Глава 4

      Сакура проснулась от мерзкого пиликанья будильника. Она выключила назойливый звук и натянула одеяло повыше, скрываясь под него с головой. Тело ломило, а голова трещала от навалившегося похмелья. Текила творит ужасные вещи, подумала она, и раскрылась от наполняющей духоты. О-о черт! Почему она голая? В дополнение из ванной шумела вода, как будто там кто-то принимал душ. О нет-нет, неужели… Вот же… черт! Она прикоснулась к опухшей губе, на которой запеклась капелька крови.       Она точно была в своей квартире, в своей постели, но как она там оказалась? Где ее одежда? И кто, черт возьми, принимает душ? Сакура перебрала в памяти все свои остаточные воспоминания прошлой ночи, чтобы хоть как-то соединить события. Они яркими неоновыми красками сменяли друг друга, перемешивались, сливались в размытую картинку. Вот они приехали в клуб, шот текилы от Ино. Знакомство с Куренай, ах, какая же она чудесная в жизни, милая светлая женщина, которая освещает своим присутствием все помещение. Ее хмурый муж, который не может избавиться от вредных привычек. Дерзкий светловолосый мужчина, что прижал ее к стене на лестнице и чуть не поцеловал, хотя она сама была не против, но устояла и сбежала. Еще пара шотов, один за одним. Слизанная соль и искреннее удивление за проявление смелого поступка с явным сексуальным подтекстом. А все, что было дальше – словно в тумане. Толпа людей, горячие тела рядом, какой-то парень шептал ей, что она красивая, обнимая за талию. Но он резко куда-то пропал, даже легче стало дышать и двигаться без него. Яркий неон и полная темнота, лишь окрашиваемая белыми всполохами света, словно пленку заело и кадры сменялись с запозданием. Жаркий поцелуй Ино и Генмы, как будто их не волновало присутствие других людей на танцполе. Чьи-то горячие руки на ее бедрах, которые притягивали себе. Они танцевали среди круга незнакомых людей, соединялись в бодром ритме. Сакура напрягла память, но голова отдавала пульсирующей болью. Это был трек «Пьяная тусовка в маминой квартире»? Или «Танцы-танцы, я отрываюсь от земли лечу»? Не важно. Ее руки крепко обхватывали его шею, и она сама прижималась ближе, чтобы согреться и почувствовать себя живой на этом празднике жизни.       Потом еще шот и еще один. «Пустите меня на танцпол, пьяным подвигаться» - это точно про нее. У Сакуры сорвало крышу, башню. Волны смыли ее маяк, разбили об скалы. Она не отдавала отчет своим действиям, красочный мир сливался в одно целое, эти серые глаза были эпицентром, прямой нос и родинка были точной заземления, якорем, что удерживало ее душу в теле, чтобы не выпорхнула. Она сама пыталась залезть под его футболку, о боже, Сакура, совсем стыд потеряла?, царапала его крепкие плечи и что-то рассказывала и громко смеялась. Она совсем потеряла счет времени, отдавалась музыке и томным прикосновениям.       И вот кто-то шумел водой в душевой, наполняя холодом и нервозностью. Неужели она… Они… О боже… Почему она ничего не помнила?       - И долго ты будешь валяться в постели? - послышался язвительный голос Ино, которая была облачена в плотное белое полотенце.       - О-ох, Свинина! – Сакура испытала волну облегчения, но рой вопросов не давал покоя. – Что было ночью?       - Ты совсем не помнишь? – она усмехнулась, просушивая свои длинные волосы. – Ты накидалась текилой, какая неожиданность, потом вы горячо отжигали на танцполе.        - О-о нет, - она снова накрылась одеялом, чтобы спрятать свой румянец и избавиться от назойливого присутствия подруги. Она выглянула одним глазом. – И?       - Тут комментарии излишни. Давай покажу.       Ино нашла свой смартфон на тумбе и села в одном полотенце рядом с Сакурой, ища в библиотеке нужное видео.       - Некоторые фото я прощу, потом тебе скину, - она пролистала и наконец нашла нужное.       Они стояли на улице, а комментарии Ино и Генмы на фоне перекрывали их разговор.       - Ты только посмотри на эти придурков, - сказал мужской голос, который точно принадлежал Генме.       - Это любовь, - добавила Ино.       Сакура что-то говорила, жестикулируя руками, а потом притянула за черную футболку, цепляясь за жетоны, и с жадностью поцеловала. Его руки опустились на ее зад, с силой сжимая. Они явно наслаждались происходящим, делая пару вдохов, чтобы снова припасть друг к другу, наклоняя головы под нужным углом. И тут Какаши прикусил ее губу, а Сакура вскрикнула, отодвинулась и залепила звонкую пощечину, а его голова откинулась от силы удара.       - Хаунд всегда кусается, чтобы задержать жертву, - добавил на фоне Генма с тихим смехом. И видео прекратилось.       О черт! Это точно не она, подумала Сакура, но на видео были отчетливо видны розовые волосы и ее синие обтягивающие джинсы. В этом случае не стоит сомневаться, это точно была она. Чертова текила, из-за которой вырубает память на максимум! Сакура злилась на саму себя и что допустила случайный поцелуй с почти незнакомым красавчиком.       - Это не я, - попыталась оправдаться Сакура.- И почему я голая?       - Да-да, рассказывай, телефон все помнит, - усмехнулась Ино. – Совсем не помнишь? – Сакура покачала головой, сопротивляясь острой боли. – Ну так вот. Мы вызвали такси и благополучно доехали до твоего дома. Ты еще пела странные песни по дороге, а я пыталась тебя успокоить. Но это мало подействовало. В конце концов на крыльце тебя вырвало прям на себя. Какая жалость, столько бесплатного алкоголя – и все за зря. Пришлось еле как уложить тебя на кровать, раздеть и закинуть все в стирку. Ты еще требовала номер Какаши, чтобы сообщить ему, какой он нахал, хотя, заметь, ты сама поцеловала его. Ну и проблем ты доставляешь, Лобастая. Учись пить, вот мой совет.       - Заткнись, Свинина, - выдохнула Сакура, хмуря брови. Ино только улыбнулась, быстро печатая в телефоне сообщение.       Все-таки они не переспали, слава богу. Обычный поцелуй и не обычная пощечина за укус. Это объясняло садящую рану на губе. Она поднялась с кровати и тоже направилась в душ на еле стоящих ногах. Было тяжело передвигаться, а алкоголь все еще оставался в ее крови, смазывая движения. Радовало, что сегодня редкий выходной, который располагал прийти в себя и немного заняться домашними делами и тренировкой. Ино быстро собралась и убежала по своим делам, не переставая чатиться в телефоне. В квартире наконец-то стало тихо и спокойно, поэтому Сакура наварила легкий куриный бульон, выпила пару таблеток от похмелья и еще немного полежала, залипая в телевизор. Новая сентиментальная серия мыльного долгоиграющего сериала клонила в сон, и она не могла сопротивляться от навалившейся усталости после такой бурной ночи и раннего утреннего пробуждения, поэтому сдалась и задремала.              Тихий шелест травы под ее босыми ногами приятно отзывался в ушах. Она медленно шла через ночной лес, дотрагиваясь до стволов деревьев, вслушиваясь в звуки природы. При любом ее прикосновении расцветали цветы, ветки наполнялись зеленью, молодыми листочками, бутонами. Но когда она убирала руку, то тут же жухли, вяли и отмирали. Она даровала жизнь прикосновениями, и так же ее отбирала. Легкий ветерок играл с ее распущенными длинными волосами, а белое платье, доходившее до щиколоток, развевалось при каждом ее движении. Настоящая лесная фея в своих владениях.              - Ты зашла слишком глубоко в лес, девочка, - эхом прозвучал низкий голос, а их чащи выглянули сверкающие глаза.              - Я знаю эти земли, мне здесь ничего не угрожает, - она гордо вскинула голову и положила руки на бока. Да как он смеет запугивать ее? – Я знаю, что ты там. Зачем ты здесь?              - Я голоден.              - Здесь нет еды для тебя.              - Я пришел за добычей. Я могу убить тебя, - его глаза влажно сияли.              - Ты можешь. Но тебе это дорого обойдется. Готов ли ты рискнуть?              - Я быстрее тебя.              - Возможно, - она посмотрела на свои босые ноги, соглашаясь с ним.              - Я хитрее тебя.              - Возможно.              - И я голоден, - повторил он и клацнул зубами.              - Либо уходи, либо делай то, что считаешь нужным, - она твердо смотрела на него, не мигая, но старалась не выдать тот страх, что стал накрывать и охватывать все тело. Стало резко холодно, ветер сменился, подбрасывая вверх опавшую листву, срывая ночные цветы, ломая ветки.              Мрачные глаза из темноты сощурились и с тихим шепотом скрылись во тьме.              - Ты сама придешь ко мне. Сейчас не время. Не время~…              Сакура вздрогнула и проснулась. С открытого окна тянуло вечерней прохладой, от которой ей стало неуютно. Нужно поскорее закрыть окно, не стоило еще подхватить какой-то вирус и простудиться от переохлаждения! Она встала, потянулась и натянула спортивные леггинсы, укороченный топ, накидывая сверху легкую ветровку. Недавний сон плотно засел в ее голове, она пыталась найти скрытые смыслы. Она давала жизнь прикосновениями? Вот бы в жизни такое было. Длинные волосы? Когда-нибудь они отрастут и можно будет собирать хвостики или плести косички. И этот монстр в темноте, который запугивал ее, а потом как будто пообещал, что она сама придет к нему. Ну что за бред! Кто в своем уме захочет идти на собственную смерть добровольно, да еще и в лапы какого-то чудовища. Она сама может дать отпор любому негодяю, благо тренировки по рукопашному бою с Гай-сенсеем проходили интенсивно и почти без прогулов. Он идеально поставил ее удар, а гибкое тело вкупе с реакцией помогали уворачиваться от захватов. Ну же, нападай! Да я тебя на раз-два!              Наполнившись энтузиазмом, Сакура выключила все электроприборы, вставила наушники и заперла дверь, складывая телефон и ключи в сумку-бананку, плотно затягивая ремень, чтобы при беге она не мешала и не хлопала по бедру. Она обошла дом и мелкой трусцой направилась в пустой парк, чтобы выполнить хотя бы минимум запланированной программы. Недавно там сделали ремонт, здорово облагородили территорию, добавили волейбольную площадку, качели для детей и для взрослых (наконец-то сотрудники ЖКХ учли, что и взрослые любят отдохнуть после работы и покачаться). Но самое главное – так это прорезиненная беговая дорожка, что протянулась через весь парк. Она приятно пружинила ноги, облегчая нагрузку на колени и суставы. Сакура сделала пару кругов, ускоряясь и замедляясь, слегка запыхалась и уже спокойным шагом сделала еще один. По пути встретилась только пожилая пара, что прогуливалась под ручку и о чем-то тихо беседовали, наслаждаясь обществом друг друга. Сакура невольно умилилась от увиденной пары и немного представила себя на их месте. Хотелось бы встретить старость рядом с верным спутником, который даже спустя столько лет совместной жизни все так же будет смотреть на тебя влюбленным взглядом и придерживать за руку, направлять, советовать, помогать. Но она была одинока, даже не было и намека на какие-то отношения. Уже пора заводить 40 кошек? Сакура расстегнула ветровку на половину, становилось слишком жарко. Она поставила себе цель сделать еще пару кругов на максимальной скорости, чтобы проверить свою выносливость.              Резко стартанув с места, она придавала силу ногам, не думая ни о чем, чтобы сконцентрироваться на беге. Кровь в голове стала пульсировать, а ноющая боль в боку отчетливо давила, требуя остановить мучение.              И прям на дорожку выбежал мопс, громко хрюкая и сбивая Сакуру с ног! Она больно приложилась об терравей локтем, сдирая нежную кожу. Тяжело дыша от бега и от удара, она уселась на задницу и проверила состояние мопса, который был невредим, но крайне довольный своей выходной. Он крутился рядом с девушкой, пытался залезть к ней на руки, громко фыркал и сопел.              - Ох, малыш, ты в порядке? Не поранился? – она так сильно волновалась за пса, что не заметила подошедшую фигуру.              - Малыш? Это даже мило. Паккун, к ноге! – мопс послушно повиновался, но его кислая мордочка явно выражала огорчение, что пришлось оставить девушку в покое.              - Какаши! И что это ты здесь делаешь? – она хмуро свела брови. Еще и этого нахала тут не хватало! Парк был совсем пустым, только для нее, чего ему тут понадобилось?              - Не рада меня видеть? – он поднял мопса на руки и строго посмотрел на него. – Не смей далеко убегать. Кивни, если понял.              Паккун глухо «уфнул», моргнул черными глазами-бусинками, которые были на выкате и могли вывалиться в любой момент. Великолепная порода.              - Кто будет рад? Ты оставил мне такой примечательный подарок, - она дотронулась до своей опухшей нижней губы, а потом до разбитого локтя. – А твой мопс – еще один.              Он долго молча смотрел на нее, оценивая ее длинные стройные ноги и топ, который давал столько возможностей для воображения. Да что это с ней? Вчера липла, соблазняла своими руками и разговорами, была готова на любые авантюры. Сама же поцеловала его! Да, не удержался от ее яркого вкуса и укусил, с кем не бывает. И сидит сейчас на своей круглой попке, пылает гневом, словно все, что было в клубе, лишь пустяк. Это его правила игры, они не должны распространяться на таких глупеньких девочек, что заходят на его территорию.              - Мужчины, - многозначительно ответил он, чмокнул питомца в лоб и опустил на землю. Нужно будет угостить его дополнительной порцией вкусняшек, этот пес и правда гений. – Ладно, вставай давай.              Он протянул ей руку, чтобы помочь подняться, и дернул на себя. Сакура резко встала, ударяясь об его широкую грудь лбом. Что-то твердое и продолговатое уперлось ей в бедро, и она не смогла удержаться от язвительного комментария.              - Надеюсь, это пистолет. Или ты настолько рад меня видеть, Какаши? – она выгнулась и посмотрела на него снизу-вверх, томно закатывая глаза и водя ладошками по черной футболке, цепляясь ноготками за жетоны.              Ее милое лицо было полно желания, но Какаши лишь едва улыбнулся, выпуская ее из объятий и делая шаг назад.              - Не выдумывай, - он спрятал руки в карманы, чтобы не ущипнуть ее за зад за дерзкие фразочки. – Я пошел.              Неторопливыми шагами он направился в сторону высоток, где был припаркован его байк. Паккун сомневался, кружась то вокруг стоявшей в замешательстве Сакуры, то наворачивая круги рядом с хозяином, но все-таки сделал свой выбор в пользу девушки. Пес тщательно ее обнюхивал, пытался облизать руки, фыркал и чихал. Длинные усы-антенны щекотали Сакуру, она хихикала и мило принимала внимание мопса, задумываясь уже не о кошках, а о верном псе. Будет составлять компанию на пробежках. Только как его оставлять одного, если будут суточные смены на работе или повышение квалификации в другом городе? Стоит еще тщательно взвесить и обдумать, может питомцы совсем не подходили под ее ритм жизни.              Паккун резко ощерился, встал в боевую стойку и громко залаял. Сакура не успела повернуться и посмотреть на источник негодования пса, как ей закрыли рот рукой и зафиксировали руки за спиной.              - Вот так встреча, - прозвучал грубый мужской голос за ее спиной с насмешкой. – Хотели украсть собаку, а тут еще такая цыпочка в придачу.              Сакура расширила глаза, замычала и попыталась вырваться, но руки сжали сильнее, в любой момент готовые хрустнуть.              - Отпусти ее, Забуза, - тихо сказал Какаши. – Не стоит добавлять проблем.              - Хаку, хватай шавку, - сказал тот мужчина, что крепко удерживал Сакуру. Хаку подчинился, накидывая на мопса тряпку и поднимая кулек, чтобы избежать лишних укусов. – Представь, видел тут крутой фильмец, где у героя убили собаку. Это было так забавно!              - Насколько помню, он потом устроил кровавую баню, - добавил Какаши и напрягся.              - Повторим сюжет? Смотри, твою сучку я уже поймал, - Забуза придавил руку сильнее и выше, приподнимая голову Сакуры и оголяя шею. Он прошелся влажным языком по коже, оставляя липкий и неприятный след. – М-м, вкусная. Ты ее попробовал уже? Хотя чего я спрашиваю… Повезло тебе. Жаль, придется попортить такую нежную кожу. Но не волнуйся, милая, с тобой я буду нежен. Первое время.              Он отпустил руку с ее рта, и Сакура воспользовалась моментом, чтобы выкрикнуть.              - Какаши! Я!...              - Тише-тише, маленькая сучка, не надо кричать, - он подставил острый нож прям к ее шее. Она судорожно сглотнула, дрожа всем телом. Клинок был длинным и идеально наточенным, в этом она не сомневалась. – Ты испортил все наши планы, мерзкий ублюдок. Боссу это не понравилось. Теперь и я попорчу твои.              Забуза улыбнулся, оголяя острые клыки. Какаши быстро соображал, как избежать напрасных жертв и обезвредить противника. Сакура надеялась, чтобы хоть кто-нибудь из случайных прохожих заметит их и вызовет наряд полиции, а может и целый ОМОН.              - Ох, а эта сучка и правда горяча. Может, забудем старые обиды и просто разделим ее на троих? – продолжал Забуза, но встретился со стальным взглядом Какаши и глухо рассмеялся. – Ты всегда был собственником и ни с кем не делился. Может, отступишь от своих принципов хоть на разок, а, Хаунд? А ты рассказал ей про Рин? Жаль, что та малышка выбрала все-таки того придурка и поплатилась жизнью, хотя так долго бегала за тобой. Ну и поделом с ней. Слишком невзрачная на мой вкус.              От упоминания женского имени Сакура заметила, как плечи Какаши на мгновение приподнялись в нарастающем гневе, мышцы натянулись в струну, а желваки заиграли на скулах. Ему не понравилась брошенная фраза, от волос падала густая тень на лоб, отчего его глаза сияли яростью. Не было времени думать и гадать, что это за Рин, тут о своей шкуре надо заботиться.              - Не дергайся, Хаунд. Могу еще предложить вариант, как развлечься, - он прижал нож ближе к ее шее, делая мелкую царапину. – Уф-ф, запах крови. Скучал по нему?              - Старшой, боссу это не понравится, - заволновался Хаку. – Наша цель - шавка.              - Босс в десять раз будет довольнее, если мы приведем еще и его сучку. Ты только представь, какие перспективы могут открыться за такой подарок. Он как раз любит такой типаж, - мечтательно протянул Забуза. – А если повезет, так и сами получим это миленькое тело. Я не против отведать.              Он еще раз лизнул ее, сделав небрежный мазок по уху и прикусывая мочку, отчего Сакура подавила волну отвращения и старалась не шевелиться, чтобы самой не напороться на клинок. Легкий порез и противные ласки усилили страх внутри нее, а волны паники накрывали одна за одной. Хотелось плакать, кричать, извиваться, чтобы освободиться, но тело замерло, не отзываясь на сигналы мозга. Капелька крови собралась на уголке пореза и сразу же запеклась.              - Решим этот вопрос по-мужски? – спокойно предложил Какаши, расслабляясь и убирая руку в карман. – К чему травмировать девчонку.              - Люблю, когда они немного запуганы, понимаешь? Они с такой силой тебя сжимают, что порхаешь, словно бабочка. Хотя кому я рассказываю? Ты то все методы уже перепробовал, - он горько ухмыльнулся и сделал пару шагов назад, пятясь в неосвещенную глубь парка. Они смотрели, не мигая, на Какаши. Забуза и Хаку – готовые к любой уловке или нападению. Сакура – с жалостью и с беззвучной мольбой о помощи. – Хотя, знаешь, нам стоило пойти за ними. Чтобы там остаться.              - Они погибли, чтобы мы жили, - вставил Какаши, уже готовый воплотить свой план в действие. Нужно всего лишь немного его заболтать. Злодеи всегда любят трепаться.              - Нет, ты должен был пойти вместе с ними! Ха-ха, я-то пожить еще хочу, тем более с такой красоткой в руках. Как представлю, что можно с ней вытворить, уф-ф!              Ну что же. Спасения не будет. Вот и закончилась карьера блестящего и перспективного хирурга. Она так и не выйдет замуж, не будет засыпать в теплых объятиях. Не подержит дочку, а потом и сына, на руках. Не будет гулять теплыми вечерами со своим уже постаревшим мужем. Ждать внуков на праздники. Да даже 40 кошек не заведет или хотя бы хрюкающего мопса. Стоит прощаться. Стоит спасти хотя бы его, чтоб был шанс вызвать полицию и, возможно, найти ее тело и отдать родителям. Сакура уже смирилась со своей горькой судьбой, но в ней проснулся героизм, и, сама от себе не ожидая, спокойно сказала, собирая слезы на уголках глаз.              - Оставь меня и просто спасайся, Какаши.              Забуза залился диким смехом и сплюнул.              - Ах-ах-хах, вот умора! Какая романтичная, ты только погляди. Ну ты счастливчик, Хаунд, жаль, что теперь она моя.              Отлично, Сакура, мелькнуло в его мыслях, так гениально отвлечь его! Этого замешательства хватило, чтобы Какаши метнул лежавший в кармане фонарик, который всегда брал с собой, когда выгуливал Паккуна, и в пару молниеносных прыжков добрался до Забузы, целясь кулаком в плечо, чтобы не задеть девушку. Забуза не ожидал противостояния и в знак серьезности намерений углубил острый нож в шею Сакуры. Она взвизгнула от боли, пытаясь вырвать руки, чтобы закрыть рану и бежавшую кровь.              - Старшой!              - Хаунд! Ублюдок!...              Но удар был всего лишь обманкой, и Какаши присел и с силой вытянул ногу, делая подсечку, задевая сразу ноги Сакуры и Забузы. Словно в замедленно пленке, девушка упала спиной на грудь негодяя, теряя равновесие и освобождая руки из захвата, а Забуза, придавленный весом Сакуры и не ожидавший такой подставы, падал вместе с ней на спину. Единственное, что он успел сделать – это махнуть рукой, которая удерживала нож, вверх, в попытке хоть как-то зацепить Какаши.              Разрез прошел четко по левому глазу, с середины щеки и пересекая бровь.              - Вот же…! – выругался Какаши, и подавил острую боль, что пронзила насквозь. Соберись, черт побери, бой еще не окончен! Он прикрыл рану рукой, обжигающая кровь застилала обзор и мешала трезво мыслить.              Забуза упал вместе с Сакурой, Хаку только боязливо осматривался, удерживая мопса в тряпке. Тот, почувствовав кровь хозяина, стал еще сильнее извиваться, лаять и кусать ткань. Он цапнул Хаку за неаккуратно расположенный палец и, наконец, вырвался из тряпки на свободу, падая на твердую землю. Он, словно сосиска, покрутился и ухватился клыками за лодыжку Забузы, пытаясь хоть как-то зафиксировать противника.              Сакура перекрутилась и высвободилась из захвата, откатываясь в бок и прижимая рану на шее рукой. Какаши накинулся сверху над мужчиной, нависая и фиксируя его ногами, заломил кисть Забузы и выхватил нож, прокручивая клинок на 360 в руках. Минус одна проблема. Заложник был в приемлемой безопасности. Он приставил клинок к его шее, готовый без капли сомнений прорезать насквозь.              - Вот он, легендарный Хаунд, - выкряхтел Забуза, сдаваясь на волю победителя. – Я думал, что все пройдет гладко.              - Не в этот раз, приятель, - он с силой надавил на клинок, пытаясь разрезать сонную артерию. От такой раны никто не выживал на его военной практике. Гнев застлал его, Какаши не отдавал отчет своим действиям. Нужно покончить с этом прямо сейчас, раз и на всегда. Хоть они и были товарищами, но не сегодня. Забуза встал на скользкую тропинку, которая аукнулась ему не добрым словом.              - Не трогай старшого! – Хаку с силой пнул в плечо Какаши, откидывая его тело на землю. Паккун переключился на дерзкого миловидного парня с длинными волосами и вцепился в штанину Хаку, за что также получил пинок с ноги. – Вставай, быстрее! Бежим!              Он помог подняться товарищу, перекидывая его руку через плечо. Какаши повредил лодыжку Забузы, быстро сбежать они точно не смогут. Он был готов устремиться в погоню, чтобы добить их, но не нашел сил и сконцентрировался на глубоком порезе на глазу, что отдавал резкой болью.              - Нужно вызвать полицию! – выдавила Сакура, пытаясь прийти в себя от шока произошедшего освобождения. – И скорую. Срочно!              - Нет, не стоит, - глухо выдавил Какаши, едва удерживаясь на коленях и прижимая рукой глаз, чтобы не упасть на холодную землю. – Они не помогут.              - В смысле не помогут? – она пылала негодованием. – Дядя Шикаку, он..              - Нет, Сакура! – Он гневно ее остановил, сдерживая стоны от боли. Ну что за непокорная девчонка?! – Здесь замешаны… Я сам разберусь с этим.              - В любом случае я напишу заявление, и ты мне здесь не указ, - она решительно посмотрела на него и придвинулась ближе, чтобы оценить ущерб. Свой порез уже забылся под беспокойством более тяжёлой раны. – О боже, твой глаз…              - Я сказал «нет». И не смей заявлять в правоохранительные органы, - в серых глазах сверкнула сталь. Сакура на минутку была готова подчиниться. - Всего лишь царапина, - он пожал плечами, при этом еле сдерживаясь, чтобы громко не пыхтеть от переполняющей боли. Бывало и хуже, Хатаке, вспомни, как проходили пули насквозь, как разлетались осколки от гранат, прожигая, оставляя следы. Ты военный, хоть и бывший, или кто? Соберись, черт возьми! Не будь трусишкой, как этот болван Обито, перед этой милой девушкой.              - Покажи мне, - решительно попросила она, и он убрал руку, собирая выдержку в кулак, чтобы не морщиться. – Вот черт!... Посмотри на меня. - Он не отрывал взгляда. Стреляй в меня, подумал он, мне все равно. Убей меня. Я буду вечно смотреть на тебя. - На первый взгляд глаз в порядке. Но остальное…              Она смотрела на него с волнением, укрывая зеленью глаз и затягивая в бездну. Он неотрывно и не мигая смотрел в ее глаза, видел свои глаза, «печально, что я только сейчас это осознал», мелькнуло в его затуманенном разуме, прям как в том треке, а второй глаз был прищурен от переполняющей боли.              - Я не смогу зашить без нужных инструментов, - она волновалась, что он настолько серьезно пострадал. Она потянулась к сумке, чтобы достать смартфон. – Вызываем скорую.              - Ты глупая, раз не понимаешь. Я сказал «нет», - он отвел взгляд. Что за жест доброй воли, напоминает Ри… - На мне все заживает быстро, словно на собаке, - он остановил ее руку, а его уголки губ тронула легкая улыбка.              Стекающая кровь, что сочилась из раны, мешалась, и он стянул с себя футболку, чтобы приложить к порезу и хоть как-то ее приостановить. Сакура старалась не смотреть на крепкое сухое тело, у которого выделялась каждая мышца, четко очерчивались его сухожилия. Она отметила пару пулевых ранений по шрамам, еле заметный крестообразный след на груди и множество мелких порезов и белых затянувшихся отметин, явно свежих. Чем вообще он занимался? Агент под прикрытием? Жетоны на мелкой цепочке покачивались под легким ветром, и она только уцепила его имя, не разбирая остальные два.              - Мы упустили их, - выдохнул он и ссутулился, сидя на заднице на земле.              - Это не важно, дядя Шикаку их найдет, - решительно добавила Сакура и стала рыться в своей сумочке в поиске хоть какого лекарства. К сожалению, нашла только пару пластырей, которые всегда носила с собой в случае, если кроссовки натрут щиколотку, но могли сойти для того, чтобы залепить ее порез на шее. Для его раны этого было недостаточно. Она вытянула к нему руки, показывая, что нашла. – Все, что у меня есть. Но дома есть обширная аптечка!              Он бросил взгляд на бедные пластыри, которые точно не спасут дело и притянул за руку к себе. Слишком близко. Сакура почувствовала запах его хвойного парфюма.              - Прости, Сакура, это я виноват, - он приподнял ее подбородок и лизнул языком по порезу, собирая кровь. Она вздрогнула от его неожиданной ласки, мурашки пробежали по ее телу с ног до головы. Ее вкус был волнительным, а эмоциональность после схватки снова вернули его к жизни. Он прошелся языком чуть выше, дотрагиваясь до трахеи, не в силах устоять и приобнимая ее за талию свободной рукой, прижимая к своему горячему телу, от которого выступили мелкие капли пота на спине от опасности. Его ледяное сердце плавилось, освобождаясь от плена, громко стучало одной частью, которая была уже открыта, пока остальные пытались трепыхаться, но без результатов. Какаши был словно пьяным от боли, от ее близости, и не разбирал, что говорил. – Ты словно в лесу лиса. Чудеса. Чудеса…              Продолжая двигать языком, он припал в страстном засосе, но ее голос откуда-то из тумана вырвал его в реальность.              - Стой!.. ох-х, - выдохнула она, выгибаясь на встречу. Шея всегда была ее эрогенной зоной, о которой знали не многие. Он обвел языком рану еще раз, пытаясь залечить ее своими прикосновениями. – Слюна, ах, стой!... Содержит в себе множество бактерий, ты можешь занести инфекцию!              - Дикие звери всегда зализываю свои раны, - выдохнул он и снова припал к коже, оставляя новый засос и покусывая нежную плоть. Он наслаждался происходящими ласками, пытаясь сбить сконцентрированную пульсирующую боль со своего пореза. Из-за скачка адреналина в крови после боя всегда хотелось секса. Может, организм так реагировал, чувствуя близкую смерть, и пытался хоть напоследок оставить потомство?              - Ты что,.. о-о-ох,… - ее слова терялись, а порез уже не болел, словно его слюна и правда была излечивающей. Она попыталась собраться с мыслями, но сама подставляла шею под его ласки. – Ты что, волк из чащобы?              - И я голоден.              «Я голоден» пронеслось эхом в ее голове, отдаваясь тысячью повторений. «Голоден»… «Я голоден»… Сон ярко вспыхнул в ее памяти, и Сакура в страхе отодвинулась от него на вытянутых руках. Паккун положил голову на ногу хозяина и тихо заскулил.              - Стой! Мы… Ты переходишь все границы. Ты ранен! Я все-таки должна вызвать скорую.              - Не должна, - он медленно поднялся, морщась и страдая от каждого движения. Ну хоть пощечину не залепила, как это было в прошлый раз, и то ладно. Прогресс на лицо.       - Но останется шрам! – она тоже встала на ноги, стараясь не смотреть на оголенный торс.       - Где-то слышал, что они украшают мужчину, - он попытался улыбнуться, но не получилось. – Пойдем, я провожу тебя.       - В таком виде? Тогда полицию вызовут уже мои соседи или бдительные граждане. Да ты вообще больной на голову, Хатаке. И почему ты не хочешь в больницу?              - Не люблю медсестер, - спокойно ответил он, пожал плечами и направился по дорожке в сторону высоток. Сакура пыталась поспевать за его быстрым темпом ходьбы. На самом деле ему не хотелось светить личностью, это может помешать планам, могут возникнуть новые вопросы, на которые пока радо давать хоть какие-то ответы. А этот дотошный офицер Нара точно будет их задавать. – У них есть навязчивая идея влюбляться в пациентов.              - У врачей такой практики я не наблюдала.              - От врачей пахнет смертью, - выпалил он и резко замолчал. Сакура осунулась от его слов и замедлила шаг, прижимая кулачок к груди. Сердце болезненно защемило. Она посмотрела на него и хмуро свела брови.              - У тебя такой же вайб.              Он многозначительно промолчал. Только ты, Хаунд, подумал он, в отличие от врачей, которые спасают жизни, их отнимаешь.              Когда они добрались до конца парка в тишине, то Какаши остался стоять в тени деревьев, чтобы не шокировать случайных прохожих и тихо напомнил Сакуре, чтобы не заявляла в полицию, да и вообще, лучше, чтоб забыла, что только что произошло. Она вроде как поняла, кивнула и побежала домой, не оборачиваясь. Он смотрел ей в след здоровым глазом. Придется присматривать за этой лисой, Забуза может еще вернуться до того, как он разберется с ним и его боссом.              - Пойдем домой, Паккун, - он поднял мопса на руки, тот хрюкнул от удовольствия, что больше не надо тратить силы на пешие прогулки, да и вообще пора подкрепиться, и они скрылись в темноте парка.