-41-

Лара невесомо дотрагивается кончиками пальцев до щеки, которая… горит. Как и она сама; девушка, краснея, отступает на шаг. Кажется, что она не должна так реагировать: это всего лишь поцелуй в щёку — что тут такого? Но в груди разливается особое тепло, будто от огонька светлячка: такой согревающий, таинственный и приятный. Ларе так приятно, что Чарльз захотел её поцеловать. Так приятно ему нравиться. Но… Ей страшно: признаваться самой себе, что ей самой всё это нравится. Быть рядом с Деверо — нравится. — Я… — мысли с Чарльзом теряются, — я хочу сказать… — Во сколько начинается лекция? — спрашивает он, спасая её положение. Лара хлопает ресницами, стараясь собраться с мыслями; она пытается сохранить самообладание перед Деверо, но после поцелуя это выходит отвратительно. Чарльз это видит, и девушка… не может притворяться. Особенно по отношению к себе. Она улыбается, убирая пальцы со щеки; ей всё ещё тяжело смотреть ему прямо в глаза, однако, собрав всю волю в кулак, девушка встречает его взгляд и лучисто улыбается. — Будь там в три. — Буду, — обещает Чарльз; он засовывает руки в карманы куртки и поворачивается к ней спиной, — до завтра, мисс Крофт. Был рад провести с тобой день. — Я тоже. Девушка смотрит вслед Деверо; без него становится скучно, одиноко и ненастно. Лара обнимает себя за плечи: это всё странно, слишком быстро, возможно, что неправильно, но… ей так хорошо. Впервые за последние годы она почувствовала себя счастливой не за кого-то, а за себя.