-42-

Он возвращается в свою квартиру за полночь — в пустую и холодную; после расставания с Ларой Крофт он катается по улочкам Лондона, сжигая бензин в баке мотоцикла до нулевой отметки. Это странно… Но дочь когда-то великого археолога, похоронившего свою карьеру бредовыми идеями, не выходит у Чарльза из головы. Поцелуй в щёку — будто секундное помутнение рассудка; он сам не понимает, откуда появилось такое влечение, что он не смог устоять. Почему же? Это… это ведь бред! Деверо трясёт головой, пытаясь отогнать липкие мысли о Ларе Крофт. Их разговоры, прикосновения, шутливое соперничество… Сердце бешено стучит от воспоминаний об этом. Как она дарит ему лунный пряник, а потом смотрит так, будто… если он не примет эту чёртову булочку, мир для Лары рухнет. Чарльз судорожно выдыхает, а затем резко подходит к своему взведённому алтарю-плану, где развешаны листовки и фотографии, всё, что связано с нефритовой шкатулкой и мисс Крофт. Заголовки врут, и Деверо срывает их с канцелярских скрепок, комкая и отправляя в мусорный контейнер. Лара не сумасшедшая! Лара не похожа на Ричарда, не похожа на высокомерную девицу, которая хочет только славы и внимания. Она — такая же, как Деверо. Чарльз срывает со стены абсолютно всё, не в силах сопротивляться разгорающемуся пожаром раздражению; так… так быть не должно. Деверо не может всё бросить, когда так близок к цели. Чарльз прислоняется спиной к стене, трёт лоб; Лара… она в самом деле слишком похожа на него. Им не стоит больше встречаться. Чарльз сползает со стены, садясь на пол; нужно прекратить общение с ней уже завтра. И выкрасть шкатулку. Только так он сможет остановить «Свет». Деверо должен быть сильным! Потому что из-за Лары Крофт он раскисает и размякает. И перед ней… слишком сложно устоять.