Глава 11

Тор побежал, опередив Наташу, когда транспортер накренился и завыла сигнализация. Он задавался вопросом, что он найдет, и боялся худшего. И все же он все еще не был готов ворваться в зону содержания и увидеть Шмидта, свободного, и двух вооруженных агентов ЩИТА рядом с ним, в то время как Локи неподвижно лежал в цилиндрической камере на полу. — Локи! — звал Тор. Шмидт встал перед пультом управления и посмотрел на крик. Он держал в руке скипетр. — Спаси его или останови меня, Одинсон. Выбирай. Его рука ударила по большой красной кнопке, механизм лязгнул, и цилиндр резко упал вниз. — Локи! — Тор взревел и бросился на падающую клетку, не сумев остановить ее до того, как она оказалась вне досягаемости. На него подул порыв холодного воздуха, и когда он поднял глаза, Шмидта уже не было. Посмотрев вниз по желобу, он увидел, что цилиндр находится в свободном падении в воздухе. Не колеблясь, Тор бросился следом, призывая к себе Мьельнира, когда падал. Локи был внутри этой стеклянной банки, определенно без сознания, Тор не допустил бы этого, он был только ранен — и Тор поймает клетку и вытащит его оттуда. Мьельнир ударил ему в руку, и он схватил его, прибавляя скорость, догоняя падающий цилиндр. Верх был из гладкого металла, за который не за что было ухватиться. Прозрачные стены также были слишком гладкими, и он был слишком большим, чтобы обхватить его руками. Заглянув внутрь, он увидел Локи, все еще безвольно лежащего на полу. Что этот монстр сделал с ним? На всем цилиндре не было ручки. Он попытался ухватиться за нижний край, Мьельнир указал вверх, и ему удалось только опрокинуть цилиндр. — Нет! — закричал он, когда оно выскользнуло из его рук, и безвольное тело Локи заскользило по стеклу, прежде чем упасть на то, что было потолком, а затем снова вокруг, когда оно начало переворачиваться из конца в конец. Он снова схватился за него, но в воздухе, не имея ничего, за что можно было бы зацепиться, ему удалось только снова перевернуть его. Вода становилась все ближе, и он знал, что у него мало времени. Странный жужжащий звук, похожий на жужжание гигантского шмеля, был его предупреждением, поскольку фигура в красном и золотом внезапно поставила свое тело прямо перед кувыркающейся клеткой, и они сцепились. — Нужна помощь, Пойнт Брейк? — механически измененный и усиленный голос Старка был громким против ветра. Он тоже не стал дожидаться ответа Тора, нырнув под клетку, когда выпрямил ее. — Готов? Держи его ровно, я буду толкать. Звук двигателей Старка усилился, когда он остановил падение Локи и начал обращать его вспять. — Да! Железный человек, ты сделал это! — Скажи своему другу, что ему нужно сократить количество закусок, он весит тонну, — сказал Старк, предположительно в шутку, поскольку Локи не набрал значительной массы с того дня, как он покинул Асгард в первый раз, почти три столетия назад. Но он придержал язык, и вместе они направили камеру обратно к Вертолетоносцу, который теперь опасно накренился в воздухе и изо всех сил пытался удержаться в воздухе. — Придется это исправить, — сказал Старк, — ты сможешь открыть эту банку самостоятельно, как только мы войдем в пусковой отсек? Тор понятия не имел, сможет ли он, но он ответил: — Да. Иди. Они маневрировали цилиндром в похожем на пещеру пространстве рядом с тем местом, где корабли поднимались на лифте на палубу, и с грохотом он упал на бок на палубу. Локи растянулся на изогнутом стекле, выглядя бледным, но через мгновение его пальцы шевельнулись, и Тор вздохнул с облегчением. Он был цел. — Удачи, — пожелал Старк и бросился прочь. — Железный человек, спасибо тебе! — Тор крикнул ему вслед, но он ушел. Тор повернулся к цилиндру, размышляя, как его открыть. Он мог бы разбить его молотком, но это казалось рискованным. Он не знал, сколько силы ему может понадобиться, чтобы сломать его, и посылать осколки в Локи казалось плохой идеей. Лучше всего открыть его так, как он должен был открыться. Но, казалось, не было никакого очевидного механизма, как будто он не должен был открываться после отправки. — Локи! — он постучал Мьельниром по стеклу, не пытаясь разбить его, — Локи! Его веки затрепетали, и после новых уговоров Тора он проснулся. Он был похож на теленка, пытающегося встать на четвереньки на изогнутой поверхности, но удержавшего равновесие на коленях. — Тор? — он моргнул и огляделся с ошеломленным выражением на лице, приложив руку к голове, — что случилось? — Шмидт уронил тебя, а мы со Старком забрали контейнер. Однако я не могу найти механизм, чтобы открыть его, — объяснил Тор, — что ты там делал? — потребовал он, разочарование закипало. — Он мог уничтожить тебя! Локи не был впечатлен его гневом. — Ну, нет, он бы этого не сделал, если бы не два предателя, которые помогли ему. Я полагаю, они сбежали? Тор пожал плечами. — Вероятно. Помоги мне понять, как это открывается, чтобы вытащить тебя оттуда. — Дай мне минутку, у меня в голове такое ощущение, будто Мьельнир ковал, и я думаю, меня сейчас вырвет, — он закрыл глаза, нахмурил брови и медленно вдохнул. Затем Локи поднял руку и прижал ее к прозрачной стене своей тюрьмы. Тор думал, что она может исчезнуть, или он протолкнется сквозь нее, но вместо этого от его руки образовались тонкие трещины, которые разделились и побежали по поверхности. Нет, понял Тор, не трещины. Лед. Он замораживал прозрачное вещество, из которого была сделана клетка. Сам ангар начал холодеть, дыхание Тора вырывалось, как дым, по мере того, как цилиндр становился все холоднее. — Ударь его Мьельниром, — проинструктировал Локи, — не изо всех сил, но некоторыми усилиями. Локи отодвинулся в угол и закрыл голову руками. Тор ударил молотком по цилиндру, и он разбился, как глиняная посуда, упавшая на пол. Тор позволил Мьельниру упасть, чтобы схватить Локи за руки и вытащить его из объятий, затем встряхнул его за плечи. — Никогда больше так не делай. Никогда. Ты слушаешь? Я уже дважды видел, как ты чуть не рискнул, и я этого не допущу! — Мне тоже было не очень весело, — пробормотал Локи ему в плечо. Он поднял руки и толкнул. — Ты душишь, отвали. Освободившись, Локи осторожно потянулся, но, к счастью, оказался цел. Он повернул голову и провел рукой по волосам, чтобы убрать их с лица. — Мы должны встретиться с остальными на мосту и посмотреть, что еще происходит. *** Наташа начала следовать за Тором, чтобы отправиться к Локи и Красному Черепу, но в тот момент, когда корабль был чем-то поражен, она знала, что пришел Бартон. Она должна была найти его, остановить его — что бы она ни сделала, чтобы вернуть его. Выпрямление, одна рука на стене, когда проход накренился на правый борт. Это означало двигатель. Тихий стон привлек ее внимание, когда она увидела Бэннера в коридоре недалеко от лаборатории, где его оставили другие, скорчившегося у стены. И у нее внезапно появилась интуиция, что большой Зеленый Парень может сделать на этом корабле. — Эй, — позвала она, — Беннер. Ты нужен нам. Пожалуйста, док, держите себя в руках. Авианосец был подбит, мы должны двигаться. — Я не не могу… — простонал он, обхватив себя руками. Она вспомнила Лукаса почти в таком же положении, охваченного воспоминаниями в доме престарелых, и осторожно протянула руку, чтобы коснуться колена Бэннера, чтобы предложить точку опоры. — Эй, все будет хорошо. — В нас только что попала атака. — Вероятно, стрела. У Бартона есть несколько таких, — перебила она. — Бартон? — Бэннер поднял глаза и подавил мгновенный страх, заметив зеленоватый оттенок его кожи вокруг глаз. Он был действительно близко, и если бы он изменился, она могла бы только убежать. — Мой партнер. Красный Череп избил его, — объяснила она, — я почти уверена, что он здесь, чтобы освободить Шмидта, но мне нужно остановить его. Но мне также нужно, чтобы вы держались вместе, чтобы Большой Парень не причинил больше вреда носителю. — Я сказал Фьюри — и тебе — что это была плохая идея, — резко напомнил он ей. — Не моя идея, — ответила она, пожав плечами, — но мы имеем дело с тем, что имеем, доктор. И то, что у нас есть — это хрупкая машина в небе и злодей в трюме, который ничего так не хочет, как смеяться, пока ваше альтер-эго проделывает в нем еще одну дыру. — Я не могу… — он покачал головой, и она поняла, что у нее есть еще одна игра, или это будет сделано. Она протянула руку. — Доктор Беннер, возьмите меня за руку. Помоги мне найти Бартона. Пожалуйста. — Это опасно, — возразил он. — Это входит в должностную инструкцию, доктор. Брюс, пожалуйста. Помоги мне. Позже будет время для большого парня. Это полуобещание, казалось, успокоило его больше всего, что, по ее мнению, было интересной реакцией. Альтер-эго не хотело, чтобы ему отказывали, но это можно было отложить. Он вложил свою руку в ее, и они вместе встали. — Сначала на командную палубу, — предложила она. Они были в коридоре уровнем ниже, когда она прошла мимо двух агентов в форме с очень голубыми глазами. Уже в движении, она опустилась и развернулась, поймав одного в колено и используя этот удар, чтобы отбиться от второго, укус вдовы нацелился на его шею. Это сделало его полезным щитом против оружия его партнера, когда он вытащил его, и Наташе нужно было только пихнуть безвольное тело в очарованного агента, чтобы отвлечь его достаточно, чтобы разоружить его. Затем, схватившись за голову, она потребовала: — Где Бартон? — Слава Гидре, — ответил он, и с отвращением она заблокировала его сонную артерию достаточно долго, чтобы он упал на пол. Беннер уставился на нее, немного нервно теребя рубашку и моргая. — Это было… — Они здесь, — резко сказала она, — будь осторожен, мы должны двигаться. Она подобрала с пола один из пистолетов, поскольку у нее его не было, и снова двинулась вперед Бэннер, высматривая противников. Их может быть больше, и их может быть не так легко идентифицировать, как тех, кто был увлечен. Знакомый силуэт в темной одежде впереди заставил ее почти выкрикнуть его имя. Но даже несмотря на то, что она ничего не сказала, он знал, что она там, повернулся и выстрелил в коридор. Она уже бросилась в сторону, вытянув одну руку, чтобы тоже оттолкнуть Бэннера. — Бартон! — закричала она. Ответа не последовало. — Это я! Оставайся здесь, — резко приказала она Бэннер и использовала отражение своего оружия, чтобы проверить коридор. Он все еще был там, освещенный светом из поперечного коридора. Тщательно прицелившись, она выстрелила. Грохот выстрелов и искры от погасших огней были ее прикрытием, чтобы побежать к нему. На полпути она бросилась в низкий занос, чтобы пройти под его линией огня, когда он стрелял. Но тогда у него не было стрелы, только лук, чтобы защитить себя, когда она была там. Врукопашную они были более равны, хотя он использовал свой лук в качестве посоха, с которым было сложнее справиться, пока ей не удалось вырвать его, обернув проволокой от гаротты, вырвать у него из рук и швырнуть по пути. Он, не колеблясь, напал на нее, когда она была вне позиции. Эти голубые глаза не могли нанести удар, поэтому она тоже не могла. Он был быстр, и в его пустых глазах не осталось ничего от Бартона. Она хотела, чтобы он вернулся. Она вернет его. Она видела, как Лукас вернул Пегги Картер, и ей пришлось поверить, что он может найти Бартона внутри этого волшебного заклинания. Но сначала она должна была остановить его, и если он не остановится сам, ей придется это сделать. Его нога ударила ее в бок, но она продолжала идти. Это была одна из вещей, которую никто по-настоящему не понимал в ее прошлом. Она не дрогнула; она не могла дрогнуть. Выживание не дрогнуло. Выживание заключалось в том, чтобы делать все, что нужно. Она без колебаний ударила его головой о металлическую водопроводную трубу, проходящую по всей длине коридора. Он пошатнулся, а не упал, и когда он посмотрел на нее — его глаза были ясными. Тогда уложить его было сложнее, но она сделала это, не зная, был ли это трюк. Она должна была остановить его, потому что он был другом — его друзья были ее друзьями, и ей нужно было, чтобы они были вместе. Когда он лежал на полу, неподвижный и неподвижный, она проверила его пульс, и он был в порядке. Брюс подбежал к ней, гримасничая. — Ты знаешь, у него может быть сотрясение мозга. Довольно опасно вот так бить людей по голове. — Его нужно было остановить. Лукас может ему помочь. Но да ладно, это заняло слишком много времени. — Почему, куда мы идем? — Единственная причина, по которой он мог быть здесь, это командная палуба. Давай. Открыв люк, чтобы попасть в главный коридор за пределами командной палубы, она никого не увидела. Который казался не очень хорошим, но корабль подвергся нападению, и она слышала, как Фьюри что-то кричал через главную дверь. Убедившись, что Беннер все еще с ней, она приготовила пистолет и заглянула в комнату. Наклон колоды здесь был более очевидным, так как горизонт был виден через большие окна. Мероприятие казалось срочным, но врагов не было. Фьюри был на командном посту в середине, неподалеку от холма, и Фьюри кричал что-то о том, что им нужно добраться до воды, если они не перезапустят двигатель. — Запуск Квинджета! — Хилл срочно сообщил. — Два! — поправила она себя после неистовой волны от другого агента. — Верните эти самолеты! — Фьюри приказал, — никаких взлетов. Она могла видеть реактивные самолеты через передние окна, когда они удалялись. Вопрос был только в том, кто был на них. — Приближается ракета! — в ужасе закричал другой техник. — Защитись… — начал Фьюри, но было слишком поздно. У нее был один момент, чтобы выглянуть в переднее окно и увидеть темное пятно, растущее, приближающееся прямо к ним. Затем она развернулась и бросилась вместе с Бэннером на пол, за угол двери. Весь мир сотрясался. Пол вздымался и дрожал, воздух превратился в горячий ураган, а потом она вообще ничего не услышала. Что-то упало ей на ногу, и она попыталась вырваться, но не смогла пошевелиться. Ей нужно было встать, посмотреть, что было повреждено. Их атаковали? Где были все остальные? Беннер. Эта мысль заставила ее поднять голову, чтобы посмотреть на него, мрачно уверенная, что атака заставила бы его сменить свой зеленый образ. Но, к ее удивлению, он тянул ее за руку, а вовсе не грин. — Ты в порядке? — произнес он с преувеличенным акцентом, поскольку ни один из них ничего не слышал. Она кивнула и указала: — Ты? Он поднял дрожащие большие пальцы, и она подумала, когда поднялась на ноги, что, вероятно, это был глупый вопрос. Из отчета она знала, что Беннер изменится, если ему будут угрожать или его ранят; удивительно то, что атака не была достаточно угрожающей, чтобы вызвать его. Возможно, знание того, что его изменение может уничтожить всех, скрывало это. Пол был неровным от обломков двери, и от стены тоже мало что осталось, там, где она приняла на себя основной удар атаки. Красная сигнальная лампочка погасла, и она почувствовала достаточную вибрацию, чтобы предположить, что тревога тоже звонит, хотя она еще не могла ее слышать. Была завеса дыма, и разбрызгиватели тоже работали, на командной палубе все было мокрым. Один электрический пожар все еще вспыхивал, хотя кто-то потушил его с помощью огнетушителя. Она осторожно пробиралась через разбитые консоли, стулья и тела. Некоторые в беспорядке, некоторые едва тронуты. Она нашла Марию, раненую, но целую, тоже шевелящуюся. И Наташа не услышала, а прочитала вопрос: — Фьюри? Наташе пришлось пожать плечами, ведь она его еще не видела. Мария с трудом встала, и Наташа помогла ей встать, чтобы они могли посмотреть. Его было не так уж трудно найти, как только она перестала пытаться найти его посреди колоды. Атака сбила его с ног, и он лежал, скорчившись, на полу. Мария быстро подошла к нему и опустилась на колени. Но Наташа сразу поняла. Ни у кого из этих не было шеи, которая могла бы так сгибаться. Ей не нужно было, чтобы Мария искала пульс, а затем медленно отдергивала руку в поражении и шоке. Ника Фьюри больше нет. *** Наташа уставилась на его тело, поглощенная мыслями о том, что сейчас произойдет. Что тогда случилось с ШИЛДОМ без Фьюри? Кто поможет им искоренить Гидру? Кто поможет им вернуть Шмидта, потому что она была уверена, что квинджет, выпустивший ракету по авианосцу, поручил Шмидту сыграть эту игру. Мягкая вибрация в полу и что-то золотое в уголке ее глаза — золотистый ботинок — отвлекли ее от потрясенных размышлений, и она подняла взгляд. Железный Человек стоял там, и Тони откинул лицевую панель, чтобы посмотреть на Фьюри. Ему тоже не нужно было говорить, губы скривились от сожаления и смятения. — Ты в порядке? — он спросил ее, но это было чтение по губам. Она указала на свое ухо и покачала головой. Он вручил ей маленькое устройство, устройство связи для ее уха, и это помогло. Сирены были слишком громкими, но через мгновение маленькое устройство отфильтровало их до чего-то более терпимого. После этого он осмотрел командную палубу, и его взгляд остановился на Марии, которая выглядела готовой упасть в обморок. Он помахал нескольким медикам, когда они ворвались, чтобы осмотреть раненых. Наташа решила уйти с дороги и вернулась в холл, где Брюс прижался к двери кабинета командира. Тони тоже передал ему одно из устройств связи. — Рад тебя видеть, приятель. У тебя все в порядке? Брюс кивнул. — Я так думаю. Я думаю, мне нужно пойти помочь медикам. Теперь я могу слышать. Все они услышали бегущие шаги и увидели Коулсона, спешащего к ним. — Что происходит? — он потребовал. Наташа ответила: — Ракета из квинджета. Я полагаю, Шмидт сбежал на нем? Тони кивнул один раз. — Он затащил Лукаса в цилиндр и уронил его. Мы с Тором спасли его, и я починил двигатель с помощью Кэпа, но потом это. Полные ужаса глаза Коулсона были обращены к разрушенной командной палубе, и он с трудом сглотнул: — Где… — Ника нет, — сообщил ему Тони. Наташа вздрогнула от того, как резко он изложил информацию. — Мария цела, но ранена. Нам нужно начать спуск носителя, эта штука ни в коем случае не должна оставаться в воздухе. Коулсон рассеянно кивнул, пристально глядя на руины командной палубы. Перчатка Тони схватила его за плечо. — Фил. Тебе нужно избавиться от этого. Извини, но у нас нет времени. — Я вернула Бартона, — предложила она, надеясь, что это поможет. — Хорошо, — это, похоже, вернуло его к насущному настоящему. Он встряхнулся. — Хорошо. Давайте выясним, где мы находимся. Медики выносили Хилла на носилках, но остановились, когда Коулсон подошел к ней. — Мария! — Я в порядке, — настаивала она, несмотря на ее побелевшее бледное лицо и кровь на одежде, — ты старший на этой лодке. Командование твое. Это так, поняла Наташа. Как лидер полевого подразделения, Коулсон превосходил всех остальных. Он выпрямился. — Понятно. Хорошо отдохни, командир, — он пожал ее руку и вошел на разрушенный мост. Боевой центр, вспомогательный командный мостик, автоматически принял на себя основные функции, и Коулсон рявкнул им по связи, чтобы посадить вертолет в воду, когда он направился туда. Движение привлекло ее внимание, и она увидела приближающихся Лукаса, Стива и Тора. Забавно, что и Стив, и Тор заставляли Лукаса выглядеть стройным в его зеленой уличной одежде, но это только потому, что они были такими смехотворно широкими. Все они выглядели невредимыми, хотя на лице Лукаса была напряженность, которая выдавала более глубокие эмоции. Вероятно, Шмидт, поскольку он, вероятно, не беспокоился о смерти, когда его выплюнули из Носителя. — Наталья! — поприветствовал он первым, прежде чем помахать рукой Тони и Брюсу в знак признательности. Стив заглянул в поврежденный люк. — Что произошло? — Убегающий квинджет бросил в нас ракету, — ответила Наташа. — Куча других ранена, — добавил Тони, скривив губы от сожаления, но без особого горя. Локи напрягся, сжав челюсти. — Шмидт, — прошипел он, — я должен был убрать его. Она могла бы согласиться с этим, но в другой раз. — Ты его выпустил? — спросил Тони. Его тон был любопытным, не осуждающим, просто Тони Старк пытался понять, что произошло. Но Лукас воспринял это не так. На мгновение в его глазах сверкнула чистая необузданная ярость, искра чего-то чуждого и смертоносного — Ледяного Демона, а не довольно приятного Лукаса Онсдага — и она инстинктивно схватила его за руку, чтобы остановить. Он остановился, посмотрел вниз на ее руку, прикасающуюся к нему, затем на ее лицо, и холодная ярость утихла. — Нет, — ответил он резким тоном и сложил руки на груди, — я этого не делал. Некоторые из ЩИТА — ну, другие змеи Гидры пришли, чтобы освободить его. С оружием, предназначенным для металюдей. По этому поводу я бы встретился с Фьюри, но, поскольку его нет, похоже, я опоздал. — Металюди? Например, мы? — спросил Баннер. Лукасу не нужно было отвечать, потому что это было очевидной правдой. Были и другие — Мерзость, например, и некоторые другие, которых ЩИТ отслеживал годами, — но основные четыре были в этом коридоре. — К счастью, это не причинило мне серьезного вреда, — продолжил Лукас все тем же мучительно ровным голосом, который никак не мог скрыть, насколько он был взбешен, — но это позволило приспешникам Шмидта затащить меня в комнату, построенную для Зеленого Альтерэго Бэннера. На случай, если у вас все еще сложилось впечатление, что Ник Фьюри и ШИЛД наплевали на помощь таким людям, как мы, — это было адресовано Стиву, который отшатнулся от неожиданной атаки. — Это не… — Справедливо? — Лукас издевался, — возможно, нет, но вы не были тем, кто пострадал от оружия, созданного для того, чтобы причинить вам боль вашими предполагаемыми союзниками. — Локи… — начал Тор, пытаясь сгладить ситуацию, но Наташа знала, что это обреченная попытка, когда Лукас был так зол. Она думала, что это не имеет никакого отношения к оружию, на самом деле, это была просто удобная мишень. — Не надо, — предупредил Локи и отошел на несколько шагов. Его одежда превратилась в зеленую кожу с пальто. Стив посмотрел ему вслед, как будто хотел что-то сказать, но не сказал, вместо этого повернувшись к остальным. — Мы должны найти Шмидта. — Он взял скипетр, — тяжело добавил Тор, — он может подчинить себе столько людей, сколько пожелает. Вот оно что. Это был основной гнев. Лукас был зол на себя за то, что проиграл его Шмидту. Она хотела спросить, почему он вообще взял это в комнату, чтобы противостоять Шмидту, но сейчас это не имело особого значения. Пытаясь перенаправить его эмоции на что-то хорошее, она предложила: — Я нашла Клинта и остановила его. Я думаю, что я освободил его от обусловленности. Он повернулся к ней, выражение лица просветлело. — О? Как? — Я действительно сильно ударила его по голове, — призналась она немного застенчиво, — ему, вероятно, нужна медицинская помощь. Не мог бы ты помочь мне доставить его туда? — Конечно. — Остальным из нас нужно найти Шмидта. И тессеракт, — сказал Стив. Он посмотрел на разбитые окна в передней части моста, через которые пробивался солнечный свет, и добавил: — Уже утро. Ты думаешь, твоя программа уже закончена, Тони? — Давайте спустимся в лабораторию и выясним. Остальные ушли в ту сторону, в то время как она привела Локи туда, где оставила Клинта. Его там не было, но она нашла его сидящим у стены, немного дальше по коридору, прислонившись к ней с закрытыми глазами. *** Локи был глубоко рад возможности помочь Клинту. После того, как он узнал, что его подкупил враг, возможность вернуть его была важнее всего на свете. Видеть его там раненым было тяжело, но, по крайней мере, Локи больше не чувствовал на себе тлетворного влияния скипетра. — Клинт? — тихо позвал Локи. Наташа набрала воздуха, чтобы предупредить его, когда они приблизились, но он подошел прямо к Клинту и опустился на колени. — Моя голова уничтожает меня, — простонал Клинт. Это не звучало как промывание мозгов оперативнику Красного Черепа, и губы Локи дернулись в улыбке. — Мальчик, — поддразнила Наташа, еще больше развеселившись, когда его глаза открылись и уставились на нее. — Ты ударила меня! — У тебя твердая голова, — парировала она. — И это могло бы спасти тебя, — пробормотал Локи, — можно? — он протянул руку. — Да. Сделай это. Я должен знать, осталось ли там что-нибудь от него. Сожги это, если понадобится. Я хочу, чтобы это исчезло. Столкнувшись с решимостью Бартона, Локи мог только согласиться. — Хорошо. Постарайся расслабиться. Это не должно причинить тебе вреда, — он провел рукой над лбом Бартона, не касаясь, пока собирал свою силу, затем так легко, как только мог, коснулся кончиками пальцев кожи. Бартон вздрогнул, но сдержался. — Все в порядке, Клинт. Ты в безопасности, — пробормотал Локи, и это помогло Бартону закрыть глаза, хотя остальные части его тела не очень расслабились. Он сразу же нашел остатки привязки — золотые нити в его сознании, истрепанные и порванные, которые когда-то были сетью вокруг его сознания. Локи было интересно увидеть, что это не был полный провал. Шмидт не использовал обычное заклинание, чтобы заставить повиноваться, а скорее что-то более прямое. Но характер этого был поспешным и поверхностным, хотя и сильным, и именно так простой удар освободил его. Он потянул за столько оборванных нитей, сколько смог, а затем открыл глаза и убрал руку. Глаза Клинта открылись и снова нашли его. — Так лучше, — сказал он через мгновение, — определенно. Спасибо. — Конечно, — ответил Локи, — рад, что смог помочь. Ему не нужно было говорить, что он сделает для Бартона намного больше, чем это. После всего, что он сделал для Локи — дал ему место для восстановления, доверил ему своих детей, не было многого, чего Локи не сделал бы для него. Но вместо того, чтобы сказать это, он сухо пошутил: — Я должен держать тебя рядом, чтобы ты не орал, когда я дарю Лайле единорога. — Если только это не барабаны, — парировал Клинт. Это был немного формальный ответ, но Локи все равно улыбнулся, довольный, что он так сильно вернулся. — Итак, каков план? — Клинт спросил. Наташа ответила: — Я пойду и скажу им, что Ледяной Демон только что освободил тебя от обязанностей, а затем… — Тогда, я надеюсь, мы надерем задницу этому. — Да, — согласился Локи, — таков, в конечном счете, план. К сожалению, он сбежал от носителя. Другие ищут его. Если только ты не знаешь, куда он направляется? Это заставило Клинта нахмуриться. — Я чувствую, что должен. Как я делал раньше. — Твоя голова довольно сильно ударилась о трубу, — сказала Наташа. — Да, извини, об этом. Я знал, что это ты, но ты была на пути. Это было странно, — он вздрогнул, выглядя обеспокоенным. Локи подумал, что, возможно, ему следует объяснить. — Это была такая ментальная привязка. К счастью, не очень глубоко, поэтому Наталья смогла освободить тебя ударом по голове. Ее тон был немного высокомерным. — Это называется когнитивной перекалибровкой. — Громкие слова. — Я вернусь через несколько минут, — пообещала она и вышла в коридор, чтобы воспользоваться системой связи. Как только она ушла, Клинт выдохнул и снова прислонился к стене, закрыв глаза. — Клинт? — Голова все еще уничтожает меня. — И? — подсказал Локи, зная, что за этим кроется нечто большее. — Это… Я думал, что знаю, понимаешь? — Клинт сказал, — я знаю тебя. Я видел магию. Но это было по-другому. Это был не я. Я был просто пассажиром в своей собственной голове. Ты мог бы это сделать? — Да, я мог бы, — признал Локи, — механизм, используемый на тебе, был мне незнаком, но геас — это древняя магия, связывающая волю и дух. И прежде чем ты спросишь, да, я это сделал. Клинт откинулся назад и один раз покачал головой. — Это зло. Связываться с такими людьми. — Ты знаешь, есть причина, по которой меня называют Ледяным Демоном, а не Зимним Ангелом», — сказал Локи, вспоминая прошлое, — но даже тогда я бы сказал, что не использовал все заклинание полностью. А теперь? Нет, я не мог. Я делаю облегченную версию, чтобы отвлечь от себя внимание, но не более того. — Просто кто-то танцует на его веревочке, — он вздрогнул. Локи поколебался и предложил: — Я могу стереть это из твоей памяти. — Забудь обо всем, это звучит красиво, — он обдумал это, — возможно, мне следует принять твое предложение. — Предложение будет оставаться в силе столько, сколько ты захочешь, но я думаю, что наблюдение исцелит нас обоих больше, чем забвение, — пробормотал Локи. — Да, всадить стрелу ему поможет, — Клинт кивнул, — помоги мне подняться. Он протянул руку, и Локи поднял его на ноги, когда вернулась Наташа. Она быстро оглядела его, а затем коротко улыбнулась. — Неплохо, Бартон. Коулсон говорит: «С возвращением». — Где мы встретимся с остальными? В лаборатории? — Локи спросил, и она кивнула. — Хорошо. Я думаю, нам скоро нужно отправляться. Время поджимает.