Часть 9. Бесследно

Поначалу яркий свет ослепил выходящих из синего проёма. — Титул? Что… — удивленно воскликнула стоящая в готовности Викки, но Малыш прервал её смятение отчеканив, не останавливаясь с ношей на руках на проходе: — Алунит, мазь с депатенолом и остальное тоже.       Вишня к уже приготовленным тюбиками и баночкам добавила ещё два средства на поднос и поспешила с ним в спальню, за ними двумя. Когда из игровой вышел Ник, вполне целехонький, хоть и потерянный, Влад процедил сквозь зубы: — Да вы прикалываетесь! — и в этой короткой фразе было вложено столько желчи, что Ник сперва замер в замешательстве посмотрев на противника, затем нахмурился и тоже сжал кулаки и челюсть. Да что не так с этим парнем? С чего он так точит на него свои зубы? Еще с утра грозился накостылять. А теперь, видя как он вышел почти сухим из воды, чуть не пар из ушей пускает. Почти сухим… но его же явно не интересует его внутреннее душевное неравновесие.       Викки почти сразу вернулась из спальни, и с круглыми от удивления глазами спросила Никиту: — Что там произошло? — Это Малыш её так…       У девушки практически отвалилась челюсть: — Он? Титул… Они что, поменялись ролями? — и, видя его молчаливый кивок, задумалась, сомкнув губы, переваривая собственный вывод, а затем, обратив взгляд в потолок, протянула: — Оггоо, вот это дааа. — И с чего бы это такие перемены? — не унимался Волк, явно взрываясь. — Я едва остановил… Эндрю… Только что. И думаю, выйдет мне это боком. Перспектива у меня так себе, успеешь ещё наскалиться. — отрезал Ник, нехотя и устало отворачиваясь. Не хватало ему сейчас еще раз участвовать в разборках. Он и так едва мог нормально дышать. — Влад, прекрати уже! — серьёзно одернула своего парня Вишня, и обернулась к Никите: — Давай я помогу тебе снять?       Когда Викки расстегнула все ремни сзади и помогла стянуть сбрую, из спальни вышел все еще разодетый и блестящий от геля на волосах Малыш. Он поманил Ника жестом, чтобы тот подошёл поближе. Новичок обреченно, сгребя свою одежду со стула, пересек холл, направляясь к нему. — Тебе надо… это, — кивок на дверь в ванну, — выпустить пар. Иначе потом долго промаешься. Я серьёзно. Давай, дуй в душ, — и он чуть ли не с нажимом выпроводил за локоть новенького, словно продолжая роль хозяина и подопечного. Наверно, выглядело это со стороны довольно комично с человеком старше и шире в два раза, а Нику ничего не оставалось, как послушать совета «бывалого». Зато нарисовалась прекрасная возможность побыть, наконец, одному. Подальше от сверлящего взгляда Влада.       Ник закрыл дверь и пошел было к душевой, но замешкался. Что-то было не так… Он сделал ещё два шага и уставился на джакузи. Странно, но оно больше не вызывало в нем гнетущих эмоций. Белая ёмкость причудливой формы, обложенная интерьерной плиткой, и все. Видимо, сегодняшнее представление затмило пережитые впечатления доселе. А это довольно хреново.       Он отвернулся и включил душ в кабинке. Залез под струи почти рыча, хотя температура была комфортна. И тщетно пытался припомнить хоть что-нибудь приятное, только ничего из этого не выходило. Упорно и зловредно представлялись на теле те самые зажимы с током, которые так и засели в его воображении. Даже передернуло от мысли, что в этот момент он в воде, и здесь такая штука еще более опасна…       В то же самое время Титул лежала на боку на своей подиум-кровати, прикасаясь к замазанному кремами ожогу на ключице. Её тоже посещали странные мысли. Например, о том, что все пройдет, сотрётся, как и воспоминание об этом дне, из памяти, и у нее на теле не останется ни одной отметины. Никакого напоминания о Малыше. А жаль…       Эндрю вернулся в спальню и продолжил наносить арнику ей на спину. Медленно, внимательно, не пропуская ни единого участка затронутой кожи. Завершив свои действия, встал и вернулся к тумбочке перед подиумом, закручивая крышки на баночках и тюбиках, и с серьезным видом и укоризненным тоном задал мучавший его вопрос: — Почему ты не остановила меня? Ты же понимала, как мне было тяжело продолжать… — Я не об этом задумалась в тот момент. Мне вспомнился номер один…       Малыш прикрыл глаза и, опустив голову, с шумом выдохнул. Понятно. Он тоже помнил. Как единственный, кто застал того парня внутри этих стен. Такое просто так не забудешь. Ничего не оставалось, как закрыть эту тему. Новое молчание прервала Титул: — Как там Ник? — Я отправил его в ванну. — Это правильно, молодец. Значит, теперь ты можешь спокойно получить свою награду… — Ти, я… — Что, не хочешь меня? — она посмотрела на него, а интонация изменилась на привычную вызывающую.       Парнишка тут же расслабился, распрямил плечи и медленно обошел подиум, чтобы залезть на кровать с другой стороны: — Ты изводила меня неделю! Я боюсь, что просто на тебя накинусь! — встав на сатин на колени, он дотянулся до руки брюнетки, притянул её к себе и начал осыпать запястье поцелуями. — А я уж решила, что придется разогревать тебя плеткой, — улыбнулась она и подалась за поцелуем, перехватывая его руки и опрокидывая на подушки. Залезла на податливое, гибкое тело Малыша, чтобы с наслаждением смотреть сверху вниз и жадно всматриваться в красивое лицо. Малыш слегка подернул губы в усмешке: — Хочешь отомстить? — О, да, ты был слишком хорош. Мне придется постараться, чтобы отплатить тебе тем же. — Привычным движением она завела его руки неверх, соединив и зажав запястья своей ладонью, а другой начала расстегивать пуговицы, смакуя теплеющий взгляд Малыша и внимая его вздохи через приоткрывшиеся губы. Перевела внимание на освобожденную от шелковой ткани грудь. Мраморно-белая, не подкаченная, мягкая, а ещё ниже плоский живот, гладкий юношеский пресс без намека на выступающие кубики. С этим телом ей хотелось обходится гораздо нежнее, чем с каменными мышцами Влада, особенно сегодня. Хотелось снять всё напряжение этого дня. Хотелось довести до пика медленно и дразняще.       Малыш хаотично подбирал пятки и вытягивался обратно в струнку, пока правая рука и губы Ти хозяйничали между раскинутыми полами рубашки. Саму её тоже нешуточно заводило и позволяло отбросить болезненность кожи с каждой манипуляцией и движением, рассасывая нервную сжатость изнутри. К моменту, когда она сдернула с Эндрю штаны, он был разогрет с головы до пят, как пылающая лучинка. Метался, не смея менять роли, изнемогая от ласк и поскуливая от них же.       Освободившиеся от оков руки Малыша зарылись в драгоценной копне темных волос, притягивая лицо и настойчиво играясь языком. Дальше его пальцы опускались по шее к ложбинке, едва касаясь ключиц, приближались к заветным изгибам. Едва сжимая, чтобы не оставить следов, отпускали и плавно возвращались обратно. Прослеживали каждую знакомую клеточку её тела, но каждый раз будто исследовали вновь. Сгодня действительно было иначе: истратив некоторый свой запал в синей комнате, Титул преобразилась из дикой пантеры в трепетную лань, бесконечно очаровывая и завораживая Малыша с каждым прикосновением.       Уже не сдерживая рвущихся из груди стонов, Эндрю самозабвенно прикрывал глаза, словно мысленно возздавая хвалу. Хотя хвалить следовало бы самого себя за то, что не касался плетью её прекрасных ягодиц. Ведь теперь, когда Титул впустила его в себя, пленящую поверхность бедер можно было сжимать до бесконечного экстаза. Он едва сдерживался, чтобы не приняться прижимать их со всей силой страсти. Не толкать бедрами, лишь выстанывать, закусывая губы и откидываясь на подушки с закрыми глазами. Ощущать глубину блаженства, окутывающее все тело. Отдаваться, чтобы брать своё. Повышать диаграмму ощущений до максимума, пропуская импульсы сквозь себя. До грохота собственного пульса в ушах, когда тело прошибло неописуемо ярким оргазмом. Хорошо, что Ник из-за шума воды не слышал ни вздохов, ни финального аккорда. Ему и так было достаточно тяжело от вспышек адреналина. Он едва смог поднять хоть в какую-то готовность свой член и почти без облегчения выплеснуться под струи. Затем он выключил душ, и, обмякнув не только телом, а ещё чем-то внутри, сполз на пол. Чтобы, прислонившись к стеклянной стенке, утонуть в подобии забытья. ***       К моменту, когда они поменялись местами: Ник оделся, вышел на кухню и съел приготовленный Вишней обед, затем побрел полежать в спальню; а отдохнувшая Титул, с нежностью и заботой массируя голову Малыша, смыла с его головы краску, а затем собственноручно завернула свою драгоценность в пушистое полотенце в ванной, — наступил вечер. У хозяйки была еще недоделанная работа.       Через некоторое время она, отослав Влада поспать перед сменой, пригласила в синюю комнату Никиту. Тот растерянно зашел, предвкушая недоброе. Но увиденное там его несколько поразило: Титул сидела перед монитором и заканчивала обработку видео с их утренней сессии. Ник встал за её плечом, чтобы хорошо рассмотреть — на экране были люди, в которых он с трудом мог узнать их самих. — Ну, что скажешь, как тебе? — Поразительно. — Что именно?       Ник не стал объяснять, какое облегчение он испытал, увидев широкоплечего блондина, в котором родная мать бы его не признала. Вместо этого он указал на другую часть экрана: — Запястья Эндрю, они кажутся не такими тонкими. — Да, я усилила его доминирующий образ, векторно растянув эту часть экрана. Приглушенность позволяет сделать это почти незаметно. Свет направлен на меня, так что здесь это не видно. А когда девайсы рядом со мной, эффект сделать нельзя, но в это время внимание направлено на мои реакции, так что на запястья даже ты не обратишь внимание. Вот, смотри.       Она перевела видео на другой отрезок времени. — Да, вижу. — главное, чтобы не прокрутила до сцены с его участием и зажимами, от которых холод пробирал по спине. В остальном, прикованная незнакомка в маске и ее «темный повелитель» были довольно эстетически привлекательны, и картинка не казалась критически-невыносимо ужасной.       Титул внимательно всмотрелась в лицо новичку, затем отвернулась обратно к экрану. — Собственно, вот так и получается продукт, который приносит большую часть прибыли для вашего содержания. Вот для чего заключается контракт, в котором подробно расписывается согласие на то, что необходимо делать. Во время инициации проверяется готовность на все многообразие сессии. Уверена, ты не станешь отрицать, что к такому пока еще не готов. — Но мне придется, верно? — Если хочешь через год освободиться, то да. Именно так. — А что мне предстоит сегодня? — В каком смысле? — Титул удивленно развернулась и даже встала, слегка наклонив голову. — Я прервал вас в конце этого... — не нашел он подходящего слова для всего действия, и просто кивнул на экран. — Ах, ты про это. — Она отвернулась, задвинула ногой стул, и выключая зеркало-монитор, подытожила: — Об этом не переживай. Благодаря своему опыту, Малыш умело вышел из ситуации. Так что… не забудь его потом поблагодарить.