Часть 9

Галина отстранилась и с непониманием уставилась на… друга? «А можно ли наши отношения назвать дружескими?» — М-м. Сереж, подожди, не нужно… — Рогозина практически шёпотом сказала эту фразу. Её до дрожи в коленках пугали мысли о каких-либо романах, особенно сейчас. Вячеслав, ныне покойный муж, был зажившей, но не зарубцованой раной. Майский, будто прочитав мысли, ругнулся про себя. Он знал, как подруга тяжело перенесла смерть любимого. — Ты всё еще не можешь отпустить его? Серьёзно? Вопрос остался без ответа. Женщина отчаянно сверкнула глазами, зарядила звонкую пощечину и метнулась в комнату собираться. * Без единой эмоции полковник посмотрела на букет и, на секунду зацепившись взглядом за маленькую записку, кинула его в мусорку около стола. — Надеюсь, что сегодня все подготовились к семинару. Пересдача делает вашу оценку заведомо ниже на полбалла. Всем удачи! — от былой живости в кабинете не осталось и следа. Все отчетливо поняли — преподавательница явно не в духе. Её низкий с хрипотцой голос пригвоздил к месту каждого, а желание списывать улетучилось с невероятной скоростью. — Костян, видимо, ты сегодня утром как-то накосячил перед ней? — Кривоозернийцкий быстро пхнул Елагина в бок локтем и заинтересовано уставился.Вроде по стандартному сценарию наметили действовать: букет, приглашение в театр на кассовое выступление, а дальше… В общем, не суть, но планы явно отклонились от маршрута, причём отклонились по самое не могу — в далекие дебри. — Да не знаю я, не знаю. Мы в парке столкнулись, но Рогозина уже была странной такой… — курсант лишь недовольно дёрнул плечом, показывая лицом, мол сейчас не лучшее время для расспросов. Не успел он окончить фразу, как раздражённая болтовней женщина выгнала их вон из аудитории. Пересдача была назначена на следующее занятие.