Позор Камня

С зимнего неба маленькими крупинками падал снег. Он опускался прямо на образовавшиейся за ночь наст, резко контрастируя с последним по цвету: ярко белые крупицы на слегка прозрачной заледеневшей корке. Солнце было в самом зените и тускло пробивалось сквозь плотную пелену сероватых туч, запертое в клетке сурового времени года. Тишина, изредка прерываемая тихими голосами и звуками бытовой возни, стояла над остающейся позади площадью... Картинка, которая должна была быть красивой, будто нарисованная умелым мастером яркими красками. Но этот унылый вид не был приятным, и вызывал соответствующие эмоции. Но только не для неё. Узорчатая снежинка упала прямо на руку в кожаной перчатке. Крупная — не ровня остальным, маленьким, едва различимым. Гномка вздрогнула, поднесла руку ближе к глазам и с удивлением посмотрела на чудо природы. Что за боги делают такую красоту и зачем? Как смогли сотворить такой маленький шедевр, красивее которого ей ещё никогда не доводилось увидеть? И это с небес, не от Камня! — Никогда не видела снега? Бодрый голос едущего рядом всадника заставил невысокую, коренастую фигурку в седле снова вздрогнуть. Она и без того едва держалась в седле, желая поскорее слезть с диковинного зверя и никогда не садиться на него вновь, сесть на холодный камень и успокоить ноющую промежность. Но в ближайшее время это не представлялось возможным. — Я... Нет, — задумчиво произнесла она нежным девичьим голосом, но потом встрепенулась. — Но я знала, что он есть на Поверхности! И не такая глупая и неосведомленная, как может подумать видавший виды господин Серый Страж. Господин, который дал время подземному жителю, чтобы в прямом смысле взглянуть на мир по-новому, который около часа сидел и ждал, пока гномка трёт глаза грязными руками, пытается закрыться от едва светившего с небес солнца, натянуть на нос спасительный капюшон. Господин, который снисходительно усмехнулся и снова взглянул на дорогу. — Потерпи немного, Натия. Доберёмся до Остагара — согреешься кружкой доброго эля, выспишься, и жизнь покажется чуточку лучше. — Если меня примут, — буркнула девушка. — Отчего бы не примут? Серым Стражам нет дела до того, кем был кандидат. Мы объединены одной целью. Натия коснулась рукой метки на своей щеке. — На души клейма не ставят, Натия. Человека определяют поступки. — И я докажу это, — тихо произнесла она. Мама всегда говорила, что жизнь жестока. Грязь, пепел и выгребная яма — вот всё, что ожидала гномка от будущего. Но пусть Камень дважды откажется от неё — метка никогда не определяла то, кем на самом деле являлась Натия Броска.