Часть 8

Подходящий букет нашёлся достаточно быстро: одиннадцать гортензий в нежно-розовой оберточной бумаге с лаконичной прямоугольной открыткой уже лежали на столе в рогозинском кабинете, предварительно вскрытом набором незамысловатых отмычек. Константин потёр руки в предвкушении, а затем быстро ретировался с так называемого места преступления в близлежащий парк, насвистывая простенькую мелодию под нос. До начала пар оставалось примерно полтора часа — курсант пришёл достаточно рано, чтобы наверняка не столкнуться с предметом обожания. Конечно, над препятствием в виде вахтёра пришлось немного поломать голову, но игра однозначно стоила свеч! Нервишки изрядно шалили, потому что то тут, то там в прохожих молодой мужчина видел высокую фигуру с тугим узлом из густых пшеничных волос на голове. — Алло, Женька! Спишь? — чтобы хоть как-то отвлечься от внезапно пришедшей нервозности, Костя решил позвонить лучшему другу. И неважно, что до будильника Кривоозерницкому оставалось тридцать три минуты беззаботного сна, все-таки сейчас происходит судьбоносный момент! — Нет блять, труды Сократа читаю! Ты время видел вообще? — самую малость недовольный Евгений протёр замыленные глаза. В голове тут же зароились несколько причин столь раннего и неожиданного пробуждения, которыми он немедленно решил поделиться. — Ты сошёл с ума? Потоп? Землетрясение? Отрубило конечность? Если нет, то я тебя из-под земли достану, а потом обратно закопаю! В принципе, реакция была очень даже ожидаемой, и не стоит за неё осуждать разбуженного. Мило поболтав в подобном тоне ещё минут пять, парни наконец-то перешли к сути. — Да, надеюсь, что понравится. Я очень долго выбирал… бедная продавщица. Все, бывай, — Константин наконец положил трубку и поднялся с лавочки. Стоял неприятный влажный туман, затрудняющий видимость. За долю секунды произошло столкновение — два тела повалились на промозглую брусчатку. Рука к руке. Глаза в глаза. Рогозина и Елагин. — Галина Николаевна, вы в порядке? Ничего не ушибли? *** Гурьба студентов скопилась напротив массивной двери аудитории, ведь сегодня первой парой была криминалистика, и опоздания считались совершенно нежелательной вещью. Три задержки более десяти минут на протяжении семестра — возможность закрыть предмет без экзамена для тебя автоматически упущена. Сегодня учащихся ожидал семинар — очередная тема оказалась пройдена. Шелест конспектов и повсеместный шёпот заполнили пространство перед кабинетом. Казалось, будто умственную деятельность можно пощупать — настолько осязаемой та казалась. Вдруг эту учебную атмосферу разрезали шаги. Размеренные, чуть самоуверенные и… какие-то поспешные? Что-то новенькое. «Полковник опаздывает?» Все оказалось гораздо прозаичнее: Рогозина, как и положено, выглядела невозмутимо прекрасно в собственной строгости, а сзади, запыхавшись, смущенно понурив голову, шёл курсант Елагин собственной персоной.