Глава 9

      Ее тянули за руку, она старалась сопротивляться и освободиться из захвата, но все попытки были тщетны. На кассах никого не было, кроме скрученных, в испуге прижимающихся друг к другу, сотрудников, с заклеенными скотчем ртами и конечностями, стянутыми кабельными стяжками. Забуза притащил себе стул и скучающе осматривал помещение, ожидая возвращения мужчины с добычей. Он крутил длинный нож в руках, поглаживая вывихнутое плечо, но следил за Хаундом, чтобы тот не наделал еще каких-то новых глупостей. Было жалко убивать такого некогда хорошего парня, но бизнес есть бизнес. Ничего личного, старина.       Какаши сидел напротив него на стуле, его руки сзади спинки были перетянуты обычной бельевой веревкой, что лежали кучей на ближайшем прилавке в корзине «Товары по акции». Он осунулся и сплевывал кровь с разбитой губы.       - Хотел бы я порезать твое красивое личико, да жаль, босс не оценит, - бросил Забуза. – Кстати, Хаку, отличная идея посмотреть по камерам, где прячется эта сучка. С меня премия за находчивость.       - Спасибо, старшой, - улыбнулся от похвалы Хаку, пытаясь вернуть в чувства другого мужчину, что лежал на животе и не шевелился. Он обернулся на писк Сакуры, первый замечая бугая. – Они здесь.       - Отлично. Шоу начинается, Хаунд. Тебе нравится? Локация просто отпад.       Бугай грубо кинул Сакуру за руку, и она полетела прям в объятья Забузы. Тот ее поймал, цепляя ее запястья одной мощной рукой.       - Какая актриса, ты только посмотри, - он продолжал ухмыляться на ее попытки лягнуть его или укусить. – Давай, птичка, сопротивляйся. Ты мне такая еще больше нравишься.       - Старшой, надо валить. Она вызвала копов, - сказал бугай, скользя влажным взглядом по ее фигурке.       - Успеем. Не могу себе отказать в таком удовольствии, - он лизнул ее по щеке, пробуя сладкий вкус страха. – Твоя сучка снова в моих руках, Хаунд. Хочешь, я ее возьму прям на твоих глазах?       Сакура в ужасе раскрыла глаза, мотая головой.       - Оставь ее, Забуза, она здесь не при чем, - Какаши поднял голову, пронзая стальным гневным взглядом. Одна из веревок стала поддаваться, был шанс на освобождение, чтобы удавить этого ублюдка на месте за лишнюю дерзость. – Тебе ведь только я нужен.       - Убить тебя слишком просто, - Забуза покрутил клинок в руках и зацепил острым лезвием за цепочку, что устроилась на груди девушки. – Так ты рассказал ей про них? И про себя? Как они погибли? Что тогда произошло?       - Ей не нужно это знать, - сказал Какаши, следя за реакцией Сакуры. Она стояла, внутренне сжавшись, чтобы клинок не поднялся выше, к ее горлу. – Ужасы войны в прошлом.       - А давай я ей расскажу? Вот смеха-то будет! – Забуза перекинул девушку в руки бугая, словно куклу, и подошел к Какаши, приседая перед ним на корточки. – Как ты убивал, безжалостно. За деньги. Ради крови. Как жертвовал друзьями, во имя выполнения миссии. Как погибли Югао и Хаяте, а меня чудом засыпало обломками, что спасло от очередного взрыва. Давай, расскажи, послушаем всей маршруткой.       Забуза из насмешливого тона перешел на серьезный, едва сдерживая переполняющую ярость. Сержант действовал не по уставу, за что поплатились они все. Самым ценным. Жизнью.       - Ну хотя ты прав, война в прошлом, - Забуза мило улыбнулся и пару раз похлопал по щеке Какаши.       Уф, лучше бы ты вмазал мне с ноги, подумал Какаши, чувствуя беспомощное унижение. Проткнул ножом, выстрелил в бедро, да все что угодно, только не эта дружественная издевка в виде легкого похлопывания по щеке. Испытывать себя настолько слабым и жалким было невыносимо.       - Ну тогда смотри, насколько я умею быть мстительным, - Забуза вернулся к Сакуре, оттянул ее кофту, чтобы не задеть кожу, и одним движением разрезал ткань, оголяя черный лиф и плоский подтянутый живот. – Двойка? Как скучно. Но талия – мое почтение. А эта сучка и правда горяча, ты так не думаешь?       - Нет, нет, стой! – пищала Сакура, извиваясь в руках бугая и дрожа от страха.       - На тебе слишком много одежды, милая шлюшка, давай посмотрим, что там еще припрятано, - ткань лифа легко поддалась под клинком между чашками. Забуза стянул тряпки с плеч, раскрывая всем бархатную светлую кожу и розовые ареолы сосков. – Ну, неплохо, ожидал большего, конечно. Предпочитаю большие сиськи, а не эти прыщи. Верно, Хаунд? Ты, насколько помню, тоже любитель большой груди, как минимум тройки.       Он старался не смотреть на оголенную Сакуру, продолжая бороться с веревками. Забуза резко к нему подошел, поднял за волосы голову и выкрикнул.       - Я сказал, смотри! – Сакура пыталась закрыться, но бугай потянул сзади за цепочку, придушивая и выгибая ее в спине. От этого ее грудь поднялась выше и соблазнительно покачивалась от каждого движения. Забуза звонко расстегнул пряжку и стянул ремень. – Снять с нее еще и джинсы? Или взять прям в них? Мне нужен совет, старина.       - Я задушу тебя твоим собственным ремнем, если ты к ней прикоснешься, - тихо пообещал Какаши. Тугой узел на руках наконец поддался. Еще немного, и…       - Ты такой выдумщик, Хаунд, - Забуза потрепал его по серебристым волосам и решил направиться к девушке, но не успел.       Сбитый с ног, он упал на пол и болезненно закричал, ударившись вывихнутым плечом. Какаши встал со стула, скручивая веревку на руках. Пока Забуза корчился от боли, он кинулся в сторону мужчины, что удерживал Сакуру, сверкая налитыми гневом глазами. Их стальной цвет не предвещал ничего хорошего.       - Черт, старшой! – Хаку бросился на Какаши из-за спины, но получил в солнечное сплетение ударом ноги с разворота. Хаку отбросило, с силой приложившись об полки с товаром.       - Отпусти ее, и, возможно, останешься в живых, - грозно сказал Какаши, медленно приближаясь. Его мышцы играли на свету, он был готов убивать каждого, кто встретится на его пути.       На парковке послышались сигналки подъезжающих копов. Бугай в панике крутил головой то в сторону выхода, то в сторону надвигающейся угрозы. Смертельной угрозы.       Он толкнул девушку вперед, прям в руки Какаши, и побежал к запасному пожарному выходу. Стянув с себя футболку через голову, Какаши натянул на оголенное тело Сакуры, скрывая то, что хотел увидеть, но в другой обстановке. Он крепко ее обнял, поглаживая по голове и успокаивая.       - Мы еще не закончили, ублюдок, - прохрипел Забуза и метнул нож, целясь в девчонку.       Закрыв ее собой, он крутанул торс, ловя клинок спиной. Лезвие прошло глубоко, просекая лопатку и проникая на треть. Обжигающая боль пронзила его тело, Какаши выругался, держась, чтобы не упасть на испуганную Сакуру и не придавить ее своим весом.       - Какаши, твое!...       - Ты порядке? – выдохнул он и прикоснулся губами к ее щеке. Она неловко кивнула, больше волнуясь за нож, который выступал за спиной. - Беги к выходу. Не волнуйся за меня, просто царапина.       Какаши поднялся, подошел к Забузе и одним ударом уложил его на спину. Сел сверху, еще пара ударов по лицу, разбивая нос и бровь. Ярость пылала в нем, не было никакой жалости или сострадания.       - Босс все равно найдет тебя, - Забуза выплюнул кровь, пытаясь сопротивляться ударам, но бессильно лежал. – Он знает о ней. Ты ему не нужен.       - Зачем она ему? – он взял его за грудки и притянул к себе, требуя ответа.       - Он любит розовый, - прохипел Забуза, теряя сознание от переполняющей боли. – Кисаме любит розовый.       - Он никогда ее не получит, пока я жив, - добавил Какаши, бросая тело некогда товарища на пол.       - Тебе осталось не долго, - улыбнулся Забуза. – Думаешь, я забыл о своих настойках? Кхе-кхе… черт… Яд в твоем теле. Пара минут, и ты труп. Всего пара… минут…       Какаши побледнел после его слов, ища глазами Сакуру. Она сможет спасти его, если будет действовать быстро.       - Сакура! – позвал он, отодвигаясь от Забузы и держась за твердые поверхности полок. Голова уже начала туманиться, конечности не слушались. Он повалился на бок, холодный пот проступил на спине. – Где ты? Ты мне нужна…       Подбежав к нему, она присела на задницу, положив его голову себе на колени. Она так и не смогла перебороть себя и убежать через выход, следя за жестокой расправой.       - Я здесь, с тобой, - ласковым голосом сказала она, поглаживая по мягким серебристым волосам.       - Тебе нужно вытащить нож, и… - слова застряли в горле. Он не может ее попросить. Только не ее. Обито, Рин, Югао, да даже этого болвана Генму, черт возьми, без проблем. Но не ее… Черт! Времени не было. – И высосать кровь. Яд… Он, ох…       - Предложи ей лучше член отсосать, - выкрикнул Забуза, лежа без сил. – Это точно она умеет.       Сакура бросила на Забузу уничтожающий взгляд и набралась решимости. Такого в ее практике штатного хирурга еще не было. Ухватившись за рукоять ножа, она одним движением его вытянула. Заблокированная клинком кровь хлынула густым красным киселем, пачкая его спину и ее некогда ее синие джинсы, разливаясь горячим варевом. Какаши гортанно выругался, дрожа всем телом. Голова от боли стала ватной, язык онемел. Обхватив ее за зад, он не понимал, что происходит, расплываясь в переполняющей агонии.       Наклонившись к рваной ране, Сакура втянула в себя кровь и выплюнула. Она повторила еще несколько раз, сопротивляясь накатившему чувству тошноты. Она стерла с лица кровь и присосалась сильнее.       Он чувствовал только ее горячее дыхание и бархатистость кожи ладоней, ее нежных губ, вспоминая жаркие поцелуи. Мысли путались, а душа испарялась.       - Останься со мной, - просил он в бреду, не разбирая слов и не понимая их смысла. – Прошу…       - Заткнись, Какаши, ты отвлекаешь, - она высосала очередную порцию. Черт, где же полиция? Почему так долго?       - Всем оставаться на своих местах! – воскликнул Шикаку, держа пистолет наготове. – Сакура! О боже, что здесь произошло…       - Дядя… Ой, офицер Нара! – Сакура вытерла кровь с лица подолом черной футболки. – Группу медиков, быстро!       Офицер что-то сказал по рации, пока остальная команда освобождала пленных сотрудников IKEA и скручивала лежащих Забузу, Хаку и третьего мужчину, что так и продолжал валяться на животе без движения.       Из полицейской машины принесли аптечку и передали в руки Сакуры. Она быстро ее открыла, нашла спиртовой раствор, нитки и длинную иглу, бинты и повязки.       - Мне уже лучше, не надо зашивать, - ответил Какаши, пытаясь подняться на руках, но конечности не до конца еще слушались. Руки дрожали от переполняющей боли и слабости, а костяшки были разбиты. – Отличная работа, доктор.       - Или я зашиваю, или ты едешь в больницу, - серьезно добавила она, вставляя нитку в ушко серповидной иголки. Какаши вздрогнул об упоминания госпиталя, но Сакура неправильно интерпретировала его реакцию и повторила один в один некогда сказанную фразу, только другим человеком. - Никогда бы не подумала, что Хаунд просто боится иголок.       - Я не боюсь иголок, лисица, - строго добавил он, без лишнего шума терпя боль, пока Сакура зашивала и накладывала повязку. – Крестиком? А сердечко вышьешь?       - Для пострадавшего ты слишком много болтаешь, - она прошлась смоченным в спиртовом растворе тампоном по шву, убирая лишнюю кровь. Он даже не поморщился.       - Сакура, - позвал ее дядя Шикаку, когда операция была закончена. – Требую подробного отчета.       Он накинул теплое покрывало на ее плечи, внимательно следя за Какаши. Она подробно рассказала случившиеся событиях упомянув об одном сбежавшем, а потом подписала все нужные бумаги.       - Надеюсь, их будут судить по всей строгости закона? – она жалостливо посмотрела на офицера, поглаживая по голове Какаши.       - Естественно, тебе не стоит волноваться. Твой… друг?.. Ему нужно в больницу.       - Я отказываюсь от медицинской помощи, спасибо, - буркнул Какаши. На ее коленях было так тепло лежать, жаль, этот придурок Нара только им мешал. – Давайте подпишу, если нужно.       - Не стоит, - Нара презрительно на него посмотрел и подал руку Сакуре. – Тебя подвезти до дома?       - Да, то есть нет… - она посмотрела на разбитого Какаши. – Со мной все в порядке.       - Всем оставаться на своих местах! Руки за голову! – воскликнул вошедший отряд полицейских.       - Капитан Ямато, вы опоздали, - усмехнулся Нара, обводя рукой обезвреженных нарушителей.       - Пробки, офицер, тысяча извинений, - он спрятал в кобуре свой пистолет, оценивая масштабы катастрофы. – Не думал вас здесь встретить.       - Поговорим после. Опросите, пожалуйста, потерпевших сотрудников, а с этими ублюдками мы разберемся, - кивнув в сторону преступников, Нара махнул команде, выводя команду на воздух. – Ну и ночка. Забуза и Хаку, какой улов.       - Согласен, офицер Нара, - капитан отдал честь и широким шагом направился к группке потерпевших, которые уже немного расслабились и приходили в себя от шока.       Дядя Шикаку повернулся к Сакуре и внимательно на нее посмотрел долгим взглядом.       - Будь осторожна, Сакура. Я всегда присматриваю за тобой. Кстати, Шикамару решил жениться, - он тепло улыбнулся, вспоминая своего ленивого сына.       - Да нет, серьезно? – она расплылась в улыбке, радуясь за друга и наматывая слои бинтов на спину Какаши.       - Ага, на Темари, представляешь? На этой сотруднице из посольства, - Шикаку почесал затылок, один в один, как это делал Шикамару. – Ох, ну и проблем она ему доставит.       - Достойная партия для такого блистательного юриста, - улыбнулась Сакура. Вот и бывшие женятся, а она все так же одна одинешенька.       - «Блистательного» громко сказано, - Шикаку устало вздохнул. – Ты всегда желанный гость в нашем доме. Ты мне как родная дочь, хотя сын-раздолбай и упустил такой изумруд. Ну, в общем, будь аккуратна. Хаунд, - он обратился к Какаши, сделав голос серьезным и невероятно грозным. – Присматривай за ней. С тобой я пообщаюсь позже.       - Не сомневаюсь, офицер, - ответил Какаши, приподнимаясь на колени. Он чувствовал себя довольно сносно. – Она – моя невеста.       - Совсем дурачок? – она толкнула его в плечо, заливаясь румянцем. – Не слушай его, дядя, у него шок от раны.       - Молодежь, - усмехнулся Шикаку и отдал приказы своим подчиненным, чтобы грузили преступников в машины.       Когда они остались вдвоем, то Какаши посмотрел на девушку, пытаясь уловить ее мысли.       - Тебе лучше не оставаться одной, - наконец сказал он, вставая на ноги и жмурясь от боли. Бывало и хуже, вспомни, Хатаке, бывало намного хуже. – Не сегодня. Переночуешь у меня.       Это был не вопрос. Сакура попыталась взбунтоваться, но он уже вызывал такси в приложении к своему адресу.       - Я могу позаботиться о себе самостоятельно, - выдавила она, полная негодования.       - Рана может раскрыться. Оставишь меня? – Какаши решил сыграть на ее чувствах ответственности и попал прямо в цель. Она широко раскрыла изумрудные глаза, сверкая гневом.       - Естественно, нет!

***

      Такси бизнес-класса быстро подъехало на парковку, когда уже магазин закрылся, а полиция скрылась в темноте ночи. Водителю явно не понравился внешний вид пассажиров: один полуголый и перевязанный окровавленными бинтами, а вторая в невнятной длинной черной футболке, которая была явно не с ее плеча, державшая в руках странный горшочек с растением. Сакура успела его ухватить с прилавка, чтобы хоть что-то держать в руках, успокаиваясь зеленым цветом листвы. Водитель, как истинный джентльмен, промолчал и довез со всем комфортом, лишь кидая взгляды в зеркало, чтобы мужчина со шрамом на глазу не перепачкал салон кровью. Какаши устало положил голову ей на плечо и даже задремал по пути, терпеливо перенося боль. Она гладила его по волосам, стараясь не смотреть на кубики пресса и V-образные мышцы, что уходили под штаны, скрывая большее.       Так, погодите. Они едут, прям?.. К нему?.. Что-о?... О боже, как это все ужасно выглядит.       Сакура была готова увидеть его квартиру в любом виде. Нарко-притон, разбитые стены, исписанные граффити, кучу лежавших парней и девушек без чувств на грязных матрацах. Или военное логово, с полным обмундированием, что висят на стенах, как трофеи. Но каково было ее удивление, когда он затолкнул ее в просторную квартиру в скандинавском стиле. Никакой лишней мебели или декора, пустые полки, кроме пары-тройки книг, никакой растительности или статуэток. Ее собственная квартира разительно отличалась по наполнению, была уютной и милой, в отличии от его холодного, пустого помещения. Она побродила по пространству, дергая запертые комнаты. Сколько из здесь? Четыре? Пять? Да это целый пентхаус!       Паккун тяфкал и крутился между ног, с беспокойством обнюхивая хозяина.       - Не слишком большая квартира для тебя одного? – она приподняла бровь в усмешке, оценивая масштабы квадратуры.       - Маленькая квартира для маленького человека, - он пожал плечами и без сил упал на мягкий диван темно-зеленого цвета, утопая в подушках. Диван выделялся, как яркое пятно, среди всего черно-серого лаконичного интерьера.       - Не такой ты и маленький, получается, - добавила она, пытаясь найти ванную среди огромного количества комнат.       - Ты даже не представляешь, насколько, - ответил он, прикрывая лицо рукой. Он был как будто был пьян от боли и остатков яда, что наполняли тело. – Тебе будет больно. Но только в первые разы. Потом привыкнешь и растянешься.       - Нахал! – воскликнула Сакура, заливаясь румянцем, и поставила уставшее деревце на барную стойку. Она уловила пошлые нотки в его фразе. – Где у тебя ванная, я хочу помыться.       - В душ и без меня? – он не смог удержаться и улыбнулся. – Третья дверь слева. Найди себе одежду в шкафу, все что хочешь – в твоем распоряжении.       Мопс еле как забрался на диван, беспокойно обнюхивая хозяина и тыкаясь мокрым носом в его подбородок. Какаши положил на его голову руку, успокаивающе поглаживая.       Порывшись в его скудном наборе, Сакура задержалась на белой рубашке, поглаживая нежную ткань дорогого материала, но все-таки выбрала себе такую же черную футболку, что была на ней. Так, третья дверь, говоришь? Ага, нашла. Ванная комната была огромной, с отделенной душевой и новыми по последней моде черными матовыми смесителями. Все выглядело невероятно дорого, особенно куски бесшовного серого мрамора, которые облицовывали стены и создавали вид премиум-сегмента общего интерьера. Полки были пустыми, не было никаких баночек с мазями или бутылок с шампунями. Даже свеч не было или арома-палочек, черт возьми! И как он принимает ванную? Просто лежит и плюет в потолок? Какой же он скучный!       Раздевшись и встав в душевую, Сакура включила воду, нажав на кнопку, и взвизгнула от резко полившейся холодной воды, отбегая в сторону. Еще и в такой холодрыге моется? Ну точно чокнутый! Она настроила привычную для себя горячую температуру, помучавшись со сложным механизмом смесителей. Дома было все просто, две ручки, крути как хочешь. Но тут – куча кнопок, примочек, разнообразные режимы, на которые было опасно нажимать. Не найдя даже самое обыкновенное мыло, она просто сполоснулась в воде, расслабляясь в кипятке и отпуская травмирующие события. Нужно будет записаться к Иноичи Яманака, чтобы пройти курс терапии, отметила Сакура. Ино тоже сможет оказать помощь, но лучше довериться профессионалу и не держать все в себе. Все недавние события произошли не по ее вине, она всего лишь жертва обстоятельств. Жертва для возомнивших себе героев-маньяков, которые решили, что все им должны, и что они безнаказанно могут скрыться от властей. Но не на ту напали. У нее была устойчивая психика, готовая сопротивляться любым невзгодам. Она будет бороться до конца, не сломается, будет твердо стоять на своем и добьется справедливости. Любой ценой.       Помывшись, она вытерлась чистым полотенцем и натянула кружево, а наверх – новую чистую футболку. Порывшись в ящиках, Сакура обнаружила новую зубную щетку в упаковке, чем и воспользовалась. Вкус крови смылся мятной пастой, приводя девушку в чувства. Она намочила второе полотенце, выжала лишнюю воду, чтобы обтереть Какаши и уложить его. Все-таки сон – лучшее лекарство, всегда твердила Цунаде на лекциях для практикантов. Организм сам справится со всеми невзгодами, особенно такой сильный, как у него.       Выйдя из ванной, она направилась к дивану. Задремавший мопс тут же проснулся у него под боком и бросился к ней, требуя внимания. Сакура хихикнула, отгоняя пса, что крутился под ногами и мешал. Какаши мирно посапывал, только его сбивчивое дыхание выдавало, как ему не просто справиться с новым порезом на теле.       - Хэй, Какаши, - нежно позвала она, поглаживая по голове. Он выглядел слишком милым, беззащитным. Рой бабочек закружился внутри живота от одного его вида. – Мне нужно смыть с тебя лишнюю кровь. Слышишь?       - Лучше оседлай меня и слижи языком, - предложил он, не понимая, что говорит.       - Прям на лицо? – она решила подыграть, улыбнувшись, проводя влажным полотенцем по торсу, стирая выступавший лихорадочный пот. – Перевернись, я посмотрю повязку.       - Хочешь оценить мой зад? - добавил он, но все-таки еле как перевернулся, кряхтя на каждом движении. - Твои розовые соски не выходят у меня из головы.       - Ты реально больной на всю голову, – она осмотрела повязку, убедившись, что все в порядке. Швы были идеальными, Сакура в этом деле была профи. Она стерла с его спины лишние следы крови и пота. – Где тут у тебя спальня?       - Первая… дверь, - едва слышно выдавил он, погружаясь в беспокойный сон. – Я приду за тобой. Я не оставлю тебя одну.       Накинув на него покрывало, она направилась в комнату.       - Да-да, рассказывай. Серый Волчок, побитый и израненный. Тебе нужен отдых, вот и отдыхай.       - Не играй с огнем, лисица. Ты в моей власти, - тихо ответил он, засыпая.       Сакура щелкнула дверью и упала на большую кровать с жестким матрацем, укрывшись зеленым одеялом со странным принтом. Она была совсем не против, если он придет к ней, и прикоснулась пальчиками к влажному кружеву между ног. Ох, совсем не против.

***

      Он беспокойно ворочался и не мог принять нужное положение для сна. Слишком мягкий диван был нужен только для уютных посиделок за книгой или жаркого секса с одной из красавиц, но уж точно не для сна. Спина проваливалась, а ноги свешивались, затекая от неудобного расположения. Он привык спать на земле, на твердой, гладкой поверхности, без лишних подушек или мягкой ткани.       Еле поднявшись, он, шатаясь, добрался до своей комнаты. Оценил ее умиротворенное милое личико, обрамленное влажными розовыми волосами. Желание тут же проснулось внутри его, обжигая, пробегаясь по венам, словно жидкий огонь. Если бы этот была Ханаре или любая другая женщина, он бы тут же, не раздумывая, схватил ее, развернул за бедра и навис сзади, раздвигая стройные ножки рукой, для лучшего обзора и беспрепятственного входа. Но Сакура… Уф, с ней стоит действовать по другой схеме, которая была для него не известна. Она любит грубости в постели? Связывание запястий, придушение тонкой шеи? Укусы и засосы? Звонкие шлепки по заднице? Или нежность, легкие касания и классическую миссионерскую позу в полной темноте под одеялом? В любом случае она будет сопротивляться, может, залепит пощечину или еще чего похлеще. Или растает, поддастся под напором его решительности и покорно уступит, выбросив белый флаг на радость победителю.       Он погладил по ее мягким волосам, все-таки прогоняя звериную натуру, и завалился на ламинат спиной, к привычной для тела твердой поверхности. Рана затягивалась из-за быстрого обмена веществ, а разум очищался от яда. Он отдавал отчет каждому своему действию, но желание, пробужденное одним ее невинным и сонным состоянием, не давало покоя. «Прям на лицо?» - улыбнувшись, сказала она. Прям на лицо, подтвердил он в мыслях, и потом, она плавно переместится после ее оргазма от его умелых ласк, прям на готовый член, чтобы продолжить удовольствие. И долгие, неторопливые качания, с охами и вздохами, чтоб ловить их в поцелуях, сливаясь на всю ночь.       Улыбнувшись своим мыслям, он поправил свое возбуждение в штанах, перемещая в бок. Паккун, хрюкнув, обнюхал хозяина, но выбрал спящую девушку, пытаясь взобраться на кровать. Какаши помог ему, подтолкнув пухлого мопса за задницу и закидывая его на кровать, погружаясь в сон. Мопс покрутился, лизнул за голое плечо Сакуры, с которого соскользнула черная футболка, и улегся рядом. Какаши закрыл глаза.       Сегодня кошмары ему не снились.