Глава 2

Все документы были готовы в середине следующего дня. Получить их не составило проблем. Линвень, как всегда, очень эффективна, как и в былые дни. Утром позвонил Пэй Мин: видимо Линвень ему уже рассказала про его стремление, но пояснить так и не смогла. Ши Уду пообещал, что расскажет коллегам всё немного позднее. В начале нужно оформить все документы на усыновление. Его ребёнок уже девять лет жил на этом свете! В каком-то замшелом приюте... окружённом серыми стенами и холодными взглядами. Ши Уду не мог поверить, что так долго провёл в неведении. Если бы он поторопился, то мог бы забрать диди ещё младенцем... К приюту он подъехал на чёрном лимузине. Заходить в здание не хотелось, но пришлось. Что-то внутри него протестовало против таких заведений.. Ступая по скрипучим полам, он чувствовал, как волнение сжимает его сердце. Внутри было тихо, только эхо его шагов безжалостно разносилось по коридорам. Он подошёл к двери, позади которой, как ему говорили, его ждал Цинсюань. Его рука коснулась ручки, предательски задрожав. Он робко приоткрыл дверь, и та издала режущий слух скрип.. Цинсюань сразу обернулся, смотря на Ши Уду нечитаемым взглядом.. В нем плескалась искренняя радость, неуверенность, предвкушение и.. страх? Впервые в жизни Ши Уду не знал что ему сказать. — Здравствуйте... — робко пробормотал Цинсюань, ковыряя носком лоскутный ковёр. — Вы... правда хотите стать моим опекуном? .. В глазах мальчика плескалось столько эмоций.. они были насколько глубокими, что заставляли сердце Ши Уду разрываться на куски. Мужчина присел на карточки, дрожащей ладонью прикоснувшись к кудрявым детским волосам. — Правда. — Господин Ши... а? .. Как мне вас звать? .. — «Гэгэ» или «Гэ». Как будет удобнее. Ребёнок отвёл взгляд пробуя на вкус непривычное словно. — Старший братик... Хех! Действительно... хорошо звучит! Мне нравится! — Тихий надрывистый шепот, горящие глаза, скачущие из стороны в сторону. В кончиках глаз появились слезы.. Ши Уду вытер их кончиком пальца. Голос Цинсюаня немного подрагивал: — А вы и правда очень молодо выглядите... И совсем не похоже на "отца".. братик вам и правду подходит больше.. — Давай перейдём на «ты». — Мне ещё немного неловко... Но я постараюсь... Сколько ва- тебе лет? Очень молодо просто выглядите... — Двадцать девять. — Ого.... — бирюзовые глаза потускнели, — и.. вы так молоды.. Обычно в таком возрасте люди хотят пожить для себя... Вы решили стать моим опекуном чисто из-за гастролей? Ну.. карьера и всё такое... Шоу-бизнес.. Ши Уду скривил губы, каждое слово Цинсюаня отдавалось болью в груди: — Нет. Не думай о таком. — "Возможно и я правда пришёл слишком поздно..., " — Я не собираюсь отдавать тебя обратно в приют. Ни за что на свете тебя никогда больше не оставлю. С сегодняшнего дня, ты мой младший брат, А-Сюань. Я уже обо всём договорился, осталось только забрать тебя. Пойдёшь домой? Всхлип. Ещё в прошлой жизни покрасневшие глаза Цинсюаня были предвестником подходящих слёз. Горячие слёзы скатывались ручьём с пухлых щёк ребёнка. — Братик... Поднимая А-Сюаня на руки, подмечая какой же он всё-таки лёгкий.. Ши Уду крепко прижал к себе Цинсюаня, чувствуя, как сердце мальчика стучит в унисон с его собственным. Мальчик, прижимаясь к плечу, всхлипывал, его маленькие ладошки сжимали ткань белой рубашки. — Домой... Я хочу домой.... Цинсюань зажмурился, пытаясь прогнать слёзы. Руки Ши Уду, более крепкие, чем у любого другого, обнимали его, словно защищая от невзгод мира. И в этом простом жесте было столько любви и заботы, что мальчику становилось легче. Возможно, не всё потеряно. Возможно, они снова смогут обрести счастье.