней дырку взглядом протрешь. Драко резко отвёл взгляд от стола Гриффиндора, придав лицу привычное выражение равнодушия. — Прекрати нести чушь, Блейз, — ответил он холодно, беря чашку кофе. — Просто наблюдение, — лениво протянул Блейз, но его взгляд всё ещё был прикован к другу. Он явно что-то для себя понял. Все оставшееся время завтрака они молчали. Когда трапеза закончилась, Драко направился на занятия вместе с другими слизеринцами. Блейз шёл рядом, что-то рассказывая о своей матери и ее новом муже, но Драко его почти не слушал.  Он резко тряхнул головой, выгоняя всякую ерунду из своих мыслей. Слишком много всего происходит в последнее время в его жизни, и очень мало из этого хорошее. Ему нужно было быть сосредоточенным, безупречным. Любая ошибка может всё разрушить. Ближе к вечеру Драко решил направиться в библиотеку. Он знал, что ему нужно продолжать работать над заклинаниями и подготовкой Исчезающего шкафа, но ощущение, что что-то идёт не так, преследовало его весь день. Он выбрал стол в самом углу, где его вряд ли кто-то потревожит, и разложил перед собой книги. Но вскоре он почувствовал знакомое присутствие. — Малфой, — раздался тихий, спокойный голос. Драко медленно поднял голову. Перед ним стояла Грейнджер, её руки были отведены и сцеплены за спиной, а взгляд медленно блуждал по сторонам. Весь ее облик выражал смущение, напополам со смятением. — Грейнджер, — произнёс он с холодной вежливостью. — Ты не был на обеде, — сказала она, чуть склонив голову. Он затормозил. Подождите, что? — И что? — Он не мог понять, что здесь вообще происходит. — Я принесла тебе яблок и тостов. — Она покрутила мыском ноги по полу. Драко замер, уставившись на Грейнджер, словно она только что предложила ему переехать в Нору и жить с Уизли. — Ты принесла мне... что? — переспросил он, подняв одну бровь. Она слегка наклонила голову и протянула перед собой небольшой свёрток. Это была чистая салфетка, обернутая вокруг пары яблок и нескольких аккуратно сложенных тостов. — Еды, — повторила Гермиона, её голос был ровным, но он заметил, как она избегает смотреть ему в глаза. — Я подумала, ты, возможно, захочешь есть. Драко молчал. Внутри него боролись противоречивые эмоции: подозрение, растерянность, раздражение и, странным образом, легкая благодарность. — И что, теперь ты стала заботиться обо мне? — с усмешкой произнёс он, скрестив руки на груди. Грейнджер чуть нахмурилась, и, он мог поклясться, ее щеки покраснели. — Нет конечно, — ответила она экспрессивно. — Я просто заметила, что ты выглядишь уставшим. И... это всего лишь еда, Малфой. Не выдумывай большего. Она положила свёрток на стол рядом с его книгами, круто развернулась и вылетела из библиотеки. Драко ещё несколько секунд смотрел ей вслед, пытаясь осмыслить произошедшее. И снова ей удалось выбить его из равновесия. Он опустил взгляд на свёрток. Яблоки выглядели аппетитно, а тосты были аккуратно сложены. Несмотря на смятение, его желудок напомнил о том, что он действительно пропустил обед. — Чёрт возьми, — пробормотал он, потянувшись к еде. — Видимо я все же недооценил степень ее мягкосердечности.