Часть 6. Новому игроку приготовиться!

Никита — Влад, ты зачем нарываешься? Мало ли что они там сейчас напридумывают! — обеспокоенно воскликнула Викки. — А я с Волком полностью согласен! — вмешался молчавший весь завтрак Андрей. — С нами так не церемонились, как с этим. «Этим? — резануло мне слух. — Даа, нехило парень обиделся. Но разве я не прав? Вот сейчас вернется Ти — и все как по щелчку встанут ровно и сложат ручки согласно протоколу.» Малыш сидел, скрестив руки на груди. Презрительно бросая на меня короткие взгляды, он выплюнул следующее: — С удовольствием посмотрю, как он ему зад надерет. — Увидим! — фыркнул я. — Знаете что! — снова повысила голос Викки, — Я на это смотреть не буду. И потом, даже не думайте, что сжалюсь и приду поухаживать! Ни за тобой, — она ткнула в меня пальцем, и меня эти слова почему-то кольнули, — ни за тобой, Влад! Она гордо встала со своей посудой и, развернувшись со вздернутым носиком, отошла к мойке. К моменту, когда вернулась Титул, мы уже закончили перебранку и просто ждали. Влад изучал ящики в поисках материалов для перчаток. Сначала щёлкнул замок, затем Титул вошла уже совсем с другим настроением. А на стол перед нами с тяжелым стуком поставила принесенный саквояж: — Петушиные бои отменяются, мальчики. У нас новая работа! Наступила тишина. Все замерли, едва дыша, уставившись на закрытую сумку. Титул невозмутимо отступила на два шага от стола и этого «ящика Пандоры» и продолжила: — Новых образцов довольно много, и тут требуется два подопытных. И вас, налажавших в этом месяце и достойных, тут с избытком. Но... — она обвела всех взглядом и раскинула руки, — вот какая загвоздка! Волку завтра очень рано на смену, поэтому его кандидатура отпадает. Новенький рухнет с первой же попытки применения инструментов и все испортит. А Эндрю, как человек вне контракта, волен… просто отказаться! Я видел боковым зрением, как Малыш горестно усмехнулся, и качнув головой, опустил взгляд на свои тапки. А я не отрываясь смотрел, как Титул принялась расхаживать туда-сюда по холлу: — Интересное дело получается. Если брать Вишню… — Нет! — хором не дали договорить Влад и Малыш, и Титул при этом остановилась и криво ухмыльнулась. Я знал, почему у парней такая реакция: дней десять назад Викки выбежала в ванну и её там рвало. А после разговора с ней и Владом, второму так влетело от Титул в синей комнате, что он до сих пор в себя не пришёл. Два плюс два я складывать умел. Но сейчас беспокоило другое. — Неплохо. Чувство ответственности все-таки не пропало. А я то уже собиралась разочароваться в вашем умении поддерживать друг друга. Титул недвусмысленно развернулась на нас с Малышом, и весь слух заглушил стук собственного сердца. — Боюсь, я не был услышан этим утром, — Андрей посмотрел на меня новым, зажегшимся взглядом, который я никак не мог прочесть. Но враждебным, как пять минут назад, он точно не был. — Зато, ты точно будешь услышан мной, — напирала Титул, — Эндрю, ты хочешь отказаться? Я не смог не вмешаться. Конечно, я бы очень хотел, чтобы Малыш остался рядом. Чтобы мне не было так страшно с Титул… Но при этом, я не мог забыть, что ему наговорил утром: — Хочет. Он хочет отказаться, — произнес я, и встретил его удивленный взгляд. — То, что я тебе тогда сказал, все было только ради того, чтобы тебе не пришлось… — я показал на синюю дверь, — больше это делать. А если согласишься, то вчерашнее, и то, что я узнал — тогда все это бессмысленно. Малыш ненадолго задумался, всматриваясь в меня. Я только надеялся, что он поймет, что я пытался выразить этим сумбуром. — Я сейчас правильно услышала? — взялась уточнять Титул, — Ты, наконец, осознал, что за еду и теплый дом, придется-таки расплачиваться тебе, а не кому-то ещё? «Нет, черт возьми, и дай мне просто извиниться!» — Я бросил злобный взгляд в сторону брюнетки, едва не озвучив эту мысль. А Малыш в отместку за меня ей ответил: — Он уже давно это понял. Просто тяжело было самому в этом признаться. И повел плечами, улыбнувшись мне своей знакомой детской искренней улыбкой. Я хотел было возразить, но его спокойный теплый взгляд обескураживал. А Титул заботило лишь одно, и она непременно решила применить ситуацию в своем ключе: — Малыш, ты готов услышать его извинения в игровой и взять на себя доминирующую роль? Мы оба сначала вопросительно уставились на неё. Андрей сообразил быстрее и протяжно хмыкнул, задумавшись. — Вот и отлично. Тогда надевай на него сбрую, ту коричневую, самую широкую. А сам оденься пореспектабельней, — она подошла к нему и приподняв острый подбородок указательным пальцем, добавила: — Порази меня. Посмаковав его нескрываемый довольный вид, она развернулась и, шагнув к синей двери, бросила нам: — Через пятнадцать минут оба сюда. На инструктаж. Я сглотнул. Когда Ти скрылась за синей дверью, и еле выдавил из себя, пока Эндрю доставал конструкцию из ремней: — А-а т-ты будешь меня… — Никаких вопросов. Это первое правило. Ты молчишь, пока тебя не спросят. Я похолодел, понимая, что зря спросил, и осознавая, что теперь боюсь не только неизвестности. Меня собирались хорошенько унизить вдобавок. Но все же, почему-то не верилось, что Малыш на такое способен. И я, игнорируя просьбу снять футболку, пытался поговорить: — Ты же знаешь, что я не смогу… у меня… — Перестань дергаться. Ты же помнишь: я — хороший, — и тут он подмигнул мне точно так, как тогда с чашкой. Мои эмоции скакали как на ипподроме, взлетая и жестко приземляясь. Малыш-то, между прочим, здесь уже полтора года, и он сообразительный малый. Может, у него есть план? Ухватившись за эту мысль, я решительно стянул футболку. Затем вдел руки в предложенные ремни. Перехлестом они обтянули мою грудь, Эндрю затянул две застежки сзади. Пижамные штаны и тапки я тоже сам с себя скинул. Малыш одобрительно кивнул на мои черные боксеры, и я стал ждать, пока он сам переоденется. Я даже забыл на секунду про стоявшую сбоку парочку. Оглянувшись на них, увидел как Влад стоит, нежно обхватив со спины Викки, целует её в макушку, а та в ответ поглаживает его руку. Все ещё находясь в непонятном для себя состоянии, я вдруг вспомнил, как выходил вчера из синей комнаты: меня штормило, я, отпихнув Владислава, захотевшего помочь добраться до дивана, поплелся сам. А Вишня так и сидела на своем стуле, только перегнувшись через стол, сочувственно сжимала руку сгорбленного напротив Малыша. Вчерашнее видение растворилось также быстро, как и возникло, и теперь, вместо людей за столом, там красовался пугающий до чертиков саквояж. — А после этого, поухаживаешь за мной? — зачем-то спросил я вслух, потому как было совершенно все равно, что будет «после». Я не отрывал взгляд от сумки и снова начинал паниковать. Но Вишня меня расслышала и поняла, как будто ожидая этот вопрос, выпалила: — Ну конечно же, Ник! Я натянуто улыбнулся, все также не отрывая взгляда от саквояжа. Внутри все нарастал давящий ком. Еще через десять минут мой новый «хозяин» был готов: в черных брюках, белой рубашке, с закатанными рукавами, и в серой стильной жилетке. Но главное, его обычно растрепанные волосы были уложены идеальным пробором на бок. Спереди осталась тонкая челка, закрепленная гелем, эффектно подчеркнувшая его высокий лоб. Обновленный Малыш прихватил саквояж и бодро шагнул в синюю дверь, а я, скрипя зубами, вошел следом. Все было не так, как будто не со мной. Словно я не верил, что это происходит. На эмоциях, я вздрогнул от голоса Титул: — Сядь. — она указала на подножие станка, потому что стул был только один, и занят ею же самой. Комната была небольшой: кроме станка с поручнями для рук и подставками и креплениями для ног, стоящего посередине, здесь умещалось только столик с косметикой, наручниками и масками, с жк-экраном вместо зеркала. Другая стена приспособлена для приковывания, а лавка распологалась вдоль другой стены. На ней уже уселся Андрей. Большинство атрибутов хранилось снаружи, во встроенных шкафах с многочисленными ящиками, некоторые из которых открывались только электронной картой Ти. Хотя и в этой комнате много чего имелось такого, от чего я пришел бы в ужас. И дополнялось все видеокамерами, направленными с разных ракурсов. Мерзко было даже находится здесь. Титул продолжила инструктаж: — Слушай внимательно: мы всегда работаем без дублей. Поэтому, что бы ни случилось, держи спину ровно и не делай пауз. Сценарий такой: Эндрю твой "Дом", но собирается с твоей помощью испытать новую "сабу". И для этого приготовил игрушки. Достаешь по одной и показываешь ему. Он тебе приказывает, как ее применить. Если требуется, отвечаешь, добавляя в конце «Мастер». Слушайся, и делай все как он говорит. На записи должна быть постоянная динамика, иначе придется начинать все заново! Думаю, ты сам этого не хочешь. Так что даже если ты не понимаешь, что делать в следующий момент — все равно не останавливайся: можешь касаться моих волос, делать вид, что смотришь на результат, или идешь брать новый предмет из сумки. От обилия слов, я не сразу понял, что речь она ведет о себе. И я был в очередной раз ошарашен: — На мои крики и мольбы никто из вас не обращает внимание, и не останавливается. Единственное — бейте только на расслаблении. Я могу с непривычки не сразу отпустить себя — тяните время пока приспособлюсь. Первое, на что НАДО обращать внимание, это мои пальцы: если я сжимаю не все разом, а мизинец и безымянный торчат отдельно — значит мне нужна передышка. Все остальные мои реплики — мимо ушей. Только пальцы. Кивни, если понял. Хорошо. Посмотри на кресты на полу — так вы стоите, чтобы не заслонить меня от камер. Меня трогать можно только находясь также сбоку. Вопросы есть? Тогда надеваем маски и приступаем.