История повторяется?

      Драко держался в стороне, безразлично блуждая по залу пустым взглядом. Ещё с ранних лет его изрядно раздражал сам факт надобности присутствия на, подобного рода, мероприятиях. Показать свою принадлежность, отдать дань обществу. Потому что так нужно, просто из-за того, что так принято. Малфою было абсолютно плевать на каждого, находящегося в этой комнате. Разве что Забини. Школьный друг и верный соратник. На первом курсе этот заносчивый придурок изрядно раздражал блондина. Мулат не следовал по пятам, не стремился угодить любой, даже самой дурацкой, прихоти слизеринского принца, в отличии от Кребба и Гойла. Те просто из шкур выворачивались, стараясь набиться в ряды приближённых соратников. Он имел своё мнение и не боялся открыто его выражать, даже когда оно в корне разнилось с мнением Драко. Но, особенно Малфоя бесило что, сам того не осознавая, он прислушивался к Блэйзу. Словно тот, незримо, исполнял роль зудящего и вечно вопящего червяка, что копошился в черепной коробке, отвечающего за здравый смысл. Драко и сам не успел заметить, как мулат из ненавистного мальчишки превратился в лучшего и единственного настоящего друга.       Она стояла возле камина, в другом конце зала, и увлечённо о чём-то говорила с Гринграсс-младшей. Малфой пренебрежительно усмехнулся собственным мыслям, отметив про себя, что некоторое положение дел, даже из, вечно шипящих друг на друга, змей может сделать прилежных подружек. Он старательно отводил взгляд, пытаясь сконцентрировать внимание на чём угодно, кроме ненавистной Уилсон. Но глаза, будто предпочтя играть против хозяина, бесконечно возвращались к той, что слишком звонко и заливисто смеялась, или это его собственный слух так отчаянно выделял её голос среди общего гула, что скорее превратился в ненавязчивый белый шум?       Хейли держалась уверенно. Драко готов был поклясться, даже если та будет на волосок от смерти, всё равно останется держать гордо поднятую голову с идеально прямой спиной. Но взгляд её оставался серьёзным, настороженным. То и дело, девушка бросала быстрые подозрительные взгляды по сторонам, держа под контролем расстояние, на которое к ним осмеливались приблизиться, остальные гости. На минуту ему показалось, будто именно так и должно быть, пока Малфой решает рабочие моменты, если это так можно назвать, она хорошо проводит время, развлекая пассий пожирателей. Похоже, было не самой гениальной идеей мешать игристое дерьмо с огневиски. Малфой мотнул головой, заставляя глупые мысли скрыться во мраке стремительно мутневшего сознания. Серые глаза вновь оказались прикованными к светлому лицу, с которого не сходила дежурная улыбка. Молочно-шоколадные глаза устремились в серую бездну, с интересом разглядывая, пытаясь отыскать что-то в омуте безразличия. - Судьба та ещё стерва? – Голос мулата раздался над самым ухом, не желая найти непрошеных свидетелей разговору. - Понятия не имею, о чём ты, Забини. – Процедил Малфой, и поднёс бокал к губам, не отрывая глаз от молочно-шоколадных. - Не придуривайся, Малфой. Тебе не идёт. – Мулат безошибочно определил направление взгляда и, подняв в воздух свой фужер, расплылся в лёгкой улыбке. – И не говори мне, что я не прав. Драко опустил ресницы, разрывая зрительный контакт с той, что заставляла всю бурлящую ненависть и гнев взрываться с новой силой. Что ударной волной выворачивали наизнанку, плавя бурлящей кислотой каждую кость.       Блэйз принялся активно накладывать в тарелку несколько кусков омлета, захватив щипцами добротную порцию бекона, мулат налил из кувшина какао и начал активно жевать. Завтрак был в самом разгаре и большое скопление школьников, что создавали собой шум, на подобие раздражающему жужжанию шмелей в улье, не давали Драко сконцентрироваться на слухе, как слизеринец не старался. Уилсон что-то бурно обсуждала, примостившись между шрамированным и вислым, что слишком близко жались к девушке. И, как бы невзначай, каждый раз рыжий ублюдок касался её руки или плеча, поглаживая по спине. Грейнджер восседала напротив троицы, заливаясь звонким смехом, совершенно не замечая пристального взгляда блондина. Злость разливалась в Драко подобно водопаду, но отводить взгляд он был не намерен. С каждым новым прикосновением Уизли частей тела Уилсон, мозг Драко услужливо вырисовывал яркие воспоминания прошлой ночи. Он проходил языком по плечам, прикусывая нежную кожу, оставляя на ней алые следы зубов, зализывал ранки. Её тело податливо извивалось под ним, содрогаясь в сладких конвульсиях, мгновенно реагируя на каждое касание. Она с нежностью гладила своими тонкими пальчиками его грудь, царапала спину, впивалась в волосы, заставляя Малфоя балансировать на самом краю обрыва блаженства. Это больше походило на очередной сон, которым подсознание терзало его почти каждую ночь. Но не в эту. Она здесь, с ним. Под ним. Нежная, раскованная, возбуждённая и до умопомрачения красивая. Сладкое эхо стонов и мольбы его не останавливаться стояло приятным звоном в ушах. Губы Малфоя искривились в довольной усмешке, а внизу живота тянуло от столь ярких воспоминаний, пока Уизли не позволил себе, как бы случайно, вновь положить грязную руку на талию Уилсон.       С каких пор Драко так заботит кто, где и как зажимает слизеринскую овечку? Но его почему- то заботило. Всегда. Злость, что пеленой застилала глаза лишь усилилась, потому что Уилсон и не собиралась отстраняться или как-то прекращать спектакль, что устроили кривые лапы рыжеволосого на её теле. - Вилка тут не при чём. – Забини перестал жевать и замер, наблюдая немую картину. – И ты дырку прожжёшь сейчас в ней. Малфой тяжело выдохнул, пытаясь взять себя в руки и столовый прибор отлетел на стол, звонко ударяясь о тарелку с едой, к которой Драко так и не притронулся. - Что? Наша Уилсон проиграла и теперь нарушает свою часть уговора? – Мулат самодовольно хихикнул, отпивая какао. Но Драко не удостоил друга ответом, и ноги сами несли его в сторону выхода из Большого зала, следуя чётко к цели.       Подобравшись, на достаточно близкое, расстояние, он с силой схватил Уилсон за локоть и резко потянув за собой, затащил, ничего не понимающую девушку, в ближайший кабинет, что давно уже не использовался по назначению, а значит и разговору никто не помешает. - Какого чёрта ты творишь? – Зашипела Хейли. Бросая яростные взгляды в грозовые тучи разгневанного слизеринца. - Это ты мне ответь. – Малфой надвигался, подобно скале, оттесняя девушку ближе к пыльным шкафам и полностью закрывая широкой спиной выход. – Какого хрена сейчас было? - Я не понимаю о чём речь. – Пробубнила Хейли, пытаясь обойти слизеринца, чей гнев импульсами просачивался, раскаливая воздух в помещении до предела. – Полечи голову, Малфой. Не в силах больше контролировать разъярённого зверя внутри, Драко молниеносно впечатал девушку в стену, сжимая пальцы плотным кольцом вокруг шеи, не давая возможности сопротивляться. - Решила упростить мудаку Уизли задачу и лишиться девственности в умелых руках? - Яд тонкими струями сочился в голосе слизеринца. – Заодно и опыта поднабраться? Запомни, Уилсон, я благотворительностью не занимаюсь. Они сверлили друг друга взглядом. В серых грозовых тучах отчетливо считывался гнев, а молочно-шоколадные источали оскорбление и унижение, что подпитывались синим огнём ярости. Драко склонился, придвигаясь ближе. Быстро бросив взгляд на дрожащие пухлые губы, он чувствовал, как вновь теряет самоконтроль, вдыхая цветочный аромат, что окутывал его лёгкие мягким пледом. Вздымающаяся грудь почти касалась его, а электрические разряды под пальцами, там, где он касался её нежной кожи, заставляли тело биться в конвульсиях, и штаны натягивались, сильно сдавливая наливавшийся кровью орган. Малфой уже чувствовал на языке её сладкий пьянящий привкус, когда Хейли с силой оттолкнула его, а её лицо приобрело багровые оттенки. - Пошёл ты, Малфой! – Прорычала слизеринка, испепеляя его взглядом. – И, заруби себе на носу. Прошлая ночь ничего не значит! Блондин замер, словно на него наложили заклинание, превратив в безмолвную статую. Он смотрел вслед стремительно удаляющейся разгневанной девушки. А внутри какая-то нить, что всё это время была натянута до предела, с треском и оглушительным звоном оборвалась.       Малфой несколько раз моргнул, прогоняя непрошенные и нежелательные воспоминания. Он поклялся себе не вспоминать ни о Уилсон, ни о том, что с ней связывало. Однако, эта стерва таки решила появиться вновь в его жизни, значительно усложняя и, без того, жалкое существование. Ты словно чувствуешь, когда я освобождаюсь от тебя, сука! - Не тешь себя пустыми надеждами, Блэйз. – Проворчал Драко, одним глотком осушая половину стакана. Он жестом подозвал служанку. - Драко, ты можешь врать себе сколько влезет. – Блэйз поставил остатки игристого пойла на поднос, забирая огневиски. – Но со мной твой трюк не прокатит. И ты это знаешь. Мулат приложил стакан к фужеру Малфоя, слегка чокаясь и они одновременно осушили ёмкости, жестом вновь подзывая служанку с добавкой.

***

      Дафна что-то увлечённо рассказывала о их с Блэйзом дневной прогулке и о том, как они встретились, что-то о их разговорах и жаркой ночи. Но мой мозг упорно отказывался воспринимать какую- либо информацию, полностью фокусируя внимание на блондине. Судя по всему, цель на сегодня- накидаться, Малфой? Что же, весьма разумно. Словно в подтверждение моих слов, мулат поднял вверх бокал, пристально глядя в нашу сторону. Я лишь слегка улыбнулась, принимая жест. - Хейли? – Дафна явно уловила мою невнимательность к её рассказам. - Как думаешь, серьги, что сковывают нашу магию, могут позволить им, - Я кинула в сторону молодых парней, увлечённых разговором. – читать наши мысли? Девушка на мгновение опешила от столько резкого и странного вопроса, но проследив за моим взглядом, лишь выдохнула, закатив глаза. - Не совсем так. – Она призадумалась, прикладывая палец к подбородку. – Блэйз сказал, что они устроены так, чтобы подчинять нашу волю, если мы слишком активно начинаем сопротивляться, когда дело касается интима. И они могут уловить наши мысли, если мы решим причинить им физический вред или задумаем сделать что-нибудь с собой. Твою ж мать! Дафна пожала плечами. - Другими словами, всё сделано таким образом, чтобы мы чётко исполняли свой функционал. – Она раздражённо фыркнула. – Забини обещал, что через пару месяцев снимет с меня эту дрянь. Сразу после церемонии. - Вы уже определились с датой? – Я удивлённо вскинула бровь, переводя взгляд на подругу. - Хейли, - Дафна обречённо покачала головой. - Забыла? У нас всё по-другому. Судьба подарила второй шанс, и мы не намерены его упускать. - Я рада за вас, правда. – Приобняв подругу, я чмокнула её в щёку. – Блэйз хороший. Это я точно знаю. - А Малфой? – Он вопросительно заглянула в глаза, пытаясь что-то разглядеть. - Знаешь, не смотря на всё, что он творит, мне не верится, что Драко действительно плохой. - Дело не в этом и ты прекрасно это знаешь. – Я отвела взгляд, стараясь отбросить наваждение.       Мои глаза уцепились за фигуру девушки, что, словно из воздуха, материализовалась возле парней. Прищурившись, я сканировала лицо и внешность, стараясь сопоставить незнакомку с кем-то, кого могла знать. Паркинсон… Вот же сука…       Пэнси по-хозяйски обвила шею слизеринца и оставила отпечаток губной помады на щеке. Серые глаза впились в меня, сверкнув эмоцией, что невозможно было разглядеть и, привычно положил руку на талию брюнетки, притягивая ближе. Не объяснимое чувство ледяной глыбой ударило по затылку, равномерно распределяя холод по каждому позвонку, мгновенно разматывая комок подступающего гнева. Бокал в моих руках глухо хрустнул, осыпаясь на пол. - Да что с тобой? – Дафна отпрыгнула, в страхе что осколки могут задеть голые ноги девушки.       Денёк выдался достаточно тёплым, поэтому почти все школьники предпочли разместиться во дворе школы, не желая ни минуты сидеть в душном помещении. Мы с ребятами удобно расположились на скамейках, обсуждая очередной урок Прорицания и, слегка не от мира, всего профессора Трелони. Я погрузилась в свои мысли размышляя над словами профессора, когда она, взяв меня за руку начала нести чушь про тернистый путь и неверные решения, в итоге, заверив, что в конце меня ждёт счастливый конец. Я совершенно не воспринимала ни преподавателя, ни предмет всерьёз, но что-то заставляло неосознанно возвращаться к сказанным пророческим словам, что зудели в мозгу надоедливым насекомым. Свита, во главе со своим неизменным слизеринским принцем расположилась недалеко от нас, что заставило напрячься Гарри и Рона, а Гермиону нахмурить брови. - И чего они ходят за нами по пятам? – Процедил Уизли сквозь зубы. – Чего им вечно надо? - Рон, успокойся. Они просто решили прогуляться, что в этом такого? – По обыкновению, я вновь принялась защищать любимый факультет. Какими бы они ни были засранцами, но я успела полюбить их. Зная, какие они на самом деле хорошие. Гораздо лучше, чем хотят казаться окружающим. По крайней мере, большинство из слизеринских ребят. - Ты опять их оправдываешь? Не надоело за столько лет? – Рон сжал руку в кулак, тяжело дыша. – И с какого чёрта Малфой пялится на тебя? Я подняла взгляд, неизбежно попадая в омут серых грозовых туч, что метали молнии, блуждая взглядом по нашим переплетённым с Роном пальцам. Неосознанно я попыталась выдернуть руку из хватки Уизли, но тот лишь сильнее сжал пальцы, не выпуская моих из плена. Несмотря на утреннюю стычку с Малфоем, если её таковой можно было назвать, меня окутало странное чувство вины, будто с поличным подловили на измене. Малфой продолжал буравить меня взглядом, молчаливо упрекая в чём-то. -Драко, малыш, вот ты где. - Паркинсон взобралась на колени к Малфою, практически роняя парня со скамейки. Малфой не подал вида на представление брюнетки, что подобным жестом как бы заявляла права на первого ловеласа школы. Конечно, секрета в том, что слизеринец имел добротную женскую часть школы, не было, однако что-то больно кольнуло сердце, заставляя пылающий огонь внутри разгораться, скатываясь обжигающими каплями гнева с кончиков пальцев. На глаза навернулись не прошеные слёзы от обиды и унижения. Ведь Драко действительно был первым у меня во всех смыслах слова. Сердце предательски сжалось от осознания, что я умудрилась вознести его на какой-то особенный пьедестал, подумав, что смогла снять с него надменные маски, что украшали идеальные острые черты лица практически всё время. Решив, что он лучше, чем пытается казаться. Что достоин чего? Любви? И Малфой в очередной раз, всего одним лёгким движением, одним поступком разрушил стеклянные замки, разбивая их на миллион осколков, что на стремительной скорости врезались в сердце, оставляя ноющие кровоточащие раны. Он способен только использовать, получая собственную выгоду. Брать, оставляя взамен нескончаемую боль и муки от осознания, на сколько слизеринский принц был бесчувственным и безжалостным по отношению к другим. С первого курса я глушила в себе чувства к Малфою, ссылаясь на игры гормонов и подмен истинных эмоций, упрямо надеясь, в глубине души, что придёт время и что-то изменится, превращая его из несносного засранца в нормального парня. Но сейчас, парализованная тем, что нахожусь на месте тех, кого сама ни раз утешала, после вот таких вот сцен, осознание злобно усмехалось внутри головы, приобретая оттенки голоса блондина. Я позволила ему быть нечто большим для меня. А он позволил стать мне лишь очередной засечкой на спинке его грёбаной кровати. Он продолжал бесстыдно вглядываться в мои глаза, словно ища ответы на какие-то свои вопросы. Не в силах больше выдерживать напор серых ледяных глаз, я отвела взгляд, почувствовав раздражение блондина от прерванного контакта. Но было всё равно. В ушах стоял голос слизеринца, словно он истошно кричал, подойдя в плотную. Я вспомнила неподдельный интерес к нашим взаимоотношениям с Роном и сделала первое, что пришло в голову. Обхватив лицо гриффиндорца руками, я прильнула губами в страстном поцелуе. Тело Уизли напряглось всего на миг, расслабляясь, он обхватил мою талию руками, прижимая ближе и раскрывая рот, позволив языкам соприкоснуться. - Какого хера? – Удивлённый голос Забини потерялся под громогласным улюлюканьем очевидцев происходящего. Голоса взорвались новыми радостными криками, заставляя меня открыть глаза, устремляясь в сторону платинового блондина, что жадно прижимал к себе Паркинсон, яростно впиваясь в её губы.       Я сделала глубокий вдох, не позволяя памяти раскручивать воспоминания, что, до не долгого времени были, надёжно укрыты под семью замками в самых отдалённых уголках памяти. - Только не говори мне, что история повторяется. – Задумчиво парировала Дафна, повернув голову в сторону сладкой парочки. - Нет никакой истории, Гринграсс. – Я злобно покосилась на подругу, взглядом давая понять, что разговор на эту тему закрыт. Сердце предательски сжалось от развернувшейся картины. А по телу стремительно начали расползаться, казалось, давно забытые ощущения, всё больше погружая в неприятные воспоминания. Да что со мной не так? Почувствовав, как по щеке медленно стекает не прошеная слеза, я быстро отвернулась, не в силах больше лицезреть омерзительное представление, лишь в последний миг замечая, как мулат печально мотает головой. Боковое зрение уловило как подруга в ответ лишь пожала плечами, прерывая только им понятный немой диалог.       Я почти дошла до дверей зала, когда длинные пальцы, сомкнулись на локте, заставляя притормозить. Пытаясь вырваться из хватки, я почувствовала обволакивающие ощущение трансгрессии.

***

По инерции, я сделала два шага, когда рука, сжимавшая локоть, отпустила. Быстрым взглядом оглядев помещение, я облегчённо выдохнула, без труда узнавая комнату. Сложив руки на груди, я устремила взгляд в окно, не желая встречаться с серыми грозовыми тучами. Одного ощущения обоюдного раздражения, что мигом заполонило собой пространство, было вполне достаточно для осознания, блондин зол не меньше моего. Однако, я продолжала истошно рыться внутри себя, совершенно не понимая, чем именно была вызвана моя ярость. Что побудило броситься прочь, почувствовав тупой укол где-то в районе сердца? Почему меня так беспокоило то, что развернулось перед глазами? - Я не успела попрощаться с Дафной. – Процедила я сквозь зубы. - Плевать. - И пообщаться с Забини. - В твои обязанности не входит развлекать Забини. У него для этого есть Гринграсс. – Процедил Малфой, в несколько шагов преодолевая разделявшее нас расстояние. - А у тебя бессменная Паркинсон. – Я резко обернулась и застыла, осознавая на сколько близко слизеринец стоял ко мне, склонив голову. – На кой тебе я-то сдалась, Малфой? Он прищурился, склоняя лицо ближе, заставляя меня вжиматься в подоконник, интуитивно пытаясь сохранять те мельчайшие крупицы расстояния между нашими лицами. Сердце ускоряло темп также стремительно, как и поглощали серые ледяные глаза. - Только не говори мне, что ревнуешь, Уилсон. – Его голос казался слегка осипшим.       Он остановился в нескольких миллиметрах, продолжая пристально изучать. От Малфоя исходил всё тот же манящий аромат, что не покидал мои лёгкие уже несколько лет, бережно сохраняя каждую нотку. На сей раз он был сильно разбавлен запахом дорого сорта огневиски. Дыхание сбилось, в жалких попытках вдыхать меньше воздуха, пропитанного естеством Драко. - Не дождёшься, Малфой. – Прохрипела я, чувствуя смутно знакомый разряд тока, что дёрнулся в районе грудной клетки, послав лёгкую россыпь беспорядочных мурашек по телу. Только не снова. От глаз слизеринца не скрылась реакция тела на его, столь опасную, близость и тень удовлетворения легла на лицо парня. Он, словно издеваясь, стал медленно приближаться, улавливая мельчайшие импульсы, что предательски вибрировали, отчётливо растекаясь волнами от моего, стремительно мутневшего, сознания. Я несмело уперлась ладонями в грудь блондина, умоляюще заглядывая в затуманенные серые глаза, в которых стрелой пронесся спектр не улавливаемых эмоций. - Н-не приближайся, М-малфой.- Мой голос дрожал, пока подушечки пальцев впускали через себя тепло тела, что ощущалось через смокинг. - А ты заставь. – Окончательно осипшим голосом прохрипел Малфой, усиливая нажим и вжимаясь широкой грудью в мои ладони.       Я чувствовала, как его тело начинает вибрировать под прикосновениями, а грудная клетка взымалась чаще и сильнее обычного. - Чёрт! – Внезапно прорычал Малфой, резко вырывая наше сознание из окутывающего безумия.       Он со звонким хлопком трасгресировал, оставляя меня растеряно стоять, вытянув руки, совершенно сбитой с толку.